Chapter Text
Сяо Чжань лениво перевернул очередную страницу. Какой-то мужчина, судя по предисловию издателя, великий историк, всю свою жизнь посвятивший изучению Египта, безбожно перевирал факты. Так в книге говорилось, что Древний Египет был настолько великой судоходной империей, что они первыми добрались до Америки и познали прелести табакокурения. Этот вывод, как говорил автор, можно сделать из наличия в некоторых мумиях следов никотина. Чушь. Полнейшая. Чжань закатил глаза, чувствуя острое желание смотаться к этому умнику и дать книгой по лицу, объяснив, что далеко не только табак содержит никотин. Увлечённый этими несколько кровожадными мыслями, мужчина не успел среагировать, когда книга плавно исчезла из его рук.
— Тебе же не нравится, зачем читаешь? — Ван Ибо бросил короткий взгляд на открытую страницу, усмехнулся и отшвырнул в сторону, не заботясь судьбой издания.
Сяо Чжань проводил полёт книги взглядом. С сожалением признал, что, несмотря на всю любовь к ним, конкретно этот экземпляр ему не жаль. Ибо тем временем забрался к нему на диван, навис сверху и сорвал короткий поцелуй с губ. Чжань не сопротивлялся, но и не тянулся в ответ. Это требовало от него большую выдержку и самоконтроль, но он очень старался. Потому что всё ещё был жутко обижен.
Несколько дней назад они договорились отправиться в межгалактический музей. Сяо Чжань составил программу, продумал, какие экспонаты они посмотрят, а какие залы пропустят (он старался всячески избежать того, что связано с Доктором, а такого, словно назло, было много). И да, он хотел купить себе сборный макет межгалактического экскурсионного корабля «Титаник». Он грезил его покупкой с тех пор, как ему попалась на глаза рекламная афиша. Полное соблюдение масштаба, обустроен целиком снаружи и внутри в соответствии с оригиналом. В комплекте даже шли маленькие фигуры пассажиров и экипажа, сделанные по данным с купленных путёвок. Великолепно!
И что в итоге? Ван Ибо с охотой согласился, хотя редко когда такие походы были ему интересны. Он был из тех, кто любил наблюдать историю вживую, это никогда не менялось, будь ему две или шесть сотен лет. И они даже успели посмотреть несколько залов, обсудить особо понравившиеся экспонаты и посмеяться с некоторых несоответствующих реальности исторических заблуждений. А когда Чжань завис перед очередной картиной (если бы спросили мнение Ван Ибо, он бы назвал это хаотичной цветной мазнёй, табличка же говорила, что это «Танцовщицы»), его спутник ненадолго отлучился, пообещав скоро вернуться. А спустя десять минут на весь музей начала орать сирена, растерянного и дезориентированного Сяо Чжаня затащили обратно в Тардис, а макет «Титаника» так и остался в магазине сувениров. И все потому, что Ван Ибо приглянулась восковая фигура какого-то там гонщика.
— Гэгэ, ну прекрати дуться. Я думал, что проверну всё по-тихому и вернусь к тебе. Мне очень хотелось дослушать рассказ про кризис в творчестве у Моне.
— Мане, — на автомате поправил Сяо Чжань. Заметив хитрый блеск в глазах напротив, он раздраженно пихнул Ибо в плечо, заставляя того отстраниться и сесть рядом. — Зачем тебе вообще понадобилась эта восковая фигура? И как, скажи на милость, можно было попасться на такой примитивной системе безопасности? Помнится, однажды ты украл Галассийский Андровар* из-под носа межпланетной полиции, а тут… Датчик звука!
*Самый дорогой бриллиант во Вселенной
Ибо виновато улыбнулся и потянул на себя руку Чжаня, целуя безымянный палец с двумя кольцами — простым обручальным и более дорогим с небольшим бриллиантом.
— Там было пыльно. Я чихнул. Мне правда-правда очень-очень стыдно, — Ван Ибо сделал своё фирменное лицо большого ребёнка. Сяо Чжань никогда, ни в студенческие будни Академии, ни сейчас, когда они уже мужья (это всё ещё звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой), не был достаточно силён духом, чтобы не реагировать на этот взгляд.
— Я хотел тот сборный макет! А мы не успели его купить. И теперь чёрт знает когда сможем вернуться. Я расстроен и зол, и… ты мелкий засранец! — мужчина всё ещё дулся, но наконец позволил утянуть себя в полноценные объятия и даже обнял в ответ.
— Обещаю, я что-нибудь придумаю, — Ван Ибо тихо посмеялся куда-то в волосы Чжаня. — В качестве извинений ты снова можешь выбрать, куда мы отправимся.
У них давно установилась договорённость — место путешествия они выбирают по очереди. Это было честно, к тому же, они наконец перестали спорить до хрипоты, чем бы им заняться. Ибо терпел, когда Сяо Чжань с головой закапывался в очередные проблемы землян, а тот в свою очередь не мешал тому (и, к собственному стыду, даже иногда помогал) устроить какую-нибудь заварушку или принять участие в жутко опасной гонке.
— Назло тебе выберу что-нибудь невыносимо скучное, — Чжань потянулся и чуть прикусил чужой выступающий кадык, тут же оставляя рядом поцелуй.
— Всё что угодно, если вместе с Чжань-гэ, — Ван Ибо снова засмеялся и посмотрел Сяо Чжаню в глаза. Кто-то уверен, что всё время и пространство - это про Тардис. Чжань же уверен, что видел их только в этих карих глазах. — Я тебя люблю.
Сяо Чжань подавился вдохом. Он слышал это столько раз, что вряд ли во вселенной нашлось бы такое число, но всё ещё… Чувствовал чувства по этому поводу. И Ибо бессовестно этим пользовался, вот как сейчас, улыбаясь от уха до уха, так что хотелось зажмуриться (на самом деле смотреть до тех пор, пока существуешь). Чжань набрал воздух, чтобы ответить, но не успел.
Их тряхнуло настолько резко и сильно, что мужчины полетели на пол. Сяо Чжань почти встретился затылком с полом, но Ибо в последний момент подставил свою ладонь, смягчая удар. Со стороны консоли послышался звук предупреждения, свет несколько раз дрогнул и почти погас, оставляя аварийное освещение и красные отблески огней панели.
— Что… — Сяо Чжань встал, держась за руку мужа, который, убедившись, что они оба целы, уже спешил к экранам, встревоженно кусая губу.
Ван Ибо был безупречным водителем, а его Тардис даже по меркам повелителей времени была невероятно технологичным кораблём. Тот же Чжань постоянно во что-то врезался, недожимал тормоза или сцепление, забывал про амортизаторы и всякое такое. Ибо делал так… Никогда? Путешествия с ним обычно проходили настолько комфортно, что казалось, вы вообще не двигались с места и это пространство и время двигалось вокруг.
— Мы во что-то врезались, — ответил Ван Ибо, крутясь рядом с консолью и щелкая по кнопкам. Через несколько мгновений свет вернулся в нормальный режим, а все посторонние звуки стихли.
— Но как такое возможно? — Чжань подошёл к нему, тоже начиная хмуриться.
После побега из музея они отправились в один из самых удалённых уголков космоса и дрейфовали в режиме автопилота. Они точно проверили, что в ближайшее время здесь не должно было никого появиться, а астероиды и космический мусор Тардис бы облетела. Их не подбили намеренно, на этот счёт была другая аварийная система.
Ибо молча вывел на экран данные с внешних камер. Они уже успели отлететь от места аварии, так что хорошо видели причину столкновения. Это был корабль, больше всего похожий на образцы человеческой постройки. Средних размеров, какие обычно использовали для путешествий небольшим экипажем. Судя по траектории его движения, он тоже стоял в режиме автопилота.
— Странно, — Сяо Чжань поправил очки на переносице, наклоняясь ближе к монитору. Корабль не был повреждён, но ни с помощью световых знаков, ни с помощью связи никто не принёс извинений или наоборот претензий за столкновение. Впрочем, учитывая, что Тардис Ибо выглядела как дверь, их могли принять за мусор. — Ближайшие колонии людей в нескольких сотнях световых лет отсюда. Тут в принципе далеко в округе нет никаких населённых или пригодных к жизни планет. С Тардис всё хорошо?
— Небольшая царапина на корпусе, но в остальном всё нормально, — Ван Ибо поджал губы, показывая своё недовольство. Чжань улыбнулся и потрепал его по щеке, утешая. — Я снова проверил, здесь никто не должен был пролетать. Автопилот настроен избегать неуправляемых объектов, но корабль функционирует, так что мы столкнулись.
Чжань согласно промычал, вновь отвернувшись к экрану. Он вывел туда сканирование корабля. Тот был действительно совершенно цел, никаких следов поломок или других аварий. К тому же, сенсор заверял, что на борту есть следы нескольких живых организмов.
— Гэгэ, никто не подавал сигнала тревоги. Нам здесь нечего делать, — Ибо выключил монитор и потянул мужа обратно к дивану. Когда не получилось, он закатил глаза. — Серьёзно, ты сам только что видел, что там всё нормально. Они не терпят бедствие. Давай вернёмся к обсуждению наших дальнейших путешествий. Как насчёт курорта? Я слышал про одно неплохое вулканическое спа…
— Ибо, — Сяо Чжань посмотрел на него, прекрасно зная, что тот понимает его мысли.
— Чжань-гэ, — Ван Ибо упрямо поджал губы и скрестил руки на груди.
— Ты сказал, что я выбираю место путешествия, — напомнил Чжань, зеркаля его позу.
— Но там нет ничего интересного, — со стоном повторил Ибо. — Подумай ещё раз, потому что я почти уверен, что ты потратишь свой шанс зазря. А я потом не буду так милосерден.
— Я же обещал тебе, что выберу что-то невыносимо скучное, — отозвался Сяо Чжань, улыбаясь своей самое невинной улыбкой. — Что может быть скучнее самого обычного человеческого корабля?
— Ладно, — сдался муж. Ибо быстро задал нужные координаты, всё ещё продолжая недовольно бурчать себе под нос: — Не понимаю, зачем тебе это?
Если бы Чжань сам знал. Просто… Что-то во всём этом было странное, неправильное. Он хотел лишь одним глазком взглянуть на происходящее внутри и убедиться, что у людей не случились какие-нибудь неприятности. Если там действительно всё хорошо, то они просто уйдут.
Уже через минуту Тардис оказалась в грузовом отсеке корабля, а Ибо и Чжань оглядывались по сторонам, примечая детали: несколько спасательных капсул, с десяток исследовательских дронов под разные условия среды, контейнеры для перевозки образцов. Ничего необычного, зато сразу понятно с какой целью судно вышло на просторы космоса.
— Пока не поздно, мы все ещё можем вернуться и улететь, — предложил Ван Ибо, пока Чжань с любопытством читал электронные пометки на экранах с образцами.
— Просто открой уже дверь, не бубни, — Сяо Чжань даже не повернулся, вчитываясь в информацию об образце почвы с астероида. Судя по дате — это было последнее, что занесли на корабль. Ничего необычного или подозрительного он не увидел, таких в космосе были сотни тысяч.
Ибо закатил глаза, но совсем скоро щелкнул замок и двери отсека разъехались в стороны. По узкому коридору мужчины поднялись на уровень выше, мимо еще нескольких грузовых отсеков. Если верить план-чертежам, которые предусмотрительный Ван Ибо нашёл по модели корабля, то там должны были быть каюты экипажа, столовая, а на носу корабля — несколько лабораторий и центр управления. Вероятнее всего люди должны были быть где-то там.
— Слишком тихо, — Ван Ибо произнёс это, когда они прошли мимо нескольких кают. Все четыре были пусты, постели заправлены. В одной на тумбочке стояло фото милой молодой пары, в другой — плакаты нескольких музыкальных групп на стене, но никого живого.
Сяо Чжань нахмурился и непроизвольно взял мужа за руку. Так может и не слишком практично, если что-то случится любая секунда промедления будет стоить жизни или здоровья, но когда чувствуешь родное тепло — не так страшно бродить по подозрительному кораблю-призраку. Потому что в голову сразу лезут все те жуткие истории, участником которых иногда приходилось становиться. Или сказки и легенды наподобие Летучего Голландца.
Когда они подошли к следующей двери, то впервые услышали голоса. Приглушенные, так что невозможно было разобрать слова и даже определить язык, на котором говорят, но повелители времени всё же напряглись. Переглянулись, кивнули друг другу, и только после Ван Ибо открыл дверь.
Каюта по размеру ничем не отличалась от предыдущих, но внутри — совершенно другая. Кровать была застелена ярким бельем с мордами кошек, на полу разбросаны игрушки, на книжной полке — яркие корешки детских книжек, а вместо рабочего стола поставлен низенький детский столик, по которому разбросаны листы с рисунками и цветные карандаши. Голоса, которые доносились в коридор — мультик, который сейчас проигрывается на встроенном в стену экране.
— Какого… — Чжаню пришлось молниеносно закрыть Ибо рот ладонью, чтобы тот не успел договорить ругательство, потому что с пола к ним навстречу поднялась девочка. Обычная человеческая, лет четырёх-пяти, в очаровательном джинсовом комбинезончике и розовой худи, со светлыми волосами, заплетенными в растрепанные косички. Её глаза удивлённо расширились при виде незнакомых людей, но она не закричала и не побежала. Это определённо был плюс, потому что Сяо Чжань и так почувствовал лёгкую панику.
Конечно он уже встречал детей. Самых разных, человеческих и совершенно на них непохожих. Однажды ему даже посчастливилось увидеть детёныша звёздного кита. Но не сказать, чтобы ему часто приходилось с ними общаться. С детьми, хотя и с китами тоже. Откровенно, он был в этом очень плох, потому что всегда начинал паниковать, бояться даже дышать в их сторону и мямлить что-то неразборчивое, опасаясь сказать лишнего.
— Привет, — Ван Ибо убрал ладонь Чжаня от своего рта и чуть сжал. Тот поймал его тёплый взгляд и ободряющую улыбку в самом уголке губ. Стало спокойнее, но он не спешил вступать в только начинающийся разговор. — Меня зовут Джеймс, а это мой муж Джордж. А как твоё имя?
Сяо Чжань про себя усмехнулся. Логично, вряд ли пятилетка поймёт кто такой Магистр, а выговорить Ханьгуан-цзюнь удавалось далеко не каждому взрослому. Теперь главное было не забыть кто из них кто. Иногда необходимость использовать псевдонимы сильно усложняла жизнь.
Девочка наклонила голову набок к одному плечу, помолчала почти целую минуту. У Чжаня начало сводить скулы из-за немного неестественной улыбки, а вот Ибо выглядел спокойным. С интересом изучал выбор игрушек вокруг, даже недолго наблюдал за происходящем на экране. Но Сяо Чжань видел, как за спиной тот использует телефон, чтобы просканировать ребёнка и убедиться, что это не пришелец. И такое случалось, приходилось быть осторожным.
— Дэя, — наконец сообщила девочка. Голос у неё был тоненький, но уверенный.
— Очень приятно познакомиться, Дэя, — Ибо сделал шаг в комнату, присел на корточки, чтобы они с девочкой были на одном уровне. — Скажи, а где твои родители?
Дэя пожала плечами и отвернулась к экрану, садясь на прежнее место. Рядом с ней лежал плюшевый медведь, которого она взяла в руки, крепко прижимая к себе.
— Ты не знаешь или не можешь нам сказать? — уточнил Ибо. Голос у него был на удивление мягким и спокойным, почти таким он разговаривал с мужем. Людям обычно доставалась ледяная версия, одним звучанием дававшая понять где чьё место.
— Они ушли по делам, — всё же пояснила она.
— Вот как, — Ван Ибо бросил короткий взгляд на Чжаня, как бы спрашивая, что еще стоит спросить в первую очередь. Вопросов у них было много. Понятное дело, девочка мало что сможет рассказать в силу возраста, но не может же она быть здесь одна. «Другие,» — одними губами прошептал Сяо Чжань. Ибо кивнул и уже вслух спросил: — Скажи, а ты здесь только с мамой и папой, или есть ещё другие?
— Тётя Лейчел и дядя Джо, — Дэя немного картавит на первом имени, но мужчины от этого лишь улыбаются. — Но они тоже ушли по делам. Я здесь с Фиби.
— Фиби? — переспросил Чжань, оглядываясь по сторонам, но не видит никого другого, кроме них самих.
— Да, Фиби, — Дэя резво поднялась на ноги, подбежала к двери и нажала на одну из кнопок рядом с ней.
— Чем могу помочь? — приятный женский голос доносился из всех динамиков.
— Голосовой помощник, — хмыкнул Ван Ибо, тоже поднимаясь и подходя к мужу. — Видимо родители оставили своё чадо на попечение искусственного интеллекта. Что думаешь?
— Что все это странно, — признался Чжань, чуть хмурясь. Теперь они знали, что, помимо девочки, на корабле ещё четверо взрослых людей. Стандартный экипаж научно-исследовательского корабля. Но что за «ушли по делам»? И почему никто из взрослых до сих пор не заметил присутствие на корабле посторонних? Чем дальше, тем меньше хороших предчувствий у Сяо Чжаня было на этот счет.
— Возможно «ушли по делам» — это про работу? — предположил Ибо. — Вряд ли девочке разрешали ходить в лаборатории и центр управления. Хотя эти ребята уже чертовски странные, учитывая, что взяли с собой ребёнка.
— Кто бы говорил про странности, — хмыкнул Сяо Чжань, но с другим не поспоришь. Детей в исследовательскую экспедицию обычно не берут, учитывая количество опасностей, таящихся в космосе. К тому же, такие полёты редко когда занимали меньше пяти-семи лет. Такая себе перспектива растить ребёнка на космическом судне. — Идём, проверим центр управления. Даже если взрослые не там, то сможем посмотреть бортовой журнал.
— А что на её счёт? — Ван Ибо кивнул на Дэю, которая молча стояла рядышком и внимательно разглядывала их, прижимая к груди плюшевого медведя. Теперь Чжань заметил, что на худи у неё пятно от, вероятно, сока, а ухо игрушки держится на нескольких последних нитках. Мужчина не понимает почему, но эти детали въедаются в мозг, и начинает казаться, что девочка очень одинока. Брошена.
— Мы… — Сяо Чжань хочет сказать, что им стоит оставить её здесь и пойти осмотреться вместе. Но… Пятно, ухо — это вдруг становится перед глазами и мужчина говорит совсем не то, что собирался: — Мы разделимся. Ты проследишь за Дэей, а я осмотрюсь.
— Чжань-гэ, — Ибо хмурится, его взгляд тяжелеет и без слов выражает недовольство повелителя времени. Он не хочет отпускать мужа одного.
— Я быстро. Одна нога здесь — другая там, — Сяо Чжань улыбается и треплет мужа по щеке, чуть оттягивая кожу. Так лицо Ван Ибо становится до ужаса комичным, потому что никто не может выглядеть суровым с оттянутой щекой. — Послушай, мы не можем оставить её одну, ты ведь тоже это понимаешь. Я плох в разговорах с детьми, а вот вы точно найдёте общий язык. И в конце концов, это я настоял пробраться на этот корабль, мне и изучать.
Ибо закатил глаза, но не стал продолжать спор. Знает, что ни к чему хорошему, кроме ссоры, это не приведёт. Иногда они оба бывали слишком упрямы. Только оставил быстрый поцелуй на щеке мужа и тихо попросил:
— Будь аккуратен.
— Я всегда аккуратен, — неловко отозвался Чжань и, махнув рукой на прощанье, скрылся в коридоре. Но он успел сделать всего пару шагов, как его телефон начал вибрировать. Можно было даже не смотреть на имя контакта, чтобы догадаться кто это. — Бо-ди, иногда я думаю, что ты параноик.
— Только думаешь? — Ибо посмеялся своим фирменным гиеньим смехом. Это не должно быть милым, но Сяо Чжань считал именно так.
— Разве для того, чтобы играть с ребёнком, не нужны свободные руки? — Сяо Чжань заглянул в очередную дверь. Это столовая, и она была в довольно плачевном состоянии. На нескольких столах свалена грязная посуда и остатки еды, под одним пятно сока и осколки разбившегося стакана. Весь корабль выглядит, с одной стороны, совершенно обычно (никаких мигающих ламп, подозрительных красных разводов или жутких звуков), но, вместе с тем, всё здесь такое, точно... Давно никого нет.
— Беспроводные наушники, — пояснил муж, не скрывая самодовольства. Чжань считал очень очаровательной любовь Ван Ибо к переделке и изобретательству новых технологий. А ещё безмерно полезной, потому что теперь не нужно таскать с собой кучу всевозможных примочек, для почти всего подойдёт телефон.
Чжань слышал, как муж возится с девочкой, кажется, они затеяли ревизию всех игрушек, а сам просматривал систему в столовой. По всему выходило, что уже третий день здесь ел только один человек. Мужчина отогнал от себя всё усиливающееся ощущение чего-то нехорошего и пошёл дальше.
— Ты уже дошёл до лабораторий? — поинтересовался Ибо. Сяо Чжань не хотел признаваться в этом вслух, но просто слышать его голос уже неплохо успокаивало. Белоснежно-стерильные стены коридора начинали давить. Кто вообще придумал такой дизайн? Людям стоит задуматься над менее футуристическими идеями. Почему бы не делать милые обои? Если использовать в дизайне дерево, то можно создать приятное ощущение уюта. И да, милые мягкие диванчики и кресла. Нужно будет подкинуть эту идею кому-нибудь из землян.
— Прохожу мимо первой и второй. Думаешь, сначала стоит заглянуть в них? — Чжань остановился рядом с одной из дверей. На ней был приклеен милый стикер со звёздочкой на уровне коленей взрослого человека, так что, вероятно, это было дело рук Дэи.
— Нет, — после короткой паузы отзывался Ван Ибо. — Бортовой журнал. Ты прав, начнём с него.
— Просто признай, ты не хочешь пускать меня в лабораторию, где скорее будет что-то опасное, — Сяо Чжань, посмеиваясь, уверенным шагом прошёл к самой дальней двери. — Раз корабль полностью функционирует, то центр управления должен быть цел.
— Гэгэ так хорошо меня знает, — Ибо даже не пытался скрывать своих мотивов. Было слышно, как Дэя рассказывает ему про своих кукол, и повелитель времени даже вставлял какие-то комментарии, хотя Чжань уверен, что в приоритете стоял разговор с ним. Прелести сложного многоуровневого мышления.
Центр управления встретил Сяо Чжаня абсолютной тишиной. Полукруглое помещение вполне стандартно для космических кораблей: иллюминатор в половину стены, консоль управления с шестью креслами рядом, несколько экранов. Ничего необычного и ни следа людей.
— Здесь никого, — озвучивает это вслух мужчина, проходя к панели управления и устраиваясь в одном из кресел. Ближайший экран загорается, когда Чжань нажимает на клавиатуру.
— Ничего удивительного. Если бы люди были там, то они бы уже примчались выяснять, что за два мужика возятся с их ребёнком, — Ван Ибо позволяет себе смешок. — Дэя, если твои косички тебе мешают, я могу заплести новые. Хочешь?
Слышно, как девочка радостно соглашается. Ибо просит её принести расчёску и сесть перед ним.
— Ты и такое умеешь? — Сяо Чжань позволяет себе короткий смешок, пока перед глазами пролетают данные по полёту корабля с самого начала и до сегодняшнего дня. — Это исследовательский корабль. Малая экспедиция. Если верить файлам, то их первостепенной задачей было изучение пояса астероидов несколькими световыми годами отсюда. О, так они с Новой Земли, какая прелесть.
— Умею, ты же знаешь, я вообще полон сюрпризов. Плетение косичек — не самый интересный из них. Новая Земля далеко отсюда, зачем они взяли с собой Дэю? — интересуется Ван Ибо.
— Они не брали, — Чжань быстро пролистывает данные медицинского отсека. — Она родилась на борту. Её родителей зовут… Моника и Чендлер. Они поженились незадолго до вылета, первую брачную ночь провели уже здесь, вот и… К слову, полное имя девочки Амадея, если тебе интересно. В честь этого корабля.
— Всегда знал, что у людей никакой фантазии, — фыркает Ибо.
Сяо Чжань согласен не был, даже имел, что возразить. Но он дошёл до странной папки, помеченной как «Проект Дэя». На проверку это оказывается видео-дневник Моники, где та рассказывает дочери обо всём, что случилось до её рождения и во время первых лет жизни. Чжань проматывает всё это на высокой скорости, но, как любой повелитель времени, цепляет гораздо больше информации в секунду, чем иногда хотелось. Чендлер и Моника любили науку, космос, верили в светлое будущее. И они души не чаяли в своей малютке дочери. Они рассказывали ей, что когда вернутся домой, то познакомят её с дядей Росом, сводят на детскую площадку и дадут попробовать клубничное мороженное «из того самого ларька, куда твой отец повёл меня на первое свидание». Последняя запись датирована тремя днями ранее. Моника говорит, что они собираются изучить последний собранный образец, а потом отпраздновать день рождение Дэи.
— Гэгэ? — голос Ван Ибо звучит обеспокоенно, и только теперь Сяо Чжань понимает, что несколько раз не ответил на вопрос мужа.
— Да, да, всё в порядке, прости, — он откашлялся, закрывая папку и просматривая данные по экспериментам. Те тоже обрывались на чем-то три дня назад. «Начинаем извлечение ростков, выращенных из неопознанных с…» — предложение не заканчивается, словно тот, кто писал отчёт, отвлёкся. На три дня. Мужчина открывает данные о том, в каком именно месте проходил эксперимент. Лаборатория № 4. — За последние три дня складывается впечатление, что, кроме Дэи, по кораблю никто не ходил. Все данные, записи, следы активности других членов экипажа обрываются три дня назад. Самые поздние из них — данные об эксперименте в лаборатории. Там должны были присутствовать все четверо… Мммм, система не даёт допуск к камерам, видимо, их можно посмотреть только оттуда.
— Но ты ведь не хочешь туда пойти один, гэ? — голос Ван Ибо уже не просто обеспокоенный, а напряженный. Потому что он в другой части корабля, а его муж наверняка собирается пойти проверить, что случилось в лаборатории. Кто бы не напрягся?
— Я гляну всего одним глазком. Люблю, целую, — обещает Чжань и сбрасывает вызов, пряча телефон в карман. Коды доступа он уже посмотрел, так что без проблем попадёт в нужное помещение. Мобильный вибрирует, но мужчина игнорирует его, выходя за пределы центра управления.
Нужная лаборатория обнаруживается тут же рядом. Сяо Чжань неуверенно мнётся на месте несколько секунд. Он не был безмозглым идеалистом, рискующим собой ради других (хорошо, возможно иногда именно таким он и был, но не всегда), но, вспоминая очаровательную девочку, которая наверняка ждала возвращение родителей, он не может просто уйти, даже если всё вопит о том, что за дверями будет что-то опасное. Ему нужен ответ, чтобы с чистой совестью посмотреть в глаза Дэи.
Чжань отходит чуть в сторону, чтобы его не зацепило, в случае если из-за двери что-то вылетит, и вводит код. Замок пищит и двери бесшумно разъезжаются. Ничего не происходит. Изнутри даже ничего не доносится, поэтому мужчина заглядывает внутрь. Он видел сотни таких исследовательских лабораторий. Столы, приборы, мензурки и голографические проекторы, прозрачный бокс в самом углу для работы с радиоактивными или опасными препаратами. В полутьме особенно ничего не видно, но создаётся впечатление, что внутри пусто.
— Ну вот, я так и думал, что нет причин волноваться, — Сяо Чжань выдохнул с заметным облегчением и прошёл внутрь. Дверь закрывается следом, пискнув блокировкой замка.
— О, как предусмотрительно. Гораздо умнее, чем в большинстве тех ужастиков про космос, которые любит смотреть Ибо.
Мужчина щелкает на кнопки панели рядом, пытаясь включить свет. Работающие лампы моргают, но те, что вышли из строя, не реагируют. Возможно, возникли проблемы в проводке или их повредили во время эксперимента? Внутри тихо и ничего не двигается. Разве, будь здесь что-то опасное, не напало бы оно сразу, как он зашёл? Успокаивая себя таким образом, Сяо Чжань прошел к ближайшему компьютеру.
Ничего нового он там не видит, всё тот же недописанный отчёт. Данные, полученные в ходе эксперимента, ему не говорят ровным счётом ни о чём. Кажется, это биохимия, а это не его сильная сторона. Хотя всё же лучше, чем общение с детьми, так что он может хотя бы определить, что найденное нечто не является животным. Это успокаивает.
— Камеры, камеры, камеры, записи с камер, где же вы… — бормочет он себе под нос, нетерпеливо притопывая ногой.
Наконец он находит то, что искал. Быстро перематывает, как мужчины и женщины перешучиваясь готовятся к тому, чтобы зайти в бокс. Кажется, они собираются проверить парники, куда высадили недавно обнаруженные в астероиде семена. Всё идёт нормально, насколько может судить Чжань. Они достают капсулы, открывают их. Растения не особо видно с этого угла. В кармане снова вибрирует телефон. Сяо Чжань отвлекается на него, решив, что стоит ответить Ибо, пока тот не сошёл с ума и не сделал что-нибудь необдуманное. Пока всё равно ничего не происходит.
— Ибо, не… — Чжань не договаривает, потому что одновременно с тем, как он отвечает на звонок, происходит несколько вещей. Во-первых, он смотрит на экран и видит, как растение душит и пожирает людей в боксе. Один из членов экипажа успевает достать оружие (давно оно идёт в комплекте к защитному костюму?) и выстрелить. Но кроме трещин в стекле бокса и перебитых нескольких листов, ничего не добивается. Запись обрывается, когда в камеру летит тот самый пистолет, выдернутый отростком. Во-вторых, что-то крепко обвивается вокруг лодыжки Чжаня, дёргая его вниз. Он вскрикивает, телефон летит из рук и падает где-то в стороне.
Мужчина только теперь видит, как под столом сгущается тень, а со стороны бокса что-то надвигается. Оно отдаленно похоже на фигуры людей, но покрытые мхом и листьями, к тому же, конечности слишком длинные и, видимо, способные разрастаться. Одна из таких и удерживала его ногу. «Ибо меня убьёт», — думает Сяо Чжань, пытаясь избавиться от лианы или даже скорее корня, одновременно следя, чтобы что-то другое не подобралось к нему с другой стороны. Фигуры медленно, но неотвратимо подбираются к нему, а отросток на ноге никак не поддаётся и как будто даже разрастается.
Неожиданно гремит взрыв. Чжань из-за волны больно врезается всем телом в стол, рядом с которым всё ещё сидел. В ушах звенит, картинка немного кружится, когда его резко вздёргивают на ноги. Сверкает лазер, отрезая отросток и освобождая лодыжку. В себя мужчина приходит уже в коридоре, куда его выводит Ибо, вцепившись в локоть так, что кажется ещё немного — сломает руку.
— Гэгэ, пожалуйста, шевели своими длинными ногами, которых едва не лишился, пока варга* нас не догнали, — Ван Ибо очень зол, это видно по тому, как он сжимает челюсти и цедит слова сквозь зубы.
*Живые растения, живущие на родной планете далеков, Скаро, и передвигающиеся с помощью своих корней
— А… — Сяо Чжань не уверен, что хочет спросить или сказать. Но обернувшись через плечо и заметив, как из-за раскареченной двери, всё ещё дымящейся, выползает нечто длинное и зелёное, решает действительно прибавить ходу. — Дверь стоило оставить.
— Это был самый быстрый способ попасть внутрь, — фыркает Ибо. Они заворачивают к жилой части и едва не сбивают с ног Дэю. Чжань в самый последний момент успевает подхватить её на руки. Ван Ибо недовольно шипит: — Я же попросил тебя оставаться в комнате!
— Мне стало страшно, что-то полезло из-под лешётки наверху, — девочка испуганно вцепилась в ткань пиджака Чжаня. Её всю трясло, и мужчина непроизвольно обнял её покрепче.
Ван Ибо чертыхнулся сквозь зубы, и Сяо Чжань даже ничего ему не говорит, потому что полностью солидарен. Они видят, как из комнаты девочки начинает ползти та же фигня, что и из лабаратории, медленно формируясь в подобие человеческой фигуры. За спиной к ним медленно ползут ещё три точно такие же.
— Идеи? — нервно интересуется Чжань. — Ты ведь не успеешь увеличить Тардис, да?
— Нужно чуть больше времени и чуть меньше нервов, — соглашается Ван Ибо, затаскивая их в единственную оставшуюся для них доступной дверь — столовую. Он тут же блокирует её с помощью телефона, а Чжань садится на ближайший стул. Признаться честно, он сильно перепугался, и колени слегка подрагивали, поэтому лучше было сесть, пока не уронил ребёнка.
— Так, как ты сказал зовутся эти… растения? Животные? — интересуется Сяо Чжань.
— Варга. Неужели гэгэ уже настолько стар, что у него проблемы со слухом? Или, может быть, с памятью? — Ван Ибо язвит, но его муж прекрасно знает, что это из-за испуга. Он даже чувствует за это укол вины, а потому не позволяет себе выдать что-нибудь обидное.
— Но разве они не должны быть похожи на… М, ходячие кактусы? В Академии нам точно что-то говорили про шипы и мех, — мужчина хмурится, пытаясь вспомнить свои далекие подростковые годы, когда не слишком прилежно ходил на уроки зоологии и ботаники. Там был очень скучный преподаватель, Чжань куда больше любил квантовую физику и этику.
— Должны, но, учитывая, что они должны были давным давно стать страшной сказкой, отсутствие колючек — наша меньшая из проблем, — пожимает плечами Ибо, наконец устанавливая свою Тардис перед ними.
Как раз вовремя, потому что дверь отсека начинает подозрительно дрожать, а с потолка падает решётка, не выдержав напора ползущего растения. Сяо Чжань поспешно забегает внутрь, здраво рассудив, что разговор о флоре и фауне других планет можно продолжить и в более удобном помещении. Ван Ибо захлопывает за ними дверь, и оба повелителя времени выдыхают с облегчением.
Пока Ибо задаёт новые координаты, Чжань ставит Дэю на пол, позволяя девочке оглядеться. Судя по любопытно крутящейся из стороны в сторону головы, ей нравится. Сяо Чжань тоже находил это место куда более уютным, чем корабль, даже если бы там не было плотоядного растения.
— Тут классно, правда? — Чжань поправляет съехавшую резинку на одной из косичек и неловко улыбается.
— Да, — девочка активно кивает несколько раз головой. Закончив с осмотром, она поворачивается к Сяо Чжаню и смотрит ему в глаза, задавая новый вопрос: — Теперь мне тут нужно подождать папу с мамой?
Оу. Чжань настолько сильно перепугался, разволновался, а потом был занят мыслями о том, как им спастись, что забыл об одной важной вещи. Амадея все еще ждала своих родителей. Она не знала о том, что варги размножаются, поедая плоть других живых существ. Не знала, что её мама и папа, которые хотели вернутся вместе с ней домой к Рождеству, чтобы вместе сходить покататься на санках, теперь были… Ходячими кустами с жаждой убийства.
Дэя всё ещё смотрела на него и ждала ответа. Сяо Чжань перевёл растерянный взгляд на Ван Ибо, надеясь, что он ему поможет. Но тот делал вид, что очень занят чем-то у консоли управления. Чжань заметил, что там открыт пасьянс.
— Амадея, послушай… — повелитель времени откашлялся. Он не умел говорить такие вещи взрослым, тем более понятия не имел, как нужно донести это до ребёнка. — Твои мама с папой, они… Боюсь, они больше не придут.
Девочка нахмурилась. Вряд ли она поняла, но Чжань не хотел говорить «они мертвы». Это звучало пошло и жестоко. Да и знала ли Амадея, что это такое, смерть?
— Почему? Они ведь обещали, что придут, когда закончат с делами, и мы будем есть торт. Со свечками. Они передумали? — Дэя нахмурилась ещё сильнее, но Сяо Чжань мог только радоваться, что она не плачет. С этим он бы точно не справился.
— Нет, не передумали. Понимаешь, малышка, иногда случаются вещи, которых мы не хотим. Мы не можем на них повлиять или как-то изменить. Твои мама с папой, тётя Рейчел и дядя Джо, я уверен, они очень хотели бы вернуться к тебе. Но не могут. Мне очень-очень жаль, — мужчина надеется, что его голос достаточно мягкий, а слова понятны.
— Значит… я теперь буду одна? Всегда-всегда? — девочка вытирает первые слезы с щёк. Чжань чувствует, как оба его сердца сжимает тисками жалости. Но он бессилен. Всё, что он теперь может — это обнять её, крепко прижимая к себе и немного покачиваясь, чтобы успокоить.
— Ты не будешь одна. Мама рассказывала тебе про своего брата? Скоро вы познакомитесь, и он будет заботиться о тебе. И мы, мы тоже тебя не бросим. Будем навещать на дни рождения и, может быть, Рождество. Обещаю, ты не будешь одна, никогда, — Сяо Чжань знает, что это очень опрометчиво с его стороны делать такие громкие заявления. Но он чувствует, что именно это правильно, это от души.
Дэя засыпает у него на руках спустя двадцать минут. Он укладывает её на диван и укрывает пледом. Сняв очки, мужчина устало потёр переносицу, чувствуя подступающую головную боль. А он говорил, что выберет что-то скучное.
Перед носом возникает чашка с горячим чаем. Ван Ибо скупо ему улыбается, уводя в сторону лестницы, чтобы они могли поговорить. Сяо Чжань знает, что ему придётся вытерпеть лекцию по поводу аккуратности и правил поведения в потенциально опасных местах. Он даже думает, что ему стоит послушать, чтобы больше не попадать в такие ситуации. Но другая его часть, иррациональная, говорит о другом: где бы он ни оказался, в какой бы части пространства и времени его ни настигла беда, Ван Ибо придёт на помощь.
— Прости, я поступил глупо. Мне жаль. Но знаешь, мы можем считать это реваншем за модель «Титаника», — шутит Чжань, приваливаясь к плечу мужа и отпивая из кружки. Его любимый чай, в меру сладкий, но с едва заметной горчинкой послевкусия. То что нужно после тяжелого дня.
— Никогда не бросай трубку, гэгэ. Никогда, — Ибо обнимает его на удивление бережно и ласково, словно старается укутать собственным телом. Видимо, пока они спасались от варгов, а потом Чжань успокаивал девочку, муж успел перебеситься. Это радует, потому что споры и ругань — не то, что сейчас было им нужно.
— Договорились, — Чжань целует его в шею, потому что ему жутко лень двигаться и тянуться куда-то выше. Какое-то время они молчат, слушая чужое и собственное дыхание, укладывая в голове все случившееся и отпуская. Будучи повелителем времени, уметь отпускать, людей, события, целые цивилизации, — это самое главное. — Как думаешь, что будет с тем кораблем? Может быть, стоит позаботиться об этой проблеме?
— Скоро в корабле закончится топливо, да и он рано или поздно столкнётся с чем-нибудь. Обжитых планет рядом нет, так что варги скоро снова станут страшной сказкой из далекого прошлого, — Ибо пожал плечами, давая понять, что не считает это проблемой. Он переложил ноги Чжаня к себе на колени и приподнял брюки, чтобы придирчиво осмотреть лодыжки. Запоздало Сяо Чжань вспомнил, что варга ядовиты. Но жажды убийства он не испытывал, да и в целом чувствовал себя прекрасно.
Сяо Чжань тоже предпочёл не заморачиваться по пустякам. Он научился этому у Ван Ибо. Если даже когда-нибудь им и придётся вновь столкнуться с этими жуткими созданиями, то тогда он и озаботится вопросом их истребления. Сейчас же были вопросы и дела поважнее.
— Эй, а ты ведь не против того, что я пообещал девочке? — вдруг вспомнил Чжань, чувствуя, как покраснели щеки. Иногда у него бывала дурная привычка забывать, что Ван Ибо вовсе не должен поддерживать каждое его решение.
— Ты про дни рождения и Рождество? — усмехается Ибо. — Нет, не против. Она забавная. Сказала, что мечтает в будущем стать балериной или поваром. А ещё ей понравилась моя коллекция лего, я показывал фотографии.
— И почему я даже не сомневался, что с детьми ты точно найдёшь общий язык? — искренне рассмеялся Сяо Чжань.
Ван Ибо ничего ему не ответил, лишь забрал чашку с недопитым чаем, отставил её подальше и потянул к себе. Его улыбка на вкус была чем-то, чем Сяо Чжань хотел наслаждаться до конца времён.
P.S. С тех пор Амадея каждый свой день рождения и Рождество встречала в компании дядюшек Джеймса и Джорджа. Они всегда приносили лучшие подарки и знали самые интересные сказки. Дядя Джеймс иногда помогал ей с уроками и занятием балетом. А дядя Джордж переборщил с коктейлями собственного сочинения на её свадьбе и смешно танцевал на столе. Она не могла бы сказать, что они заменили ей родителей или семью, но точно показали, что такое любовь. И она никогда не была одинока.
P.P.S. Ван Ибо всё же добыл для мужа сборную модель "Титаника" (Сяо Чжань старательно делает вид, что не догадывается, каким именно способом). Они провели за её собиранием целый день, три раза переругались в пух и прах, но в конечном итоге все остались довольны результатом.