Chapter Text
— Я люблю тебя, Ханако-кун.
Это произошло после фестиваля. Отгремела музыка в колонках, выветрился запах вредной еды из коридоров. Закончился спектакль, в котором участвовала Ясиро.
Она играла бесподобно, даже будучи торнадо. Помимо неë в этой постановке было как минимум три других девушки со схожими ролями (Ханако смотрел только на Ясиро, поэтому не мог назвать точное количество разных торнадо на сцене — все кроме неë были на одно лицо), но Ясиро сияла, крутясь вокруг своей оси до головокружения. Каким-то непостижимым образом она сыграла явление природы так, будто это была ключевая роль постановки. Технически так оно и было — Ясиро играла то самое торнадо, унëсшее домик Дороти... но мало кто замечал это, потому что, по всей видимости, на роль Дороти взяли популярную девчонку, по которой сохла половина зала. Хотя если бы они смотрели на Ясиро, они бы увидели это — увидели, что Ясиро двигала сюжет и что она делала это так прекрасно, как могла только она.
В конце постановки, будто по волшебству, на сцену откуда-то сверху опустился букет красных камелий, позаимствованных из школьного сада. Конечно, волшебством это казалось только тем, кто не мог видеть нечисть. Тем, кто не мог видеть, что цветы опустились на сцену вместе с Ханако, который спустил их прямо в руки его лучшей актрисе, сказал: «Отлично сыграла, Ясиро!» и одним плавным движением спрыгнул со сцены на спинку одного из сидений, чтобы с нескрываемой нежностью и гордостью в улыбке смотреть на еë лицо, румяное от внимания и похвалы.
И действительно, даже некоторые сидящие в зале приметили Ясиро. Хотя вопрос, было ли это внимание хорошей новостью, оставался открытым, потому что это «некоторые» включало в себя одного смазливого парня, который пристал к Ясиро после еë ухода со сцены. И пристал не просто так, а с предложением... присоединиться к его гарему. Кажется, они с Ясиро были знакомы, потому что она назвала его «Накахара-кун». Ханако было даже жаль его: больной человек, что с него взять? Седьмой уже хотел припугнуть героя-любовника, как делал раньше с другими мутными типами... но его помощница сделала это сама, нанеся неплохой удар в живот приставшего. Как быстро дети растут, боже, боже, Ханако помнил, как ещë полгода назад у неë текли слюни в подобных ситуациях... А сейчас она даже не раздумывала над таким предложением. От парня. Который ещë и в еë вкусе. Уму непостижимо.
Если честно, на протяжении всего дня создавалось ощущение, что Ясиро была полна решимости что-то сделать. С утра еë приход в школу каким-то образом остался не замечен хакудзëдаями Ханако. Конечно, она всë равно пришла к нему и провела с ним довольно много времени (что немного разморило бдительность Седьмого), но было заметно, что она что-то замыслила. И после окончания спектакля, в грубой и бесцеремонной форме отшив Накахару, Ясиро куда-то спешила. Она торопливо петляла по коридорам и лестницам Камомэ, деловито сжимала хрустящую обертку букета в руке (кстати, Ханако надо будет поблагодарить Коу за покупку упаковочной бумаги) и сосредоточенно-воодушевлëнно морщила нос. Да, Ханако тайно следил за ней с помощью хакудзëдая, сидя у себя в туалете. Не мог удержаться. Любопытно же!
По итогу маршрут Ясиро был таков... Первым делом она зашла в комнату студсовета и заставила Аканэ немедленно найти вазу для еë камелий. Позаботившись о подарке и удовлетворившись тем, как бутоны цветов, казалось, повеселели в воде, она вышла из помещения, зачем-то прихватив с собой ключ от теплицы. Следующим пунктом назначения стали закрывающиеся ларьки с едой, где Ясиро охотно отдали часть нераспроданных закусок (сладкая вата, тайяки, даже пончики! Наверное, вы можете представить себе зависть Ханако). После этого, нагруженная пакетами с едой, она пошла в теплицу. Как раз в тот момент Ясиро заметила хакудзëдая Ханако. Стоило ей лишь пригрозить колокольчиками Сумирэ на запястье, как цуэсиро с позором улетело — зачарованный браслет мог очень больно ужалить.
Таким образом, Ханако остался сгорать от любопытства и нетерпения на подоконнике женского туалета. Он не мог даже из окна видеть, что там делала его помощница: далеко, да и точка обзора не та.
Он уже начинал хандрить и подумывал полететь к Ясиро навстречу, чтобы жалостливым голосом предъявить ей, мол, почему это ты так резко меня оставила. Но Ханако не пришлось делать этого: она сама явилась к нему в туалет с кучей вкусной еды и букетом цветущей космеи.
Она не стала звать Ханако на крышу, как обычно делала, если хотела устроить пикник. Вместо этого она села на подоконник рядом с ним, положила между ними пакет с закусками и вручила Ханако в руки аккуратный маленький букет из белых, бледно-пурпурных и ярко-розовых космей. Цвет еë щëк сочетался с ними. Цвет его щëк — тоже.
Если Ясиро хотела удивить его, то у неë получилось: Ханако никогда не видел такие цветы ни в школьном саду, ни в теплице, и задавался вопросом, где она взяла их. Если она хотела растрогать его, то у неë получилось: он не думал, что когда-либо получал такие подарки. Если она хотела сделать его щëки и уши пунцовыми, то у неë получилось: любой парень, живший в шестидесятых, смутился бы, получив от девушки цветы. И если она хотела заставить его мëртвое сердце подпрыгнуть к горлу, перевернуться три раза и упасть обратно, то у неë тоже получилось: он был абсолютно сбит с толку, но чувствовал дикий восторг.
— А. Эм, — Внешне эта буря эмоций проявилась лишь в виде неловкого сглатывания. — Что это?
Ясиро моргнула и смущëнно улыбнулась.
— Космеи. Не нравятся?..
— Что? Нет! Нет, нравятся! Очень! — Ханако испуганно покачал головой. — Они... наверное, милые? — он закусил губу и осторожно (почти даже нежно) потëр пальцами лепесток. — Но с чего вдруг... такая щедрость?
— А, ха-ха... — Ясиро накручивала прядь волос на палец. — Я думаю, мне просто хотелось сделать тебе приятно.
В попытке преодолеть смущение Ханако зацепился за эту фразу.
— О, ну, раз тебе хотелось сделать мне приятно, ты могла просто... — начал он и получил удар локтем под дых.
— Ой, да ладно тебе, Ханако-кун! Не порти момент! — Ясиро надулась.
— Ладно, прости, не буду... — прокашлял он, хватаясь свободной рукой за то место, куда пришëлся тычок. Возможно, в этот раз Ханако так легко сдался, потому что чувствовал запах выпечки и держал в руке цветы. — Но это правда странный подарок, учитывая, что девушка тут не я! — отдышавшись, сказал он и выгнул бровь.
— Се-сейчас другое время, и девушки тоже могут дарить своим парням подарки! — Видимо, она оговорилась, но Ханако всë равно покраснел, как свëкла. — К тому же, это... по особому случаю.
Призрак вопросительно склонил голову набок. Он чувствовал лëгкий волнительный трепет внутри себя.
— И для чего тогда ты так старательно пряталась от меня?
Несколько секунд Ясиро молчала. Видимо, решалась. Те секунды очевидно помогли ей, поскольку девушка подняла голову и с торжественным видом произнесла эти слова:
— Пару недель назад я решила признаться после окончания фестиваля...
Ханако застыл.
— Я люблю тебя, Ханако-кун.