Work Text:
«Ну ты даешь».
Такое сообщение Стив получает от Наташи.
В целом он с ней совершенно согласен, но в глубине души надеялся на более конструктивные предложения.
Он всё проверил, абсолютно всё. Обшарил все карманы, все отделения сумки с ноутбуком. Поискал, нет ли ключей где-нибудь на полу машины.
«Не хочу давать очевидные советы, но нужно вспомнить, где ты видел их в последний раз и что с ними делал».
Стив согласно кивает, глядя на экран телефона. Точно. Определенно так и нужно делать. Это он и сделал в первую очередь. Он закрыл дверь и убрал ключи в сумку с ноутбуком. В боковое отделение. Вот и вся история. Оттуда они исчезли.
«Это на тебя не похоже. Замотался?»
«Зарисовался слегка».
«В студии проверял?»
«Конечно. Самое дурацкое, что я прекрасно помню, куда их положил. Ума не приложу, как они могли куда-то деться».
Он задумчиво стучит пальцами по рулю. Ничего такого уж страшного не происходит. Жаль, что Наташа далеко, уехала на свои дизайнерские семинары. Так бы дала ему свой комплект. А комплект от ее квартиры висит у него дома рядом с его собственными запасными ключами. Только вот туда как раз не попасть.
Это действительно на него не похоже.
Он даже не знает, работают ли ночью какие-нибудь конторы, которые могут помочь ему с замком. Но стоит хотя бы попробовать поискать, потому что в качестве альтернативы можно лишь ночевать в машине или вернуться в студию и пытаться (или не пытаться) спать там.
На его счастье он довольно быстро находит ребят, которые работают круглосуточно. И мастера оттуда готовы выезжать куда угодно и когда угодно. Какие молодцы.
Стив слушает гудки в трубке, и некстати в голову лезут мысли о том, как все эти помощники на час сначала что-то делают в доме, а через некоторое время дом обязательно грабят.
Однако приветливый женский голос на том конце линии практически тут же развеивает его опасения.
«Вызвал слесаря», — пишет он Наташе, и в ответ она присылает сочувствующий смайлик.
Стив трет глаза и ловит свое отражение в зеркале заднего вида. Не стоит засиживаться допоздна. Все истории, которые случаются после полуночи, точно не приводят ни к чему хорошему.
Мелкий дождь стремительно превращается в ливень, и так же стремительно портится настроение. Пропадает желание выходить из машины, чтобы размяться. Не так он хотел провести сегодняшнюю ночь.
«Скучно тебе там?» — пишет Наташа. Он прекрасно знает, что ей давно пора спать.
«Ничего, посижу, почитаю ленту».
Сколько ему сидеть, он не знает. По закону подлости мастер должен приехать к утру или вообще не приехать. Потому что сегодня такой день. Ключи загадочным образом исчезли со своего законного места как раз в тот момент, когда он уже приехал к себе и собирался как следует отдохнуть. Изо всех сил.
Надо было доделать пейзаж, а не ехать домой. Так была бы хоть какая-то польза.
Он снова барабанит пальцами по рулю и ставит на то, что мастер вообще не приедет. Это будет вполне логичное продолжение ночи.
Мастер приезжает через двадцать минут.
Старенький серый седан паркуется прямо напротив его машины. На водительской дверце нарисован логотип с открытым навесным замком, и этот факт немного поднимает настроение.
Он достает зонт и идет к машине.
— Это вы взломщик? — спрашивает Стив у парня, как раз в этот момент вылезающего из машины. Ему ужасно хочется добавить «как один известный хоббит», но он решает, что пока рановато для таких шуток.
— Зависит от того, собираетесь ли вы позвать меня грабить Одинокую Гору, — тут же отвечает ему мастер, открывая зонт. На его форме видна нашивка с фамилией «Барнс», а сам он выглядит чертовски бодро для трех часов ночи. Даже слишком. — Я Джеймс, — говорит он, протягивая Стиву руку. — Так что у вас случилось?
— Ключи потерял, — произносит Стив, отвечая на рукопожатие.
Наташа не раз говорила ему, что после трех часов ночи нельзя принимать решения и ни в коем случае нельзя ни с кем знакомиться. Ничего хорошего из этого не выйдет. Не самые плохие правила, но вот сейчас их нестерпимо хочется нарушить.
— И я предупреждаю, что документы на аренду у меня в квартире, и вам придется вскрыть замок, а потом убедиться, что всё легально. Я, кстати, Стив.
— Очень приятно. — Джеймс кидает на него задумчивый взгляд. Стив тут же ловит себя на мысли, что хотел бы увидеть его глаза в освещении студии. Особенно утром. Он вообще не отказался бы пригласить его в студию… в разных качествах. — Я знаю, это глупый вопрос, но вы посмотрели везде? Вы даже не представляете, как часто ключи в результате находятся. А замок-то уже всё.
Стив качает головой. Где-то вдалеке гремит раскат грома.
— Все карманы, все ящики… всю машину обшарил. Хочется уже попасть домой.
— Хорошо, но у вас маленький ключ или большая связка?
— Ну… средняя связка.
Стиву и в голову не могло прийти, что нынешнюю ночь он будет проводить, стоя под дождем у крыльца своего дома и участвуя в небольшом мозговом штурме с парнем, которого знает всего несколько минут. Но он совсем не против.
— Ну, значит, не получилось бы просто выронить ключи. Это было бы заметно. Опять же, вы на машине, не в общественном транспорте, где толчея и карманники.
— Так вы скорее взломщик из «Хоббита» или Шерлок? — Стив решает, что терять ему уже нечего и нет смысла поддерживать иллюзию серьезного разговора.
— Я Баки. Ну, так меня друзья называют.
— А я Стив, — зачем-то повторяет Стив, и его новый знакомый улыбается. У него необычная улыбка. Какая-то немного лукавая, и из-за этого ужасно хочется как можно скорее снова оказаться в студии. Ночь идет совсем не по плану. И это к лучшему.
— Стив, соберись. Сейчас сломаю тебе замок, потом новый ставить… а ключи найдутся, и будет очень обидно. Куда ты их убирал?
— В сумку для ноутбука, как обычно.
— Значит, ты часто так делаешь, и это просто такое рутинное действие, и тебе может казаться, что ты сегодня всё сделал, как делал много раз до этого.
Стив кивает. Ему очень нравится тембр голоса его нового знакомого, и, черт побери, сегодня он собирался приехать домой и просто лечь спать, а завтра закончить картину. Он вовсе не хотел посреди ночи влюбляться в мастера-взломщика. И как теперь заканчивать картину — совершенно непонятно, потому что вдохновение будет настойчиво требовать бросить пейзаж и срочно рисовать портрет. Можно даже в студию не ехать, просто достать блокнот…
— Да, и вот оттуда они просто испарились.
– Так… — Баки изучает его очень придирчиво. — Ты был одет так же, когда уходил из дома?
Стив очень надеется, что его футболка не заляпана краской. Хотя что в этом такого? Пусть этот мастер-взломщик знает, что он — творческая натура.
— Да…
— Уверен? Утром было холодно, днем потеплело, сейчас дождь идет. Погода на все случаи жизни.
Стив кивает, а затем во все глаза смотрит на Баки.
— Жилетка! Я снял ее, когда пришел в студию, убрал в шкаф… Черт, ключи в кармане!
Баки тут же самодовольно улыбается и даже хлопает Стива по плечу.
— Говорил же!
— Я… ужас какой. Как я вообще мог об этом забыть?
— Не переживай. — Баки качает головой. Ему удивительно легко удается поддерживать видимость светского разговора посреди ночи с незнакомым человеком. Который в его глазах сейчас должен выглядеть последним дураком.
— Такое постоянно случается.
— Еще выдернул тебя в такое время.
— Ну, это моя работа.
Стив смотрит на него в упор. Нельзя принимать решения и знакомиться после трех часов ночи. Он абсолютно уверен, что Наташа почерпнула это правило в каком-нибудь ситкоме.
— А ты… чтобы с тобой еще раз встретиться, нужно опять ключи потерять?
— Ну я же не только замки взламываю. — Баки разводит руками.
Телефон вибрирует уже, наверное, в двадцатый раз, и Стив лезет в карман. Не самый плохой путь к отступлению.
— Прости, это моя подруга. Я не отвечаю на ее сообщения, и она скорее всего уже думает, что ты связал меня и грабишь.
— Я мог бы ограбить тебя на чашку кофе, — говорит Баки и тут же добавляет: — А то ночь такая длинная.
У него тоже есть небольшой путь к отступлению.
Стив забывает о телефоне. Поехать сегодня домой было определенно прекрасным решением. Одним из самых лучших в его жизни.
— Ключи в студии. Это очень близко, пятнадцать минут, и мы будем там. Поехали? Я варю отличный кофе.
— Хорошо. — Баки улыбается. — Если ты только не маньяк какой-нибудь.
— Грабитель и маньяк — отличное сочетание.
Баки согласно кивает. Определенно, этой ночью все складывается очень хорошо.