Chapter Text
Так сильно на вокзале Кинг-Кросс Гарри, кажется, ни в жизнь не волновался. Даже когда впервые сюда попал. Даже когда бедняга Добби заколдовал стену, чтобы он не смог пройти. Даже когда он умер и нашёл голого Волдеморта под лавкой!
Сегодняшнее волнение было совершенно особенным. Джеймс, его Джеймс, его малыш отправлялся в Хогвартс! В первый раз! Если бы Гарри мог себе позволить излить чувства адекватно их силе, то он два часа бегал бы по вокзалу, что есть мочи крича букву «А». Но подобный способ выражения эмоций радикально не подходил взрослому человеку, аврору, отцу, в конце концов — это Гарри напоминал себе ежеминутно. Ради Джеймса, конечно же. Не стоит пугать парня. Сын не должен заподозрить, насколько у папаши мозги набекрень.
От взрослой родни чувства скрыть было труднее. Молли обняла его, прошептав на ухо: «Всё хорошо!». Джинни украдкой погладила по спине. Джордж хлопнул по животу — «Эй, расслабься, папаша!». Ему легко говорить — сам-то он уже отпсиховал своё в прошлом году, когда отправлял в школу Фреда.
Даже скупой на проявления приязни Виктор молча потрепал Гарри по плечу, толкая другой рукой тележку Джеймса. Ведь не Джинни же заниматься багажом, уж такого галантный Крам нипочём не потерпит. А руки обоих Поттеров были заняты. Просто Гарри никак не мог набраться духу выпустить ладонь Джеймса из своей. Чем меньше времени оставалось до отправки поезда, тем сильнее таял в сознании окружающий мир, сжимаясь до пространства их соединённых рук.
Поэтому Гарри едва заметил Теда, которому Андромеда читала последние бабушкины наставления, и носившегося сломя голову по перрону Фреда, чья курчавая рыжая макушка, казалось, мелькала в пяти местах одновременно, и гордо шествующую со своей тележкой во главе семьи первокурсницу Мари-Виктуар, и надутого как индюк Перси с близнецами — «Я считаю, дети с самого детства должны знать, к чему стремиться!». Трёхлетние Молли и Люси не очень понимали возвышенные соображения отца, а потому просто висли на матери, что-то лепеча на своём детском языке.
Но наконец время вышло. Мама и бабушка расцеловали Джеймса, чем ужасно его смутили, Виктор с серьёзным лицом пожал руку и пожелал удачи. Гарри не нашёл в себе сил проявить такую же сдержанность и крепко обнял сына.
— Пап, ты не скучай без меня! Я тебе каждую неделю писать буду! — пообещал в утешение своему слюнтяйскому папаше добрый мальчик и вырвался на волю из ослабевшей хватки. Вот так. Детей надо отпускать. В своё время. Но почему оно наступает так быстро?
Как и многие провожающие, Гарри подошёл ближе к поезду, чтобы найти купе, в котором поедет Джеймс, и помахать ему в окно. Он с волнением смотрел, как сын устраивается в компании хохочущих Теда и Фреда и хлопочущей над ним Мари-Виктуар. Наконец Джеймс заметил стоящих на перроне родных и приник к окну, яростно замахав рукой им в ответ. Поезд шумно выдохнул и осторожно тронулся. И Гарри не заметил даже, неотрывно глядя на сына через стекло, как ноги сами понесли его, сперва медленно, потом быстрее, чтобы не отстать от набирающего ход поезда.
Даже если бы у Гарри Поттера, великого героя и мага, достало бы скорости бежать вслед за Хогвартс-экспрессом до самой школы, препятствий на пути никто не отменял. Доставшееся ему препятствие оказалось твёрдым, как пожарный гидрант, и злобным, как разъярённая кобра.
— Смотрите, куда несётесь!.. — прошипел над ним удивительно знакомый голос с удивительно знакомыми интонациями.
— Профф… Снейп?!
— Поттер-р?!
Округлившимися глазами Гарри уставился на возвышавшегося над ним Снейпа, который выглядел как в лучшие свои годы: по уши застёгнутый в чёрную мантию и очень сердитый.
— Так и не научились пользоваться мозгами? — выплюнул он, сверля своего бывшего ученика зверским взглядом.
Насколько Гарри помнил правильные методы общения со Снейпом, стоило пару раз пропустить мимо ушей его подначки, как он отказывался от попыток вывести собеседника из себя и начинал разговаривать как нормальный человек. Почти. Ну насколько мог.
— Я сына провожал, — ответил Гарри спокойно.
Однако такой миролюбивый ответ Снейпа не устроил.
— Этого ещё не хватало, — сузив глаза, прошипел он.
— А вы что здесь делаете? — успел поинтересоваться Гарри, но Снейп определённо решил сбежать, бросив через плечо:
— Не ваше дело!
И аппарировал через несколько шагов.
Невыносимый человек.
— Дядя Гарри, вас мама зовёт!
Тоненький голосок Доминик заставил его очнуться. Девчушка строго посмотрела на него снизу вверх и потянула за руку, заставляя идти. Флёр и Билл в компании Джорджа, Анджелины и супругов Крам стояли поодаль и, видимо, ждали только его.
— Арри, мы решили немножко отпраздновать, ты ведь с нами?
Можно было отговориться срочными делами, но Гарри вдруг понял, что совершенно не готов возвращаться в опустевший дом вот так сразу. Так что приглашение скорее обрадовало, пусть это оказались всего лишь семейные посиделки в кафе Фортескью.
— Мне почудилось, или ты там на вокзале напоролся на Снейпа? — спросил Джордж, ковыряя ложкой шоколадные шарики.
— Я сам обалдел, — хмыкнул Гарри. — Нечаянно налетел на него, он чуть со злости не лопнул.
— И что он только делал на вокзале в такой день? — пожала плечами Анджелина.
— Снейп соскучился по детям, — предположила Джинни зловещим голосом. — Припёрся помечтать, что его опять взяли профессором, и он снова сможет пить у детей кровь.
— Это же шутка, да? — немного неуверенно предположил Виктор, и Джинни, Джордж и Анджелина покатились со смеху.
— У нас в Дурмстранге был профессор-вампир, — в своё оправдание сказал Виктор. — Ему, конечно, официально было запрещено пить учеников, но кто этих тварей знает…
— Чёрный маг не вампир, — вдруг вмешалась Доминик, забыв даже про мороженое. — Он провожал на поезд девочку. Мы с Фредом их видели!
— Милая, ты уверена? — удивилась Джинни.
— Да. Фред сказал, что эту девочку он не знает, а значит, она такая же малявка, как Мари! Хотя Мари вообще не малявка! Так вообще некрасиво говорить про девочку! — наставительно объявила юная леди, довольная тем, что завладела вниманием взрослых.
— Обалдеть! Снейп обзавёлся потомством! Ещё скажите мне, что он умудрился жениться! — ужаснулся Джордж.
— Не переживай, у нас есть ещё шанс, что он украл этого ребёнка. Или вырастил в пробирке, — хихикнула Джинни.
— Воровать детей вообще нельзя! Это не смешно! — заявила Доминик, сурово уставясь на легкомысленную тётушку Джинни.
— Ты права, дорогая!
***
Уже вечером, без цели и смысла слоняясь по тихим, словно осиротевшим комнатам, Гарри не мог перестать думать о сыне. Джеймс сейчас, наверное, волнуется перед распределением. А может, уже прошёл его. Как ни удивительно, Гарри было совершенно всё равно, на какой факультет попадёт сын. Он отличный парень и украсит собой любой из факультетов. Джеймс решителен и смел, как гриффиндорец, заботлив и дружелюбен, как хаффлпаффец, у него есть амбициозность и упорство слизеринца, цепкий ум и богатое воображение рейвенкловца. И он, конечно, везде найдёт себе друзей. И у него уже есть два старших товарища, Тед и Фред, которые и выручат, и защитят, если что. И у Джеймса есть Джинни. И он сам. И даже Виктор. Никто не посмеет обидеть ребёнка из такой семьи. В Хогвартсе, в конце концов, Невилл работает…
Гарри поймал себя на том, что шарит по столу в поисках пергамента, чтобы написать письмо Невиллу с просьбой присматривать за Джимми, и чуть не надавал себе по рукам. Хватит сходить с ума! Хогвартс безопасен, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО безопасен с тех пор, как некие юные герои расквитались с Томом Риддлом и его василиском, и прочими троллями. Джеймсу нужен психически здоровый отец, а не параноик с воспалённой фантазией.
Волевым усилием запретив себе представлять мнимые угрозы, подстерегающие ребёнка на каждом шагу, Гарри впихнул в себя давно остывший ужин и отправился в спальню — место, где уже давно не ступала нога человека. Другого человека. Как же глупо. Даже Снейп с его кошмарным характером и не менее кошмарным прошлым сумел найти себе кого-то. Настолько серьёзно найти, что у них теперь дочь! А Гарри…
Вина перед Джинни давно уже не терзала его. Говоря по справедливости, его бывшая жена получила от развода куда больше, чем он. Джинни и Виктор стали отличной парой, красивой и гармоничной. Гарри и сам был бы не против встретить кого-то вроде Виктора. Кого-то, кто может быть сильным и уверенным. И заботливым. И трепетно нежным, когда это необходимо. И нашедшим себя профессионалом. И способным на диалог. Человеком, которого можно уважать, любить и гордиться им. Эх, мечты!
Передёрнуть, представляя нового мужа своей бывшей жены, можно, если об этом никто не узнает. Крам сам виноват. Нечего было весь день лезть на глаза с таким счастливым сексапильным видом.