Work Text:
— Что же делать… — бубнил Андрей себе под нос, шагая из одной стороны студии в другую. — Что же делать…
Дело было в том, что их достопочтенный вокалист уже который раз отпрашивался с репетиций невесть куда. «Не могу сейчас вот так сказать, но дело очень важное…» — жалостливо говорил он. Андрей, который следил за всем и всеми, если это непосредственно затрагивало группу, не мог не напрячься. А ну как Миша незаконной деятельностью промышляет или ещё чем-нибудь эдаким, за что в лучшем случае по шапке получить можно, а в худшем — отправиться в места не столь отдалённые?
— Ну, это уже на паранойю смахивает, — Алик покачал головой. — Может, он к больному родственнику в больницу ездит, поэтому говорить неудобно. Или бабушек через дорогу переводит, например…
Прежде чем напрямую лезть к человеку с неудобным вопросом, Андрей решил сперва спросить у остальных участников группы, не знают ли они, что там за дела у Серышева. Может, прав Алик и всё вполне безобидно, а Андрей зря насторожился? Но репетиции-то Миша до конца не досиживает… За подобные нарушения дисциплины Андрей указал бы на дверь сразу же, но третий раз искать вокалиста — это уже слишком. Они и Мишу-то кое-как нашли и со скрипом взяли.
— Да понятно куда он уходит — с девкой гулять. Вон как глаза в сторону отводит, точно шуры-муры у него, — вставил пять копеек Игорь.
— Ну и подумаешь! Пусть гуляет на здоровье, жалко, что ль? Как будто он хуже работать станет из-за того, что на двадцать минут раньше уходит… — добавил Кирилл. — А мы и без того часами торчим в студии.
Серёжа лишь согласился с товарищами, но Андрей заметил, что тот не отрывал взгляд от пола и теребил складку на джинсах. Он что-то точно знал и скрывал.
Подозрения Андрея только усилились.
* * *
— Может, ты просто у него прямо спросишь? — Алик закатил глаза. — Ну или сделаешь, как ты любишь — пригрозишь увольнением.
Да, со следующей репетиции Миша тоже отпросился, хотя буквально на десять минут раньше. Андрей уже хотел было ему отказать, но передумал. Отличная же возможность самому всё узнать.
— И что я услышу в ответ? Ту же отмазку? Враньё? У меня есть идея получше — так он точно не отвертится, — Андрей накинул джинсовку и собрался на выход. — Можете не ходить за мной.
Остальная четвёрка переглянулась, вздохнула глубоко и поспешила следом. Игорь лишь сказал шёпотом:
— М-да… бедный Мишка. Маразм крепчает.
* * *
— Андрей, пошли уже. Нравится тебе, что ли, на педерастию смотреть? — Алик ткнул в плечо Андрея, согнувшегося в три погибели и пытавшегося что-то разглядеть сквозь слегка раздвинутые ветки куста.
— Какой «пошли»? У меня вокалист вместо репетиций обжимается с каким-то мужиком! — шикнул Андрей.
— Ну и что? И ничего не «вместо», он вместе с нами три часа просидел, — устало проговорил Кирилл.
«Слежка» за Мишей длилась недолго и привела их в небольшой парк, а если конкретнее — к скамейке, хорошо скрытой от посторонних глаз растительностью. Идеальное место для тайных встреч. Эта же растительность скрывала и остальных участников группы от ничего не подозревающего Миши. Не прошло и пяти минут, как к нему подошёл некий молодой человек, и они начали… ну, в общем, заниматься всякими непотребствами. Ничего откровенного, но глаза у Андрея на лоб поползли всё равно. Остальных тоже весьма впечатлило увиденное. Стало неловко, и захотелось уйти подальше и забыть всё, что произошло в течение последнего получаса. Недаром говорят: меньше знаешь — крепче спишь. Только Серёжа почти не смутился, хотя взгляд тоже отвёл. Кому вообще понравится на такое смотреть?
Вот Андрей продолжал что-то высматривать, как будто от Миши и его… молодого человека можно было ещё чего-то ожидать, кроме лобызаний.
— Кто это вообще такой? Надо поближе подползти…
— Это очень плохая идея, — веско заметил Алик, но Андрей не слушал.
Почти на корточках он начал искать место для обзора получше, как вдруг…
Бам!
Он головой ударился о что-то жёсткое и тут же увидел перед собой кучерявые волосы и знакомую, весьма недовольную физиономию с хмурыми широкими бровями, скривившимися губами и пронзительными глазами светло-серого цвета.
— Ты?! — возмутились они оба, повысив голос и тем самым чуть не выдав себя.
Перед Андреем был не кто иной как Володя Холстинин. За его спиной Андрей тут же разглядел и Валеру, и двух других мужчин, которых он не знал.
А Володя, судя по изменениям на лице, заметил остальной состав группы «Мастер» позади Андрея.
— Что вы тут делаете? — спросил он сухо.
— Тот же вопрос к вам.
— Я первый спросил.
Андрей поджал губы, но всё же ответил чуть погодя:
— Наш вокалист… как бы это сказать… прямо сейчас вон там обжимается с хер пойми кем.
— А, так это ваш вокалист, — Володя задумался. — Стало быть, хер пойми кто — это наш барабанщик.
— Что?!
— Штирлиц никогда не был так близок к провалу, — раздалось сверху.
Володя и Андрей синхронно подняли головы — рядом с ними стояли оба виновника торжества. И когда только подойти успели? Надо сказать, картина перед ними развернулась умилительная: два руководителя сидели на корточках, утопая в зелени кустов, а рядом, по обе стороны от них, на земле сидели остальные одногруппники.
— И что вы, собственно, делаете, ныкаясь в кустах? — Миша скрестил руки на груди.
Повисла неловкая пауза.
Которую довольно быстро нарушил Валера, всё это время читавший какую-то книгу и не обращавший внимания на суету:
— Тут Александр Первый и Наполеон на плоту подписывают Тильзитский мир…