Work Text:
Марв только начал писать обёртку для функтора, когда в дверь кто-то постучал.
— Ссуки, — выдохнул он и поднялся с кресла, — Как вы меня достали.
Всё ещё прокручивая в мыслях логику процедуры, он прошёл в прихожую. За дверью оказалась девушка — невысокая, темноволосая, в купальнике.
— Здравствуйте, — сказала она растерянно, — Я…
Повисла пауза — девушка, видимо, не знала, что соврать.
— Управляемая медитация? — спросил Марв устало, — «Внутреннее море»?
— Да, — в её глазах отразилось удивление, — Откуда вы знаете?
— Нагулялась? — мрачно поинтересовался Марв, — Назад хочешь?
Раньше он обращался к визитёрам с куда большим пиететом, но те времена давно прошли.
— Н-не знаю, — неуверенно покачала головой барышня, — А она, что, сработала?
— Твою мать, — Марв болезненно поморщился, чувствуя, как прозрачность оставляет мысли, возвращая из мира абстракций в мир бренный, — Сама-то как думаешь?
— Я была в зале, — девушка огляделась, — Мыслила море, как сказано в книге. И вдруг уже тут.
Она с интересом оглядела свои руки, опустила взгляд на босые ноги и покачнулась.
— Я такая странная, — схватилась за косяк, чтобы не упасть.
— Сядь, — посоветовал Марв, — А то стошнит с непривычки.
— Стошнит? — девушка опустилась на крыльцо, — Это как?
— Лучше тебе не знать, — разговоры на физиологические темы обычно заканчивались влажной уборкой.
— Почему я, — в голосе гостьи послышалось восхищение, — Так выгляжу?
— Потому что в этом мире вы принимаете форму местного разумного существа. Билатеральная симметрия, прямохождение — вот это всё.
— Мы?
— И какого хера вас сюда несёт? Тут что, мёдом намазано? Указатель неоновый светится – «Воплощаться сюда»?
— Чем, простите, намазано?
— Иди, — Марв махнул рукой, — гуляй по острову. Позагорай, покупайся. Назад захочешь, приходи.
Барышня подняла испуганные глаза:
— Я уже хочу. Мне что-то нехорошо. Всё кружится и…
— Слава богу, — несильно замахнувшись, Марв ударил её по щеке.
Моргнул от порыва ветра. Крыльцо было пусто.
— Твою мать! — только отправив гостью назад, Марв понял, что его насторожило в её словах, — В книге?
* * *
Следующий посетитель явился под вечер. Марв как раз успел поужинать и собрался было заняться аспектами, но стук в дверь вырвал из хода мыслей.
— Слышь, братюня, — на пороге стоял бритый пацанчик головы на полторы выше Марва, — Это ты тут хату держишь?
— Чего надо? — привычно вызверился Марв, — Медитант хренов.
— Ты, — обрадовался парниша, — Точно как рассказывали.
— Кто рассказывал?
— В узле нашем народ впечатлениями обменивался. Сердитый, говорят, мужичок, один на острове. Поругается слегка, а потом обратно вернёт.
— Тебя тоже вернуть?
— Не, я побазарить хочу.
— Ссука, — мотнул головой Марв, — О чём мне с тобой базарить?
— Ну, тебе, типа, неинтересно — кто я? Откуда? Как оно у нас там?
— Штук пятьдесят назад было. Сейчас уже похер как-то. Задрали вы меня.
— А ты реально всех, кто к тебя ходил, помнишь?
— Ну, может, не всех… Но помню.
— Огнищенски, — обрадовался пацанчик, — Братюнь, а зайти можно? Холодно тут у вас.
Марв неохотно посторонился.
С любопытством озираясь, гость прошёл внутрь.
— Чё-то ты уверенный больно, — с подозрением сказал Марв, — Как тебя к мозгоправу занесло?
— Мозгоправу? А ты про…, — он пропел знакомое имя.
— Ну да. Это ж он, сука, методику разработал. Медитации этой вашей.
— «Внутреннее море»? Он, да. Только это не медитация, а заклинание типа. Ну и к докторам я не хожу, я по осознанным сновидениям больше.
— Так ты спишь, сука, сейчас что ли?
— Ну, тип того, да.
— Чтоб тебе, тварина, всю жизнь бесконечный цикл снился. Зачем пришел?
— Не злись, братюнь. Я разобраться хочу.
— В чём?
— Ты ж вроде как ментальная проекция. А значит, помнить тех, кто к тебе приходил, не должен.
— Чё?
— Ну, «внутреннее море» — это хитрая такая штука, типа отправляет сознание в безопасное место. Остров, океан кругом, красота. И кто духом послабже, подсознательно возвращаться не хочет. И чтоб они тут навсегда не застряли, механизм безопасности встроен…
— Сердитый мужичок в бунгало?
— Тип того.
Марв достал с полки бутылку, стакан, ливанул виски. Глотнул сам, протянул другой стакан гостю.
— Не, братюнь, я препараты не мешаю.
— Теория красивая, — пожал Марв плечами, — Только я вас, ублюдков, наперечёт помню. Сначала записывал даже, как кого зовут, чем занимается.
Он достал с полки тетрадь, пролистал к началу и провыл чьё-то имя.
— А потом забил. Толку-то? Живёте в жопе какой-то. То ли в газовом гиганте, то ли в другой вселенной вообще. Материального с собой ничего принести не можете. Биология — другая, физика — другая, науки — другие.
— Ты мне лучше вот что скажи, — Марв глотнул вискаря, — До тебя тут была одна, сказала, что «мыслила море», как сказано в книге. В какой нахер книге? Этот психотерапевт ваш свою методу только пациентам раскрывал. За деньги.
— Так он материал собирал. А сейчас и правда книгу издал. Тебе в самом деле про неё рассказали? Огнищенски! — пацанчик задумался.
— Так что в жопу иди со своими проекциями, — проворчал Марв.
— Не, погоди, — очнулся тот, — Всё равно не стыкуется.
— Что конкретно?
— Тут два варианта: либо моя ментальная проекция сообщает мне факты, о которых я знаю. Либо это такое общественное неосознаваемое.
— Коллективное бессознательное.
— Тип того. Только при любом раскладе тебя не существует.
— С хера ли?
— Ну смотри, — пацанчик обвёл кругом рукой, — Остров маленький. Ты один. Из гостей — только мы.
— И чё?
— Мы придаём смысл твоему существу. А пока нас нет, тебя тоже нет.
— Есть.
— У тебя есть прошлое? Друзья? Знакомые? Чем ты вообще занят, пока нас нет?
— Кодер я. Снял бунгало, чтобы поработать спокойно, чтоб не отвлекал никто. Друзей, пожалуй, нет, зато знакомых даже чересчур. Пока вас нет, код пишу.
Пацанчик покачал головой.
— Ложные воспоминания. Инкантация, достаточно сложная для поддержания — как ты сказал? — коллегиального несознательного, может обзавестись подобием собственного интеллекта.
Марв скривил губы.
— Недоказуемо. Я могу то же самое про тебя сказать.
Гость хмыкнул.
— Приятно, когда проекция не глупее субъекта. А чё ты сердитый такой? Ругаешься всё время?
— От работы отвлекаете.
— От написания кода? Это что, кстати?
— Формализация абстрактных логических конструктов. Что-то вроде ваших инкантаций, наверно.
Парниша заинтересованно приподнял брови:
— Сложный умственный труд? Требующий концентрации и сосредоточения?
— Угу.
— Ты же понимаешь, — сочувственно сказал гость, — Что в моменты сосредоточения и фиксации ты перестаёшь существовать особенно сильно?
Марв пожевал губу.
— Я тебя в жопу посылал уже?
— Кажется, посылал. Можно посмотреть? — он указал на тетрадь.
Марв бросил её гостю на колени.
— Книга-то популярная? — спросил он.
— Более чем.
— Ссука, тут же теперь не протолкнуться будет.
Пацанчик пожал плечами, перелистывая тетрадку.
— Чем больше нас приходит, тем осознаннее ты, как проекция.
— Ого, — остановился он на странице со схемами, — Тебе кто-то даже принцип заклинания объяснял?
Марв дёрнул щекой.
— Пытался разобраться, как эта херня работает. Закрыться от неё или перенаправить куда. Не вышло.
— Конечно, не вышло, — гость презрительно хмыкнул, — Тут ошибка на ошибке.
Он взял авторучку.
— Потоки должны быть обоюдно противонаправлены, чтобы приём не мешал передаче. Снисхождению лучше подходит форма восходящей спирали, а идея моря выражается посредством звуковых…
Замолчав, гость поднял голову от тетради, лицо его приобрело выражение сконфуженное и обиженное.
— Родитель, — сказал он, — Я занят. Ай! Отпусти!
Марв моргнул от порыва ветра. В кресле осталась только раскрытая на середине тетрадь.
— Посредством звуковых волн, — сказал Марв, взглянув на схему, — Знаю я.
* * *
Наутро он снова занялся аспектами, но работа шла туго. Вчерашний разговор всплывал в памяти, не давая сосредоточиться. Аспекты перемежались в мыслях со спиралями, функторы со снисхождением, и в какой-то момент Марву даже показалось, что он достиг внутреннего моря. Чувство завершённости наполнило его, а когда оно сошло, Марв обнаружил себя сидящим на песке у набегающих и откатывающихся с тихим шорохом волн. Помотав головой, он поднялся с места и направился к бунгало, чуть ёжась от прохладного бриза. Дёрнул ручку — дверь оказалась заперта. Несколько секунд недоумения — внутри послышались шаги и приглушённые проклятия. Дверь отворилась, Марв оказался лицом к лицу с самим собой.
— Твою мать, — сказал Марв-из-дома.
— Не без этого, — согласился Марв-с-пляжа и ударил первого по щеке.
Моргнул от порыва ветра. Прошёл внутрь.
«У медитации есть глубина. Уровни. Снисхождения», — он уселся в не успевшее остыть кресло и упёрся взглядом в монитор. Предшественник ещё не закончил с обёрткой функтора, — «Надеюсь, не так много народу до этого дойдёт».
В дверь кто-то постучал.