Work Text:
– Федор Иванович... – Игорь сунулся в кабинет и только потом постучал по косяку, привлекая внимания.
– Чего тебе?
Игорь зашел по-человечески, прикрыл за собой дверь, грозно зыркнув на весь опенспейс, чтобы никто не посмел зайти или погреть уши у двери. Федор Иванович оторвал взгляд от экрана ноутбука. Кажется, выглядел Игорь также, как себя чувствовал, потому что следующий вопрос был:
– Случилось чего, Игорек?
Игорь отрицательно мотнул головой. Как же непросто это все было.
– Мне бы... пораньше уйти.
Молния не ударила в управление, землетрясение не содрогнуло его с самого фундамента до крыши, но эффект был такой же. Федор Иванович удивленно заморгал:
– Пораньше?
– Пораньше, - закивал Игорь.
– Насколько пораньше?
– Ну... прямо сейчас, – неуверенно ответил Игорь.
Федор Иванович обомлел.
– Точно ничего не случилось? – Игорь замотал головой. – По делу что-то? Что там по твоему трупу?
– Да ничего пока, там эксперты еще не прислали отчет. Дубин к ним съездит, все нормально. Правда, очень нужно уйти. Дядь Федь, пожалуйста.
Это был запрещенный прием – в рабочих стенах дядя Федя был строго Федором Ивановичем, но Игорю правда было нужно. И было еще сложнее объяснить, зачем. Но Федор Иванович, конечно, и так все понял – посмотрел на календарь, и понял. Усмехнулся в усы:
– Да ладно? Неужели у тебя романтические планы нарисовались?
Игорь пристыженно кивнул.
Прошлый день святого Валентина они просрали. Ничего не планировали, и вспомнили о том, что он был, только спустя несколько дней. «Ну, с прошедшим», – сказал тогда Петя и хлопнул его по плечу. Но в этом году все вокруг стало напоминать само собой. Витрины подарочных магазинов замелькали сердечками, на цветочных запестрили акционные баннеры, и на работе то и дело Игорь краем уха слышал о планах от других коллег. Все вокруг спешно бронировали рестораны и заказывали букеты, и Игорь подумал – почему бы и нет? Разве они с Петей не заслужили, чтобы ну, все как у людей? Рестораны, конечно, отметались. Будь кто-то из них двоих девушкой, Игорь бы уже в панике искал столик. Но у них все было не так. Конечно, они куда-то вдвоем ходили, но если это был не паб, то и дело приходилось ловить на себе подозрительные взгляды. Как будто им не то, что встречаться, а вообще смотреть друг на друга не положено. Такие походы всегда были пыткой – не прикоснуться, не улыбнуться так, как привык дома. Хотелось взять Петю за руку, коснуться ладони губами, прижать к щеке. Игорю хотелось с ним всего. И в этом году он решил взять все в свои руки.
– А у Дубина, что, своих планов нет? – грозно спросил дядь Федя. – Опять ты его кошмаришь, Игорек? Вроде он не стажер уже, а ты все...
– У него только вечером, – торопливо вставил Игорь.
Дима и правда его заверил, что все в порядке, и планы у него на восемь, а до того времени он и сам справится. Игорь не знал, что Димка с кем-то встречался, но в душу лезть с расспросами не стал. Только спросил, как зовут зазнобу. Дима сказал, что зазнобу зовут Валей, покраснел и явно больше не хотел продолжать этот разговор. Смешной такой – Игорь его никогда раньше влюбленным не видел. Хорошая, наверное, девчонка. Да и Вале этой повезло.
– Ну смотри мне, – пригрозил дядь Федя. – Узнаю, что ты опять Димку щемишь, не посмотрю, что у тебя свиданка, пойдешь на работу как миленький.
Игорь закивал. Дядя Федя это все больше для острастки, он это понимал, и вряд ли бы свои угрозы привел в действия, даже если бы Дубин прямо сейчас заплакал под дверью его кабинета о вселенской несправедливости (но Димка бы так делать точно не стал).
– Ладно, герой-любовник, иди уже, – усмехнулся дядь Федя. – Петьке привет.
Игорь вылетел из кабинета, как на крыльях. Самому было странно, до чего у него внутри отзывались все эти штуки из романтических мелодрам. Хотелось все сделать если не идеально, то хотя бы сносно. Если рестораны их у себя видеть не хотели в такой день, значит, ресторан будет у них дома.
В магазине подарков был целый стеллаж свечей, какие хочешь, любого цвета и формы. Игорь прихватил несколько штук – простые, прямые, красного цвета. Нарядно, празднично. На кассе, пока пробивал, окинул взглядом стойку с валентинками, но все были какие-то жуткие и слишком... гетеронормативные, как Юлька бы сказала. Из подарочного – в большой супермаркет возле дома, ноги сами несли. Притормозил возле витрины с цветами и сам себя обругал – подарок же еще. Про ужин заранее подумал, что готовить, свечи эти... а про подарок забыл.
Цветы были красивые, но Игорь сомневался – не слишком? Все-таки правда, не девчонки. А ну как ему Петя эти цветы на голову наденет, еще и посмеется. Скажет что-то вроде «нашел бы ты себе бабу и мозги мне не ебал». Игорь посмотрел на букет белых лилий, приценился. Дорого. Но лилии были прекрасные, изящные, и напоминали Петю. Глупо, наверное. Игорь зашел в цветочный и замер. Народу было полно, хоть и времени всего час дня. Игорь протиснулся к лилиям, наклонился над тонкими лепестками. Господи, а воняют-то. Ну точно Петя.
– Не советую, – авторитетно сказал мужик, стоявший рядом. – Я один раз своей подарил – так воняло, потом у всей семьи башка болела, даже коту поплохело.
Игорь кивнул и спешно вышел. Нет. Может, в другой раз. Сейчас, наверное, не надо. Чересчур.
Что же подарить? На ум ничего не шло. Он попытался вспомнить, что другие дарили, о чем он слышал. Но новый айфон у Пети и так был, шоколад и цветы отпадали. Вывеска интим-магазина бросилась в глаза. К такому он тоже не был готов, его запас смелости ограничивался на покупке смазки, и ту он брал в аптеке. Игорь начал злиться. Да что же это такое? Если Пете было что-то нужно, он или сам себе это покупал или Игорь, заметив, покупал ему. Но это же не подарки, это просто потому что он знал, что Пете нужно что-то, значит, это у него должно было быть. Игорь попытался вспомнить хоть что-нибудь, чего Пете не хватало для счастья, но отпуск за полдня не огранизуешь, и не тупых лейтенантов тоже было не достать.
Молодец, Игорь. Хотел, чтобы как у всех, а про самое главное забыл. Хорошо хоть бумажку со списком продуктов не потерял. Игорь ходил по «Перекрестку» и складывал продукты в тележку, на автомате, все пытаясь что-то придумать, но на ум ничего хорошего не шло. Не гель для душа же дарить, в самом деле. Погруженный в размышления, он докатил тележку до очереди на кассе. Перед ним стоял маргинального вида парень с дредами, совсем без палева собиравшийся купить бутылку колы и шоколадку. Игорь все пытался придумать что-то. На глаза попадались бритвы, киндер-сюрпризы и презервативы. Негусто. Маргинал с колой заплясал на месте и потер носком крокса (в феврале-то) зачесавшуюся лодыжку. Петя тоже так делал, особенно, когда по холодному полу с утра плясал босиком. Носки он дома носить не хотел, а сланцы презирал.
Ну точно. Пете нужны нормальные тапки. Вот только где их по-быстрому найти? Был бы у него смартфон, может, и нагуглил бы, а ближайший ТЦ, который пришел в голову, был далековато, времени столько нет. Балда ты, Игорь, сколько раз тебе говорили – купи себе нормальный телефон. Юлька каждую неделю об этом говорила.
Она взяла трубку сразу же, словно ждала звонка.
– Пчёла, спаси меня, – взмолился Игорь, и Юля, конечно же, его спасла. Снова.
Он и не знал, что буквально на соседней улице был этот магазин, ему бы и в голову не пришло искать там тапки – на витрине лежали подушки, постельное, полотенце. Но и тапки нашлись в ассортименте. С размером просто – сколько раз он трогал и гладил эти ноги, знал, что ступня у Пети большая, чуть длиннее его ладони. Ему понравились черные, пушистые. Минималистичные, но очень теплые и удобные на вид. Стоили они, конечно, ну совсем не как Игоревы сланцы, но было не жалко. Игорь как представил Петины ноги в этих тапках, как ему будет в них тепло, и сразу заулыбался.
– Ленточкой повязать? – спросила кассирша.
Игорь кивнул, а ценник вырос на сто пятьдесят рублей. Грабеж, конечно. Ну и ладно.
Карбонару Игорь решил оставить на потом – она казалась попроще, а вот с любимым Петиным салатом Цезарь с креветками явно надо было повозиться. Первая порция сухариков сгорела к херам, пока Игорь на компьютере смотрел, как чистить креветки. Завоняло гарью на всю квартиру – отлично, просто замечательно. Игорь распахнул окна в спальне и на кухне, вытащил на центр квартиры вентилятор, а сам надел на себя двое носков и самый теплый свитер – не хватало еще простудиться. Он все-таки хотел Пете приятное сделать, а не устроить ему неделю ухаживаний за собой, простуженным.
За второй порцией сухариков наблюдал в засаде, присев на корточки возле духовки. Сухарики вышли что надо – хрустящие и чуть румяные, самое то. С яйцами тоже намучился, Игорь их только вкрутую умел варить, а всмятку – целая наука. С третьего раза только получилось, зато на завтрак будет что пожевать, а недоваренные сопли из второй партии отправились в унитаз. Он, конечно, мог купить готовую заправку, но Петя всегда понимал, когда она заводская и только нос кривил, поэтому соус Игорь готовил по всей науке, постоянно убегая сверяться с гуглом.
Почему-то именно в момент, когда креветки доварились, соус был готов, и больше ничего глобально не могло испортить ему салат, Игорь понял, что чувствует себя ужасно влюбленным. Они с Петей уже года полтора как были вместе, но даже в первые месяцы их осторожных плясок друг вокруг друга Игорь не чувствовал себя так, как сейчас. Ему нравилось ебаться с салатом, нравилось мучить себя мыслями о подарке – по поводу, а не потому что что-то надо купить. Потому что это все было для Пети – Игорю нравилось заботиться о нем, хотелось сделать его счастливым, пусть даже из-за мелочей вроде любимой еды и теплых тапок.
Карбонара и вправду оказалась совсем несложной. Игорь закутал сковороду в полотенце, как теть Лена делала с картофельным пюре, чтоб не остыло раньше времени. Сполоснулся в душе, аккуратно подбрил свою заросшую рожу и надел белую рубашку. Потом подумал и переоделся в черную. Пока стелил на стол старенькую, но еще очень приличную скатерть, снова передумал и надел белую рубашку. Праздник так праздник. До прихода Пети оставалось всего ничего. «Скоро буду», – обещала смска. Подарок Игорь положил на видное место рядом с плитой, чтобы не забыть, а потом понял: свечи купил, а подсвечники – нет. Выругавшись себе под нос, Игорь стал копаться в шкафах. Нашлось все, что угодно – даже горшочки для запекания и штуковина для закрутки консерв, Игорь даже не знал, что они у него были. Как так можно? Сначала про подарок забыл, теперь вот свечи поставить не во что. Выбор был невелик, либо крышки от банок, либо водочные стопки. Вздохнув, Игорь выбрал второе. С крышками как-то уж совсем колхоз. Игорь выключил свет, оставил только торшер в гостиной. Огоньки от двух свечей красиво заплясали тенями на стене, совсем как в детстве, когда на целый вечер могли вырубить свет, и они с отцом играли в шахматы. Или, если он оставался дома один, устраивал себе театр теней на стене и воображал битвы неслыханных чудовищ (и зайчика – больно уж хорошо он получался).
Игорь достал из холодильника бутылку вина, открыл и дал подышать. Не знал, зачем, но Петя так делал. Немного подступило волнение – понравится ли ему? Все ли нормально с Цезарем? На вкус Игоря, получилось как надо, но ему и столовский вариант заходил не хуже ресторанного. Не зная, чем еще себя занять, Игорь принялся натирать сухим полотенцем приборы и бокалы – хотел же как в ресторане, надо соответствовать.
Когда в замке провернулся ключ, Игорь вскочил со стула и замер. Затопали ботинки, отряхивая грязь и снег. Что-то зашуршало бумагой. Чуть волнуясь, Игорь вцепился пальцами в подол рубашки и тут же отпустил.
Сначала он увидел букет. Какой-то невероятно огромный, Игорь таких даже на витрине цветочного не видел. В сумраке угадывались редкие светлые розы, то ли розовые, то ли белые, остальное Игорь не разглядел, а даже если бы увидел – вряд ли бы узнал. За букетом смутно угадывался Петя.
– Ого, – только и сказал он. – Как в ресторане.
Миссия выполнена, довольно подумал Игорь. Петя медленно шел к нему, держа перед собой цветы.
– С днём святого Валентина, – тихо сказал Петя и протянул букет.
– И тебя, родной.
Игорь осторожно взял цветы, на секунду вдохнул их запах. Ему никогда раньше букеты не дарили – да кто бы додумался? Хотелось рассмотреть каждый цветочек, каждвй листочек. Успеется, подумал Игорь, глядя как Петя внимательно следил за ним, ждал вердикта. Игорь отложил букет на стол.
– Не нравится? – спросил Петя. – Я так и думал, что перебор…
– Очень нравится, – перебил Игорь. – Правда, Петь. Иди ко мне.
За один шаг Петя оказался в руках Игоря. Прижался, потерся щекой о плечо. Игорь обнял его лицо ладонями и поцеловал. Как еще сказать спасибо? Ему самому яиц не хватило, мужика еще какого-то послушал. Какое ему дело до того, что у чего-то кота голова болит от лилий? А Петя не побоялся другому мужику цветы подарить. Своему мужику.
Петя осторожно отвечал на поцелуй. Получалось медленно, спокойно, но так хорошо. Не хотелось его выпускать.
– Спасибо, – оторвавшись на секунду, сказал Игорь.
Но Петя только притянул его к себе для очередного поцелуя. Его ладони поползли под рубашку, огладили поясницу, мимолетом скользнули под пояс джинсов. Но Петя сам неохотно отступил на шаг.
– В вазу бы надо.
Игорь заозирался по сторонам, словно та могла появиться из ниоткуда, но в глубине души он знал – никакой вазы у них в доме нет.
– Бля… – жалобно выдохнул Петя. – Я так и знал, что где-то да проебусь.
– Ничего, – успокоил его Игорь. – Подсвечников тоже нет. Сейчас придумаем что-нибудь.
Пока Петя приглядывался к свечкам в рюмках, Игорь нашел в холодильнике банку с теть Лениным огурцами. Сами огурцы перекочевали в пластиковый контейнер вместе с рассолом, а из банки после мытья вышла вполне неплохая ваза. Букет устроили на столе, и Игорь принялся накрывать на стол (Петя, к его чести, никак не прокомментировал явление карбонары народу из кокона полотенец). С первой же пробы Петя довольно замечал, а от салата замычал вдвое громче.
– Ты это сам все?
– Ага.
– Обалдеть, – Петя прикрыл глаза. – К черту ментовку, давай откроем рестик.
Игорь смущенно хмыкнул. Петя преувеличивал, конечно, но все равно было приятно.
– И заправка в салате прям топчик, – разливая вино, заметил Петя.
– Сам сделал, – похвастался Игорь.
– Охренеть. Вот так живешь с человеком и не знаешь, какой талант рядом пропадает.
Петя не скупился на комплименты, и Игоря отпускало. Так радостно было от того, что все понравилось, что не зря корячился. Когда Петя уничтожил почти половину всего Цезаря, Игорь вспомнил, что сам еще даже не обедал, и надел на карбонару. И правда, неплохо.
– Я сейчас обожрусь и умру счастливым, – пообещал Петя. – Я так налопался, что на десерт меня уже не хватит.
– Да там просто мороженое, – отмахнулся Игорь, но Петя посмотрел на него, как на дебила, и Игорь понял, что речь вообще не о сладостях. – А. Ну, утром нагоним.
– Я ведь взбитые сливки купил, – вздохнул Петя. – Как ты смотришь на то, чтобы проснуться в луже из сливок?
Шею и уши обожгло горячим. Просыпаться в луже Игорю не хотелось, но перспектива облизать Петю отозвалась в нем дрожащей возбужденной стрункой.
– А мороженное тоже подойдет, кстати, – беспощадно продолжал Петя. – Надо нам на выходных все попробовать.
– Точно надо, – хмыкнул Игорь и протянул руку к Петиной ладони, переплел пальцы, как хотел.
Было так хорошо, и без всяких ресторанов. Взгляд Игоря то и дело падал на букет. Красиво.
– Иди ко мне, – тихо позвал Петя.
Он чуть отъехал от стола и развел в стороны ноги, и Игорь понятливо перетек со своего места, усаживаясь Пете на бедро. Обычно это Петя карабкался к нему на колени при любом удобном случае, а Игорь все боялся его раздавить, хотя Петя весил даже чуть больше. Но в этот раз спорить не стал, только обнял за шею, уткнулся носом в вечно растрепанные волосы.
Петя погладил его по плечам и спустил руки на талию. Если бы Игорю кто-то раньше сказал, что он будет у другого мужика на коленках сидеть и тащиться с этого – Игорь бы врезал без раздумий. Но Петя был не какой-то мужик, а его, Игоря, мужик. Отблески от свечей играли на его ресницах, а темные глаза блестели ярко-ярко. Никак не удержаться. Игорь чуть наклонился и поцеловал его, все так же медленно, лениво и ласково. У поцелуя был вкус вина, карбонары и салатной заправки, но как же было плевать.
– Я люблю тебя, – с каким-то отчаянием сказал Петя, прижимаясь лбом к плечу. – Я это редко говорю, ты прости. Мне иногда кажется, что я тебя не заслужил, или что я точно скоро облажаюсь, и все это будет зря. Но время идет, и мне кажется, что я с тобой становлюсь лучше, и косячу меньше.
Петя запнулся, вздохнул и закончил:
– И это пиздец как страшно.
Игорь поцеловал его в висок. Он не был согласен, не думал, что Петя его не заслуживал, скорее даже наоборот, но понимал, почему ему страшно.
– Я тоже тебя люблю, – ответил тихо. – И тоже редко говорю, потому что это трудно. Я всегда один был, пока тебя не встретил. Думал, мне и одному хорошо. А теперь только и боюсь, что все закончится.
Петя крепко стиснул его талию и Игорь прижался теснее.
– Значит, – тихо подал голос Петя, – давай почаще друг другу это говорить. Может, будильник заведем? По субботам, например…
Игорь фыркнул и утащил его в поцелуй. Дурак. Да и сам не лучше. Они друг друга стоили.
– Ладно, – Петя отстранился. – Это все очень душещипательно, но у меня есть для тебя подарок.
– У меня тоже, – вспомнил Игорь.
– Тогда я пошел за своим, а ты готовь свой.
Петя вернулся из прихожей с подарочным пакетом, Игорь протянул свой. Обменявшись подарками, они сели обратно за стол. Петя свой открыл быстрее. Расплылся в довольной улыбке и немедленно обул новые тапки.
– Ну кайф, а! Удобные какие! Все, я теперь из них не вылезу.
– На работе не поймут, – подколол Игорь.
– Готов терпеть унижения только от старших по званию, – вернул шпильку Петя.
У Игоря в руках оказались мягкие пижамные штаны.
– Твои уже по шву расползаются, – сказал Петя. – Мне, конечно, нравится вид твоей голой жопы, но скоро совсем не останется места воображению.
– Спасибо, – Игорь улыбнулся. – Очень хорошие.
Петя дернул плечом, мол, да ладно, и вытянул ноги, любуясь обновкой.
Остатки ужина отправились в холодильник. Свечи почти догорели, и огоньки медленно утопали в полных воска рюмках. Когда Игорь включил свет, оба на секунду зажмурились. Оставался один самый главный вопрос.
– Помоешь посуду?
Петя прикрыл глаза.
– Ты только что говорил, что любишь меня. Это все было ради посуды, ведь так?
– Конечно, – хмыкнул Игорь и ущипнул его за бок. Петя не остался в долгу, и куснул его за плечо. Руки поползли под рубашку, и возня грозила перерасти во что-то большее. Петя утянул Игоря в жадный поцелуй, а Игорь ладонями нашарил пуговицу на его джинсах.
И посуду они помыли только утром.