Work Text:
Эти руки испортились. Пришли в негодность. Какая досада. Когда-то они создавали диковинное оружие, а теперь не могут открыть коробку с лекарствами: то слабеют и дрожат, то сжимают слишком сильно.
Плотный металлический бокс с медицинским крестом на крышке выскальзывает из пальцев и глухо бухается на пол. Стеклянные пузырьки осуждающе цокают внутри. В ответ Блейд рычит от досады. Бесполезный. Какой же он бесполезный.
Дань Хэн согнувшись сидит на кровати, тяжело опираясь здоровой рукой о матрац. Плащ на правом плече разорван, открывает глупое, позорное ранение чуть ниже ключицы. Рукав потяжелел от крови, она капает с кончиков пальцев на пол. Блейд вдыхает этот ни с чем не сравнимый знакомый металлический запах и его ведет.
Все, я уладила проблемы на ресепшене и оплатила этот номер. Пришлось накинуть сверху за лекарства и уборку, - в комнату вошла Марта и, быстро прикрыв дверь, устало привалилась к ней спиной. - Стелла и Мистер Янг будут здесь завтра ближе к обеду. Похоже, что их тоже «задержали» по пути, но сейчас уже все хорошо. Еще я написала Химеко… Как ты, Дань Хэн, нормально?
— Пока, как видишь, жив. То есть, простите… Я в порядке, — улыбается бледным губами тот.
Эти потрескавшиеся бескровные губы захватывают воспаленное сознание Блейда. Вероятно, ближайшую неделю они будут лишены полноты и цвета. Такое расточительство. Удушливое марево безумия бьет в голову. Блейду хочется смазать их темной кровью.
Бесполезные руки отказывают окончательно. Замок медицинского бокса не поддается и Блейд готов содрать его зубами. Дань Хэн дышит поверхностно. Кровь… его кровь капает на пол.
— Блейд… давайте, я вам помогу? — осторожно предлагает Марта.
— Нет, — резко одергивает он. Голос звенит металом.
В конце концов он просто срывает замок вместе с крышкой, брезгливо отбрасывает ее на пол. Берет в руки пузырек с антисептиком: синяя жидкость ярко блестит в обрамлении хрупких стеклянных стенок. Блейд, кажется, задерживает дыхание, стараясь аккуратно подцепить миниатюрную крышку.
— Может, все-таки помочь? — Марта настойчиво протягивает вперёд руку.
— Я сам! — рычит Блейд. — Сам!
Чертовы руки. Чертовы руки, чертовы руки! Он резко втягивает воздух в легкие и стеклянные стенки пузырька беспомощно крошатся под его дрогнувшими пальцами. Воздух наполняется горьким запахом лекарства.
— Эй, Блейд… — мягко окликает Дань Хэн негромким голосом. Блейд мгновенно вскидывает голову и они остро смотрят друг другу в глаза.
— Ладно, — неохотно отступает он. — Ладно. Ты… ты… подружка с Экспресса… помогай.
— Спасибо. Только… я не знаю что делать. Я еще никогда… — Марта отлепляется от двери, проходит вглубь комнаты, смешно огибая Блейда по широкой дуге, и садится на кровать. Садится близко… Близко-близко!
— Хорошо, Марта, это не так сложно, как может показаться на первый взгляд… — Дань Хэн делает над собой усилие, фокусирует взгляд на ее лице. Его голос слаб.
— Сначала разрежь одежду, — вдруг резко прерывает его Блейд. — Потом промой рану. Потом настойка с Гуавили… остановит кровь и… тугая повязка. Будет достаточно. Потом доставим его на Экспресс. Завтра…
— Подождите, — Марта вскидывает несчастные глаза. — Помедленнее, я не запомнила ничего… промыть рану?
— Там… пузырек… С синей жидкостью. Да. Смочи тампон. Побольше! Ну, больше! Промокни по краям. Удали грязь и кровь, потом… — Блейд принимается мерять шагами комнату, давая указания. Он скрещивает руки на груди и больно давит пальцами предплечья.
Антисептик попадает в рану. Дань Хэн болезненно шипит.
— Аккуратнее! Ты! Подружка! Следи за руками!
— Прости! Прости-прости! — скороговоркой проговаривает Март. — Дань Хэн, тебе больно? Я не специально, клянусь…
— Все в порядке. Просто немного неприятно, — Дань Хэн криво улыбается, склонив потяжелевшую голову к плечу. Его прикрытые ресницами влажные лазурные глаза не сводят с Марты успокаивающего взгляда. Просто немного неприятно. Просто немного…
Сегодня вечером на них напали на узкой улочке, прилегающей к порту. Четверо. Местные. С сетями и модернизированными охотничьими балластерами для отлова дикого зверья. Вероятнее всего, нападавшие - обычные бандиты, желающие нажиться на богатеньких преступно-беспечных иномирцах.
Дань Хэн мог разделаться с ними в несколько изящных взмахов копья! О, Блейд жаждал взглянуть на это, но Марта! Марта! Она как будто бы даже не пыталась уклониться от направленного в грудь смертельного выстрела и Дань Хэн грубо толкнул ее в сторону, прикрыв своим телом. Его вскользь мазнуло по плечу, на мостовую упали капли крови, для Блейда мир окрасился в красный…
— Если бы Дань Хэну не пришлось тебя защищать он бы вообще сейчас не был ранен! Это все твоя вина!
— Блейд… прекрати говорить такое, — Дань Хэн окликает его низко и по-настоящему холодно. Блейд не слушает, не слышит. — Так… ладно, Марта, постой, отложи тампон на минуту…
… его мир окрасился в красный. Блейд не запомнил как прикончил нападавших за считанные секунды, а после погружал в их тела меч, пока щербатая портовая мостовая не напиталась их преступной кровью. Алым умылся его клинок, пропитались одежда и жесткие волосы, горячие брызги окропили лицо. Дань Хэн был ранен… они добрались до этого отеля, где возникли некоторые… проблемы с заселением из-за его несколько… эксцентричного… внешнего вида…
Дань Хэн собирается с силами, поднимает здоровую руку и хватает Блейда за край плаща. Тот невыносимо взбудораженный, дурманяще горячий и Дань Хэн слабо тянет его на себя, вынуждая податливо наклониться и прислушаться к тихому голосу:
— Успокойся… Прошу, спокойнее, у тебя глаза горят! Притормози. Просто, сядь позади меня…
— Дань Хэн…
— Слушай, мне сейчас крайне непросто спорить и даже сидеть ровно. Перед глазами плывет… Пока Марта закончит, не мог бы ты…
Блэйд пристыжено затихает. Тяжело опускается на кровать позади Дань Хэна и тот прислоняется к нему сильной спиной, устало откидывает голову на плечо. Беззащитно обнажается светлая шея. Он холодный и пахнет кровью. Блейд завороженно смотрит на рану на чужом плече и под его взглядом она не спешит затягиваться. Это непривычно и страшно. Страшно-страшно.
— Спасибо… — говорит Дань Хэн. — Прости нас, Марта, пожалуйста, продолжай…
Марта убирает остатки грязи, касается кожи тампоном, а иногда и смоченными в настойке с Гуавили пальцами. Дань Хэн мелко вздрагивает от этих прикосновений. От боли. Блейд зачем-то вздрагивает тоже.
Постепенно тело Дань Хэна слабеет. Напряжение и острая боль отпускают его. Он начинает медленно заваливаться набок, и Блейд, бессовестно пользуясь случаем, обхватывает узкую талию обоими руками, не давая упасть.
Обычно Дань Хэн просит не касаться его подобным образом когда они не одни. У него итак слишком много проблем из-за Блейда: с экипажем Станции и Экспресса, с командование Лофу… Кажется, Блейд вообще самая большая его проблема и последнего полностью устраивает это почетное звание.
Но сейчас Блейду плевать. Сейчас он видит капельку пота на виске Марты: она склонилась над раной близко... Близко-близко! Блейд может рассмотреть трещинки на ее губах, ощутить мятное дыхание, услышать учащенный стук сердца. Он жмет Дань Хэна к себе крепче. Пальцы грубо впиваются в талию, чуть отгибают замысловатый ремень, и, не встречая сопротивления, пробираются самыми кончиками к коже.
— Вроде бы, это все… Осталось наложить повязку, правильно? — Марта вскидывает взгляд и смотрит ему прямо в глаза. В них нет ни крупицы обычного задора.
— Правильно, — хрипло отвечает Блейд. — Дань Хэн, прости, нужно снять твой плащ, ну же…
— Кажется, он отключился.
— Дань Хэн? — Блейд резко дергает его голову к себе за подбородок и она безвольно поворачивается. — Ладно… Ладно… ты… подружка, нужно снять с него одежду. Вот так, тяни за рукав… Только осторожнее! Теперь неси бинты…
Когда перевязка окончена, Марта сворачивает испорченную одежду Дань Хэна аккуратной стопочкой, укладывает ее на прикроватной тумбочке. После возвращает в аптечку оставшиеся медикаменты, шумно включает воду в прилегающей к комнате ванной и принимается смывает кровь со своих рук, стирать ее с пола.
Блейд укладывает Дань Хэна в центр кровати и замирает над ним с тяжелым одеялом в руках. Покрытое липким маревом мары сознание начинает проясняться. Все-таки, Марта отлично справилась с перевязкой. И, вообще, отлично справилась. Эта комната, лекарства, переговоры с портье… Он никогда не признает подобного вслух.
На наложенной Мартой повязке завязан крошечный аккуратный кокетливый бантик. Этакая авторская подпись, указание на то, чья именно эта работа. Блейд не смог бы сделать ничего подобного. Может быть, в прошлой жизни, когда его руки еще могли быть послушными и нежными, когда Дань Фэн льнул к ним по любому надуманному поводу и без, когда он мог плести пряди смоленных волос и не расплескав разливать вино по парным чашам.
Что ж, кажется, свою подпись он тоже оставил: безобразно багровые следы от пальцев проступили слишком скоро, запятнав мягкую светлую кожу чуть выше выступающих тазовых косточек.
Будто «Разрушение» и «Сохранение» сегодня попеременно коснулись Дань Хэна в самых их первозданных смыслах…
— На нем каждый раз живого места нет, когда вы приходите, — угрюмо говорит Март, вставая справа от Блейда и проследив за направлением его взгляда.
— Наверное, — ровно откликается он.
— Знаете, мы с Дань Хэном — часть семьи Звездного Экспресса. Мы обещали заботиться друг о друге и никому не позволять причинять друг другу боль. Но что мне делать теперь, зная, видя, как каждый раз он скрывает эти отметины о которых итак все знают, как иногда тихо плачет, когда просыпается один, как зовёт вас во сне когда-то с ужасом, а теперь с мольбой?
— Достаточно будет просто убить меня, подружка.
— Вы бессмертный. Вас нельзя убить.
— Ну, а если бы была такая возможность?
— …
— Уже скоро, — Блейд на секунду отводит глаза от Дань Хэна и мирно улыбается ей. Сначала он щурится, потом поднимает брови, потом его губы несколько раз дергаются прежде чем показать ровный ряд острых зубов. Словно бы он по частям собирает давно забытое выражение. — А теперь, без обид, но ты спишь в кресле. Проваливай.
— Что? Нет. Нет! Я — девушка, где ваши манеры? И, постойте, тут вообще нет никакого кресла! Только сломанный табурет у стены!
В конечном итоге они устраиваются поверх одеяла по обе стороны от Дань Хэна. За плотно занавешенным окном загорается новый день. Скоро прибудут Стелла и Мистер Янг и… О, последний не будет настолько же благосклонен к Блейдовой дурной дырявой голове. Поэтому все, что он может позволить себе - коснуться носом мягких, влажных от пота волос на макушке и глубоко вдохнуть их умиротворяющий запах… Блейд соскальзывает в сон мгновенно, так просто забывая насколько он прогнивший проклятый грешник.
Март не спится. С другой стороны кровати она рассматривает острый профиль Дань Хэна, вроде бы ничем не примечательный, но все равно притягивающий многочисленные взгляды. Она видит как Блейд подальше прячет свои проклятые руки, обхватывая ими себя поверх покрытого засохшими пятнами крови плаща. В очередной раз он даже не потрудился почистить одежду и выглядел как карикатурная картинка из фильма ужасов. Наверняка, надеется пробраться на Экспресс, чтобы Дань Хэн промывал его слипшиеся тяжелые волосы и одолжил свою любимую рубашку, которую у Блейда, разумеется, не получится застегнуть на груди… Придурок. Просто придурок. Дьявол, монстр, демон, у которого чужое сердце в груди и ноги неловко не помешаются на короткой кровати, пока к стене прислонены неизменные копье и меч…
— Блейд…
— М?
— Вы спите?
— Да.
— Знаете, про смерть… боюсь, Дань Хэн в этот раз… он вас тоже не отпустит. Так что нам предстоит придумать что-то еще.