Work Text:
Солнце не пробивалось сквозь чудесные плотные темные шторы, и Дима знал, что уже утро только благодаря взгляду на пиликнувший телефон. Мозги ворочались настолько медленно, что все, о чем он думал сейчас - теплые руки, обнимающие его со спины.
Дима снова закрыл глаза и погрузился в ощущения. Валя повернул голову и уткнулся носом в димину шею.
Выходной вымаливали у Димы всем Райдо. Его собственный выходной.
После Дубинского двухнедельного рабочего запоя, в течение которого даже Игорь видел Диму от силы раз в два дня, компания поняла, что так больше продолжаться не может. По-хорошему, Дима их мог понять, если бы понимал в тот момент хоть что-то, кроме того, что не успевает с отчетами, что преступники не ловятся, и вообще как-то все уровня "некрасиво - мне тоже не нравится". Сначала всей толпой прокрались к его работе, Лиля ждала у входа в полицейский участок, Ира караулила у диминого кабинета, чтобы не прознал заранее и не начал отбрыкиваться, а Игорь и Валик пробрались к Федору Ивановичу просить отпустить бедного трудоголика. Валик, по его словам, сначала думал, что именно это окажется самым трудным этапом, однако Прокопенко предложил сразу три дня после того, как Игорь в одном предложении произнес слова "Дима" И "выходной".
Дальше наступил момент действительно сложной операции под названием "Утащить Диму с работы".
Дима тихонько фыркает от смеха, не открывая глаз, вспоминая, как он отбивался. Он дрался, как лев, загнанный в угол, и огласился уйти только после того, как от сопротивления чуть не отключился из-за изнеможения. Игорь подхватил его на руки и под агрессивное и очень матерное шипение проплыл с ним на улицу вместе с остальными. Потом, в райдо, когда Дима наотрез отказался сразу ехать домой, Лиля отпоила его чаем. Птички чирикали в десять вечера, в кофейне с кондеем рядом с друзьями было до отвратительного комфортно, и, под конец, Дима отрубился на плече Валика, который, как Дубин чувствовал сквозь полудрему, гладил его по волосам. Спустя полчаса его мягко выдернули из сна, в котором он был студентом, заталкивающим Базарова обратно в томик "Отцов и детей" И довели домой, где он уснул, как только голова коснулась подушки.
Судя по всему, проспал он часов пятнадцать, и был очень доволен. Валя, сопевший ему в затылок, кажется, тоже. Толком не просыпаясь, Дима повернул голову и поцеловал своего любимого человека, наугад тыкнувшись губами.
А потом раздался звонок в дверь.
Дима распахнул глаза, подскочил и все еще сонным мозгом оценил ситуацию. Они с Валиком. В кровати. Оба в одних трусах. И тот, кто пришел явно не из той компании, которая знает, что они с Валиком вместе.
Черт.
Дима стал истерически трясти плечо Вали.
Раскрылся один глаз, молящий о пощаде:
— Мить? Ты чего?
Дима потянул его с кровати, поднялся сам, покачнувшись от все еще не привыкшей к вертикальному положению координации и стал искать пути отступления. Взгляд уперся в высокий черный шкаф.
Бинго.
— Валь, быстро полезай в шкаф, я потом объясню! — панически прошептал Дубин и начал толкать своего парня в нужном направлении.
— Чего? Дим, все хорошо?
— Быстрее!
Валик обеспокоенно посмотрел на него, но в шкаф залез, закрыв дверь с обратной стороны.
Дима кивнул, нашел свои джинсы на стуле и пошел к двери как раз в тот момент, когда позвонили еще раз.
Он открыл дверь и уставился на Севу.
Сева уставился на него, и выглядел он почему-то более ошарашено, чем Дима.
— Привет? - вопросительно поздоровался Дима, — Проходи.
— Дима, привет... — Сева беспомощно поздоровался в ответ, — ты только проснулся?
Удивившись такому началу, Дубин кивнул, по пути хватая с дивана черную футболку непонятного происхождения:
— Да... Ты немного меня разбудил. Что-то по работе? Ты не звонил.
— Сева изо всех сил пытался выглядеть непринужденно, садясь за столик из резного дерева:
— Прости, ты вчера выглядел очень уставшим. Нет, не по работе, — и совсем тихо, — я вообще-то к Валику.
Дима почувствовал, что бывает, когда в голове совершенно пусто. Потом, когда он осознал услышанное, он начал бешено перебирать мысли о том, где его конспирация прокололась.
— А почему ты тогда здесь?
Сева нервно постукивал пальцами по столу.
— Ну. Это его квартира.
— А.
Дима в первую секунду завис, потом начал оглядываться по сторонам. Черный резной стол, черепа на стенах и черные шторы. Он у Валика.
В ту же секунду из шкафа послышалось болезненное "Ай!" И оттуда вывалился Калигари собственной персоной.
Дима почувствовал ощущение нереальности происходящего и истерически рассмеялся, бедный Сева нервно улыбнулся, а Валик, не понимая, как реагировать, во все глаза смотрел на них двоих и потирал затылок.
Картина маслом, подумал Дима и захихикал еще раз.
— Нет, не то, чтобы я в шкафу никогда не сидел, но чтобы меня туда мой партнер засовывал... — немного обиженно пробормотал Валик, — привет, Сев.
Сева, выглядя оживленней, повернулся к Калигари.
— Привет! Ты просил занести тебе твои контейнеры! Спасибо, пирог был невероятен! — и действительно, он выложил из рюкзака чистые контейнеры. Валик медленно кивнул:
— Пожалуйста. Но звони, плиз, если собираешься нагрянуть, а то мало ли что.
Сева деловито кивнул ( его смущение и недопонимание, видимо, улетели и явно не обещали вернуться), повернулся к Диме, который просто созерцал, и хлопнул его по плечу.
— А ты молодец, что выходной взял, хоть на человека похож стал.
И пошел к выходу.
В дверях его нагнал Дима, и прошептал:
— Только ты это... На работе не говори пожалуйста.
— О чем? — озабоченно спросил Сева.
— Ну, ты же понял, что мы с Валей встречаемся?
— Что? А, да, конечно, я уж думал, ты просишь молчать о его пирогах, я просто уже нашему соседу по кабинету сказал, думал, все. Ну давай, пока! Отдыхай!
И закрыл за собой дверь.
Дима молча зашел обратно на кухню и присел прямо на стол.
— Валик?
Валик, уже поднявшийся с пола и ищущий чистую футболку в том же шкафу, промычал в ответ.
— Ты общаешься с самыми френдли ментами во всем мире.
Валя хихикнул и, не найдя, видимо того, что искал, подошел к Диме:
— Конечно. А иначе зачем мне с ними тогда общаться.
Дима улыбнулся и положил руки ему на плечи.
— Ты прав.
— А еще на тебе моя футболка.
— А.