Archive of Our Own

Notes:

^[1]Арбелла (также Арабелла) Стюарт считалась одной из самых вероятных наследниц Елизаветы I, которой приходилась внучатой племянницей. К тому же Арбелла была тесно связана с Англией: она принадлежала к знатному роду и воспитывалась Элизабет Талбот, графиней Шрусбери — одной из значимых фигур елизаветинского двора. Но в результате интриги Сесилов на престол взошел Яков Стюарт, ее двоюродный брат. Поскольку после коронования Якова она стала четвертой в очереди на престол, ей никак не могли подобрать жениха. Арбелла выбрала его себе сама: это был юный, прекрасный лицом и телом Уильям Сеймур, по роковому стечению обстоятельств тоже один из претендентов на корону (он был внуком Марии Тюдор). Поскольку вокруг Арбеллы уже плелись заговоры с целью возведения ее на престол (в которых она не участвовала, а напротив, обо всем докладывала Якову), подозрительный король усмотрел в этом браке попытку, как мы бы теперь сказали, госпереворота. Новоиспеченные супруги были схвачены и помещены под арест, причем Сеймуру угрожало пожизненное заключение. В трудную минуту Арбелла проявила завидные смелость, находчивость и решимость. Переодевшись мужчиной, она бежала в Кент, где должна была встретиться с мужем. Однако Сеймур на встречу опоздал, и Арбелла отплыла во Францию одна. Сбежавший из Тауэра Сеймур, не обнаружив в Кенте жену, сел на следующий корабль до Фландрии. За Арбеллой были посланы люди короля, которые встретили ее в Кале. Арбелла была возвращена в Англию и доставлена в Тауэр, где и умерла от чахотки спустя четыре года.
Все эти четыре года она писала Сеймуру письма, но он на них не отвечал.
Через три месяца после смерти Арбеллы Уильям Сеймур написал королю с просьбой разрешить ему вернуться в Англию. И в феврале 1616 года получил от короля аудиенцию и прощение. Ещё через четыре месяца Сеймур женился на леди Френсис Деверё, дочери Роберта Деверё, 2-го графа Эссекса и леди Френсис Уолсингем, героини командного цикла о Шекспире и Марло.

^[2]Согласно уцелевшему документу, одним из учителей Арбеллы был некий «Кр. Морли» — учитывая некоторые обстоятельства и неустойчивость елизаветинского правописания, мы склоняемся к предположению, что это был Кристофер Марло.

^[3]Для краткого содержания использована цитата из стихотворения И. Кант.