Work Text:
Божественный
В отличие от мира людей, Общество Душ развивалось невероятно медленно. Не в физическом плане, ибо крепостные стены приходилось постоянно расширять, чтобы они охватывали весь растущий город, а в плане технологий. Когда в Японии вымирали феодалы, то же самое происходило и в загробном мире. Но стоило прогрессу дойти до автомобилей, телефонов и радио, и время в обществе душ остановилось.
Хотя в некоторых областях шинигами все же не уступали людям. Так, четвертый отряд проявлял максимальный интерес ко всякого рода открытиям. И даже если изобретение было сделано людьми, шинигами все равно использовали его (хотя порой инновации требовали доработки).
Двенадцатый отряд держался на вершине компьютерных технологий. Однако в то время как люди старались компьютеры уменьшать, шинигами предпочитали выращивать их до невероятных размеров.
После всех этих перипетий, впрочем, увидеть одним весенним вечером радио в офисе первого отряда было не очень удивительно. Оно одиноко стояло на книжной полке в углу комнаты и старалось казаться как можно меньше. В его диапазон входили все шинигами-радиостанции (которых было не так уж и много), но хозяин маленькой коричневой коробочки, он же нынешний Главнокомандующий, предпочитал с ее помощью наполнять свой офис рандомными песнями из всех возможных эпох.
В тот весенний вечер, например, оно успешно несло в мир какой-то рок из поздних 2500-х. Но достоверно было известно, что в его репертуаре имелись песни 1930 годов.
Вместе с радио в офисе первого отряда сидели двое.
- Одиннадцатый отряд, - проворчал человек, закинувший ноги на свой письменный стол, - прислал мне финансовый отчет, в котором они просят, цитирую: "еб*чие груши лучшего качества, патамушт эти нахрен разваливаются после первой же тренировки. Может, стоит делать их из настоящих тел, а не из этого жалкого пластика. Тогда они, бляха, дольше жить будут".
Он помахал оскорбительной бумажкой в воздухе и сердито поджал губы.
- Клянусь, он почти так же ужасен, как Зараки.
Второй человек, который вальяжно лежал на яблочно-зеленой софе и постукивал ногой в такт музыке, прыснул, будто нытье Главнокомандующего стало для него обычным делом.
- Он о тех грушах, которые ты им выслал на днях?
- Да! - воскликнул первый, со стоном швырнул листок на стол и потянулся за шариковой ручкой. - Возможно, если бы его люди не устраивали резню на тренировках, груши жили бы столько, сколько и должны.
Он снова застонал и нацарапал что-то на отчете. Капитан на диванчике заинтересованно подался вперед.
- Я бы просто велел ему засунуть свои жалобы туда, где не светит солнце, - сказал он, за что получил осуждающий взгляд от мужа.
- Я Главнокомандующий, я не могу велеть ему засунуть свои жалобы в задницу.
Хотя на его лице было написано непреодолимое желание поступить именно так. Наверное, его мораль победила, потому что он опустил ручку на стол и вздохнул.
- Ну, если бы ты не упомянул задницу... - протянул Ичиго, ухмыляясь, словно маньяк. Но что бы Тоширо ни собирался ответить ему, оно потонуло в первых аккордах изменившейся песни. Эта звучала знакомо.
- Бог ты мой! - заорал Ичиго, вскочил на ноги и ударился коленями о кофейный столик так, что бедняга зазвенел, а из чашки едва не выплеснулся чай.
Главнокомандующий удивленно наблюдал за ним пару мгновений, прежде чем рыжий воскликнул:
- Это ведь наша песня!
Вступление песни 'Iris' группы The Goo Goo Dolls постепенно подходило к концу; куплет мог начаться в любой момент. Ичиго ожидающе вытянул руки, стоя посреди кабинета.
- Давай же, ты должен со мной станцевать! Мы поженились* под эту песню!
Пока он умолял, Тоширо выбрался из-за стола и отбросил хаори. Главнокомандующий, который до сих пор был на полфута ниже большинства людей, в награду получил лучезарную улыбку любимого человека, и не мог не ответить тем же. Мелодия замедлилась, и солист запел.
Они растворились во времени.