Work Text:
- Архонты, а помнишь того сумасшедшего, который хотел тебя убить? - спрашивает Сайно, делая очередной глоток из второго бокала местного ликёра. - Если честно, я тогда даже немного забеспокоился.
- Как мило с твоей стороны, - довольно скрестив руки на груди, Хайтам ухмыляется.
- Что?
Голос Каве еле слышно за музыкой в таверне и шумными разговорами вокруг, но Аль Хайтам оборачивается. Внутри него что-то обрывается, когда он видит боль и страх в любимых глазах.
- Сайно, когда это было? - Каве показательно отворачивается от своего соседа, уставившись на генерала махаматра.
- Да почти сразу после нашего переворота, пока путешественник ещё был здесь, и Аль Хайтам замещал Верховного Мудреца.
- Ах вот оно что, - Каве задумывается, так и не обернувшись на соседа.
- На самом деле, иногда кажется, что должность секретаря Академии в разы опаснее работы махаматра, - оперевшись розовой от алкоголя щекой на ладонь, Тигнари отрешённо крутит остатки ликёра в бокале. Он довольно улыбается, услышав возмущённое хмыканье Сайно.
- А вот тут я буду вынужден с тобой поспорить, - Сайно слишком легко развести на браваду после нескольких бокалов алкоголя. - Да если бы не я, возможно, мы бы сейчас сидели втроём, оплакивая нашего недо-верховного!
Глубоко за полночь Нари с Сайно прощаются с друзьями на выходе из таверны. Каве несколько раз интересуется у парочки, в состоянии ли они добраться до дома лесного рейнджера, предлагая переночевать у них, но Сайно убеждает его, что всё в порядке и, уверенно взяв Тигнари за руку, немного пошатываясь, уводит его в сторону леса.
Каве провожает парочку взглядом, абсолютно не спеша домой. Хайтам выжидающе стоит рядом, наслаждаясь легким ночным ветром и приятной тишиной вокруг. Когда же друзья скрываются из виду, Каве с неохотой оборачивается в сторону их дома.
- Что-то случилось? - интересуется секретарь Академии, шагая следом.
Обычно, подвыпив, Каве, не отрываясь, висит на его плече, болтая без остановки. В подобные моменты Хайтам считал его поведение немного раздражающим, но сейчас, когда они идут в полной тишине и на почти осязаемом расстоянии, всё кажется слишком неправильным .
Каве замирает на месте. Уже слишком поздно, и обычно переполненные жизнью улицы Сумеру пусты.
- В тот вечер, когда я познакомился с путешественником…, - он останавливается, уставившись на землю. - Когда ты убедил меня, что ничего страшного не произошло. Тебя действительно пытались убить?
- Вот именно, что “пытались”, - закатывает глаза Аль Хайтам. - Я просчитал его план наперёд, я был уверен-
- Архонты! Он был уверен ! - вскидывает руки Каве, и Хайтам замечает блеск на его щеках.
- Каве, - растерянно выдыхает он.
Старший отворачивается, вытирая щёки тыльной стороной ладони. Ускорив шаг, он уверенно направляется в сторону их дома.
Аль Хайтам позволяет ему сбежать. Он абсолютно растерян, ведь он видел слёзы архитектора лишь раз - на удивление Каве чересчур хорошо носит маску безразличия в ситуациях, где хочет казаться сильнее, чем есть на самом деле.
Хайтам замечает его силуэт издалека. Каве сидит на земле, возле входной двери. Он обнимает себя за колени, спрятав в них лицо, и младший нависает над ним, засунув предательски трясущиеся руки в карманы.
- Ты снова забыл ключи? - искренне интересуется он.
Впервые за всё время их странных отношений он получает в ответ лишь угнетающее молчание.
- Каве?
Архитектор приподнимает голову, уставившись на соседа из под нахмуренных бровей. Его глаза красные, а на щеках до сих пор блестят в свете приглушённых уличных фонарей дорожки от слёз.
- Ты такой непробиваемый засранец, - с какой-то печальной злобой в тихом голосе заявляет он.
- Это я уже слышал, - спокойно отвечает Хайтам, и Каве раздражённо выдыхает.
После пары секунд молчания, Аль Хайтам присаживается рядом, откинувшись затылком на входную дверь.
- Что именно тебя так расстроило? - спокойной спрашивает он.
- Ты так и не рассказал мне в подробностях, что случилось во время вашей стихийной сходки, которая переросла в грёбаную революцию.
- Потому что это в прошлом. Да и рассказывать особо не о чем, - пожимает плечами Хайтам. - Я был далеко не главным героем этой истории, я лишь делал то, что был должен.
- Я узнал, почему меня направили в пустыню, - признаётся архитектор. - Это не давало мне покоя, и во время твоей работы Верховным Мудрецом я нашёл документ о назначении меня экспертом комиссии…
Каве замолкает, дожидаясь реакции соседа, но тот упрямо молчит.
- Подписанный твоей рукой.
- И на что ты намекаешь? Мне приходится утверждать множество различных документов.
- Ты никогда не лез в дела других даршанов!
Аль Хайтам молчит, уставившись в пустоту тёплой ночи перед собой.
- И теперь, лишь спустя недели я узнаю, что на тебя готовилось покушение каким-то абсолютно выжившим из ума злодеем! Но в то же время Сайно был в курсе-
- Это его работа.
- Ох, ну простите, что я не вступил в ряды махаматра, а стал лишь бесполезным архитектором!
- Каве-
- Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы я мешался под ногами-
- Каве, что ты-
- Но я ведь тоже могу помочь! - его голос срывается из-за слёз. - Я не- Я не хочу потерять и тебя тоже… Я не… Я не смогу…
Он впадает в беззвучные рыдания, спрятав лицо в ладонях. Хайтам замирает на месте от такого неожиданного признания. Всё это происходит, потому что Каве… Переживает о нём?
Медленно поднявшись на ноги, Хайтам отпирает ключами входную дверь. Наклонившись, он с невероятной лёгкостью поднимает Каве на руки и заходит вместе с ним домой.
- Поставь меня на место, сейчас же! - требует архитектор, совсем не больно ударяя Хайтама кулаком в грудь. - Хватит, Аль Хайтам, ты безэмоциональный мужлан!
Игнорируя его возмущения, хозяин дома проходит в гостиную и присаживается на мягкий диван, не выпуская соседа из крепких рук.
- …ты злой, отвратительный, наглый, - с каждым новым эпитетом на грудь Аль Хайтама опускается кулак.
Спустя какое-то время и кучу различных заезженных оскорблений со стороны Каве, его истерика спадает на нет, и архитектор утыкается лбом в чужое плечо.
Хайтам молчит, давая ему время.
- Зачем ты избавился от меня, отправив в пустыню? Я же мог помочь! Я же не настолько бесполезный, чтобы-
- Кав, ты обладаешь многими интересными характеристиками, но ты далеко не бесполезный.
- Тогда я не понимаю-
- Я не хотел рисковать.
- Серьёзно? Ты думаешь, я настолько некомпетентен, что запорол бы вам революцию?
- Каве! - Хайтам устало выдыхает, уставившись в покрасневшие от слёз глаза. - Я не хотел рисковать тобой .
Они снова молчат, уставившись друг на друга. Каве пару раз моргает в неверии.
- Я не хочу тебя потерять, - полушёпотом, словно снизошедшее на него озарение, произносит Аль Хайтам. Это кажется признанием не только для старшего, но и для него самого.
Каве закусывает нижнюю губу, то-ли в смущении, то-ли, чтобы снова не расплакаться. Он поднимает трясущиеся руки, обвивая ими шею Хайтама. Сердце младшего заходится в сумасшедшем ритме от подобной близости, и он замирает, боясь разрушить момент неправильным действием или фразой.
- Тогда ты должен прекрасно меня понимать, - Каве хмурится и обнимает соседа, уткнувшись носом в его шею.
Он крепко сжимает пальцами ткань на накидке секретаря, прижимаясь как можно ближе, и выдыхает дрожащим голосом в чужие ключицы:
- Я даже представить не могу, что со мной будет, если с тобой- Если ты…
- Каве, - Аль Хайтам обнимает его за плечи, прижимая к себе. Они никогда не были настолько близко друг к другу. Хайтам не особо жаловал физический контакт с людьми, но всегда дорожил мимолётными касаниями архитектора. Каве, как никто, заставлял его сердце трепетать, затуманивая разум. Ему всегда хотелось большего, и теперь, когда он получил желаемое, он будет абсолютным глупцом, если позволит себе это испортить. - Со мной ничего не случится, тебе не стоит беспокоиться.
- Обещай, - жарко выдыхает ему в шею старший. Это звучит как мольба, и Хайтам готов пообещать всё, что угодно, лишь бы эта новая для них близость длилась вечно. - Обещай, что не оставишь меня, Аль Хайтам.
- Обещаю, - просто кивает младший. В любой другой день он бы посмеялся над поведением соседа, в попытке поскорее прервать подобный разговор, но сегодня между ними что-то изменилось. Они наконец-то переступили черту, возле которой танцевали столько времени.
Каве поднимает голову, уставившись в зелёные глаза напротив. Он неуверенно ведёт дрожащими ладонями от широких плеч и до шеи, обнимая чужое лицо.
- Можно? - еле слышно спрашивает он.
Хайтам первый наклоняется вперёд в совершенно несвойственном ему нетерпении, накрывая чужие губы своими. Каве в удивлении шумно дышит через нос, отвечая на поцелуй, прижимаясь как можно ближе.
Когда они отстраняются, чтобы перевести дух, оба тяжело дышат, уставившись друг на друга в искреннем удивлении.
- Как… Как давно? - спрашивает Каве, не выпуская зелёную ткань из крепкой хватки тонких пальцев.
- Не знаю точно, - честно пожимает плечами Хайтам. - Будто бы всегда.
Каве раздражённо выдыхает, в очередной раз ударяя соседа по груди.
- Ты такой кретин! Почему ты не сказал ничего раньше?!
- Я? - от возмущения из груди Хайтама вырывается нервный смешок. - Как я мог знать, что это взаимно?
- Да кто бы ещё стал жить с твоей постной мордой, если не из-за безумной симпатии!
- Меня искренне восхищает, как ты можешь признаваться мне в чувствах и оскорблять в одном предложении. Да и вообще, я позволил тебе жить со мной. Это довольно жирный намёк на моё отношение к твоей персоне.
- “Позволил”? Я плачу тебе за аренду!
- Потому что иначе твоя раздражающая гордость бы не дозволила тебе здесь остаться, - Аль Хайтам слишком поздно осознаёт, что сказал. Он отворачивается, уставившись куда-то в пустоту, не выдерживая тяжёлого взгляда янтарных глаз. - Ты бы не посмел вернуться ко мне просто так. Я прекрасно знаю, ты считаешь, что недостоин подобных подачек судьбы.
- Я-
- Скажи мне, что я не прав, - Хайтам оборачивается на соседа, и Каве отводит взгляд. - Твоя аренда уходила на оплату твоих счетов в таверне и барах, а также покупку твоей одежды и мебели. Я ни моры не потратил на себя.
- А я всё это время гадал, давно ли ты стал таким щедрым, - усмехается архитектор. Он снова роняет голову на плечо Хайтама. - Кажется, мы оба идиоты.
- Тут я бы поспорил.
- Господи, ты невыносим!
- Ты в порядке? - интересуется Сайно, сидя напротив Аль Хайтама в его кабинете. Обитель секретаря была самым тихим и спокойным местом во всей Академии, так что генерал махаматра частенько забегал к нему, когда не желал, чтобы кто-либо его беспокоил.
Он сидит, задрав обе ноги на стул по соседству, разглядывая новенькую колоду игровых карточек, которую ему доставили пару часов назад. Обычно Аль Хайтам каждый раз одёргивал его, умоляя, чтобы тот опустил ноги на пол “как нормальный человек”, да и вообще не жаловал компании, каждые несколько минут тонко намекая товарищу, что ему пора проваливать, делать свою работу.
Сегодня же Хайтам молча сидит, перебирая бумаги, абсолютно не возражая компании. Сайно даже мог поклясться, что мимолётом видел на его лице подобие лёгкой улыбки.
- Почему ты спрашиваешь? - интересуется секретарь, не отрывая острого взгляда от очередного документа.
- Ты странно себя ведёшь.
- Ты всегда называл меня странным, не понимаю, что изменилось.
- Нет, в том-то и дело, - Сайно задумчиво хмурится. - Ты ведёшь себя странно для себя . Ты сегодня будто бы похож на нормального человека.
Аль Хайтам не сдерживает смешка.
- Вот, видишь! - Сайно уличающе тычет в него пальцем. - Ты никогда не поощряешь мои шутки. Что случилось?
- Каве, - честно признаётся секретарь, всё так же не отрываясь от работы. - Мы с ним случились.
- В смысле? - Сайно подскакивает на ноги, уперевшись ладонями в столешницу. - Вы с ним наконец-то-
- “Наконец-то” ? - Аль Хайтам растерянно смотрит на него из под бровей.
- Серьёзно? Да все вокруг уже давно знали, что вы без ума друг от друга! Чёрт, - он разочарованно качает головой. - Теперь я должен Нилу деньги. Я был уверен, что вы будете ходить вокруг да около ещё долго.
- Вы с Нилу спорили на наши отношения? - скрестив руки на груди, Аль Хайтам откидывается в рабочем кресле.
- Мы делали ставки на ваши отношения, - поправляет его Сайно, падая обратно на стул. - Не знаю, расстроит ли тебя это или рассмешит, но Нилу была единственной, кто в вас верил.
- “Единственной” ?
- Конечно! Среди меня, Нари, Кандакии, Дехьи, путешественника с Паймон, Фарузан и ещё нескольких людей из Академии…
- Ты сегодня на удивление тихий, - отмечает Тигнари, разливая чай.
Каве нужны были цветы для украшения сада в его новом проекте, и он, как и обычно, обратился за помощью к своему другу. После прогулок по лесам Сумеру, Нари пригласил его присоединиться к ним с Коллеи на обед.
- Неужели что-то случилось с секретарём Академии? - взволнованно интересуется юная рейнджер, и Нари прыскает со смеху.
- Почему ты так думаешь? - недоумевает Каве, и Коллеи немного тушуется.
- Вы часто жалуетесь на его поведение, - тихо говорит она. - Я подумала, что, возможно, с ним что-то произошло, и он больше не отягощает вашу жизнь.
Каве давится домашним кари, и Тигнари заботливо стучит ему по спине.
- Мистер Каве, простите, я не хотела-
- Всё в порядке, Коллеи, - успокаивает девушку архитектор, вытирая рот тыльной стороной ладони. - В какой-то степени ты права.
- Что-то действительно случилось? - на этот раз интересуется Тигнари, поставив поднос с чайником и тремя чашками посреди стола. - Неужели ты решил переехать?
- Что? Нет, нет, нет, - энергично отмахивается Каве. - Всё совсем наоборот.
- Неужели вы наконец-то признались друг другу в чувствах? - просто спрашивает хозяин дома, разливая чай.
- В чувствах? - растерянно смотрит на него Коллеи.
- Откуда ты знаешь? - вырывается у Каве.
- Прошу тебя, - Нари протягивает ему чашку. - Все давно знают.
- Значит мистер Аль Хайтам и Каве всё это время были влюблены друг в друга? - осторожно интересуется Коллеи, моя посуду после ухода гостя. - Разве это имеет смысл? Каве постоянно ругался и жаловался на свою жизнь с ним.
- Убедить себя в том, что ты ненавидишь человека намного проще, чем признаться себе, что ты его любишь, - пожав плечами, отвечает Тигнари. - Особенно, когда этот человек кажется таким недостижимым, а чувства односторонними.
- “Недостижимым”, - задумчиво повторяет Коллеи слова учителя. - Но ведь они оба довольно известны и почитаемы в Сумеру. Кажется, что более подходящей пары быть и не может!
- Но ведь так было не всегда, - Тигнари тепло улыбается ностальгии от их времени в Академии, бросив взгляд на давнюю фотографию на одной из полок. - Их предыдущий жизненный опыт не мог позволить ни одному, ни второму считать, что они достойны другого, - он устало вздыхает. - Это довольно печально, но я уверен - сейчас они оба наконец-то невероятно счастливы.
Аль Хайтам не успевает зайти в дом, как Каве набрасывается на него с объятиями.
- Привет, - улыбается младший, оставляя невесомый поцелуй на белокурой макушке.
- Я до сих пор не могу поверить, что это всё не сон, - признаётся архитектор, уставившись в изумрудные глаза снизу вверх.
- Это не сон, - убеждает его Аль Хайтам. - В моём сне бы точно не было Сайно.
Каве радостно смеётся. Взяв любимого за руки, он ведёт его за собой в гостиную.
- Но, а если ты вдруг не прав, - осторожно говорит он, останавливаясь посреди комнаты. - То перед тем как я проснусь, я хочу, чтобы ты повторил то, что сказал мне вчера перед сном.
Аль Хайтам театрально задумывается, присаживаясь в мягкое кресло.
- “Нам нужно купить одеяло побольше”?
Каве молча осматривается по сторонам. Заметив на столике довольно толстую книжку, он поднимает её и драматично замахивается на хозяина квартиры.
Хайтам смеётся. Звонко, запрокинув голову. Он протягивает Каве руку, и тот, отложив книгу на место, переплетает их пальцы, седлая широкие бёдра.
- “Я люблю тебя”, - выдыхает Аль Хайтам.
- Ещё, - просит Каве, обвивая его руками за шею.
- Люблю тебя, - Хайтам целует его. Трепетно, нежно, ласково перебирая пальцами по узкой талии.
- Архонты, если это сон, то я не хочу просыпаться, - шепчет Каве, зарываясь пальцами в серебряные волосы.
- Это не сон, Каве, - Хайтам отстраняется, уставившись во влажные глаза напротив. Про себя он очень надеется, что это слёзы счастья. - Это не сон. Я здесь, я люблю тебя, и я никогда тебя не оставлю, - он осторожно целует архитектора в тонкую скулу.
- Звучит как угроза, - счастливо улыбается Каве, и Хайтам довольно усмехается.
- Считай, что это она и есть.