Work Text:
Под конец пути, с ног до головы покрытый потом, Исуми от души жалел, что отказался от любезного предложения. Эх, если бы только подвезти предлагала не Сакурано-сан. Рядом с ней кидало в жар и виноватость так и сочилась из ушей, потому что Исуми не мог предложить своему сэмпаю ничего, кроме уважения, а между тем сигналы от нее поступали недвусмысленные.
Хотя возможно он просто чокнутый, раз считает, что такая красивая и успешная женщина с ним заигрывает. Да, на лекции Нарусавы-сенсэя она положила руку ему на бедро, но вдруг ей так было удобнее? Не следовало поддаваться странным фантазиям и отказываться от ее доброты.
Жарко было неимоверно. Точно так же, как неделей ранее и в понедельник. Лето только наступило и существовал один-единственный выход, чтобы полегчало — терпеть пока не привыкнешь. Но, черт возьми, как же жарко.
Исуми свернул на свою улочку и пошел двориками к «заднему» входу. Калитку он постарался закрыть предельно аккуратно, помня жалобы отца на лязг. Хотя в сущности, они были адресованы Тайзо, который в последнее время уходил и приходил, когда вздумается.
Верно говорят «Не поминай дьявола всуе»: разобравшись с задвижкой, Исуми поднял голову и обнаружил младшего брата, сидящего на ступеньках.
— Что ты тут делаешь? — Исуми вдруг запаниковал, что и в доме не найти долгожданного облегчения. — Они что, не включили кондиционер?!
— Я облажался, аники.
Уже не вспомнить, когда к нему так обращались в последний раз, а значит что-то серьезное.
Исуми вздохнул и прислонился к перилам.
— Рассказывай.
— Тут такое… — Тайзо потупился, судорожно потирая лоб, и выпалил, — моя девушка беременна.
Исуми остолбенел. Изматывающая жара отступила перед леденящей душу новостью.
— Ну то есть это… случилось. Мы уже обсуждали. Сперва она хотела делать аборт, а потому испугалась. Мы снова поговорили, и она сказала, что на самом деле не хочет туда идти, а хочет оставить, но надо сказать родителям. Завтра будем говорить с ними вместе, а потом я подумал…
Лучше поздно, чем никогда, саркастически отметил про себя Исуми и потер лоб.
— Лично я никому не хотел рассказывать, а если все же надо, то кому первому? Стремно идти к маме и папе, когда не знают ее родители. Можно их как-то собрать вместе или… Короче, я запутался, а она, похоже, совсем передумала делать аборт, и значит папа меня убьет, да? — Тайзо поднял на брата несчастные глаза, которые мгновенно выбесили.
Тот обозлился, но не забыл, что они по-прежнему торчат на улице. Хлопнув страдальца по макушке, Исуми зашипел ему прямо в ухо:
— Конечно, убьет, ты полный придурок! Как ты мог? Слышал, изобрели такую штуку — презерватив?!
— Обычно мы с презервативом, — выдохнул Тайзо.
— Как это «обычно»?! — Исуми орал шепотом, стараясь не лопнуть от возмущения. — Чертов идиот, тебе пятнадцать, и твоя девушка беременна в… пятнадцать! В этом возрасте нет никакого «обычно», сами презервативы — ненормальность! Ты счастлив уже от того, что можешь держать ее за руку, черт тебя дери!
— Я держал ее за руку в прошлом году, когда мы только начали встречаться, — пожал плечами Тайзо, каким-то невероятным образом ухитряясь оставаться милым и застенчивым. — Отношения развиваются, знаешь ли.
— Я не буду говорить с тобой об отношениях, — Исуми перевел дух. В висках бухало. Черт возьми, Тайзо собрался на встречу с родителями девчонки, а значит, если их собственный отец оставит его в живых, то это вряд ли сделает другой. — Ты придурок! ты идиот и козлина.
Однако, ругань здесь была бессильна. Маленький братик просил о помощи. Тот, который пускал слюни на их первый гобан, совал в рот камни, когда Исуми было семь. Что же делать?
— Мне очень жаль, аники. Просто так страшно еще не было, — взмолился несчастный.
Вот же передряга-то.
— Ладно. Значит, сейчас мы идем и все рассказываем, — Исуми кивнул головой в сторону двери. — Идем вместе, говорить буду я. — С кристальной ясностью он понял о чем будет говорить. Блядь. И чего его трусит стать дядей в девятнадцать? Точнее, в двадцать, надо же ему еще родиться. Дело-то в другом.
— Сейчас мы все сделаем, но после… Клянусь всеми богами, Тайзо, ты будешь мне должен до конца своих дней.
— Ты знаешь, что делать, чтобы папа меня не убил? — когда-то Исуми уже видел этот взгляд: трехлетка поднял глаза на старшего братика, который заставил испариться с тарелки ненавистный зеленый горошек, освобождая место клубничному мороженному.
— Знаю. Но с ее отцом завтра будешь говорить сам, — Исуми повернул голову к двери, куда предстояло войти.
Что ж время пришло.
Он шагнул вверх по ступенькам, одновременно удивляясь и ужасаясь, как вольно или невольно Тайзо копирует его, так же, как в детстве, на летнем фестивале. Чтоб ему лопнуть — Тайзо уже сам заделал ребенка!
Они вошли. Благословенная прохлада, о которой так мечтал Исуми, опалила лицо, словно внезапная пощечина.
— Мы дома, — негромко сказал он.
— Шин-чан! Добро пожаловать, мы здесь, — откликнулась из комнаты мать.
Чувствуя себя во главе похоронной процессии, куда затесалась сгорающая от любопытства и сующая везде свой нос котейка, Исуми пошел на голос.
Все как раз были в сборе. Отец уже вернулся с работы и развалился в кресле, скинув пиджак и расслабив галстук. Портфель его валялся на полу. Работая торговым представителем, он целый день бегал по жаре и теперь был полностью обессилен. Другое кресло облюбовал средний брат, в майке и шортах. Закинул ноги на кофейный столик и резался на ноутбуке в одну из своих игрушек. В этом году ему предстояли экзамены, но заниматься подготовкой было еще слишком рано, даже для Сейджи. Измученная мама вытянулась на диване и время от времени шевелила пальцами голых ног.
— Все уже дома, а готовить слишком жарко. Шин-чан, не заказать ли нам суши? Позвони, а? — ласково улыбнулась она старшему сыну.
Исуми тяжело сглотнул.
— Хорошо, ч-через минуту. Тайзо и я… мы хотим вам кое-что сказать. Точнее, прояснить. В общем… — Исуми попытался собраться с мыслями. Он не рассчитывал ставить их в известность ближайшие годы, точнее, вообще не думал, надеясь, что сможет избежать подобного разговора, но сейчас это было…
— Что случилось, сынок? — спросил отец.
Все воззрились на него, на самого старшего, самого ответственного. Провалиться бы сквозь землю, но Тайзо… Тайзо надо было спасать.
— Слушайте, это может показаться внезапным и неожиданным, но поверьте… нет. Я много боролся и долго принимал, и теперь думаю, что вы должны знать правду, потому что вы м-моя семья. Дело в том, что… в том…
Отец и мать ждали.
Вся затея вдруг показалась огромной ошибкой. Ведь нет никаких причин им рассказывать, ведь он не собирался ни с кем съезжаться или…
— Я гей.
Исуми выдержал паузу, пытаясь понять, дошло ли до них, и добавил вдогонку:
— А еще девушка Тайзо беременна.
— Шин-чан? Нет, это неправильно. То есть, у тебя ведь была такая милая подружка в старшей школе! Я понимаю, ты много занимался, чтобы стать профи, а там, конечно, все эти мальчики, — встревоженная мать приподнялась с подушки.
— Мама, я никогда ни с кем не встречался в старшей школе. Я же объяснил тебе, что Коэми-чан состояла в школьном совете, и мы работали над общим проектом. Она не была моей девушкой. Кроме того, среди профессионалов есть и женщины, не только парни.
Сакурано-сан здорово разозлилась бы, услышав подобное.
— Погодите-ка, — попытался вмешаться в разговор Сейджи.
— Сынок, может у тебя просто такой этап в жизни? Нет причин полагать, что все окончательно. В конце-концов, через несколько лет ты можешь понять, что хочешь семью, и это нормально, — рассудительно отозвался отец.
— Конечно, я могу захотеть семью, и тогда мы с моим партнером поговорим об усыновлении.
Например, можно заботиться о своих незаконнорожденных племянниках. Исуми начал заводиться. Никакого воображаемого партнера еще и на горизонте нет, а он уже растрепал семье, и зачем? Чтобы выгородить распутного братца!
Мать поднялась с дивана.
— Ты просто еще не встретил особенную девушку! Ты немного тормозишь с отношениями из-за го, но если бы учился в колледже, попал бы совсем в другое окружение, — она пригладила ему волосы. — Отец прав, ничего еще не известно, я имею в виду, ты ведь не… Или ты уже с кем-то спишь? — вдруг испуганно спросила она.
— Нет, мама, — признался Исуми, чувствуя себя ужасно жалким. Надо было хоть с кем-нибудь переспать, просто ради этого момента, тогда бы все воспринималось иначе!
— Хм, а почему? Ты такой привлекательный мальчик. Если ты гей, почему у тебя нет парня? У тебя должен быть парень!
— Если бы он считал себя натуралом, можно было бы точно так же рассуждать о девушке, — задумчиво почесал подбородок отец. — Если подумать, не такая уж это редкость в наши дни. Сын одного моего клиента поехал заключать брак в Нидерланды — обычное дело.
— Да погодите же, — отложил ноут Сейджи.
— Исуми легко сможет найти себе девушку! Например, дочка Мизутани-сана из соседнего дома всегда спрашивает о тебе, Шин-чан! К тому же внучка Табаты-сана очень красива и в этом году получит диплом медсестры. Табата-сан часто спрашивает меня не планирует ли Шин-чан жениться. Проще простого! — мать бодро щелкнула пальцами. — Один звонок — и можешь идти знакомиться. А там посмотришь, как пойдет.
— Я не пойду на миай, мама, — вздохнул Исуми, — я же только что сказал тебе, что я… гей. Это было бы нечестно по отношению к девушке.
— Стопэ! — Сейджи протянул руку с указующим перстом в сторону Тайзо.
— Думаю, тебе нужно поднабраться опыта, сынок, прежде чем ты что-то решишь. Хотя, наверное, это не совсем решение, — продолжал размышлять вслух отец.
— Тайзо! Эмико-чан беременна, я правильно понял? — наконец-то решительно выбрался из кресла средний брат.
Тайзо взвизгнул и отшатнулся.
— А… мы… собираемся завтра повидаться с ее родителями. Я точно н-не знаю, похоже, она не хочет делать аборт.
Оба родителя отвлеклись, но лишь на мгновение. Мать погладила Исуми по плечу и потянулась его обнять.
— Полагаю, в таком случае мы можем не переживать о наследниках.
— Если к рождению ребенка ты не договоришься хотя бы о помолвке, то и до женитьбы дело не дойдет, — обратился к Тайзо отец. — А ее отец так тебя отделает, что сидеть не сможешь. И будет прав, — добавил он.
— Я знаю, — опустил голову Тайзо.
— Надевай презерватив, идиотина, — услужливо добавил Сейджи, снова садясь на прежнее место.
Мать подошла и успокаивающе похлопала Тайзо по груди.
— Пойду завтра с тобой. У отца клиенты, да, дорогой? Нам обоим следует просить прощения и кланяться, а Эмико-сан должна знать, что она может положиться на нашу семью во всем. Как же ты молод, сынок! Отцом все же лучше становиться в более зрелом возрасте. Ладно, сперва узнаем ее решение. А ты, Шин-чан, — она потрепала по щеке своего первенца, — иди и закажи суши. И пусть добавят в заказ несколько бутылок саке — у нас скоро закончатся. Думаю, сегодня можно выпить по стаканчику.
— А я могу? — сунулся Тайзо.
— Нет! — ответили в унисон братья и оба родителя.
— Ради всего святого, сынок, у тебя что, мало проблем? — устало выдохнул отец. — Хочу успеть принять ванну до того, как принесут еду.
Он встал. Влепил Тайзо по затылку, а затем, для равновесия, повторил с Исуми.
Мать поцеловала Исуми и плюхнулась обратно на диван, нашаривая пульт.
Чувствуя себя в какой-то параллельной вселенной, он пошел на кухню, нашел номер суши-бара и позвонил. Потом поднялся к себе, чтобы переодеться, но, оглушенный случившимся, присел на кровать и уставился невидящим взглядом на коврик под ногами.
Младший братишка помешался на сексе и теперь, скорее всего, быть ему дядюшкой. Милый маленький братик, а по факту извращуга. Что ж, расплата за интим, бывает. А еще о самом Исуми теперь знает вся семья.
— Я твой должник, братан, — проскользнул в комнату Тайзо.
— До смерти не расплатишься, — перевел на него мрачный взгляд Исуми.
Сейджи не заставил себя долго ждать и тоже приложил Тайзо по затылку.
— Обрюхатил девочку, вытолкал доброго старшего братика из шкафа. Есть что сказать в свое оправдание?
— Заткнись, — жалобно ответил Тайзо, отталкивая его. — Если вытащить мозги из онлайн игр и книжек и начать общаться с реальными людьми, то всякое может случиться.
— Такое случается, идиотина, когда ты слишком тупой, чтобы вспомнить о маленьком резиновом чехольчике, — захихикал Сейджи.
— Ребята, хватит, — вздохнул Исуми.
— А ты у нас просто герой! Выложил свою тайну ради спасения бэбика. Ты должен был приберечь ее для моего спасения, — голос Сейджи тоже стал жалобным.
— А тебе-то что надо? — с горечью спросил Исуми. — Еще один высший балл за тест или рекомендацию в Тодай?
Тайзо пренебрежительно фыркнул, а Сейджи пожал плечами.
— Как знать! Теперь у меня больше нет подстраховки, что тут сказать. А все благодаря этому придурку, — он пнул Тайзо, который пнул его в ответ.
Исуми пригляделся к ним внимательней, в глубине души шевельнулось страшное подозрение.
— Вы оба, надеюсь, не особо были шокированы, — на самом деле он не хотел слышать никаких объяснений.
Братья прекратили возню. Одновременно посмотрели сперва на Исуми, затем друг на друга. Исуми напрягся.
— Братан, мы давно знаем, что ты гей, — улыбнулся Тайзо.
— Что? — задохнулся Исуми.
— Когда-то давно мы залезли к тебе под кровать, искали порно, — пожал плечами Сейджи.
— Рад, что мама до него так и не добралась, — продолжил Тайзо, — иногда очень нужная вещь.
Исуми покраснел как спелый помидор.
— Подождите, вы видели…
— Тебе что, мало секса в реальной жизни? Не усугубляй, рассказывая, что ты еще и в журналы залипаешь, — одернул младшего Сейджи.
Тайзо отмахнулся.
— Заткнись! Думаешь, когда Эмико-чан мне даст в следующий раз? Не на следующей же неделе!
Исуми устало провел ладонью по лицу. Однажды в бумажном мусоре за домом одноклассника он нашел порно-журнал для геев и принес его домой в школьной сумке. Кажется, братьям тогда было лет десять-двенадцать.
— Если эта девушка когда-нибудь снова согласится трахнуться с тобой, ее надо будет срочно отправить на обследование, проверить, не сбрендила ли она. Даже лучше сделать это прямо сейчас, не дожидаясь чего. Кто-то должен помочь ей прийти в себя, — невозмутимо прокомментировал Сейджи.
— Какой же ты мудак! — рассердился Тайзо и попытался достать брата уже нешуточно, но тот уклонился.
— Значит, с тех пор вы… — побагровел Исуми.
— Показать, что тебе нужно? — Сейджи в очередной раз ушел от пинка, рванул на себя один из ящиков письменного стола, выхватил оттуда большую пачку презервативов и швырнул ее Тайзо. — Всегда носи в кармане, не выкладывай, шмара.
Исуми заподозрил, что прямо сейчас у него разжижается мозг.
— Эй! Это слово для девчонок и это… плохое слово! — Тайзо покраснел, должно быть, вспоминая Эмико.
Осталось только решительно встать.
— А теперь, сопляки, вы подробно расскажете, как часто рылись в моих вещах!
Оба брата сдали назад, но Сейджи еще не растерял дерзости.
— Достаточно, чтобы мы поверили, когда ты сказала маме, что у тебя нет парня. Эта запечатанная коробка у тебя уже сто лет. Лучше проверить срок годности, Тайзо. Зачем они тебе вообще, нии-чан?
— Потому что… потому! Я не говорил, что у меня никогда никого не было, — фыркнул Исуми.
Братья снова переглянулись и весело засмеялись.
— Тогда скажи, ты был сверху или снизу? — отозвался Тайзо. — Но умоляю, даже если ты был снизу, скажи, что сверху — не хочется представлять тебя…
— Вон! — выплюнул Исуми, чувствуя новый прилив крови к ушам.
— Главное, я рад, что он не встречается с этим придурком Ваей, — Сейджи шагнул к выходу.
— Вая? При чем тут он? — уши продолжали пламенеть.
— Лохматый сопляк та еще липучка. Виснет, словно это он его брат, — обижено хмыкнул Тайзо.
— Вряд ли он хочет быть ему братом, — недовольно отозвался Сейджи.
— А ну, пошли отсюда, — из последних сил зашипел на них Исуми.
Продолжая хихикать, братья закрыли за собой дверь. Исуми опустился на кровать и схватился за голову. Скорее всего, Вая натурал и вообще никаким боком не причастен. Видимо, пришло время искать себе отдельное жилье, потому что в этой семейке все просто сумасшедшие.