Work Text:
Ока надела юбку и та чувствовалась крайне непривычно. Заставила мать.
— Ты ведь хочешь произвести хорошее впечатление? Это, между прочим, известная семья. Талантливая девочка и выглядеть должна соответствующе, а не в этих твоих штанах и кофте.
Ока отпиралась как могла, настаивала, что это не брачное интервью, — мать стояла насмерть.
Теперь же, у ворот огромного дома нельзя было не признать, что пышный розовый монстр, колыхающийся на бедрах, подходит куда лучше, чем потертые джинсы. Собирайся она сама, точно надела бы их. Вряд ли в семье Тоя кто-то носил потертые вещи — здесь просто не знают об их существовании.
Успокаиваясь, она шумно выдохнула через рот. Кот, дремавший на солнышке на уступе каменного забора, поднял голову и уставился равнодушным взглядом.
— Не смотри на меня так, — строго сказала она коту, — я пришла учиться.
Ока вздернула подбородок, открыла калитку и зашагала между клумбами своей самой решительной походкой. Бравада довела ее до двери, и все так же, не сдаваясь, заставила нажать кнопку звонка.
— Уже иду! — крикнули внутри.
Она разговаривала с Тоей Акирой всего однажды, договариваясь по телефону о встрече, но сейчас голос был другим. В какой-то поистине волнительный момент она представила, как дверь ей открывает сам бывший Мэйдзин, и мозг тут же подкинул по меньшей мере семь способов, коими она легко опозорится в течение, скажем, сорока секунд, а то и быстрее. Руки нервно ухватились за юбку, голова наполовину склонилась в поклоне, как дверь открылась.
Перво-наперво она увидела босые ноги и чуть не упала, пытаясь собрать в голове образ босоногого Тои Кое в джинсах. Потертых. Которые, как она считала, здесь не найти. Ока медленно выпрямилась, попутно отмечая на колене самую настоящую прореху. Оранжевая футболка с какой-то английской надписью на пару секунд заставила с полной уверенностью думать, что она ошиблась адресом. Ока открыла рот, чтобы извиниться, как вдруг узнала его.
— Шиндо Хикару, — сказала она и поспешно добавила, краснея, — …сан. Шиндо-сан!
Он вежливо осклабился.
— Ты пришла к Тое, верно?
Она машинально кивнула, опасаясь сделать очередную глупость. О чем она думала? Нормально называть по имени за глаза во время обсуждения его последней игры, но не в лицо же!
Шиндо, казалось, это никак не задело.
— Прошу, входи. К сожалению, его встреча затянулось. Он сообщил мне, что хотел предупредить, но ты не брала трубку.
— Я… с утра отключила звонок, — сказала Ока, покраснев как помидор. — Боялась, что потом забуду, и он зазвонит посреди урока.
— Ничего страшного. В любом случае, сейчас он уже в пути.
Он посторонился, приглашая войти, и пока она разувалась, начал перебирать тапочки в обувном шкафу.
— Будешь сдавать эказамен, верно? Как тебя зовут?
Она уставилась в пол, соображая, что он не помнит ее. А почему, собственно, должен?
Ну, нет у него привычки запоминать всех, с кем играл, ведь таких набралась уже целая толпа.
— Ока Ханаэ, — сказала Ока, стараясь не морщиться. Ненавистное имя — она считала его старомодным и слишком женственным и обычно, знакомясь, сразу предлагала обращаться по фамилии.
Он неопределенно хмыкнул и поглубже зарылся в шкафчик.
— Однажды я играла с вами, — добавила она. Глупо, конечно, просто сейчас очень захотелось, чтобы ее вспомнили.
Он выпрямился, держа в руках тапки небольшого размера, и растерянно выдавил смешок.
— Да? Прости, я плохо запоминаю людей. Тоя постоянно говорит, что…
— Что тебе постоянно говорит Тоя?
Ока обернулась. Тоя Акира закрыл за собой дверь. Костюм на нем даже в конце дня выглядел безупречно.
— Очень жаль, что я опоздал, Ока-сан. В самом деле, Шиндо, мог бы не держать ее на пороге!
— Я не держал! — запротестовал Шиндо. — Я искал тапочки — вот, извольте примерить. И вообще, я не твой дворецкий, так что поблагодари, что я тебя подменил.
— Не похоже, что ты сильно перетрудился, — небрежно заметил Тоя. — Ваш размер, Ока-сан? — Ока кивнула как китайский болванчик.
— Замечательно. Пожалуйста, проходите. Вы нашли дорогу без проблем?
— Все благодаря моей карте, — Шиндо вмешался прежде, чем она успела ответить. — Когда он в первый раз дал мне адрес, я бродил здесь кругами не менее часа, поэтому после придумал сделать скрин из гугла.
— Уйди, а? — попросил Тоя с легким укором. — Пожалуйста, извините его, Ока-сан, сюда.
Она прошла по просторному коридору в практически пустую комнату с красивым гобаном в центре.
— Пожалуйста, присаживайтесь, — распорядился Тоя, что она и сделала, нервно огладив юбку. — На улице жарковато, не хотите чего-нибудь выпить?
— Э, — сказала Ока, наконец-то обретая голос, — большое спасибо. То есть, пожалуйста, не беспокойтесь…
— Я принесу, — донесся из коридора голос Шиндо-сана. — Там есть чай со льдом.
Тоя качнул головой, хотя его никак не могли видеть, и вернулся к разговору.
— Значит, экзамен на про? — уточнил он.
Она кивнула в пятидесятый раз.
— Да, в следующем месяце.
— Вы проходите программу подготовки в Академии. На каком месте?
Ока взглянула на свои руки, сложенные на коленях и честно призналась:
— На третьем.
В прошлом году она была второй, но это все равно не помогло. Сёдзи следовал третьим, но в основных матчах переиграл ее.
— Все не так уж плохо, — заметил Тоя, будто читая ее мысли.
— Не то чтобы это вообще что-то значило, — снова вмешался Шиндо. Он опустился рядом с ними на колени и поставил поднос. Ока заметила, что он по-прежнему босиком. — Я, например…
— Ты — исключение, — перебил его Тоя. — Спасибо, теперь уходи.
Шиндо закатил глаза:
— Неблагодарный.
Он заговорщически подмигнул Оке, вскочил и исчез за дверью, противоположной той, через которую вошел. Ока почувствовала, что лицо снова пылает. Позже она обнаружила, что не помнит ни единого хода из учебной партии, которую играла с Тоей.
******
Следующие несколько дней в голове царил блаженный туман. Она играла хорошо и чувствовала себя уверенно. Экзамен приближался. В среду состоялся еще один урок. Они встретились в салоне, принадлежащем семье Тоя. Ока узнала, что Шиндо здесь постоянный посетитель.
Небывалый взлет хорошего настроения было не скрыть.
— Выглядишь счастливой, — проницательно заметила Насэ, когда Ока подвинулась, освобождая для нее место в переполненном кафе. Сэмпай сдала экзамен годом ранее, но все равно находила время встретиться с бывшими сотоварищами-еще-инсэями. В отличие от некоторых, которые не заслужили, чтобы их вспоминали.
Ока покраснела. В последнее время это случалось довольно часто.
— Я хорошо играю, — выдала она в качестве объяснения. — Сегодня обыграла Фуку.
— Ты у меня часто выигрываешь, — добродушно улыбнулся Фуку.
— Гляди в оба, — ехидно предупредила его Насэ, — если и в этом году не сдашь, то поставишь новый рекорд.
Фуку смешливо покачал головой:
— Ой-ей, что же делать-то?!
Ока рассмеялась.
— Я собираюсь пройти во что бы то ни стало!
— Да уж постарайся, Седзи мне все уши прожужжал, спрашивал о тебе, — сказала Насэ.
— Конечно.
Настроение резко испортилось.
Прошло несколько месяцев с тех пор, как она в последний раз видела своего некогда соперника, ставшего теперь про. Они вроде бы дружили, но потом он разгромил ее в нескольких начальных партиях. Она выиграла все последующие, но перегнать его так и не смогла. Затем он исчез из учебной группы и из ее жизни, а когда вдруг вспомнил, что когда-то дружил с Окой Ханаэ, она решила, что не простит.
С яростной решимостью схлестнулась с ним в первом туре Вакажинсена и выиграла три моку. Тогда еще у него был шанс что-то изменить, но какой-то тип, который тоже выиграл, подошел к ним.
— Надо же, ты проиграл девчонке-инсэю, — раскрыл он свою варежку.
На что Седзи смущенно засмеялся — что выбесило — и заметил:
— Так, не самый лучший день.
— А вам не приходило в голову, что я просто умею играть! — рассердилась она, и узор камней на доске как-то сразу померк.
— Нет? — удивился Сёдзи, как будто это был вопрос.
Она встала из-за стола и пошла прочь, делая вид, что не слышит, как он кричит ей вслед:
— Подожди, я имел в виду «да»! Ока!
Обида и сейчас никуда не делась.
— Давайте сменим тему, — попросила она, шумно втягивая через трубочку порцию молочного коктейля.
— Первый раунд финала Тэнгэн на следующей неделе, — быстро переключилась Насэ, — хочешь пойти? Игра должна быть интересной. Тоя Акира защищается в первый раз.
— Да! — бодро поддержал Фуку. — Я не видел Шиндо целую вечность, он всегда так занят.
— Шиндо? — переспросила Ока, пытаясь сохранить невозмутимость, хотя сердце забилось часто-часто. — Я и забыла, что это он бросил вызов.
— Конечно, ты ведь в фан-клубе Тои? — засмеялась Насэ.
Зардевшаяся Ока ничего не ответила.
******
Она снова надела юбку. Не потому что думала, что кто-то обратит на нее внимание, так, на всякий случай. И пришла пораньше тоже поэтому. Мысли о возможной встрече с ним после матча настолько увлекли, что она не сразу узнала парня возле монитора, пока он не позвал:
— Ока! Не узнал тебя. Выглядишь… эм… мило.
Она покраснела. Накатила неловкость пополам с раздражением, словно он обвинил ее в чем-то постыдном.
— Что это ты здесь делаешь?
Сёдзи оторопел от ее грубости и ответил так же резко.
— Так же, как и ты имею право. Даже больше, потому что играет мой учитель.
— Ты тоже учишься у Тои-сэнсэя? — спросила Ока, внезапно чувствуя себя преданной.
Сёдзи растерялся.
— Тоя? Нет, конечно! То есть, он замечательный и все такое, но я учусь у Шиндо.
— А, — ответила она не своим, каким-то тоненьким голоском. Перевела дух, подыскивая, что добавить.
— Ты неуважителен. Ты должен называть его «сэнсэй».
Сёдзи фыркнул и покачал головой.
— Да ладно тебе, Шиндо никому не позволяет называть себя сэнсэем.
— А, — повторил Ока. К счастью, прежде, чем молчание стало слишком тягостным, появились Насэ и Фуку, а за ними несколько взрослых про, которых она знала по фотографиям и мельком видела в институте. Она прошла с друзьями за дальний стол, не обращая внимания на Сёдзи, который тоскливо посмотрел им вслед.
— Интересно, и сегодня будут ругаться? — спросил мужчина в сером галстуке, задумчиво разглядывая экран, который сейчас показывал пустую доску.
— Очень может быть, — ответил другой и передвинул чашу с камнями поближе к себе, — как всегда.
Ока очень удивилась.
— Насэ-сэмпай, ты ведь была инсэем в одной группе с Шиндо-саном? — тихо спросила она. Насэ кивнула. — А он и Тоя-сэнсэй… разве они не друзья?
Насэ захихикала в ладошку. Мужчина в сером галстуке строго глянул в ее сторону, и она, извиняясь, поклонилась ему.
— Не то, чтобы друзья, они — Шиндо и Тоя, — объяснила она.
— А, — сказал Ока, ничего не понимая. Все, конечно, знали о знаменитом соперничестве. Но, насколько она понимала, соперничество вовсе не подразумевало за неделю до экзамена угощать чужого ученика чаем. Босиком. Это представлялось самой настоящей дружбой, но здесь упомянули, что они постоянно ссорятся. — Так они не друзья?
— Они соперники-и, — преувеличенно-драматически зашептал Фуку.
Ока посмотрела на Сёдзи, который не сводил с нее глаз. Попыталась представить, как он хозяйничает у нее на кухне, наливая чай в чашку с ледяными кубиками, и его ни капельки не волнует, что предстоит игра, которая решит их дальнейшую судьбу. От дичайшего несоответствия ей стало не по себе.
— Все ли соперники… такие?
— Наверное, не все, но Шиндо и Тоя — да, — сказала Насэ таким тоном, словно это все объясняло.
— Э… понятно.
Но понятно не было. Однако раздираемая противоречиями Ока не успела получить других ответов — играющие заняли свои места, и партия захватила все внимание Насэ.
******
— Пора бы нам начать беречь чужое время и предупреждать о сдвигах в расписании.
Чувствовать жар на щеках стало ее хроническим состоянием, по крайней мере, в его присутствии.
— Ну, что вы, меня все устраивает!
Шиндо засмеялся.
— У тебя опять отключен телефон?
Она спешно наклонила голову, пряча улыбку, которую было не сдержать. Хотелось, чтобы он вечно открывал ей дверь.
— Очень извиняюсь, я могу прийти позже.
— Да все в порядке, — успокоил он, — заходи. Мы просто только что пришли.
— Я с удовольствием подожду, если вы уверены, что это удобно, — прямо сказала она.
В прихожей Ока оглянулась в поисках тапок, что ей давал Тоя.
— Удобно, — Шиндо открыл шкафчик и сразу нашел их. — Ты пришла вовремя — опоздал твой учитель. Плюс я узнал, что он целый день ничего не ел, и сейчас думаю об ужине. Черт возьми, если ему не напоминать…
— Нет никакой необходимости делиться с учениками подробностями моей личной жизни.
Шиндо закатил глаза.
— Черт возьми, если бы ты заботился о своем здоровье…
— Простите, Ока-сан, — снова перебил его Тоя, — мы быстро освободимся.
— Да, быстрая доставка рамена.
— Никакого рамена, — Тоя нахмурился. — Если заставляешь отложить урок ради ужина, я хотел бы съесть что-то полезное.
— О чем ты говоришь? — воскликнул Шиндо. — Раменом можно питаться всю жизнь и дожить до ста десяти! Рамен полезный!
— Нет, о лапше из пакетика не может быть и речи. И сразу предупреждаю, что сам ты ничего готовить не будешь. В последний раз ты чуть не сжег мой дом.
— Да ладно, там даже до пожара не дошло. Раздул из мухи слона из-за дымящейся сковородки.
— Э-э, я могу что-нибудь приготовить, — торопливо сказала Ока. — Если надо. То есть я не большой мастер, но кое-что умею.
— Отлично! — обрадовался Шиндо, не давая Тое раскрыть рта. — Иногда очень удобно, когда рядом девушка.
«Удобно» прозвучало спорным комплиментом, но Ока все равно засияла.
— Пойдем, покажу тебе кухню, — они вышли в коридор.
— Извини, — он понизил голос и положил руку ей на плечо, — он такой идиот. Могу поспорить, что если бы никто не напоминал о еде, он бы уже упал в обморок на какой-нибудь игре в лиге.
— Вы очень заботливый друг, Шиндо-сан, — потупилась Ока. Она из всех сил старалась не споткнуться о собственные ноги. — Или соперник, — добавила она.
— Ага, что-то вроде этого, — тихо рассмеялся он.
К счастью, холодильник нельзя было назвать полным. Ока почувствовала облегчение: сложных блюд от нее сейчас не ждут, а с онигири она справится. Впечатлить Шиндо хотелось неимоверно, но не до поджога дома, конечно. Ока готова была признать, что начинает паниковать. Игра игрой, но ведь сейчас она будет для него готовить! Словно она его девушка или…
— Все хорошо?
— Конечно! — Она открыла рисоварку. Готового риса, к счастью, осталось больше половины. — Дайте мне несколько минут.
— Без проблем, — сказал Шиндо, — в любом случае, это же мы навязываемся.
— Я люблю готовить, — поспешила заверить Ока, выискивая, где лежат нори.
— У Тои такие ответственные ученики, — вздохнул Шиндо. — Вот бы и мой умел готовить.
— Я заварил тебе рамен, — раздался новый голос. Ока от неожиданности вздрогнула. Ложка с большой порцией риса со звоном приземлилась на пол.
— Что ты здесь делаешь?! — гневно вскрикнула она.
Шиндо остался невозмутим.
— Так вы, ребята, знаете друг друга? То-то оно складывается.
Сёдзи небрежно прислонился к стене.
— Я здесь для урока, так же, как и ты. Если только не подрабатываешь домработницей, хотя это тоже вариант.
— Помню, ты сказал, что учишься у Шиндо-сэнсэя! — воскликнула Ока.
Седзи кивнул.
— Ну, так и есть, вот же он.
Он ткнул пальцем, словно она слепая и недоразвитая, и зашел в кухню, аккуратно обходя беспорядок на полу.
— Вы что, здесь живете? — Слова вырвались раньше, чем она успела подумать. Ока испуганно прижала руку ко рту.
Шиндо, опять не выказал никакого недовольства ее промахом.
— Не совсем, — ответил он.
— Увы, все именно так, — возразил ему появившийся в дверях Тоя.
— После ливня на прошлой неделе мой дом затопило, — объяснил Шиндо. — Я останусь здесь, пока не откачают воду.
Тоя взял половую щетку. Ока бросилась к нему и чуть не упала, поскользнувшись на рисе. Седзи хмыкнул.
— Поверю в это только когда увижу, что ты уходишь, — проворчал Тоя. — Невероятно, ты заставил мою ученицу работать на кухне!
— Что-то плохо она работает — грязи только прибавилось, — не удержался Сёдзи.
Ока бросила на него самый что ни есть убийственный взгляд.
— Все занятия хороши, — веско заметила она и дернула из рук своего сэнсэя щетку — сильнее, чем следует.
— Видишь, она не возражает! — откликнулся Шиндо. — Кроме того, ты запретил мне готовить. И что теперь делать, голодать?
— Шиндо!
— Приятно слышать, — Сёдзи игнорировал спор сэнсэев. — Приготовь побольше — я очень голоден.
Ока еле сдержалась, чтобы не бросить в него швабру.
******
Когда они закончили заниматься, за окном уже стемнело. К тому же Шиндо настоял, чтобы его ученик мыл посуду. Позже под красноречивым взглядом Тои, Сёдзи вызвался проводить ее до автобуса. Ока не видела смысла спорить — тем более, что Шиндо горячо поддержал идею, — но и не обрадовалась. Говорить им было не о чем и, как ей казалось, она ясно дала это понять. Однако, следовало вспомнить, что в житейских делах бывший товарищ туп, как пробка.
— Значит, тебе нравится Шиндо? — спросил он, истолковав ее молчание как желание поговорить, — Или что-то в этом роде.
За последнее время она так привыкла к жару на щеках, что уже не обращала на него внимания.
— Не понимаю, о чем ты.
Сёдзи удивленно покосился на нее.
— Думаешь, я дурак? Ты за ужином ловила каждое его слово.
— Да, — коротко ответила Ока.
— Я и говорю, он тебе нравится! — воскликнул Сёдзи.
— Нет, — процедила она сквозь зубы. — Да — в смысле, ты дурак.
— Ой, да ладно, — запротестовал он.
— Вообще, какое это имеет значение? — неожиданно вскинулась она. — А если и нравится? Тебе какая разница?
Сёдзи растерялся.
— Ну, это было бы странно, — сказал он.
— Почему странно? — огрызнулась она. — Почему мне не может кто-то нравиться?
— Нет! — отшатнулся Седзи. — Нет, я не это имел в виду, просто он же… Шиндо.
Ока вздохнула.
— Ну и что? Он не может нравится?
— Он на завтрак ест рамен!
— И что?
— И в обед! И на ужин!
— И что?
— Тот рамен, который заваривают кипятком.
Ока всплеснула руками, пораженная его логикой.
— И что?
— Да он неряха! Спит до полудня и забывает, когда назначил мне урок! — с каждым словом Сёдзи волновался все больше и больше, бурно жестикулируя. — Он всегда в разных носках!
— Я не собираюсь наниматься к нему уборщицей, — сварливо сказала Ока.
— Но, судя по сегодняшнему дню…
— А чего ты так расстроился? — перебила она. — Это не твое дело!
— Я просто не понимаю, почему он тебе нравится! — воскликнул он.
— Он хорош в го, — быстро ответила она. — и у него приятная улыбка.
Щеки пылали.
— Вообще-то у него есть Тоя! — крикнул Сёдзи. Казалось, он был на грани.
Ока ничего не понимала.
— И что? Я не хочу быть его соперником. По крайней мере, пока. Я имею в виду, мой уровень…
— Ты просто не понимаешь, — поморщился Сёдзи.
— Нет, это ты не понимаешь, — возразила Ока. Она притормозила под навесом остановки — они уже пришли — и скрестила на груди руки. — Я вообще с тобой не разговариваю, особенно о личном. Просто заткнись и помолчи.
Угрюмый Сёдзи больше не сказал ни слова. Подошел автобус, и Ока, заходя, уже поставила ногу на ступеньку, когда он позвал ее.
— Что еще? — обернулась она.
— Я… — начал он, глядя в сторону. В темноте лица было не разглядеть, но выглядел он как-то жалко. — Я хорош в го.
Щеки снова обдало жаром, Ока быстро отвернулась.
— Спокойной ночи, Сёдзи, — твердо сказала она.
******
День начала экзамена подкрался незаметно, когда она все еще занималась анализом собственных чувств. Казалось, она совсем не готова играть, но с первыми партиями справилась на удивление хорошо. Длинная череда побед прервалась лишь в середине экзамена. Смелое вторжение не оправдалось, но Ока наблюдала как рушится ее защита со странной отрешенностью. Сожалений не было. Возможно, риск того не стоил, но, по крайней мере, она попыталась пойти непривычным путем.
По дороге домой зазвонил мобильный. Номер показался знакомым, но она не помнила адресата.
— Алло?
— Что это было? — вызверился телефон.
— А? — не поняла обескураженная Ока.
— Что это было? — повторил телефон. — Дурь взыграла, и ты решила самоубиться?
— Зачем ты мне звонишь? — рассердилась Ока. — Я стерла твой номер. Целый год ни ответа, ни привета, а теперь тебя вдруг заботит мой проигрыш? Тебя там даже не было, мистер великий и могучий про! Или шпионишь за мной?
На другом конце тяжело вздохнули.
— Слушай, я знаю, что подражать Шиндо очень заманчиво. Но ты не Шиндо. Нравится он тебе или что-то еще — твои дела, но ты должна играть свое го, а не чужое!
— Иди к черту, — отрезала Ока и повесила трубку.
Некоторое время она шла, раздумывая, не позвонить ли Тое. Вряд ли он одобрит ее безрассудство — он всегда ратует за защиту больше, чем за нападение — но он может дать дельный совет. К сожалению, как бы хорошо они ни ладили, сейчас он готовится к защите титула в лиге Тэнгэн и хочет, чтобы его не беспокоили. Она подумала, что можно попробовать позвонить Шиндо, но сообразила, что у нее нет его номера.
На душе стало как-то совсем паршиво. Гораздо хуже, чем в тот момент, когда она поняла, что проиграла. Враз лишенная сил, Ока продолжила путь домой.
******
Это был первый день их третьего матча. Юбка уже стала привычной, равно как и мрачный Сёдзи неподалеку, которого она игнорировала. Ока вежливо поклонилась всем собравшимся (других инсэев рядом не наблюдалось) и поудобнее устроилась перед телевизором.
Игра захватила с первой же минуты — Сёдзи и собственный, практически набранный проходной балл сразу забылись. Сейчас напряжение на гобане превосходило даже их — Шиндо и Тоя — обычное напряжение, которое Ока всегда отслеживала и в кифу, и вживую. Когда объявили, что время вышло, она почти не дышала. Прошло несколько часов — одна нога затекла и теперь напомнила о себе покалыванием.
Игроки на экране, казалось, полностью разделяли ее волнение. Запечатав последний ход, Шиндо еще на какое-то время задержался, глядя на доску. Затем встал, потянулся и обошел, чтобы взглянуть на позицию камней под другим углом. Тоя откинул голову и посмотрел на него с легкой полуулыбкой. Шиндо усмехнулся в ответ, словно они и не пытались только что порвать друг другу на гобане метафорические глотки.
Наверное, надо сказать «спасибо» оператору, снявшему эмоции покрупнее — Оку вдруг накрыло пониманием.
Она встала так резко, что завалила стул набок. Из-за онемевшей ноги едва не потеряла равновесие, но удержалась и, ковыляя, вышла из комнаты. Следовало поторопиться, иначе всхлипы услышали бы все. С решимостью, которая всегда помогала выстоять в трудной игре, она, прихрамывая, прошла по коридору и спустилась на лестничную площадку.
Сёдзи нашел ее там, вжавшуюся в угол, и молча смотрел.
— Ничего не говори, — пробормотала она сквозь слезы.
Он присел на корточки и не сдержался.
— Ты немного тормоз, да?
— Уйди, — икнула Ока.
— Нет, лучше останусь, если тебе все равно, — решил он.
******
— Что ж, встретимся через несколько недель. Не боишься? — Шиндо сидел за столом напротив и ухмылялся.
— Чего там бояться? — отшутилась она с легкостью, которая никак не вязалась с ее отчаянной борьбой в последние месяцы.
— Она порвет тебя как тузик грелку, — напыщенно выдал Сёдзи. — Точно опозоришься.
— Ты самый дерзкий и неуважительный из всех моих учеников, знаешь?
— Он твой единственный ученик, — мягко напомнил Тоя. — Остальные не вытерпели постоянных опозданий. И, думаю, рамен.
— Теперь я завоевал титул, — гордо сказал Шиндо. — Подожди немного, и они повалят толпами.
— В твоих фантазиях, — подразнил Сёдзи.
— Умоляю, не говори, что действительно веришь, что сохранишь его, — Тоя глотнул чая. — Я верну свое, ты же знаешь.
Ока усмехнулась.
Она сдала экзамен на про с сильным отрывом, что позволило ей заслуженно стать второй. Лидеры экзаменационной гонки не дошли до финиша — не выдержали психологического давления. Сэнсэи праздновали, но Ока уже раздумывала о предстоящем в комнате Юген. Шиндо сам вызвался участвовать. То ли кто-то убедил его, то ли захотелось щегольнуть новоприобретенным титулом, как новенькой игрушкой — можно было только гадать. Как бы то ни было, она собирала силы для непростой игры.
Седзи тронул ее за плечо.
— Эй, только не говори, что приготовила одно-единственное бенто.
— Вот обжора.
Она закатила глаза и встала принести еще еды.