Chapter Text
Спокойные вечера в непростой работе фараоном случаются не так часто, как хотелось бы. Дела, заботы, проблемы… Но когда все же выдавались несколько свободных часов, Ра с большим удовольствием занимался своими личными делами: конструировал что-то, читал, или просто проводил время с друзьями, как например и сегодня.
Сидеть с Осирисом неспешно потягивая вино, обсуждая последние новости и разговаривая одновременно обо всем и ни о чем было приятно. До тех пор, пока в его покои не явилось старшее чадо.
Вежливо поклонившись Осирису, почтительно склонившему голову в ответ, старший принц обратился к отцу, явно снедаемый чем-то изнутри:
—Отец, можно с вами посидеть?
Ра, приметивший что сына что-то гложет милостиво махнул рукой, приглашая садиться на подушки рядом с собой. Эксатон тут же вскарабкался на сидушку скрестив ноги, без спроса цапнул с одного из блюд апельсин и прислушиваясь к беседе отца с советником принялся уплетать лакомство, прикидывая в какой момент лучше вставить свои пять утен*. Этот интерес видели оба мужчины, но не учли, что принц в лучших традициях своей прямоты выберет самый подходящий момент. Тогда, когда в разговоре возникла пауза, во время которой собеседники приостановились чтобы смочить горло.
—Пап, а расскажи пожалуйста, откуда и как я появился? – Огромные темно-серые глаза невинно, как и полагается детям его возраста, задумавшим шалость, взирали на отца.
Отчаянно закашлявшегося Ра пришлось хлопать по спине Осирису, нервно прикидывающему стоит ли ему прямо сейчас бежать за кислородной маской и реанимационным чемоданчиком, или все-таки попробовать спасти своего фараона подручными средствами. С трудом продышавшись Ра поднял на друга весьма красноречивый взгляд, лихорадочно раздумывая, откуда такую тему поднял его не по годам развитый ребенок. А также причины и последствия этого интереса.
—А могу ли я узнать причину такого любопытства, сын мой?—Вежливо поинтересовался бедный родитель, прикидывающий какой из социально приемлемых вариантов для такого возраста лучше озвучить.
—Да мы сегодня с Рамзесом, Гором, Анубисом и Кефером играли и все начали про своих родителей рассказывать, ну как познакомились там, и все такое. А потом Анубис рассказал, что ему мама говорила, что она его папой в капусте нашла, ну мне и интересно стало. Откуда Анубис на капустной грядке взялся непонятно, но ему простительно. Его только я под кустом раза три находил, он во время пряток там задремывал, соня еще тот. Но мы-то с Кефером не какие-то простые щенки, значит это не про нас. Да и не верю я, чтобы ты в то время когда я и брат рождались по угодьям ездил, я проверил в архиве! Так откуда мы с Кефером взялись?
Ра призадумался вспоминая.
***
Процесс создания новых жизней весьма своеобразное мероприятие. Растения для этой цели используют или ветер или насекомых, большинству животных* необходим партнер противоположного пола как и людям и мелким божествам. Боги уровнем выше отдельный разговор, тут все совсем не просто, так как в отличии от первых двух категорий работа происходит по большей части на энергетическом уровне и больше напоминает зарождение сверхновой в строго контролируемых условиях, чем то, о чем думает большинство. Есть множество условий, которые необходимо соблюсти для того, чтобы силы двух богов смогли смешаться и тем самым образовать что-то абсолютно новое. Слишком слабый и слишком сильный бог недопустимы: сущности из низшего и высшего пантеонов едва ли смогут иметь общее потомство, что накладывало некоторые ограничения. Дисбаланс силы мог попросту убить слабого партнера: из него вытягивался объем энергии должный уравновесить долю сильного попросту иссушая его. Впрочем просто любить друг-друга это не мешало, так что пары были абсолютно разными.
Однако что делать, когда в твоей весовой категории нет буквально никого кроме тебя? Нет, Ра не спорил, что быть сильнейшим после Создателей весьма неплохо, но… как-то одиноко, что ли?
Жить десятки, сотни и тысячи лет только кажется интересным и легким делом. Ведь многие твои друзья рано или поздно уходят.
Все, что бы ты ни создал – разрушается.
И только ты один остаешься неизменным в круговороте жизни.
В какой-то момент терпение лопнуло, и Ра засел за исследования. Как будет говориться столетия спустя, если Магомед не идет к горе, гора идет к Магомеду, так что свои силы правитель направил на идею о создании наследника без участия второго партнера. Ничего страшного, говорил он себе, вон, его Создатели из ничего мир сотворили, а он что-ли не поймет, как создать среду для выращивания маленьких богов?
О том что в своей уверенности он глубоко ошибался, Ра понял примерно на третьем десятилетии исследований. Несмотря на продвинутые технологии, доступ практически ко всем знаниям миров и огромном силовом потенциале, удавалось создать только пустые оболочки лишенные души и разрушающиеся на глазах за считаные часы. Самое важное – душа или суть маленького божества, зарождаться не хотела никак. Да и сами тела росли черезвычайно медленно, вместо положеных десяти месцев – почти пять лет, так как клетки делились крайне медленно и оставались жизнеспособными только до тех пор, пока Колыбель, а именно так Ра назвал устройство в котором поддерживалась жизнь зародышей, снабжала эмбриона энергией.
Помощь самого мудрого ученого Земли и Египтуса – Осириса, его лучшего друга и советника помогла обнаружить несколько очень важных нюансов, продвинув уровень зародышей на новую ступень, ускорив развитие до двух лет и приблизив их тела к божественным, но оставив по прежнему не жизнеспособными. Хотя «жизнеспособный» было не совсем правильным словом. Они были просто мёртвыми изначально, даже до своего рождения.