Work Text:
Мел была очень рыжая. Челл никогда не видела, чтобы у человека были рыжими не только волосы на голове, но и брови, ресницы и даже волоски на руках и ногах. Мел почему-то страшно этого стеснялась и густо красилась чёрной тушью до тех пор, пока вся её косметика не подошла к концу. Осталась только красная помада, но её Мел решила приберечь, «для особого случая». Челл понятия не имела, какой «особый случай» мог произойти в безлюдном мире, в котором они оказались.
Поверхность сильно отличалась от того, какой её запомнила Челл, и тем более Мел. Жгучее солнце постепенно превращало Мичиган в самую настоящую постапокалиптическую пустошь: Великие Озёра стали Великими Болотами, а на пути то и дело попадались лесные пожары. За несколько месяцев из людей им встретилась только парочка сильно изуродованных трупов, а немногие выжившие животные бежали на север. Челл и Мел решили последовать за ними. Природные инстинкты пусть и не смогут объяснить, что произошло за время их отсутствия, зато увеличат шансы добраться куда-нибудь, где кто-то сможет это сделать.
Шли преимущественно вечером и утром: даже смуглая Челл после прогулки под солнцем чувствовала, как горят открытые участки тела, а вот бледной Мел было совсем плохо — её кожа пузырилась и слазила целыми кусками. Они несколько недель промаялись с перевязками и страхом инфекции, решили больше не повторять.
Рассвет был близко. Челл сидела у окна заброшенного дома, в котором они обустроились на ночлег, и смотрела на спящую Мел. Даже в тусклом свете керосиновой лампы её волосы напоминали язычки пламени.
Мел была не просто рыжая. Она, казалось, состояла из рыжины, как будто ржавчина с самых нижних ярусов лаборатории пропиталась химикатами и в один прекрасный день встала, отряхнулась и сказала себе: «Ну что же, пошли кого-нибудь спасать».
Взяла и спасла.
Челл не была уверена, что справилась бы сама. К тому моменту она ни в чём уже не была уверена, кроме одного: пора валить. Мел думала так же. На тридцатой секунде знакомства они начали действовать сообща, на тридцатой минуте — покинули комплекс, сотрясавшийся от взрывов, на четвёртый месяц — всё ещё оставались вместе, слишком хорошо дополняя друг друга для людей, привыкших полагаться только на себя.
Мел часто рассказывала о своей жизни до лаборатории, жизни, полной олимпийских достижений, внимания прессы и общения с сильными мира сего. Зачем она пошла в Aperture? Хотела сделать мир лучше, помочь науке, помочь человечеству.
Челл же попросту искала лишние шестьдесят баксов на еду.
Она искренне радовалась, что не могла говорить. Тогда бы Мел сразу обнаружила, какая же между ними пропасть. Тогда бы...
Что тогда бы? Ушла? Нет, не ушла бы. Выживать вдвоём было легче и логичнее.
Осталась бы, но перестала бы смотреть на неё так... так...
Так, как смотрела сейчас.
— Привет.
Как хорошо, что Челл не могла говорить. Как жаль, что Челл не могла говорить.
Она натянуто улыбнулась, встала, развернулась и вышла из комнаты.
Где-то на горизонте, на границе с предрассветным небом переливались огоньки. Цивилизация, вернее, то, что от неё осталось. Челл опустилась на скрипучий диван-качалку на веранде дома и крепче сжала в руке маленький свёрток, который она не могла подарить уже несколько недель. Самое время, вот же и он, тот самый загадочный «особый случай», на расстоянии нескольких часов ходьбы. Сейчас или никогда, ведь Челл понятия не имела, что их ждёт, когда они наконец-то доберутся до своей цели.
Их. Самонадеянная формулировка.
— Эй, у тебя всё хорошо?
Мел мягко опустилась рядом и сонно потянулась, разминая затёкшие во сне конечности. Челл указала на огоньки и крутанула головой, что можно было расценить и как «да», и как «нет».
— Да, почти дошли. Здорово, правда? Никаких больше научных лабораторий, полоумных роботов, болот, каких-то чёртовых собак-мутантов и высохших трупов с обгрызенными головами. Ура!
Челл грустно усмехнулась и подняла большой палец вверх.
— Может, мы даже найдём что-то похожее на цивилизованное общество! Чем бы ты хотела заняться? Думаю, что я хотела бы учить детей. Ну знаешь, основы выживания, физическая подготовка и немного математики. И история. Ох, я бы многое могла бы им рассказать!
Челл поёжилась. Она поймала себя на мысли, что выбирая между бесконечными тестами в мёртвой лаборатории и перспективой интеграции в человеческое общество... Она бы выбрала первое.
Там, по крайней мере, можно было ничего не чувствовать и ни о чём не думать.
Здесь и сейчас же, сидя рядом с Мел и глядя, как небо окрашивается в рыжий цвет, Челл думала о том, как она хотела бы точно так же встретить рассвет и завтра. И послезавтра. И, может быть, даже каждый оставшийся день своей жизни.
— Слушай...
Челл покачала головой и прижала к губам палец. Мел удивлённо вскинула брови, но промолчала. Магия момента практически улетучилась, и Челл, сделав глубокий вдох, вложила Мел в ладонь свой свёрток.
Прыгать в яму с кислотой и то проще.
— Челл, что это? Это мне?
Мел развернула обёртку и ахнула. Коробочка теней, карандаш для век и тушь. Челл нашла их давным давно в чьей-то брошенной машине и с тех пор бережно хранила, для «особого случая».
Вот и он.
Мел подняла лучащиеся от счастья глаза, и Челл не смогла сдержать улыбку. Ненакрашенная, заспанная, растрёпанная, Мел всё равно была очень, очень красивой. Челл она больше нравилась без всякой косметики, но если Мел того хотела...
Она наигранно закатила глаза, нанесла макияж воображаемыми кисточками и изобразила толпу поклонников, которые завьются вокруг Мел, как только она войдёт в город. Мел рассмеялась, а затем покачала головой и спрятала косметику в карман комбинезона.
Челл нахмурилась.
— Боже мой... Ты думала, что «особый случай» — это встреча с другими людьми? Нет, нет, я имела в виду...
Мел запнулась и отвела взгляд.
— Тебе нравится этот дом?
Челл осторожно кивнула.
— Если бы... Если бы вместе остались здесь... хотя бы ещё на день? Ну, отдохнули, привели себя в порядок... Торопиться некуда, правда?
Челл застыла, не веря своим ушам. Эта идея была слишком... Слишком.
Мел коротко выдохнула и достала тубус с помадой, но губы красить не стала. Вместо этого она выкрутила его на максимум и отдала Челл. Затем закатала рукав, обнажив предплечье, и положила руку Челл на колени.
Особый случай.
«Правда», — ответила Челл красными росчерками поверх веснушек.
— В конце концов, разве нам действительно так хочется туда? — хриплым шёпотом спросила Мел, и губы её были красными без всякой помады, и рядом с ней было жарко и нечем дышать, словно Челл засунула голову в плавильню и смотрела на раскалённый металл, словно случайно открыла портал на Солнце и не знала, как его закрыть, словно...
Челл закрыла глаза и позволила себе раствориться в рыжем цвете.