Archive of Our Own ^beta

Поздний вечер, кухня. Мерное тиканье часов, стрелки которых плавно приближались к двенадцати, тихое гудение кипятящегося чайника да шуршание страниц книги, время от времени переворачиваемых, не разрушали спокойной и такой желанной тишины дома, наоборот, делали ее более уютной и расслабляющей.

— Сидишь? — спросил входящий с пустой кружкой Кисаме.

— Угу. Чайник жду. — не отрываясь от весьма увесистого тома, ответил блондин.

— А ты чего не ложишься?

— А мне завтра ко второй! — привычно облизнул растянувшиеся в мечтательной улыбке губы вошедший Орочимару, уже мысленно представив, как он, счастливый и выспавшийся, встанет завтра самое раннее в девять и, никуда не торопясь, соберется на пары.

— Ага, а Пень ебал твое ко второй. — в дверях появился Хидан.

— Хм, нашел самый эффективный способ нести боль в мир…

— Ну так и имя соответствует — Пейн все-таки.

— Надо с этим что-то делать.

— Вы это о чем? — к беседе присоединился Сасори.

— Да об этом неугомонном будильнике. Достал каждое утро поднимать!

— Ну тут вариантов немного. Либо куда-то деть гитару, либо как-то помешать пению. — обрисовал возможности Итачи.

— А давайте раздолбаем эту сраную гитару!

— Ага, а потом он надает тебе.

— Это еще с какого хрена?!

— Да он эту гитару любит больше, чем Конан!

— А ты что, проверял?

— Да катись ты!

— Придурки, да не орите вы! Всех поперебудите! — недовольно поморщился Сасори.

— Ладно, тогда давайте засунем ее куда подальше, что он ее не нашел.

— Предупреждаю сразу, выковыривать тебя из жопы мира я не стану.

— Предатель! — притворно обиделся Хидан. — А мы ему не скажем, что брали!

— А куда она тогда денется?

— Стойте, ребят, у нас же есть Тоби! Можно же на него вся свалить!

— А ну да, большая часть проблем возникает благодаря ему. Может сработать.

— Ни на кого мы ничего сваливать не будем!

— Совесть проснулась? Как невовремя!

— Приходится подрабатывать ей, пока вы чего не натворили.

— Его еще можно отвлечь. Какузу?

— Ну и куда я вам его дену? Зима на дворе.

— Лыжи?

— А лыжи с ботинками я где возьму на двоих?

— Проблема.

— А давайте его усыпим, и он проспит!

— Мысль! Орыч, с тебя снотворное!

— Ладненько!

— Достал? — заговорщическим шепотом спросил дежурящий по кухне Какузу тихо вошедшего на кухню Орочимару.

— Вот, держи. — он извлек из кармана небольшой пузырек. — Чайной ложки на стакан вполне достаточно.

— А…

— Без запаха, чуть сладковатый на вкус. — предугадал вопрос добытчик.

— Отлично! А теперь брысь, я шаманить буду!

— Ужин! — спустя часа два разнеслось по дому.

— А ты молоток, Какузу! Он нихуя не заметил! — по-кошачьи улыбнулся предвкушающий намечающееся утреннее удовольствие Хидан, оставшийся, как и большая часть команды заговорщиков, якобы помочь убрать.

— А то!

— А оно точно сработает?

— Проверенное средство, оно просто обязано сработать! — прекратил намечающуюся лёгкую паранойю блондина местный знаток баночек и порошков.

На следующее утро гитара звучала даже веселей, чем обычно, а бодрый голос выводил неслыханное ранее трели.

— Ты чего такой счастливый-то? — с привычно невозмутимым лицом спросил сонно-недовольный Сасори.

— Выспался! — ещё шире улыбнулся рыжий.

«Облом.» — читалось на лицах членов клуба «Мне ко второй».

— Это че, блять, за хуйня была? — зло зашипел Хидан зачем-то задержавшемуся Орычу. — Наебать вздумал?

— Снотворное, похоже сработало. Как и положено, 8 часов крепкого сна…

— Сразу сказать было нельзя?

— А ты не спрашивал! — выкрутился змей.

— Пейн, чай будешь? — проходя мимо гостиной, где сидел певец, как бы невзначай спросил Сасори.

— Давай лучше кофе, мне ещё кучу дел сделать надо.

— Угу.

На кухне в готовый напиток влилось уже две ложки из того же бутылька, так, чтоб уж наверняка.

— Ты что, в кофе налил?

— Ну да, а что?

— Ебать ты лох! — на Мацураси уставились два непонимающих глаза. — Они ж нейтрализуют друг друга!

*Mission failed*

— Слушай, а ты можешь другое достать? — на очередном ночном собрании спросил Кисаме.

— Да без проблем, завтра будет!

— И где ты только это все берешь?

— Да есть у меня один знакомый…

На следующий день дежурил Кисаме.

— Сегодня так классно получилось! Мне тааак хорошо! — довольно потянулся Пейн, плавно падая в прострацию с розовыми пони. — Вы видите голубых единорогов?

— Д-да! — дабы не спалиться, подтвердили все присутствующие, и только Тоби смотрел на происходящий цирк с искренним удивлением.

— Так должно быть? — поинтересовался на счёт странного состояния товарища Итачи.

— Хи-хи-хи, я, кажется, перепутал порошки!

*Mission failed*

— Не понял!

— Да Кабуто передал мне два пакетика, а подписать забыл. Надеюсь, ты не все высыпал?

— Мы, похоже, попали.

— В смысле?

— Вы видели, как на нас смотрел Тоби? Он что-то заметил и наверняка расскажет.

— Да, надо быть осторожнее…

Дабы не искушать судьбу, Хидан просто поставил кружку с заготовленным чаем рядом с неусыпляемым, предварительно забрав его полупустой сосуд. «Выпьет и не заметит!» — хитро улыбался он. Проходивший же мимо Тоби почему-то решил, что напиток стоит тут именно для него и спустя минут пять уже лежал на диване, косплея кота и мирно посапывая. Начавший подозревать, что в доме что-то творится, Пейн дал себе слово не брать никакие стоящие кружки и не пить из них всякие жидкости.

— Ну и что за забег сегодня ночью был? — на что Дей неопределенно пожал плечами.

— Ты из какой баночки сыпал? — мгновенно сообразил, в чем тут может быть дело, Итачи.

— Из этой. — блондин указал на одну из абсолютно одинаковых посудин, что мирно стояли в аптечке.

— Так тут же написано «Слабительное». Читать, что ли, не умеешь?

— Вы б ещё на латыни написали. — недовольно буркнул провалившийся.

— Так тут и есть на латыни!

Подождав с недельку, пока все успокоится и забудется, Итачи предпринял свою попытку победить этого босса. План был прост, как все гениальное и гениален, как все очевидное: приготовить ужин, подсунуть в еду снотворное (с некоторых пор пирсингованный пил чай/кофе, приготовленные исключительно собственными руками), притвориться мебелью и не отсвечивать, дабы не быть заподозренным в недобром. Препарат надёжный (проверено на вездесущем ураганчике), доза рассчитана до грамма, чтоб народ хоть до семи утра мог спокойно поспать, так что все должно было получиться. Никто ничего не заметил, и уже можно было сказать, что

— Кстати, сегодня Конан ночует, вот только она где-то задерживается…