Chapter Text
С первого взгляда Фил был обыкновенным подростком: худое телосложение, любовь к компьютерным играм и язвительные шуточки в сторону окружающих. Этим никого нельзя было удивить. И проблемы в школе абсолютно обычные. И обморок… На уроке русского языка…
Приходил он тогда в себя около школьной медсестры, которая тыкала ему в лицо ваточкой с нашатырным спиртом. Тогда ещё она работала в школе первую неделю и совершенно не понимала, что к чему.
Его тогда ещё с уроков отпустили, и Арт вызвался, чтобы довести Фила до дома. Был серъезный разговор, Мещеряков всеми силами пытался вытащить из Фила объяснение тому, что происходит. Но ничего не вышло. Как только ребята подошли к многоэтажке, где жил Фил, Черных быстро слинял, даже не попрощался.
Родителей дома не было. Только на кухонном столе была бумажка, на которой было написано маминым почерком, что в холодильнике есть суп и остатки вчерашнего ужина. Фил её смял и выбросил, чтоб она глаза не мозолила.
Пройдя в комнату, он рухнул на кровать и решил немного позависать в телефоне. Сообщения от Киры и Вика о его самочувствии он проигнорировал. Всё равно ему не о чем рассказать.
Вечером он за ужином опять поругался с родителями и, оставив еду на тарелке не тронутой, ушёл в свою комнату. Отец, к счастью, тогда почти не кричал. Устал сильно и так.
На следующий день Фил прогулял школу. Он вышел из дома, немного погулял, потом вернулся, после ухода матери. Друзьям написал, что плохо себя чувствует.
Он весь день тогда провёл в своей комнате: поиграл в компьютер, позависал в соцсетях, посмотрел видео.
Но вечером от отца досталось. В школе сразу же ему написали, когда Фил не появился и к третьему уроку. В этот раз было хуже. Лентяй, нахлебник, бездельник, идиот — как только Сергей не называл сына. Культурные слова были только на кухне, когда рядом была Оксана. Этот разговор потом плавно перетёк в комнату Фила, где Сергей уже не скупился на оскорбления, и «хуйло безмозглое» и «похуист» были ещё лёгкими оскорбленьицами. Потом быстро переросло в осуждение образа жизни Фила, что тот только сидит дома и жиром заплывает от безделья.
Вот только на тот момент Фил уже как почти неделю ничего не ел. И это было уже не в первый раз.
***
— Ты как? — Кира толкает Филиппа в плечо, когда видит, что тот немного завис на уроке.
— А? — Черных вздрагивает от неожиданности. — Нормально всё!
И звучит это довольно грубо. Фил не хотел быть грубым, но так вышло. Случайно.
— Ты в этот раз тоже в столовую не пойдёшь? — пропустив грубость мимо ушей, продолжает Кира.
— Ага, — Фил слегка мотает головой в знак подтверждения. — Я сегодня плотно позавтракал.
Ложь легко срывается с его языка. Он никогда не завтракает. По крайней мере, последние несколько лет.
Пока его одноклассники в столовой, он тусуется около куллера с питьевой водой. Пытается запить голод и обмануть желудок. Иногда это срабатывает, иногда нет. В этот раз не работает.
Он уходит в туалет и включает Ютуб. Просмотр мукбангов затупляет голод. Фил выяснил это методом проб и ошибок. А ещё видео с приготовлением еды. Но мукбанги всё равно были лучше, по его мнению.
Возвращается в класс Черных с небольшим опозданием.
— Курить бегал? — язвительно шепчет Илья в сторону Фила.
Мозг уже не соображает, поэтому Филипп просто игнорирует Муромова. Надо просто сосредоточиться на уроке и не заработать отрицательную оценку.
Но в итоге Фил засыпает. Вик будит его после конца урока, чтобы сообщить, что урок вообще-то уже закончен. Фил скидывает всё в рюкзак и почти сваливает с последнего урока.
— У нас ещё физра сегодня, — останавливает его Сменкин.
И у Фила будто земля уходит из-под ног. Он всей душой ненавидит этот урок.
Примерно так же, как и себя.
Но всё равно идёт на физру. Формы у него, естественно, нет, но это не помешает ему присутствовать на уроке в качестве сидящего на лавке.
Со спортом у Фила никогда не клеилось. Пробежать несколько метров и не запыхаться уже было для него достижением. Отец пытался заставить Фила заниматься спортом ещё в детстве, но Фил успешно игнорировал все попытки.
А ещё физра ему не нравилась из-за того, что на неё надо переодеваться в раздевалке с другими одноклассниками. Любой может на него посмотреть. А этого Филу хотелось меньше всего.
Одноклассники бегают по залу, а Фил мёрзнет от потока воздуха, который создают ученики. Он, конечно, надевает под худи рубашку, но это его не спасает. Да и рубашка эта скорее уж для объёма, чтобы не было видно, насколько сильно худи висит на нём. А ведь когда-то она сидела просто идеально.
За отсутствие спортивной формы физрук выводит ещё одну двойку в журнале и шутит, что можно было бы поставить целую тройку только за то, что Фил почтил этот урок физры своим присутствием.
От этого официоза у Фила резко сводит живот. Резко вспоминает своё королевство, его жителей, которых он кинул в Энвелле. К горлу подкатывает тошнота, но успокаивает тот факт, что тошнить нечем. А ещё голова кружится опять. И паника накатывает, что Фил никогда не увидит своё королевство.
Черных сдавленно отпрашивается выйти и сбегает в туалет чуть ли не в слезах. Запирается в кабинке и сползает вниз, прислонившись к перегородке между кабинками. Дышать сложно, но Фил умудряется выхватить один глоток воздуха, и мир снова начинает вставать на свои места. Он ещё раз вдыхает, мир всё увереннее возвращается к своему исходному состоянию. И Фил тоже. Тоже возвращается к исходному состоянию.
Примерно к середине урока Фил возвращается в зал. Никто из одноклассников вроде бы и не заметил его отсутствия. Черных облегчённо выдыхает.
Остаток урока проходит без происшествий. Ребята занимаются, Фил сидит на лавочке без формы и с очередной двойкой.
Домой Фил идёт без желания дойти до дома. Просто на автомате двигает ногами в знакомом направлении.
Дома опять пусто. «Если будешь голоден, пожарь себе яичницу. Мама» гласит записка на столе. В этот раз в доме из еды есть только сырые яйца и немного по мелочи. Фил кривится, читая записку, и кидает её в мусорку.
Он голоден? Да. Он будет есть? Нет. Имеет ли это смысл? Возможно.
Черных валится на кровать с желанием уснуть. И чем дольше, тем лучше. Но лучше бы проснуться до прихода отца, чтобы тот не начал рассказывать нотации о вреде послеобеденного сна. Будто бы серьёзно думая, что Фил чем-то обедал.
«Ты сегодня неважно выглядел. Всё в порядке?»
Приходит сообщение от Киры. Ну да, она сидит прямо за Филом, естественно она обращает внимание на то, что творится с ним, раньше остальных.
«норм, сойдет»
Отвечает коротко Фил и блокирует телефон. Вроде бы и хочется спать, а вроде бы нужно хотя бы в домашнее переодеться. Не вставая с кровати, он стягивает с себя худи и бросает её на стул. Остальное настолько влом снимать, что Фил засыпает прямо в джинсах и рубашке.
Ему снится Энвелл. Его королевство и все его жители. Вся работа идёт слаженно, а сам Фил — хороший правитель, который действительно помогает народу процветать. А ещё там есть его друзья.
Сон прерывается на самом интересном месте, когда по всей квартире раздаётся грохот закрывающейся входной двери. У отца есть привычка сильно дёргать дверь, поэтому она так каждый раз грохочет.
Фил вскакивает с кровати слишком резко. Секунд на пять в глазах темнеет, и он чувствует боль в плече. Когда зрение восстанавливается, Черных понимает, что он упал и теперь сидит на полу, а плечо болит, потому что во время падения задел кровать.
Фил вздыхает и во второй раз у него уже получается встать успешно. Пока папа переодевается, надо тоже успеть переодеться и сделать вид, что делает уроки.
В зеркало Фил пытается не смотреть. Ему в любом случае не понравится отражение. Домашняя футболка, по ощущениям парня, стала ещё больше. Домашние спортивные штаны под тяжестью телефона в кармане немного сползают, поэтому приходится затягивать завязки на поясе, чтобы они держались.
В сознании мелькает мысль, что ещё месяца четыре, а может даже пять, назад эти штаны были чуть малы Филу, а сейчас даже немного сползают.
А вот в дневнике оказывается теперь красуется огромная двойка с припиской «спал на уроке». Вообще, Фил обычно домашнее задание не делал, а значит записывать его не было и смысла. Вот только на поле для заметок краснело огромное сочинение учительницы, основной мыслью которого было приглашение родителей Фила на беседу с классной руководительницей и преподавательницей по предмету, на котором уснул Фил.
«Папе это можно и не видеть,» — мысленно решает для себя Фил. Следом возникает вывод, что если отец не увидит это в самом дневнике, то ему позвонят из школы, а это ещё хуже. Но если Фил сообщит о приглашении на беседу сейчас, то и влетит ему тоже сейчас, а если позвонят из школы, то позже. Но сильнее.
Дверь в комнату открывается раньше, чем Фил успевает обдумать, что всё-таки лучше выбрать. Дневник он, естественно, спрятать не успевает.
***
Сегодня во время долгой обеденной перемены около куллера довольно людно: старшеклассница, которая иногда сюда приходила во время обеденной перемены. Фил сидит на подоконнике, ожидая, что коротковолосая девушка наконец уйдёт. Но она продолжает стоять около куллера, облокотившись на стену и потягивая водичку из пластикового стаканчика. Черных не выдерживает и подходит, чтобы налить воды.
— Ну и долго бы ты там стоял? — бросая взгляд на Фила, спрашивает девушка и усмехается.
— Сколько бы потребовалось, — энергии на разговор не было от слова совсем. Фил даже сам удивился, когда понял, что произнёс целых три слова.
— Сорян, если задела, — девушка отпивает воды и продолжает. — Ты тут постоянно тусуешься ведь, да?
Фил наливает себе полный стакан воды и смотрит на девушку. Она одета в чёрный свитер, из-под ворота которого торчит воротничок рубашки или блузки, белые брюки и классические чёрные ботинки.
Фил утвердительно качает головой и отпивает немного воды.
— Так вот… — тянет девушка, — Если ты не против, конечно же, я хочу с тобой познакомится и… Начать общение.
У Фила складывается ощущение, что на этой фразе он чудом избежал возможности подавиться водой. Это была жалкая попытка подката? Что это вообще было?
— Нет, не так, — оборывает себя девушка. — Как бы так получше выразиться?
Следует молчание. Фил в непонятках разглядывает девушку, думая, как можно было бы свалить от неё по-быстрому. Но вместо этого замечает, что у неё есть пирсинг брови и прокол под нижней губой.
— Какой цели ты добиваешься, приходя сюда на каждую обеденную перемену? — она делает акцент на «каждую». — Я просто хочу услышать это от тебя, просто… Вдруг… Это слишком личная тема?
С незнакомцами всегда как-то проще. Фил ещё раз обводит взглядом девушку, думая, можно ли её причислить к людям, с которыми он никогда больше не заговорит. Он облокачивается на стену и отпивает воды. Мысли приводят к выводу, что он больше никогда с ней не заговорит.
— Пытаюсь похудеть, — почти шёпотом говорит Фил и делает большой глоток воды.
— Тогда предлагаю делать это вместе, — довольно оптимистично заявляет девушка. Сталкиваясь с вопросительным взглядом Фила, она уточняет. — Я тоже худею, я имею ввиду.
— Но… Ты ведь худая, — Фил находит в себе силы сказать хоть что-то.
— Так и ты тоже, — она немного встряхтвает головой, чтобы чёлка на лезла в глаза. — Поэтому я обращаюсь к тебе, а не к худеющим одноклассницам.
— Я… Худой? — спрашивает Фил, будто пробуя это слово на вкус, и с недоверием смотрит на собеседницу.
— О, да! — восклицает она, — В вашем классе, конечно, много классных пацанов. Например… Мещеряков, да! Имени не знаю, но не суть. Такой сасный… Я просто подруге парня ищу, она уже мне все уши о своём нынешнем прожужжала, но такой красавчик уже занят, как мне слухи нашептали.
У Фила сложилось впечатление, что парня она ищет себе, а не подруге.
— Но… Как по мне, он слишком спортивный, — продолжает девушка. — Просто у нас в «А» одни заучки, парней много, а красивых нет.
Фил продолжает пытаться понять, какие цели преследует девушка.
— Я отвлеклась, — она резко замолчала и отхлебнула воды. — Я вижу, что… Наше желание похудеть чем-то схоже. Так что… Я предлагаю просто поддерживать друг друга в достижении минималки*. А ещё мотивировать друг друга, чтобы не срываться.
Фил действительно задумался над предложением девушки. Может, это будет не так уж и плохо.
— Тебя зовут-то как? — усмехается девушка. Фил понимает, что это не усмешка, а что у неё лицо такое, что кажется, что она постоянно усмехается.
— Фил, — выдавливает из себя Черных.
— Анастасия, — отвечает ему девушка. — Можно просто Ана.
В тот же вечер Ана пишет Филу несколько сообщений. Они приходят идеально в тот момент, когда внимание отца Фила полностью сосредоточено на сыне. Под очередную ругань парень сбегает в свою комнату и просматривает сообщения.
«Хэээй»
«Я нашла тебя»
«Как делишки?»
— Как ты нашла меня в соцсетях? — Фил записывает голосовое сообщение.
«Ну раз так…»
Фил видит, что Ана записывает голосовое сообщение. И что оно долгое.
— Я тут просто хотела с тобой поделится одной диетой… Типа… Я уверена, что ты пробовал и голод, и жп**… Просто… Смотри, мы начинаем одну диету в один день и сравниваем свои результаты до и после. Я ясно объяснила? — паузы в её сообщении занимают почти половину времени. Фил раздумывает над предложением знакомой и записывает голосовуху в ответ.
— Сойдёт, — отправляет Фил в голосовом сообщении.
— А твои знают, что у тебя РПП? — гласит следующее сообщение от Аны.
— У меня нет РПП, — довольно грубо отвечает Фил в голосовом сообщении, а потом записывает второе. — Я просто худею. Когда я решу, что хватит, я остановлюсь.
Следующая голосовуха от Аны приходит с записью её смеха. Она заливается и немного прихрюкивает на вдохах, но к концу записи всё-таки выдаёт одну фразу.
— Что же, удачи тебе, если ты так думаешь!
***
Через пару дней Фил приходит в сером шарфе. Вик подкалывает, что Черных украл его фишку. Фил издаёт подобие смеха и осознает, что сил улыбаться становится меньше.
Когда Фил в первый раз встретил Ану, он решил, что это первый и последний раз, когда они пересеклись в школе. Но вот уже третий день подряд они встречаются.
— Решил имидж сменить? — старшеклассница спрыгивает с подоконника, а Фил не понимает, откуда у неё энергия.
— Не совсем, — Фил оттягивает шарф и показывает подруге синяк на шее. — За вызов родителей в школу. Отец наградил, когда из школы вернулся.
Ана поджимает губы и качает головой. Хватает Фила за руку и куда-то тащит.
— У меня тоналка хорошая есть, — она заводит Фила в женский туалет и запирается вместе с ним в одной кабинке. — Сейчас, погоди.
Она роется в рюкзаке и достаёт тюбик. Не получив разрешения, она наносит на шею Фила толстый слой крема. Черных шипит от боли и жмурит глаза.
Даже после того как Ана завершает действие, неприятное ощущение продолжает присутствовать. Она убирает тональный крем обратно в рюкзак и добавляет:
— У тебя очень бледная кожа, — она открывает дверь и выходит. — Если будут спрашивать, скажешь, что просто аллергию на что-то схватил.
Фил кивает головой и касается кончиками пальцев места на шее, где пару минут назад красовался синяк.
— Спасибо, — выдавливает из себя Фил и идёт вслед за подругой.
Они доходят до середины коридора как Анастасия разворачивается и становится лицом к парню.
— Кстати, как тебе беседа, в которую я тебя вчера пригласила?
Фил задумывается и вспоминает вчерашний вечер до прихода отца.
Ана пригласила Черных в беседу с названием, которое из-за смайликов прочитать было почти невозможно. Она сразу представила парня всем людям в беседе, а сама сообщила, что вышла из ремиссии***. Девушка с японскими иероглифами в графе имени написала ей в ответ «добро пожаловать обратно в клуб». Фил не совсем понял, про что имела ввиду «японка». Девушка с котиком на аватарке сразу кинула в беседу подборку быстродействующих диет и приписала, что это специально для Фила. Черных понял, что ему нравится это место. А потом пришёл из школы отец…
— Там все такие добрые, — Фил немного ёжится, замечая, что они стоят около приоткрытого окна.
— Честно говоря, они даже меня поддержали, когда я ушла в ремиссию, — она обратно разворачивается и продолжает идти.
Фил её нагоняет, чувствуя очередное головокружение.
— Через две минуты урок, мне надо идти, эта фигня, — он показывает пальцем на шею. — Точно с ней ничего не произойдёт.
— Не, тоналка норм, стойкая, — заверяет его Ана и уходит в направлении лестницы. Урок её класса проходит на другом этаже.
Фил заходит в кабинет, где был его класс, и усаживается на своё место. Головокружение и не думает уходить. Черных лишь хочет досидеть до конца, чтобы никто ничего не заподозрил. Этот урок последний, так что долго мучиться не придётся.
— Фил, ты какой-то бледный, — раздаётся голос Киры, и Фил будто выныривает из мыслей, хотя он был уверен, что ни о чём не думал. — Всё в порядке?
— Да, — слишком громко и резко восклицает Фил, но быстро становится тише. — Да, все хорошо.
— Ты пятно на шее что ли скрывал? — Сменкина смотрит на шею Фила, рассматривая слой тоналки.
— Да, — слишком долго тянет Фил. — Похоже аллергия, а в шарфе жарко слишком. Понятия не имею, как Вик так весь день ходит!
Кира с недоверием смотрит на Фила, но больше ни о чём не расспрашивает.
На протяжении всего урока Фил слышит, как Кира и Вик сидят в телефонах и переписываются. Ближе к концу урока он замечает, что и Арт сидит в телефоне. Последние минуты урока Черных сидит как на иголках. Как только учительница отпускает класс с урока, он быстро спихивает все в рюкзак и вылетает из класса.
Он забегает в туалет и включает холодную воду. Резко плескает ею себе в лицо и надеется, что это привидёт его в чувства. В голове кружится мысль, что его друзья что-то заподозрили и весь урок обсуждали это. Может они увидели синяк, который скрывала тоналка? Фил рассматривает пятно от тоналки и пытается разглядеть в нём намёк на синяк. Вроде бы выглядит, как обычная аллергия.
На телефон приходит сообщение. Опять от Аны. «Я такую диету нашла, просто закачаешься!» гласит сообщение. Фил достаёт телефон, читает сообщение чувствует, что его будто штормит. Похоже, слишком резко выпрямился. Головокружение усиливается, и земля будто уходит из-под ног. В глазах темнеет, Фил пытается нашарить рукой ближайшую вертикальную поверхность, чтобы опереться на неё. Он надеется, что сейчас всё пройдёт, но становится только хуже. Всё проваливается в темноту и Фил чувствует как отключается, а телефон выпадает из рук.
***
Фил приходит в себя и с трудом осознаёт, где он находится. Одно он может сказать точно — он не на полу в туалете. В глазах все плывёт, но парень чувствует, что ему не стоит лежать так долго. Черных пытается встать, но его прерывают толчком в плечо и фразой «лежи пока, я сейчас Кире позвоню». Голос знакомый, но такое ощущение, что Фил слышит его через вату. Потом голосов становится двое. Но разобрать, что они говорят, Фил не может. Парень закрывает глаза и надеется, что с минуты на минуту ему станет лучше.
В какой-то момент голоса затихают. Фил открывает глаза и понимает, что теперь видит чётко, слышит тихие гудки телефона.
— Какого…? — Фил пытается связать хоть несколько слов, но не может и этого. Слабость захватила всё его тело и не даёт ничего сделать.
— Это мы должны у тебя спрашивать, Черных, — говорит уже другой голос, но всё такой же знакомый. Фил осознаёт, что это голос Ильи. Вот только привычная его манера речи выглядит слишком наигранной. — Какого хрена я нахожу тебя на полу в отключке в туалете?!
— Меня так неудачно вырубило, — тянет Фил и чувствует, что лежит на школьных стульях, поставленных в ряд, а под ногами у него чей-то рюкзак.
Тихие телефонные гудки прерываются взволнованным голосом Киры:
— Арт, что у вас там происходит?
— Илья нашёл Фила без сознания, — тот самый голос Мещерякова. Именно этот голос сказал Филу не вставать.
Артём включает видеовызов и направляет камеру на Фила, лежащего на стульях.
Фил слышит как Кира глубоко вздыхает.
— Я, блять, знала это, — смазанно на выдохе произносит Сменкина, но потом резко продолжает. — Арт, сбегай до ближайшего магазина и купи какое-нибудь детское пюре. А ещё оставь телефон здесь, мне надо поговорить с Филом. Отдельно. Илья, выйди из кабинета тоже, пожалуйста.
Мещеряков поставил телефон на парту так, что чей-то пенал служил опорой, чтобы телефон не скатывался. Камера телефона была направлена как раз на Фила. При любом желании Черных в этот раз не мог пропустить серьёзный разговор.
— Ну и зачем? — Фил закрывает глаза с надеждой, что его сейчас опять вырубит и разговора всё же удастся избежать.
Арт выходит из кабинета, Илья вслед за ним, но остаётся стоять у двери.
Кира сбита с темы вопросом Фила. Она хотела подробно выяснить, что именно происходит с Филом, но интонация парня её, откровенно говоря, шокировала.
— Что…? — растерянно произносит Кира и понимает, что растеряла весь свой настрой.
— Зачем пытаетесь мне помочь? — устало проговаривает Фил с закрытыми глазами. Он чувствует, что хуже ему не становится, а значит избежать разговора не выйдет.
— Фил, — Кира в полной растерянности. Она с уверенностью могла бы заявить, что видит перед собой не того Фила, с которым общалась на протяжении половины своей жизни. — Ты ведь наш друг. Почему мы не должны этого делать?
— У вас ведь своих дел полно, — Черных пытается изо всех сил перевести разговор в другую тему.
— Фил, когда ты последний раз ел? — Сменкина понимает, что ходить вокруг да около с Филом можно бесконечно, поэтому сразу переходит к делу.
Черных не ожидал, что Кира спросит это так сразу без каких-либо наводящих вопросов.
— Если бы я только помнил, — вздыхает Фил и решает, что раз никого кроме него в кабинете нет, то можно рассказать всё. Тем более, это ведь Кира. Она может злиться, но всё равно в итоге поддержит. Ей можно доверять. — Ну, может чуть больше недели. Дней десять назад.
Черных прерывается, так как ему показалось, что он услышал какое-то движение за дверью. Кира лишь ждёт пока парень продолжит.
— Я тогда нажрался, будто… — Фил старается подобрать как можно более красочное описание. — Будто последний день живу! Вот только потом было так хреново, что одни только воспоминания отбивают желание что-либо есть. Блевать в каком-то дворе за мусорными баками было отвратительно.
Фил осознаёт, что потратил всю энергию на этот монолог, и чувствует, как снова накатывает волна слабости.
— Я тебя понимаю, — Кира пытается поддержать Фила. Парень лишь фыркает в ответ. — Нет, действительно, я знаю каково это. Когда ты ненавидишь своё отражение, цифру на весах, всё своё окружение. Когда ты грубишь всем не потому что хочешь грубить, а потому что кажется, что за тебя все слишком волнуются, а тебе этого не хочется.
Фил слушает голос Киры и осознаёт то, что подруга пытается ему донести.
— Ты сейчас… Серьёзно? — Фил открывает от удивления глаза. Он даже хотел попробовать встать, но решил, что это у него сейчас не выйдет.
— Абсолютно, — признаётся Кира. — Как раз перед попаданием в Энвелл я ушла в ремиссию. Меня поддерживал Вик, я ему безумно благодарна за это. Он специально прочитал огромное количество статей для того, чтобы помочь мне. Родителям мы тогда решили, что ничего не будем говорить. А сейчас я здорова и хочу помочь тебе.
Филу сначала кажется, что Сменкина его разыгрывает, но потом вспоминает, как однажды в Энвелле пошутил про вес Киры и получил за это очень мощный подзатыльник от неё. Если эта история правда, то Фил довольно сильно обидел тогда подругу, а подзатыльник — самое лучшее, что вообще могло произойти. Черных чувствует укол совести. Где-то внутри становится очень гадко. Хочется извиниться, за то, каким идиотом был Фил.
— У тебя тоже до обмороков доходило? — спрашивает Фил и вздыхает. Оказывается, на эту тему он может говорить не только с Аной.
— К счастью нет, — с горечью в голосе говорит Кира, и Филу кажется, что сейчас она опустила взгляд. — Вик вовремя заметил, что у меня проблемы. Честно говоря, я думала, что Вик первым заподозрит, что с тобой что-то происходит, а так как он молчал, то и я думала, что с тобой всё в порядке. Надо было верить своей интуиции.
В кабинет врывается Арт, держа в руках маленькую коробочку с соком.
— Кир, меня продавщица задолбала вопросами, поэтому вместо пюре я купил абрикосовый сок, сойдёт? — тараторит он, подбирая со стола телефон и разворачивая к себе камеру.
Фил смотрит на дверной проём и видит, что за дверью прячется Илья. Появляется вопрос, подслушал ли Муромов разговор Фила с Кирой?
— Да, — облегчённо выдохнув, произносит Кира, — Фил, попробуй попить сока, должно стать лучше. Артём, можно тебя на пару минут личного разговора?
Арт отдаёт Филу коробочку с соком, а сам выходит из кабинета. Черных собирает все силы в кулак и одним рывком садится. В глазах на секунду темнеет. Парень чувствует, что в лежачем положении ему было гораздо лучше. Он откидывается на спинку стула и смотрит на коробочку сока в руках.
— Илья, — негромко зовёт Фил рыжего одноклассника, неловко мнущегося около двери. — Помоги сок открыть, пожалуйста…
Илья вскидывает брови от удивления. Черных просит его сделать что-то. Именно просит, а не приказывает или заставляет.
— А… Да, конечно, — смазанно произносит Илья и забирает из рук одноклассника коробочку. Отдирает от упаковки трубочку, снимает с неё плёнку и вставляет в коробочку. — Вот.
Фил забирает из рук Ильи сок. В самый последний момент Черных думает, что это была плохая идея и рыжий вот-вот нажмёт на коробочку, выливая весь сок на толстовку Фила. Но этого не происходит. Похоже, Илья всё-таки не такой уж и мудак.
— Спасибо, — почти шепчет Фил.
Поведение Ильи удивляет. Фил впервые видит, что Муромов не пытается как-то оскорбить его или бросить что-нибудь едкое в его сторону. Да и сам Илья выглядит удивлённым.
Повисает молчание. Фил пялится на коробочку с соком. Илья пялится на Фила. Черных напрягается от такого внимания.
— Можешь хотя бы отвернуться? — Фил пытается вложить как можно больше агрессии в свои слова. В итоге фраза звучит как каприз.
Илья немного теряется. Но через секунду мотает головой и утыкается в телефон, печатая сообщение.
Фил продолжает пялиться на коробочку с соком. Голос разума в голове убеждает, что сок надо выпить, иначе через пару обмороков ему светит больничная койка. Только голосу разума мешает одна навязчивая мысль — отец будет недоволен. Черных вздыхает. Он не хочет в очередной раз разочаровывать отца, не хочет того, что позволял себе Сергей, когда Филу было десять лет. И плевать, что это было шесть лет назад.
«Сок ничего не испортит,» — твердит голос разума. Фил на его стороне, но навязчивая мысль не даёт даже попробовать сок на вкус. «Тебе это необходимо,» — голос разума даёт понять, что никуда отступать не собирается. Парень пытается собраться с силами и сделать первый глоток.
Сок очень сладкий. Это первое, что осознаёт Фил. Потом же приходит осознание того, насколько давно он ничего не ел. Черных чувствует прохладу сока внутри себя. Ему кажется, что вот-вот будет рвотный позыв. После второго глотка кажется, что ещё не всё потеряно. На третьем глотке начинает подташнивать. Но Фил не уверен, что это именно тошнота.
— Так, — Арт заходит в кабинет, нажимая на экране телефона кнопку завершения вызова. — Фил, мы тебя сейчас доведём до дома. Моего. Потом придёт Вик, и мы вместе обдумаем, что с тобой делать. Точнее, обсудим то, что предложила Кира.
— Я могу идти? — Илья косится на Фила, пытающегося сосредоточиться на своих ощущениях, и встаёт со стула, направляясь к выходу из кабинета.
— Да, — с облегчением произносит Артём и засовывает телефон в карман джинс. — Спасибо ещё раз.
Илья улыбается в ответ Мещерякову. Если не вспоминать ту борьбу за роль старосты, то можно было бы подумать, что они хорошие приятели.
— Ты как? — Арт обращается к Филу. — Сможешь идти?
Черных обдумывает слова друга. Сможет ли он идти? «При ходьбе сжигаются калории,» — в воспоминаниях всплывает сообщение одной участницы той беседы. Парень мотает головой, отгоняя от себя эту мысль.
— Ладно, тогда я принесу сейчас куртки, — Мещеряков воспринимает реакцию друга как отрицание и выходит из кабинета.
Фил остаётся один. Абсолютно. В голову приходит осознание того, что Черных никогда не хотел находиться в ситуации, в которую попал сейчас. Он не хотел падать в обмороки, он не хотел, чтобы его находили без сознания, он не хотел беспокоить друзей своим состоянием. А сейчас все обстоятельства сложились так, что избежать этого невозможно.
Фил ставит коробочку с соком на стол и откидывается на спинку стула. Тишина давит на уши. Даже присутствие Ильи могло бы улучшить ситуацию.
Слабость медленно отступает. Даже тошноты нет. Черных чувствует, что появляются силы встать. И дышится даже как-то легче.
В кабинет заглядывает короткостриженная девушка. Фил сразу узнаёт её.
— Вырубился? — спрашивает Ана и проходит в класс. — Откачивали?
— Я бы не сказал, что откачивали, просто дали прийти в себя, — Фил говорит привычным тоном. Тон того самого привычного всем Фила.
— Ммм, теперь перейдёшь на питьевую? — Ана подходит ближе и берет в руки коробочку с соком. Сначала она рассматривает упаковку, а потом, явно с желанием сделать что-нибудь похуже, сжимает её так, что несколько капель вылетает из трубочки в воздух. — Честно говоря, мне тебя жаль. Тебя теперь будут едой пичкать.
— Я просто, похоже, немного перестарался, — Фил чешет затылок, отводя взгляд от Аны. — Мне кажется, что…
— Ты хочешь начать пичкать себя калориями? — она складывает руки на груди. Филу становится не комфортно, Ана будто возвышается над ним. — Я видела в тебе идеал, к которому хотела стремиться, а, оказывается, ты такой же слабовольный, как и остальные.
Фил будто впадает в транс. Ана… Разочаровалась в нём? Неужели, он настолько ничего не может сделать хорошо, что даже его друзья разочаровываются в нём? Он кинул своё королевство, в нём разочарованы отец и Ана. Да и Арт говорил, что Фил бесполезен.
Мещеряков входит в класс с двумя куртками в руках. Аны уже нет. Коробочку с соком она унесла с собой. Одноклассник кидает куртку Филу и натягивает на себя свою куртку.
В кое-то веки Филу не кажется пыткой встать со стула. Голова кружится, присутствует слабость, но есть уверенность, что он не упадёт в обморок.
— Идём? — спрашивает Арт и надевает рюкзак.
— Да… — чуть растерянно отвечает Фил, застёгивая куртку. Кажется, будто похолодало. — Конечно…
Он берет свой рюкзак и выходит из кабинета, даже не надевая на спину. Артём выходит из кабинета вслед за другом.
Ребята спокойно и молча выходят из школы. На улице прохладно, по меркам осени. Обоим понятно, что должен завязаться разговор, но никто не проявляет инициативу. Идти до дома Арта не особо долго, так что времени на уличные разговоры почти нет.
— Это именно Илья нашёл меня? — спрашивает Фил, когда они останавливаются около светофора.
— Да, — отвечает Артём. — Мы с Виком и Кирой хотели сначала подождать тебя около выхода из школы. Первой ушла Кира, она отцу обещала, что проведёт с ним этот вечер. Потом ушёл Вик, замёрз. А потом мне позвонил Илья с твоего телефона.
— Он… — Фил теряется. — С моего телефона позвонил?
— Ну да, — пожимает плечами Арт. — Моего номера у Ильи нет.
— Последнее, что я помню, как я просмотрел сообщение подруги, — растерянно говорит Фил. — Я даже не помню, заблокировал ли я телефон. Стоп, а где сейчас телефон?
Черных хлопает себя по карманам куртки. Вид у парня взволнованный. Потом лезет в рюкзак.
— Похоже, телефон у Ильи остался, — испуганно проговаривает блондин.
На светофоре загорается зелёный свет. Арт начинает переходит дорогу, но Фил остаётся и продолжает рыться во внутренностях своей сумки.
— Идёшь? — спрашивает Мещеряков, поворачиваясь к другу.
— Можешь позвонить? — Черных догоняет одноклассника. — Я, похоже, телефон посеял. Либо же он у Ильи остался.
Арт выуживает из кармана джинс свой телефон в странном чехле. Вскоре раздаются тихие гудки. Трубку поднимает Илья, от которого сразу начинают сыпаться извинения.
— Арт, я случайно забыл отдать телефон, честно, я извиняюсь, — распинается Илья. По голосу слышно как он волнуется. — Я завтра ему в школе отдам. Я случайно, честно.
В последний момент Арт включает громкую связь и даёт услышать и Филу тираду Ильи. Теперь хотя бы известно местонахождение телефона.
— Хорошо, Илья, — Фил прерывает Арта, который хотел что-то сказать. — Завтра я жду свой телефон.
Арт усмехается. Черных замечает это.
— Чего? — грубовато спрашивает блондин.
— Узнаю тебя, — отвечает шатен. — Теперь ты хотя бы похож на себя.
Фил улыбается, сбрасывает вызов и отдаёт телефон Арту.
***
Дома у Арта никого. Но не чувствуется напряжения, которое Фил ощущает каждый раз, приходя к себе домой. Спокойствие.
— В ванной небольшая проблема с раковиной, — предупреждает Арт. — Руки лучше вымыть на кухне.
— Хорошо, — произносит Фил, разуваясь.
Артём ставит чайник греться. Фил сидит, положив локти на стол.
Отчасти, он хотел помощи и понимал, что немного перестарался. С другой же стороны он осознавал, что всех подвёл в очередной раз. Теперь и Кира, и Арт, и Вик будут тратить своё время на него.
— И давно ты так? — Арт садится напротив Фила и смотрит на друга.
— Что именно? — Черных поднимает взгляд на Мещерякова.
Арт немного мнется, формулируя фразу. Она будто вертится на языке парня.
— Эти… Проблемы, — Арт решает, что такая формулировка звучит более нейтрально.
— Давно, — размыто говорит Фил, явно не желая рассказывать все полностью.
Звонит дверной звонок. Артём подрывается с места и спешит ко входной двери. Из прихожей слышится голос Вика. Мещеряков что-то рассказывает однокласснику, но говорят они очень тихо. Фил понимает, что это специально, чтобы он не услышал. Горло будто сдавливает от осознания этой мысли.
— Привет, — Вик здоровается с Филом, проходя на кухню.
Черных качает головой в ответ, что, типа, услышал.
— Кира не придёт, но она мне все рассказала, — говорит Сменкин, споласкивая руки в раковине.
Фил тихо фыркает, зная, что сейчас будет очень сложный разговор, которого невозможно избежать.
— Так, — говорит Вик и садится напротив Черных. — Смотри, я тебя не заставляю рассказывать все от и до. Просто расскажи то, что ты готов рассказать. Хотя бы, как ты себя чувствуешь?
— Херово, — пожимает плечами Фил. — Спина болит от лежания на твёрдых стульях.
Вик вопросительно смотрит на Арта, который стоит, облокотившись на дверной косяк. Сменкин не понимает о каких стульях говорит одноклассник.
— Илья просто сказал, что человека без сознания надо положить в горизонтальное положение и приподнять ноги, чтобы кровь прилила к голове, — рассказывает Артём. — Муромов не такой уж и мудак оказался, кстати.
— Вот только у него мой телефон остался, — раздражённо произносит Фил. — Мне подруга, наверное, писать будет. А если он до сих пор его не заблокировал, то он и все мои переписки прочитать может.
— Я не думаю, что Илья будет так делать, — хмыкает Мещеряков.
— Он будет, — заверяет их Фил. — Именно он и будет читать мои переписки. Выберет что-нибудь максимально личное и потом будет постоянно напоминать, что знает.
Закипает чайник. Свисток на носике заливается свистом и просит, чтобы выключили плиту. Арт наливает чай.
— У меня только чёрный есть, — парень ставит перед друзьями чашки с дымящимся напитком. — К чаю могу только сахар предложить. Хотя…
Арт открывает дверку шкафчика, расположенного прямо около окна, и достаёт оттуда банку, наполненную чем-то жёлто-оранжевым.
— Варенье от тёти Нюры — нашей соседки по даче, — парень ставит банку на стол. — У неё яблок в том году много было, она из них варенья наварила да соседям раздала. Неделю назад папа открыл, я думал, он уже доел.
Артём снимает резиновую крышку с банки, льёт сироп из банки себе прямо в чай и размешивает.
Фил пялится на чашку Арта. Сладкий чёрный чай всегда ассоциировался у Фила с детством. Такие моменты, когда вы всей семьёй собираетесь вечером вместе и пьёте сладкий чай, обсуждая прошедший день.
— Фил? — Вик обращает внимание на состояние друга. — Всё хорошо?
— Нормально… — Филипп отводит взгляд в сторону и запускает руку в волосы, портя довольно аккуратную причёску. — Сойдёт, по крайней мере.
Арт переглядывается с Виком. Филу начинает казаться, что он здесь лишний.
— Хорошо, — говорит Вик и слегка кивает головой, будто делает для себя какую-то пометку.
Черных отпивает чай. Горечь чёрного чая оседает на языке неприятным ощущением, но после появляется приятное ощущение тепла. Последний раз подобный чёрный чай он пил года два назад. Если не больше, конечно же.
— Я даже забыл, какой на вкус черный чай, — тихо произносит Фил. Арт усмехается. Вик лишь отпивает чай, презрительно глядя на Арта.
— Мы с папой обычно только чёрный пьём, — говорит Арт и сюпает чай из чашки.
Диалог никак не хочет завязываться. Все понимают, что рано или поздно тема разговора перейдёт на обсуждение состояния Фила. Вот только Филу страшно признать, что он не контролирует свою ситуацию, Вик не хочет давить на друга, а Арт совершенно не понимает, что надо делать в таких ситуациях.
— Ты, вроде как, игру писал, верно? — спрашивает Вик, надеясь, что сможет избавится от неприятного молчания. — Как успехи?
— Да не особо, — растроенно говорит Фил, глядя в пол. — Написать не сложно, но там много чего помимо самой… Программы. Честно говоря, порой хочется плюнуть и все бросить.
— С моей идеей для фильма всё как-то проще, — начинает Арт. — Вот только задумка никому не интересна.
— Ты это называешь «проще»? — ухмыляется Фил. — Наверно, все-таки стоит признать, как бы мы не старались рассказать миру про игру, ничего не выйдет.
— Давайте мы не будем обсуждать Энвелл? — чуть громче, чем надо произносит Вик с раздражением в голосе. Хотя он осознает, что именно он начал про это говорить. — Думаю, каждый из нас там и так много натерпелся.
Фил качает головой и отпивает чай. Арт вздыхает, глядя в свою кружку. Каждый понимает, что Вик прав.
— Ну так… — тянет Артём, обращаясь к Филу. — Ты уже готов что-то рассказать?
Черных стыдно. Стыдно, что он докатился до такого. Он не хочет ничего рассказывать, но понимает, что без этого никак. Он отпивает глоток чая, пытаясь сформулировать хоть одну фразу.
— Когда всё началось? — спрашивает Вик, но потом прерывает себя же. — Когда ты в первый раз попробовал полностью отказаться от еды?
— В первый раз… — тянет Фил, глядя в кружку с чаем. — Где-то месяца четыре, я точно не помню.
Парень замолкает. Делает ещё глоток чая и продолжает.
— Незадолго до начала летних каникул, — говорить очень сложно.
Вик кивает головой и смотрит на Арта. Мещеряков непонимающе смотрит в ответ на друга.
— Ла-адно, — тянет Сменкин и пытается подобрать следующий вопрос.
— У тебя есть какая-то цель? — Артём перебивает Вика. — Ну ты же для чего-то делаешь это?
Фил отставляет кружку с чаем и, наклоняясь над столом, запускает обе руки в волосы.
— Сначала хотел просто похудеть, а теперь я понятия не имею, чего хочу, — на одном дыхании говорит Фил. — Меня давно достали упрёки отца. Все детство твердил, что я толстый, что нельзя жрать столько, что компьютерные игры из меня огромный кусок жира сделают!
Громкость голоса парня нарастала. Последнее слово он уже прокричал.
— Сорян, — спокойно произносит Фил уже тихим голосом. — Не хочу вспоминать это. Просто, отец в конце весны тогда опять свою шарманку завёл относительно всего этого. Я уже давно не тот пухлый ребёнок, а он во мне другое и не видит.
— А ты пытался поговорить с ним? — спрашивает Арт, переглядываясь с Виком.
— Любая попытка поговорить с ним кончается тем, что я все ещё не вернул ему деньги и что у меня ужасная успеваемость, — вздыхает Фил. — Будто только вокруг денег и оценок мир крутится.
На некоторое время на кухне повисает молчание. Слышно только тиканье часов, висящих около дверного проема. Фил оборачивается, чтобы посмотреть время на этих часах и вздыхает.
— Если я не потороплюсь, то домой могу не приходить, — произносит Черных, разворачиваясь обратно.
— Почему? — Вик отпивает уже слегка остывший чай.
— У нас с отцом уговор, что я должен возвращаться домой раньше, чем он приходит с работы, — спокойно говорит Фил. — Он дома примерно через полчаса будет, если эти часы не врут.
— Да вроде правильное время показывают, — Мещеряков пожимает плечами. — Тебе тогда собираться надо?
— Ага, — Фил кивает и встает со своего места. Чай в чашке остается недопитым.
— Сам дойдёшь? — слегка усмехаясь, произносит Арт.
— А куда денусь? — вопросом на вопрос отвечает Фил, уходя в прихожую.
Парень быстро натягивает куртку поверх толстовки и завязывает шнурки на кроссовках. Выскакивает из квартиры Арта так же быстро, только и успев прихватить с собой свой школьный рюкзак.
На улице уже начинает темнеть. Фонари ещё не включились, но вот фары проезжающих мимо машин довольно сильно слепят глаза.
Филу было бы проще проехать пару остановок на метро. Так и теплее, и быстрее, и спокойнее. Вот только денег нет. Совершенно. Даже на проезд. Фил ёжится от вечернего холода и ускоряет свой шаг.
Его два раза чуть ли не сбивает машина. Трижды ему сигналят на переходах.
— Фил, ты? — Черных сперва пропускает, что его зовут. — Черных, блин!
Парень оборачивается и видит Ану, догоняющую его. Она останавливается за два шага до него и пытается отдышаться, уперевшись руками в колени.
— Ты… — она глубоко дышит, но пытается говорить сквозь отдышку. — Ты чего… Телефон не берёшь?
— Так он у моего одноклассника остался, — спокойно подмечает Фил и пожимает плечами. Он, конечно, беспокоится за телефон и сохранность своих данных, но если Илья не взял трубку, когда ему звонила Ана, то бояться, вроде как, нечего. — Кстати, время не подскажешь?
Ана удивляется просьбе, но достаёт свой мобильник с потрескавшимся экраном. Она включает его и показывает экран блокировки Филу. Черных понимает, что опоздал. Либо же часы в доме Арта врали, либо сам парень шёл слишком медленно. Отец уже должен быть дома, а значит, домой можно и не возвращаться. И это не шутки.
Ана замечает, как Фил меняется в лице. Она поддерживающе кладёт руку другу на плечо.
— Похоже, сегодня мне придётся ночевать не дома, — вздыхает Фил, возвращая подруге её телефон.
— Тут недалеко мои друзья вечеринку проводят, — заигрывающим тоном начала Ана. — У Лины родители уехали, она позвала Лексуса, он захватил алкоголь, и слух о тусе пронёсся по всему району.
— Мне, думаю, лучше вернуться Арту, — Филу было некомфортно отказываться от предложения подруги.
— Пошли, мы тебя утром доведём до дома, честно, — заверяет его девушка и хватает за руку. — Там столько классных девочек, просто закачаешься!
— А Лина и Лексус это кто? — Фил не пытается вырвать свою руку из рук Аны. Он уже почти готов согласиться.
— Ангелина — моя лучшая подруга, а Лексус — её парень, — тараторит девушка. — Но, насколько я знаю, у них отношения только для виду, они абсолютно друг от друга свободны! Но Лексус Лину никому не отдаст. В любом случае, давай, соглашайся! Там Лексус единственный парень, хочется разнообразия!
Фил колеблется. Он, конечно, может всё-таки пойти домой и выслушать от отца гневную тираду и получить в лицо фразу «последний раз домой в такое время пускаю». Вот только в начале лета был случай, когда отец действительно не пустил Фила домой. Повторения такого не хочется. Черных в ту ночь пробыл к Арта и утром вернулся домой. И утром отец задал Филу не слабую трёпку. От воспоминаний начинают болеть рёбра.
— Ладно, веди, — соглашается парень.
Ана радостно вскрикивает и тянет Фила за руку в сторону перекрёстка.
После третьего двора Фил сбивается. Ему начинает казаться, что они потерялись. Но Ана ведёт себя настолько спокойно, что это чувство притупляется.
Вот тот самый заветный подъезд. Ана звонит по домофону, голос вначале не хочет пускать её, но в итоге дверь открывается. Девушка машет Филу рукой, что, всё, можно идти.
Подъезд красивый. Даже при тусклом освещении ясно, что квартиры в этом доме могут позволить только очень богатые люди. Действительно очень богатые люди.
На втором этаже Ана подходит к одной из дверей. На кнопку звонка нажимать даже не приходится, абсолютно непримечательная девушка открывает дверь и пропускает Ану и Фила внутрь.
Девушка абсолютно обычная — шатенка с болотными глазами. На ней чёрно-белый топ, юбка той же расцветки и рваные капроновые колготки. Но очень сильно на её лице выделяются скулы.
Филу становится неприятно от вида этой девушки, но он старается не показывать этого. Парень разувается, снимает куртку и проходит в комнату, из которой исходит больше всего шума.
— Представляю вам Фила, — Ана перекрикивает гомон девушек в комнате.
Черных понимает, что сейчас не в состоянии находится на подобных мероприятиях. Мимо него резко пробегает та самая девушка, но через пару секунд возвращается с двумя стаканами в руках. Она протягивает один стакан Филу.
— Фил, значит, да? — голос у девушки сиплый, прокуренный. — Ты с Лексом не справишься, не в обиду говорю.
— А кто этот ваш Лекс? — парень берёт из рук девушки стакан и отпивает. Ему хочется скривиться от вкуса напитка, но гордость не позволяет. Через секунду после глотка по телу начинает разливаться тепло и лёгкость.
— Легальный способ покупки алкоголя, — хохочет девушка и отпивает из своего стакана. — Но играет роль моего парня.
Фил осознаёт, что только что познакомился с лучшей подругой Аны — Линой. Девушкой, которая выглядит нездорово худой.
Черных проходит вглубь комнаты в толпу девушек около стола с алкоголем и закусками. Часть бутылок уже открыта и частично опустошена. Закуски почти не тронуты. Да и на вид они не кажутся вкусными: завернутые в кусочки лаваша овощи в виде небольших роллов, помидоры с чем-то странным сверху, кусочки какого-то сыра с маленькими помидорками на шпажках. От вида этих закусок желание закусывать что-либо отпадает абсолютно.
— Чел, закуски для Лексуса, — девушка толкает Фила в бок своим острым локтем. Черных кажется, что он её где-то уже видел. — Могу ещё водки подлить в твой стакан, если хочешь.
Девушка выглядит очень знакомой: светлые волосы, серые глаза. Он точно её где-то видел. Но она его не узнаёт. Может, Фил просто ошибся?
— У тебя Инста есть? — Лина разворачивает Фила резким движением. — Я тут стрим веду для тех, кто не смог прийти. Хочу тебя отметить, чтобы ты его не потерял.
— Да без проблем, — Черных начинает чувствовать, как его язык перестаёт слушаться. Он забирает из рук девушки телефон и вводит в поиске необходимое.
— Теперь ты официально был на этой тусе, — хохочет Лина. Филу кажется её смех ненормальным, но на это ему уже плевать.
Ему хорошо. Впервые за последние полгода. И неважно, что это состояние появилось только из-за алкоголя.
Кто-то включает музыку и гасит свет. Лина ставит на пол лампу, светящую в разные стороны разноцветными лучами. Филу нереально нравится здесь. Здесь классные девушки, с которыми можно не боятся говорить. Здесь алкоголь, дающий лёгкость и внутреннее тепло.
Черных становится жарко. Он стягивает с себя худи и расстегивает верхние пуговицы рубашки. Под ней есть ещё белая футболка. Хотя даже если бы её и не было, он бы не побоялся снять худи. Никто не осудит его здесь за его тело, а даже если и осудит, то ему на это будет плевать.
В какой-то момент девушек вокруг становится меньше. Краем глаза Фил замечает, как в углу за шкафом две девушки занимаются тем, чем обычно занимаются наедине. Ровно посредине комнаты лежит та самая девушка-блондинка, которая показалась Филу знакомой.
— Девчули, есть кто-нибудь трезвый до алкомаркета дойти? — Фил в первый раз слышит мужской голос в этом доме. Этот голос громкий и режущий по ушам. Этот голос хочется выключить и никогда больше не слышать.
— Так ведь уже первый час! — выкрикивает рыжая девушка, сидящая на диване.
— Так мои мне сейчас должны ещё ящик подогнать около магаза, — отвечает голос. Фил осознает, что этот голос принадлежит тому самому Лексусу. — Вау, у вас тут парень в вашем змеином клубке!
Фил чувствует, как его хватают за плечо и дышат прямо в ухо. Лексус на две головы выше Фила. Да и в ширине плеч он в два раза больше Фила. У Лексуса тёмные волосы и тёмные глаза.
— Ты пойдёшь со мной, — Лекс грубо пихает Фила в плечо так, что парень летит на пол, цепляясь рукавом рубашки за дверцу шкафа. Кусок ткани благополучно продолжает висеть на дверце, но Фил не замечает этого. — Поможешь мне донести. Или ты тоже из этих больных?
Фил сглатывает. Несмотря на осутствие возможности думать трезво, ему кажется, что с Лексусом лучше никуда не идти.
— Замечательно, Фил тебе как раз поможет! — из ниоткуда появляется Ана. Из одежды на ней остлись только трусы и топ, но она этого совершенно не стесняется. — Его как раз пытаются вывести в ремиссию!
Филу кажется, что этот громила может одной рукой подхватить и унести его куда захочет. Лёгкость начинает пропадать.
— Пошли, — машет рукой Лекс, зовя с собой Фила.
Черных следует за Лексусом. Даже не замечает, что рубашка с него слетела окончательно. Выходить в начале октября ночью в одной футболке не самое лучшее решение, но до Фила это доходит только на улице.
Холодный воздух бодрит. Фила начинает подташнивать.
Блондин следует за Лексусом, надеясь, что всё будет в порядке. Черных чувствует, как его шатает, как земля уходит из-под ног. То же самое он чувствовал, когда падал в обморок в школьном туалете.
Собственные ноги заводят Фила в ближайшие кусты. Желудок требует, чтобы всё выпитое вышло наружу. Опираться руками на голую землю холодно. Противно-тёплая рвота касается рук парня. Черных пытается встать, но не получается. Голова тяжёлая, руки и ноги отказываются держать.
Лексуса рядом не слышно. Похоже, он не заметил отсутствия Фила. Черных отползает от того места, где его только что вырвало, и валится на землю. Его футболка порвалась, джинсы все в грязи, он в дрова пьян, а возможность написать кому-нибудь, чтобы его забрали, отсутствует.
Фил не помнит, когда последний раз ревел так же сильно, как сейчас. Ему никогда не было настолько жалко себя, как сейчас. Он — замёрзший пьяный школьник, который не смог вернуться домой. Ему предлагали помощь, а он сбежал от неё поджав хвост, словно беспородная дворовая шавка.
— Похоже, отец был прав, — шёпотом проговаривает Фил и переворачивается на спину. Он чувствует, как мелкие капли дождя начинают капать ему на лицо. Даже если он сейчас заснёт, а ночью захлебнётся в луже дождевой воды, от этого никому хуже не станет.
Фил всё равно бесполезен.