Archive of Our Own

– Было больно? – первое, что слышит от него Сугуру.

– Прошу прощения? – Сугуру глупо моргает, смотря на белобрысого мужчину в солнцезащитных очках, который ухмыляется ему через весь стол.

– Когда ты упал с небес, – заканчивает он, и бровь Сугуру поднимается вверх. – Было больно?

Глаз Сугуру дергается.

– Эм… – отвечает он, переключая свое внимание со смотрящего на него с ожиданием мужчины на экран компьютера. Он кидает взгляд на женщину, сидящую напротив его стола, но она спокойно продолжает печатать что-то в своем телефоне, никак не реагируя на только что прозвучавшие слова. Сугуру решительно игнорирует направленный на него взгляд мужчины, все еще прожигающий его насквозь, вместо этого возвращаясь к экрану ноутбука, и, кликнув по нему несколько раз, прочищает горло:

– Итак, вы хотите провести свадьбу через семь месяцев?

Женщина наконец-то поднимает голову.

– Шесть, – резко поправляет она, и Сугуру вынужден подавить желание вздрогнуть.

– Шесть, – повторяет он. – Шесть месяцев на то, чтобы спланировать целую свадьбу?

Женщина уже выглядит так, будто он ужасно её разочаровал.

– Да, – отрезает она. – Этого времени недостаточно?

– Ну…не то чтобы… –  медленно отвечает Сугуру и, замечая поднятую бровь, спешит уточнить – Я могу это сделать, но в некоторых моментах придётся ускориться.

– Правда? – восклицает мужчина в солнцезащитных очках. Почему он вообще носит их в помещении? Часть Сугуру думает, что ответ ему лучше не знать. – Значит, вся эта подготовка пройдёт типа супер быстро?

Сугуру никогда не слышал чтобы кто-то с таким энтузиазмом реагировал на идею поспешной свадьбы. Он думает, что, возможно, ему стоит начать беспокоиться об этом.

– Я…постараюсь избежать чересчур сильной спешки,  – наконец отвечает Сугуру, замечая, как мужчина расстроено сдувается. Качая головой, он возвращает своё внимание к экрану. – У вас двоих есть какие-нибудь определенные планы на свадьбу? Вы думали насчет традиционной, в западном стиле, или…

– В западном стиле, – перебивает женщина. Сугуру с нарастающим беспокойством смотрит на то, как она рассеянно щелкает зажигалкой, открывая и закрывая ее. Пламя вспыхивает и снова гаснет. – Настолько в западном стиле, насколько это возможно.

– Никакого намека на традиционную вообще! –  восклицает мужчина. Сугуру разворачивается, смотря на него со странным выражением, и тут же отводит взгляд, наткнувшись на широко раскрытые глаза — однако он не успевает отвернуться достаточно быстро, чтобы не заметить, как ухмылка мужчины становится шире.

Сугуру начинает чувствовать небольшое нервное напряжение.

Он кашляет.

«В западном стиле» – делает он заметку на своем компьютере, выделив строчку подчеркиванием, и закрывает крышку ноутбука.

– Хорошо, – говорит он, прижимая кончики пальцев друг к другу. – Я понимаю, что у вас не так много времени, – он обращается в основном к женщине слева от него, но не может удержаться от того, чтобы кинуть взгляд в сторону, когда замечает, что мужчина наклоняется, положив локти на стол.

– Для тебя у меня есть все время мира, – легко перебивает он. Сугуру несколько секунд непонимающе смотрит на него, а затем быстро моргает.

– Я признателен, – бормочет он в ответ. – Я думаю… – он качает головой. – Я понимаю, что вам нужно идти, и никакой другой конкретной информации от вас мне пока не нужно, но, может, у вас есть какие-то мысли о том, где бы вы хотели провести свадьбу? На данный момент не нужно выбирать какое-то определенное место, но…

– Мы можем сделать это возле КФС? – снова перебивает мужчина.

Бровь Сугуру дергается.

– Это… – начинает он медленно. Женщина напротив него вообще не выглядит хоть сколько-то обеспокоенной этим предложением. Сугуру начинает сомневаться, слышала ли она хоть какую-то часть их разговора. Кажется, она вообще не отрывалась от своего телефона, с того момента, как зашла в его офис. – …может быть довольно сложно, – заканчивает он. – Но я, конечно, могу попробовать… – Его голос затихает, когда он пытается вспомнить имена сидящей перед ним пары. – …Годжо-сан?

Солнцезащитные очки мужчины съезжают по его носу, опускаясь настолько, что становится видно то, как он хлопает ресницами – ужасно белыми ресницами, которые обрамляют невероятно голубые глаза, подмечает Сугуру – смотря на него.

– Зови меня Сатору, – гордо заявляет он, и Сугуру вновь с трудом подавляет желание вздрогнуть. Он оглядывается на женщину, которая теперь ухмыляется, глядя в свой телефон. На мгновение появляется мысль попросить ее вывести чересчур активного жениха из офиса, но она не удосуживается даже поднять на него взгляд.

– Придерживайтесь обращения Йери-сан, – говорит она, прежде, чем он успевает сказать что-то ещё, и Сугуру не может удержать свою обычно спокойную улыбку от превращения во что-то больше напоминающее гримасу.

– Тогда Йери-сан, –  наконец говорит он, и колеблется, прежде чем продолжить, – …и Сатору.

Годжо сияет.

Сугуру вновь кашляет.

– Что ж, мне нужно будет еще несколько раз встретиться с вами обоими до дня свадьбы – возможно, наша ближайшая встреча состоится на следующей неделе и мы обсудим более конкретную тему и тому подобное? И мы можем обсудить другие важные пункты плана в течение следующих нескольких месяцев.

– Я занята, – вяло говорит Йери.

– Занята, – медленно повторяет Сугуру. – В какие-то определенные дни?

– Каждый день,  – сухо отвечает она, и Сугуру требуется время, чтобы понять, что она не шутит. Он задумывается, должен ли он спросить ее о том, действительно ли она хочет, чтобы все решения по поводу предстоящей свадьбы были оставлены на усмотрение такого человека, как Годжо – человека, которого он встретил несколько минут назад, но уже может сказать, что он совершенно лишен таланта к организации свадьбы. Однако решает, что спрашивать подобное было бы невежливо. К ужасу Сугуру, голова Йери наклоняется в сторону стула, на котором расселся Годжо. – А вот он свободен.

О, думает Гето, потрясающе.

– Оу, отлично, – говорит Сугуру и надеется, что они все же не сочтут его улыбку слишком натянутой, какой, он почти уверен, она выглядит. – Вам подходит следующий четверг, – его голос снова замирает, Годжо смотрит на него в ожидании. – …Сатору? – имя ощущается неуклюжим и громоздким на языке.

Годжо, тем не менее, усмехается:

– Зачем ждать четверга? Давай встретимся завтра.

– Завтра, – бормочет Сугуру себе под нос. – Хорошо.

от кого: неизвестный номер 9:15

надеюсь ты умеешь делать искусственное дыхание?

потому что при виде тебя я задыхаюсь╰(⸝⸝⸝´꒳`⸝⸝⸝)╯

кому: неизвестный номер 9:22

Кто это?

Сугуру никогда не считал себя профессионалом в многозадачности, поэтому, целиком понимая тот факт, что шестимесячный дедлайн закончится на самом деле очень быстро, он испытывает облегчение от возможности освободить свой календарь от каких-либо других событий, требующих скурпулëзного и тщательного планирования. К лучшему это или к худшему, но сейчас его внимание целиком и полностью сосредоточено на планировании экстравагантной свадьбы некоего Годжо Сатору и Сëко Йери.

С одной стороны, за все это испытание ему заплатят поистине баснословную сумму. Он чуть не задохнулся, увидев обещанные цифры в их предварительном договоре, и все его сомнения относительно довольно сжатых сроков моментально исчезли перед лицом такой выгоды. Так что его напрягал не столько дедлайн…

…сколько люди. Потому что, с одной стороны, с деньгами которые он получит после проведения свадьбы, Сугуру уже мысленно бронировал себе местечко где-нибудь на Окинаве. Но, с другой стороны, Сугуру испытывал величайшее сожаление по поводу некоторых своих жизненных и профессиональных решений, прямо сейчас глядя на первое и единственное сообщение, которое он получил этим утром. Ему не нужно было даже напрягать мозг, чтобы догадаться, кто мог написать подобное. Хотя он понимал, что кто-то вполне мог и ошибиться номером, в смотрящем на него каомодзи было что-то такое, что вызывало ощущение, что они с таинственным отправителем все же знакомы.

Ну, может, говорить, что они знакомы это некоторое преувеличение. В конце концов, он видел его лишь раз, но…

– Сугуру-у-у!

Легок на помине.

Годжо вбегает в офис, и Сугуру не успевает натянуть улыбку прежде, чем он плюхнется в кресло напротив него.

– Ты рано, – замечает он мягко, и Годжо ухмыляется.

– Я просто не мог дождаться встречи с тобой, – жеманно улыбается он, и то, как он хлопает ресницами видно даже через стекла его солнцезащитных очков. Сугуру действительно старается не скривить лицо. – Как у тебя дела сегодня, Сугуру?

Сугуру непонимающе моргает, услышав этот, очевидно, спонтанный вопрос.

– У меня…все хорошо, – медленно говорит он. На мгновение он думает, что такого ответа вполне достаточно, чтобы другой человек оставил свои расспросы, однако, видя, что Годжо продолжает смотреть на него с ожиданием, он прочищает горло. – Мой день действительно проходит хорошо. Ничего кошмарного не произошло, – несколько неохотно уточняет он. Пока не произошло, добавляет он в мыслях. – Как дела у тебя?

Годжо, кажется, удивлен тем, что его спросили. Честно говоря, Сугуру и сам немного поражен себе.

– У меня все великолепно, – начинает Годжо. Уголки его глаз изгибаются, когда он ухмыляется еще шире. – Теперь, когда я увидел тебя.

– Ага, – вежливым тоном отвечает Сугуру. Он смотрит на свой телефон, лежащий на столе напротив ноутбука. – Кстати, это ты написал мне то сообщение утром, да?

Годжо раскрывает рот в притворном удивлении.

– Как ты узнал?

– Догадался, – отвечает он сухо и качает головой. – Знаешь, тебе стоит писать мне только, когда у тебя есть вопрос насчет твоей свадьбы. Мой телефон и так достаточно занят.

Губы Годжо обиженно надуваются. В голове Сугуру промелькает мысль, что он никогда не видел настолько экспрессивного человека.

– Но он никогда не занят для меня, правда? – подлизывается он, и Сугуру не может сделать ничего, кроме как беспомощно смотреть на этого большого ребенка, сидящего перед ним с надутыми губами.

– Я всегда стараюсь уделить время клиентам, – аккуратно говорит Сугуру. Годжо скукоживается в своем кресле, и Сугуру прочищает горло. – Что ж, – начинает он снова, переключая вкладки на своем компьютере, пока не находит ту, где сохранены его заметки. – Так, для уточнения, вы хотите свадьбу в западном стиле через шесть месяцев…недалеко от КФС, все верно?

– Чем ближе, тем лучше, – быстро добавляет Годжо, его прежний энтузиазм возвращается, будто и не пропадал. – Прям в КФС было бы идеально.

– Хорошо, – слабо говорит Сугуру. – Я не особо уверен насчёт последнего, – он почти боится задавать вопросы дальше. – Мы можем посмотреть на места проведения на следующей неделе, но я также хотел бы обсудить общую тематику и цвета свадьбы. У вас или у Йери-сан есть какие-нибудь идеи?

Годжо мычит. На какое-то мгновение Сугуру думает, что он действительно серьезно обдумывает этот вопрос.

– Какой цвет хуже всего сочетается с синим?

Бровь Сугуру медленно поднимается.

– Что?

– Какой цвет, – медленно повторяет Годжо, – выглядит совершенно отстойно рядом с синим?

Рот Сугуру открывается и тут же закрывается.

– …жёлтый?

Годжо хлопает в ладоши.

– Тогда синий и жёлтый будут нашей цветовой гаммой!

На мгновение Сугуру пораженно замолкает. Почему я вообще выбрал эту профессию, – мельком задумывается он, но закрывает глаза и вспоминает о прекрасных пляжах Окинавы. Когда он открывает глаза, его плечи заметно расслабляются.

– Мы можем рассмотреть этот вариант, – наконец говорит Сугуру. Он подавляет дрожь при мысли о сочетании насыщенного синего с неоновым жёлтым. – Есть ли ещё что-то, что вы…

– Какой твой любимый цвет? – перебивает его Годжо. Сугуру моргает.

– Я не думаю, что это имеет значение, – мягко отвечает он, – Раз уж на то пошло, то какой твой любимый цвет? Мы могли бы использовать его в дизайне…

– Треугольник, – снова уверенно перебивает его Годжо. И прежде чем Сугуру может спросить, что, блять, это вообще значит, он опять наклоняется, прижимая ладонь к подбородку. – Тебе нравятся парни?

Какого хуя, – думает Сугуру.

– Мы не играем в “Двадцать вопросов”, – после затянувшейся паузы, он наконец вспоминает, что нужно что-то ответить.

Бровь Годжо поднимается.

– Разве?

Сугуру совершенно без понятия, как ему отвечать на это.

– Что ж, тогда мы можем определиться с цветовой гаммой позже, – неуклюже говорит он, спокойно добавляя напоминание в свои заметки на ноутбуке вместо того, чтобы сделать, то, что он действительно хочет сейчас – захлопнуть крышку своего ноутбука и вылететь пулей из своего офиса. Он потирает переносицу скрюченными пальцами.

Окинава, – говорит себе Сугуру. – Просто помни, тебя ждет Окинава.

Когда он наконец снова открывает глаза, он не удивляется, видя Годжо, который уставился на него широко раскрытыми глазами. Сугуру не особо понимает, ждёт ли он все ещё ответа на предыдущий вопрос. В любом случае, он его не получит.

– Пока мы отложим выбор цветовой гаммы, – специально повторяет он. – Но есть ещё несколько пунктов списка, с которыми мы должны разобраться в течение нескольких следующих недель, а также некоторые дела, которые мы должны выполнить в течение нескольких месяцев.

– Во-о-о-у! – восклицает Годжо, быстро моргая и все ещё пялясь на Сугуру. – А нам придётся часто видеться друг с другом, а, Сугуру?

Сугуру ошеломленно молчит, услышав такое небрежное использование его личного имени.

– Конечно, – наконец, без особого энтузиазма, отвечает он, отойдя от шока. – Вы уверены, что Йери-сан не сможет прийти ни на одну встречу?

– Ага-а, – он растягивает последнюю букву. – Уверен так же, как уверен в своих чувствах к тебе.

Во взгляде Сугуру мелькает что-то, граничащее с отвращением, но он быстро превращает свое выражение лица в нечто более профессионально приемлемое.

– Хорошо, – говорит он вместо этого, полностью игнорируя последнюю фразу. Он отводит взгляд от своего компьютера и встречает глаза Годжо, изогнувшиеся в забавные полумесяцы. Довольно мило, – на секунду задумывается Сугуру, а затем понимает, что ему нужно немедленно ударить себя по голове. – Что ж, тогда я надеюсь, Йери-сан устраивает тот факт, что все решения принимаешь ты, – добавляет он, быстро отводя взгляд в сторону.

– Ей абсолютно все равно! – радостно восклицает Годжо.

Сугуру снова беспомощно смотрит на него.

– О, это отличный знак, – бормочет он себе под нос, но это не останавливает Годжо наклониться ещё ближе с ухмылкой на лице. Половина его тела теперь растянулась через стол Сугуру.

– Ещё лучше то, что мы встретимся, – он ухмыляется, и Сугуру в очередной раз заставляет себя вспомнить кристально чистые голубые моря Окинавы – оттенок которых, теперь думает он, ужасно близок к чарующей синеве глаз Годжо.

– Хорошо, – громко говорит Сугуру. Отчасти это жалкая попытка вернуть разговор к прежней теме, отчасти – попытка заставить опасно скользящие мысли остановиться. – Думаю, я смогу составить список подходящих мест, которые можно осмотреть, в ближайшее две недели. Этот вариант звучит хорошо?

– От тебя всё звучит хорошо, – дурачливо отвечает Годжо. Уголки его губ изгибаются в кривой улыбке.

О боже, – думает Сугуру.

– О боже, – бормочет Сугуру. Он качает головой. – Хорошо. Тогда увидимся через две недели.

– Я напишу тебе, – добавляет Годжо перед тем, как потянуться и встать из-за стола. Направляясь к двери, он тремя пальцами показывает знак мира. – Увидимся позже, Сугуру!

– Тебе правда не обязательно это делать, – неловко добавляет Сугуру, хотя Годжо уже вышел из кабинета. Его взгляд тянется к открытому документу с заметками, и он не испытывает особого облегчения понимая, что единственная новая строчка, которую он смог добавить это «какого хуя?» под разделом «Детали свадьбы».

– Хорошо, – говорит Сугуру сам себе. – Хорошо.

от кого: годжо 9:17

можешь отвести меня к доктору?

кому: годжо 9:18

Что случилось?

кому: годжо 9:20

Ты в порядке?

кому: годжо 9:22

Годжо????

от кого: годжо 9:22

потому что я сломал колено падая к твоим ногам

(´ ∀ `)ノ～ ♡

кому: годжо 9:23

О боже

– Знаешь, – бормочет Годжо с набитым жареной курицей ртом. – Твои ножки намного красивее куриных.

Сугуру с легким ужасом смотрит на то, как Годжо тянется ко второму баскету на их столе, всего секунду назад покончив с последней ножкой из их первого – или, скорее, своего первого – ведëрка. Сугуру и так пришел совсем не для того, чтобы наслаждаться едой, но при виде Годжо, жадно поглощающего непристойное количество жареной курицы, если у него и был какой-то аппетит, сейчас он абсолютно полностью уничтожен.

– Спасибо, – слабо бормочет он в ответ. – Я полагаю.

Годжо издает неразборчивый ответ, поедая курицу. Сугуру обещает себе никогда больше не приходить в КФС.

Не то чтобы он вообще хотел идти в КФС… Он привёл Годжо в этот район исключительно для того, чтобы осмотреть возможные места проведения свадьбы, но, в конце концов, Годжо вынудил его закончить день обедом в знаменитом фаст-фуд заведении. Только зайдя внутрь, Сугуру осознал, что это первый раз, когда он вообще его посещает. И теперь, смотря на то, как Годжо чуть не подавился большим куском курицы, он отчетливо понимает, что это почти наверняка будет последний.

– Что ж, – начинает Сугуру, смотря, как Годжо залпом выпивает стакан воды в перерыве между ведëрками курицы. Два лежали между ними уже пустые, а рука Годжо тянулась к третьему. – Что ты думаешь о местах, которые мы посмотрели?

Годжо пожимает плечами.

– Не знаю.

Сугуру делает паузу.

– Поясни?

Он снова пожимает плечами.

– Не знаю, они все кажутся мне одинаковыми.

– Они все кажутся…Хорошо, – Сугуру обрывает себя раздраженным вздохом. – Среди них точно должно было быть хоть какое-то выделяющееся.

Годжо мычит.

– Да нет, – легко говорит он. – Ты уверен, что мы не можем просто пожениться здесь? – Он указывает на несколько занятых столиков вокруг них.

– Уверен, – медленно говорит Сугуру. – Не можете, – он зажимает пальцами переносицу. – Слушай, тебе действительно нужно, чтобы место было недалеко отсюда? Я смогу найти больше локаций, если круг поиска будет шире…

– Это моя свадьба, так ведь? – раздраженно перебивает Годжо. – Я хочу пожениться недалеко от КФС.

Сугуру закрывает глаза и молится, чтобы ему хватило терпения.

– Верно, – наконец говорит он. – Хорошо.

– Ты женишься лишь раз в жизни, – бормочет Годжо, и этот угрюмый тон удивляет Сугуру. Он поднимает взгляд и всматривается в его лицо. Что-то будто дёргается в уголках глаз Годжо, когда он смотрит на четвертое, уже пустое ведерко перед ним. Сугуру почти вздрагивает, когда тот резко поднимает взгляд. Бриллиантово-голубые глаза встречаются с глазами Сугуру. – Пусть уж лучше оно будет стоить того, верно?

Сугуру хмыкает.

– Знаешь, люди могут вступать в брак больше одного раза.

Годжо усмехается.

– Другие люди, возможно. Не я.

– А? – спрашивает Сугуру. – Почему нет?

Он не знает, почему спрашивает. Вообще, он старается следить за тем, чтобы не лезть слишком глубоко в личную жизнь клиентов. Но, возможно, это агрессивные расспросы, которые ему так часто устраивает Годжо, или странные подкаты, каждое утро неизменно приветствующие его в телефоне, виноваты в том, что в Сугуру зарождается какое-то любопытство.

Годжо закатывает глаза.

– Мои родители, – выдаёт он в качестве объяснения и щелкает пальцем по краю одного из пустых ведëрок перед ним.

– Оу, – глупо говорит Сугуру. – Получается…– он делает паузу. – Вы с Йери-сан…женитесь по расчету?

Годжо странно смотрит на него.

– Ты разве не догадывался?

– Я обычно стараюсь не строить догадок, – сухо отвечает Сугуру, – Хотя это кое-что объясняет…Я думаю.

– Да ладно, – отмахивается Годжо, взмахнув рукой. – Хватит обо мне. Почему бы тебе не рассказать больше о себе, Сугуру? – он подается вперед, лëгкая ухмылка, как обычно, скользит по его губам. Сугуру удивлён тому, насколько уже привычной она кажется сейчас.

– Я не думаю, что это необходимо, – наконец говорит Сугуру, переводя взгляд с яркой улыбки на пустые вёдра, разбросанные по всему их небольшому столику. – К тому же, разве ты не закончил есть? Мы можем уйти сейчас.

Годжо недовольно изгибает губы.

– Уже? – он качает головой. – Кто сказал, что я закончил? – он прочищает горло, чтобы позвать недалеко стоящего официанта, который подходит к ним настороженно, увидев кучу уже пустых вëдер на их столе. – Могу я заказать ещё три ведра с десятью крылышками?

Бровь Сугуру поднимается.

– Серьёзно?

– Серьёзно, – голос Годжо, когда он это отвечает, звучит, ну, серьёзно. Его улыбка возвращается, когда он вновь наклоняется. – Так что, Сугуру, расскажи мне больше о себе, а?

Не то чтобы Сугуру сильно этого хочет – опять же, он старается не лезть слишком глубоко в жизни своих клиентов, и обычно ожидает того же и от них, однако сейчас он оказывается так легко втянутым в разговор с Годжо, поедая теперь уже общее ведро жареной курицы. После каждого вопроса от Годжо, Сугуру старается спросить его в ответ – по большей части из вежливости, по крайней мере, поначалу. Но по мере того, как проходит время и количество еды перед ними уменьшается, Сугуру обнаруживает себя в каком-то ужасающем осознании того, что ему, возможно, просто нравится слушать болтовню Годжо. Он не особо понимает, что ему делать с этой информацией, так что он тихонько откладывает её где-то на задворках сознания, чтобы обдумать позже.

– Уже…довольно поздно, – с осознанием говорит Сугуру вслух во время редкого затишья в их разговоре. Когда он мельком смотрит на улицу, солнце все еще ярко сияет, но небо вокруг уже начинает окрашиваться в более тёмные, глубокие оттенки оранжевого и розового. Когда он бросает взгляд на свой телефон, то осознает, что за последние три часа они оба на самом деле не обсудили ничего, что касалось бы свадьбы Годжо. Губы Сугуру сжимаются в тонкую линию.

Годжо взмахивает рукой в воздухе.

– Они работают до полуночи.

Сугуру сопротивляется желанию изумленно вытаращиться на него.

– Мы не останемся здесь до полуночи.

Годжо смотрит на него большими слезящимися глазами.

– Мы не оста-а-анемся?

– Нет, – твёрдо говорит Сугуру, – Это было… – он колеблется. – Весело, – наконец признает он и вынуждает себя отвести взгляд от лучезарной улыбки, которая возникает на лице Годжо. – Но сейчас мне действительно нужно возвращаться в офис.

– Оу, – чуть скулит Годжо. Он тяжело вздыхает. – Хорошо. Когда мы встретимся в следующий раз?

Сугуру требуется время, чтобы вспомнить, что им все ещё нужно спланировать свадьбу.

– Что ж, поскольку мы так и не определились с местом проведения, мы не можем по-настоящему двигаться дальше…Я думаю, на следующей неделе мы можем посмотреть цветы?

– Цветы, – повторяет Годжо с растущей ухмылкой. – Отлично. Это свидание!

– Конечно, – отвечает Сугуру, едва скрывая закатывание глаз. – Я напишу тебе адрес.

– О-о-кей, – тянет Годжо. – Тогда увидимся, Сугуру.

– Увидимся, Годжо.

Голова Годжо наклоняется в сторону.

– Для тебя Сатору.

Сугуру моргает.

– Сатору, – повторяет он. Имя вихрем проходится по его губам. Он произносит его увереннее и тверже. Губы дергаются в улыбке. – Увидимся, Сатору.

от кого: сатору годжо 9:15

ты случайно не вызываешь недержание?

потому что я не могу удержаться от мыслей о тебе ☆⌒(≧▽° ) 

кому: сатору годжо 9:16

Что блять

– Если бы мне давали цветок каждый раз, когда я думаю о тебе, – громко заявляет Сатору. – У меня был бы только один, – он поворачивается к Сугуру с широкой улыбкой. – Потому что я думаю о тебе постоянно.

– Как мило, – с холодной вежливостью отвечает Сугуру.

Колокольчик над ними слабо звенит, когда Сугуру открывает дверь.

– Йери-сан ты тоже говоришь такое или только мне?

– Почему я должен говорить это Сëко? – спрашивает Сатору, в замешательстве наклоняя голову.

– Может потому что ты женишься на ней? – напоминает ему Сугуру с улыбкой, которая становится только шире, когда рот Сатору открывается в виде маленькой буквы «о». – Ты, что, забыл?

– Может быть, немного, – без зазрения совести отвечает Сатору, пожимая плечами.

Сугуру качает головой. Он все ещё не понимает, ужасает его это или забавляет. Прежде, чем он успевает сказать что-нибудь в ответ, Сатору уже уходит вперед, слегка проводя кончиками пальцев по лепесткам яркого букета тюльпанов. Сугуру медленно идет за ним, засунув руки в карманы, и оглядывает небольшой цветочный магазин, в который они зашли. Здесь нет больше никого, по крайней мере, насколько Сугуру может судить, и особенно странным ему кажется то, что никто даже не стоит за кассой. Он останавливается рядом с ней, чтобы заглянуть внутрь, возможно, ожидая увидеть, что кто-нибудь пригнулся под ней, но безуспешно.

– Здесь никого нет, – размышляет он вслух. – Они, наверное, закрыты.

– Так что весь магазин в нашем распоряжении, – торжествующе говорит Сатору.

–  И первое о чем подумают - это взлом и проникновение, – сухо отвечает Сугуру, но когда он бросает взгляд на вывеску на двери, то замечает, что она повернута той стороной, на которой написано «Открыто». Возможно, продавец вышел на обеденный перерыв и забыл перевернуть её – или закрыть дверь. Что ж. Цветочный магазин вряд ли может быть ограблен средь бела дня, думает Сугуру.

Говорить «средь бела дня», однако, было некоторым преувеличением. Снаружи небо затянуло тучами, и хотя было только начало полудня, Сугуру не удивлен, увидев несколько проезжающих мимо машин с включенными фарами ближнего света. Когда он оглядывается на Сатору, то замечает, что тот все еще в солнцезащитных очках, несмотря на пасмурный день.

– Почему ты носишь эти очки все время? – срывается с языка Сугуру, прежде чем он успевает захлопнуть рот. – Прости, я не должен был–

– Все в порядке, – перебивает Сатору прежде, чем Сугуру продолжит запинаться в извинениях. Он сдвигает очки ниже, на переносицу, чтобы беспрепятственно посмотреть прямо на Сугуру. – У меня повышенная светочувствительность обоих глаз. Солнцезащитные очки помогают.

Сугуру понимающе хмыкает.

– Тогда ты будешь в них и во время свадьбы, так?

– Скорее всего, – говорит Сатору, пожимая плечами. – Без них чертовски больно.

Сугуру стоит в задумчивом молчании. Он не забыл, какое сморщенное лицо Сатору делал каждый раз при виде мест, которые предлагал ему Сугуру во время той прогулки, закончившейся в КФС. Но сейчас Сугуру вспоминает, что все локации, которые он показывал ему, находились на улице – где солнце светило ярче всего. Неудивительно, что Сатору смотрел на них с таким пренебрежением.

Громкий чих вывел его из состояния задумчивости. Он оборачивается, чтобы увидеть Сатору, который подносит руку к лицу, убирая подальше от своего носа один особенно большой цветок.

– Фу, – кряхтит Годжо. – Кажется у меня на него аллергия.

– Не лучшая идея засовывать себе вот так цветы в нос, Сатору, – мягко говорит Сугуру, но ему не удаётся сдержать нотки веселья, которые все равно слышны в тоне его голоса. Он подходит ближе, чтобы забрать из рук Сатору обидевший его цветок и слегка вздрагивает, когда их пальцы соприкасаются. Несколько мгновений Сугуру смотрит на этот большой цветок, а потом возвращает его в ещё больший по размеру букет, состоящий из точно таких же цветов. Когда он поднимает взгляд, то замечает широко раскрытые глаза Годжо.

– Что? – спрашивает Сугуру настороженно.

Сатору хмыкает.

– Тебе стоит произносить мое имя почаще.

Сугуру смотрит на него с прищуром.

– Что? – снова спрашивает он.

Сатору не утруждается повторить свои слова, плавно перемещаясь к следующей цветочной композиции – хотя отдельные цветки достаточно маленькие, они собраны вместе в таком количестве, что образуют огромный букет. Цвета в нем варьируются от темно-синего до светло-фиолетового, от бледного, почти белого, голубого, до глубокого темного фиолетового, и когда Сугуру подходит, он обнаруживает, что цветы издают легкий и освежающий аромат. Как и раньше, Сатору вытаскивает один, чтобы понюхать, и хотя он немного кашляет, за этим не следует взрывного чихания.

– Вот этот, – уверенно говорит Сатору, указывая на букет с маленьким цветочком, все еще зажатым между его пальцами. – Я хочу вот этот.

– Вообще, мы пришли сюда не для того, чтобы делать заказ, – напоминает ему Сугуру, – У нас даже нет цветовой гаммы…

– Это может быть цветовой гаммой, – перебивает Сатору.

Сугуру смотрит на него пустым взглядом. Он снова смотрит на букет, на который указывает Сатору.

– Это…лучше, чем синий и желтый, я думаю, – наконец признаёт Сугуру, доставая свой телефон, чтобы сфотографировать цветы. Только после того, как он делает фотографию, он осознает, что Сатору гораздо более эффектный объект для изображения, чем букет, рядом с которым он стоит. Сугуру решает, что это проблема для будущего Сугуру, над которой придётся серьёзно подумать. – Подходит к твоим глазам, – бормочет Сугуру, смахивая лепестки особенно яркого синего цветка.

– К твоим тоже, – Сугуру удивлен услышать это в ответ. Когда он отводит взгляд с цветка, лежащего в его руке, то видит пристально смотрящего на него Сатору. – Вот этот подходит к твоим глазам, – взгляд Сугуру останавливается на цветке, зажатом в пальцах Сатору, и он впервые замечает, что это действительно тот оттенок глубокого фиолетового, который странным образом напоминает цвет, иногда вспыхивающий в отражении его собственных глаз.

У Сугуру пересыхает во рту, когда он чувствует касание чужих пальцев на своем левом ухе.

– Выглядит мило, – слышит он бормотание Сатору. Его пальцы опускаются. Сугуру едва чувствует прикосновение лепестков к своей коже, ощущая только, как кровь приливает к кончикам его ушей.

– Сатору…

– О, покупатели?

Сугуру мгновенно закрывает рот, резко отходя от Сатору так, чтобы сохранить между ними расстояние в несколько шагов.

– Тенген-сан, – приветствует он, надеясь, что в его голосе не столько нервозности, сколько он ощущает в своем теле. Тенген, пожилая владелица цветочного магазина, который Сугуру так часто посещает, смотрит на них двоих с подозрением. – Как у вас дела?

– Были бы лучше, если бы вы двое перестали трогать мои цветы, – огрызается она, и Сатору с застенчивой улыбкой моментально убирает свою руку подальше от того места, где он игрался лепестком. Плечи Тенген расслабляются. – Чем могу быть полезна?

– Не могли бы вы зарезервировать для нас несколько десятков таких букетов на следующие несколько месяцев? – спрашивает Сугуру, указывая на выбранный ими букет. – У меня пока нет конкретных данных для заказа, но я смогу предоставить их вам через несколько недель.

Тенген кивает, нажимая несколько клавиш на своем старом компьютере.

– Готово, – слышен ее хриплый голос. – Это всё?

Сугуру смотрит на Сатору, воодушевленно показывающего большой палец вверх.

– Да, – наконец отвечает Сугуру. – Спасибо, – говорит он, делая легкий кивок головой, и Тенген машет рукой, давая понять, что им пора уйти из магазина. Сугуру делает первый шаг к двери, но прежде, чем он выходит, его останавливает голос Тенген.

– Не думай, что я не заметила эту штучку у твоего уха, – сухо говорит она, и Сугуру замирает. Ее губы искривляются в лукавой улыбке. – За счет заведения.

Лицо Сугуру вспыхивает эмоцией, которую он не может объяснить – не хочет объяснять.

– Спасибо, – глупо бормочет он, и выбегает за дверь, где, слегка склонив голову, его ждет Сатору.

– Какая милая старушка, – комментирует Сатору, и Сугуру хрипло смеется.

– Не представляешь насколько.

от кого: сатору годжо 9:16

ты не устал??

кому: сатору годжо 9:16

Я только проснулся?

от кого: сатору годжо 9:17

но ты крутился в моих мыслях всю ночь Σ>―(〃°ω°〃)♡→

кому: сатору годжо 9:17

А я уже подумал, что ты для разнообразия решил побеспокоиться о моем самочувствии :/

от кого: сатору годжо 9:17

НЕТ СТОЙ ЭТО НЕ ТО ЧТО Я ИМЕЛ В ВИДУ

сугурууууруруру

конечно я беспокоюсь о твоём самочувствии L((((

кому: сатору годжо 9:18

Лол

Я знаю

– Гето-сан, можно спросить вас кое о чем?

Сугуру поднимает голову, отрываясь от телефона, и замечает на себе пытливый взгляд Хайбары. Обычно его коллега не сдерживается, чтобы задавать вопросы – его взяли на работу отчасти как раз благодаря его энтузиазму и готовности спрашивать всë и вся независимо от ответа, который он получит. Поэтому, то, что он уточняет, может ли он задать вопрос – мягко говоря, странно.

– Конечно, – убирая телефон в карман, отвечает Сугуру и берет свои палочки для еды. – Что такое?

– Не хочу лезть не в свое дело, – начинает Хайбара, перебирая свою пару палочек. – Но вы недавно с кем-то познакомились, Гето-сан?

Сугуру моргает.

– Что ты имеешь в виду?

– Просто… – Хайбара обрывает себя. И снова, неуверенность в своих словах для него совершенно нехарактерна. – Ну, вы много улыбаетесь, когда смотрите в свой телефон.

– Я улыбаюсь? – тупо переспрашивает Сугуру.

– Улыбаетесь, – подтверждает Хайбара, кивая головой. – И я не хочу показаться назойливым, но вы начали с кем-то встречаться?

Губы Сугуру приоткрываются в легком удивлении.

– Эм, – говорит он, прожигая взглядом свой нетронутый обед. Он открывает рот, потом закрывает и снова открывает. – Нет, – медленно говорит он. – Нет. Это просто…Это всего лишь новый клиент. Он довольно болтливый.

Хайбара смотрит на него, хлопая глазами.

– Он пишет вам достаточно часто, да?

Боже, даже Хайбара это замечает.

– Вроде того, – неловко отвечает Сугуру. – Я думаю, у него просто такой характер. Это совсем не то… – он колеблется. – Не то, о чем ты говорил.

Хайбара медленно кивает.

– Я понял, – говорит он застенчиво. – Прошу прощения, Гето-сан. Я не хотел вас задеть.

– Нет, все в порядке, – спешит его заверить Сугуру. Он рассеянно стряхивает рисовое зёрнышко с кончика палочки. – Я не думаю, что ты слышал о нём…Сатору Годжо?

– Сатору Годжо?

Когда Сугуру поднимает взгляд, он видит открытый рот Хайбары. Его палочки безвольно повисли в его руке.

– Да, – медленно отвечает Сугуру. – Погоди, он какая-то знаменитость или типа того?

– Вообще-то да, – многозначительно говорит Хайбара, наконец откладывая свои палочки для еды. – Он наследник самой большой корпорации в мире бизнеса! Вы никогда не слышали о Годжо Энтерпрайзес?

– О, – говорит Сугуру, глупо моргая. – Да, его фамилия звучала знакомо.

– Знакомо? – возмущается Хайбара. – Вы не знали все это время?

Сугуру пожимает плечами.

– Я не разбираюсь в популярных предприятиях, Хайбара, – Он делает паузу. – Но это объясняет, почему они столько платят.

Глаза Хайбары расширяются.

– О мой бог, – бормочет он. – Они, должно быть, платят очень много.

– Действительно много, – подтверждает Сугуру с легкой усмешкой. – Я уже начал планировать поездку на Окинаву.

Хайбара широко улыбается в ответ:

– Когда поедете, обязательно отправьте мне фотографии оттуда, Гето-сан!

– Конечно.

от кого: сатору 9:18

ты случайно не 10 октября??

тогда почему ты 10/10 °˖✧◝(°▿°)◜✧˖°

кому: сатору 9:18

Что это вообще должно значить?

от кого: сатору 9:18

(ಠ_ಠ)

забей

– Есть только одна роль, на которую я подхожу, – начинает Сатору с притворной серьëзностью. За этим следует драматическая пауза, и Сугуру вынужден подавить свое желание закатить глаза.

– Ну, и? – не выдерживает он, когда Сатору смотрит на него в ожидании.

– На роль идеального парня.

Сугуру не может сдержать смешок.

– Ты имеешь в виду идеального мужа.

Сатору останавливается и смотрит на него вопросительно.

– Почему это?

Сугуру смотрит на него в ответ.

– Потому что ты женишься?...

Сугуру удивлен, замечая, как меняется выражение лица Годжо.

– О, – бормочет он, странно поникший. – Да, точно.

– Ты снова забыл, да?

Сатору пожимает плечами.

– Возможно.

Как вообще Сатору продолжает забывать о собственной свадьбе спустя месяцы подготовки, остаётся для Сугуру загадкой. Когда они не встречаются лично для обсуждения различных вопросов логистики, то переписываются друг с другом почти целый день. И, следует признать, они так часто отклоняются от темы, как при живом общении, так и в переписках, что Сугуру потерял счёт встречам и сообщениям, которые превратились…

в свидания – хочет сказать часть его.

Что ж, их можно было назвать как угодно, но явно не частью процесса подготовки к свадьбе. Несколько раз Сугуру был настолько очарован эксцентричностью Сатору, что забывал о том, что они должны обсуждать планы. Так что, в конце концов, он не может винить Сатору в том, что тот забывается, когда и сам не намного лучше.

И он не собирается задумываться о причинах.

Но теперь, когда до рокового дня свадьбы осталось три месяца, всë наконец-то стало налаживаться. Определены цветовая гамма и дизайн. Окончательно согласован заказ цветов. Выступление группы, точнее говоря, рок-группы, под названием Death Paintings, с довольно колоритным составом участников, в который Сугуру не хотел углубляться, тоже было окончательно обговорено. Несмотря на то, сколько раз они оба отвлекались, Сугуру рад видеть, что подготовка идет по расписанию.

По крайней мере, рада бóльшая его часть. Другая – маленькая, но очень навязчивая  – хочет топнуть ногой и остановить всё это дело до того, как его работа будет завершена, до того как день свадьбы наступит, до того, как у него больше никогда не будет повода увидеть Сатору снова. Этой своей части Сугуру частенько велит заткнуться.

Единственный пункт, с которым они немного задерживаются – это окончательное решение о месте проведения свадьбы. Сугуру ещё раз рассмотрел варианты, выбирая только локации в помещении, и даже нашел одну, расположенную всего в нескольких километрах от КФС, которая, по его мнению, должна особенно понравиться Сатору. У него не было возможности увидеть её вживую, но пока они стоят в вестибюле магазина мужских костюмов – следующий пункт в их плане – Сугуру решает, что сейчас идеальный момент, чтобы поднять этот вопрос. В отличие от Тенген в магазине цветов, портной был довольно сильно загружен: хотя они назначили встречу заранее, им все равно пришлось ждать несколько минут прежде, чем их позовут.

– Есть одно место, которое мы можем посмотреть, когда закончим здесь, – говорит он Сатору, который сидит рядом, развалившись на стуле и уставившись в потолок. Сатору корчит гримасу.

– А это обязательно? – стонет он, и Сугуру задумывается, когда он начал находить ребячливое поведение Сатору таким милым.

– Ты не можешь жениться, если у тебя нет места для проведения свадьбы, так что да, это обязательно, – легко отвечает Сугуру с весёлой ухмылкой на лице. – Это закрытое помещение, и оно достаточно близко от КФС. Подходит по всем требованиями, я полагаю.

Голова Сатору склоняется в сторону.

– Если ты думаешь, что оно подходит, то просто забронируй его.

Сугуру хмурится.

– Ты должен убедиться, что тебе в нём будет комфортно. Я хочу быть уверен, что свет там не слишком яркий для твоих глаз.

Голова Сатору дëргается в сторону, чтобы ошеломленно посмотреть на Сугуру.

– А?

Сугуру смотрит на него.

– Что?

Рот Сатору открывается, потом закрывается снова. Он пристально всматривается в лицо Сугуру. И это ощущается вовсе не так дискомфортно, как думал Сугуру.

– Ничего, – бормочет он наконец, но в уголках его губ скользит призрак нежной улыбки. – Ты действительно милый, Сугуру.

Теперь наступает очередь Сугуру глупо таращиться на Сатору. Это первый раз, когда он слышит от него комплимент, не облаченный в тупой подкат. Он совершенно не знает, что сказать в ответ.

К счастью, Сугуру не пришлось его придумывать. Сатору наконец почти застенчиво отводит свой взгляд от него и опять смотрит на потолок.

– Ита-а-а-к, – тянет он. – Когда мы будем раздавать ИППП?

Сугуру снова таращится на Сатору, хотя уже и по другой причине.

– Когда мы будем раздавать что?

Сатору странно смотрит на него.

– ИППП, – к ужасу Сугуру, медленно повторяет он. – Индивидуальные письменные приглашения на празднество?

Сугуру выдыхает, только сейчас замечая, что он задерживал дыхание.

– Индивидуальные письменные приглашения на празднество, – с облегчением повторяет он. – Точно. Да. Индивидуальные письменные приглашения на празднество.

– А ты думал, что я хотел…

– ДА, – громко перебивает Сугуру. – Их дизайн доработан, я думаю, мы сможем отправить их к концу этой недели.

Сатору выглядит почти разочарованным этой новостью.

– Отлично, – всё же бормочет он. – Моя мама будет так счастлива.

– Твоя мама?

Сатору корчит рожу.

– Она немного нервничает по поводу свадьбы. Все время требует от меня самых новых сведений о ходе подготовки.

– О? – спрашивает Сугуру, моргая. – Она могла бы связаться напрямую со мной…

– Нет уж, – тут же отмахивается Сатору. – Она та ещё заноза в заднице. Я не хочу, чтобы она была хоть как-то причастна к организации свадьбы.

– Ну, если ты так говоришь… – отвечает Сугуру, не очень убеждённый. – Я хотел спросить, ты уже знаешь список гостей?

– К сожалению, – бормочет Сатору. – Он в основном состоит из кучки напыщенных мажоров с кислыми рожами. Я отправлю тебе этот список.

Сугуру фыркает.

– С твоих слов они похожи на тех, кто ожидает увидеть традиционную свадьбу.

– О, так они её и ждут, – радостно отвечает Сатору. – Устраивать свадьбу полностью в западном стиле – все равно что сказать им “пошли нахуй” в лицо.

– Хах, – мягко говорит Сугуру. Он нисколько не удивлен услышать такой ответ. – На это будет интересно посмотреть.

Сатору широко ухмыляется.

– Вот именно.

Прежде чем Сугуру успевает ответить, их наконец-то зовёт портной. Сатору первым вскакивает со стула и протягивает Сугуру руку, которую тот с благодарностью принимает, вставая следом.

– У них уже есть твои мерки, – говорит Сугуру, когда они заходят за небольшую перегородку, отделяющую вестибюль от остального пространства. – Так что тебе нужно просто померить костюм и убедиться, что он тебе подходит.

Сатору хмыкает.

– А твои мерки у них есть?

Сугуру смотрит на него.

– Мои мерки? Зачем им мои мерки?

– Но ты же придёшь на свадьбу, так ведь? – с усмешкой говорит Сатору. – Тебе тоже нужно купить здесь какой-нибудь костюм.

Взгляд Сугуру скользит по богато украшенной комнате, в которой они стоят теперь – от роскошной гипсовой лепнины, обрамляющей невероятно высокие потолки, до холодного пола из мрамора, пронизанного золотыми прожилками.

– Приду, – сухо говорит Сугуру. – Но я думаю меня устраивает и мой костюм. – Он почти уверен, что весь первоначальный взнос за подготовку свадьбы, который он получил, исчез бы в мгновение ока, если б он хотя бы подумал о покупке костюма в этом магазине. И хотя он знал, что ему ещё доплатят, он предпочел бы не жить следующие три месяца с пустым кошельком.

Это не остановило Сатору от того, чтобы расстроено надуть губы.

– Сугуру-у-у, – начинает ныть он, но кашель с другой стороны комнаты отвлекает их. Когда Сугуру оглядывает часть комнаты, скрытую за высоким силуэтом Сатору, он замечает мужчину маленького роста, одетого в аккуратно выглаженный костюм и галстук. Он нервно поправляет свои очки, и затем Сугуру видит на нëм бейджик с именем «Идзити». Он смутно вспоминает, что в Интернете он обсуждал детали с кем-то, у кого было такое имя, и, когда его взгляд останавливается на белом костюме в руках мужчины, он абсолютно уверен, что это нужный им человек.

– Идзити-сан, – приветствует он, слегка склонив голову.

– Гето-сан, верно? – отвечает тот, и его голос заметно дрожит. Он бросает взгляд на Сатору, который смотрит на него с любопытством. – И, эм, Годжо-сан?

Сатору открывает рот, почти наверняка готовясь запугать мужчину ещë больше, поэтому Сугуру пихает его локтем, прежде чем он сможет что-то сказать. Он игнорирует потрясенный взгляд Сатору после этого и мягко улыбается Идзити.

– Да, это мы, – говорит он, и Идзити судорожно вздыхает.

– Прошу прощения за ожидание, – заикаясь, отвечает он, морщась под все ещё настойчивым пронзительным взглядом Сатору, направленным на него. – Мы были, эм, ужасно заняты сегодня, но, конечно, у нас всегда найдется время для семьи Годжо, эм.

– Разумеется, – легко отвечает Сугуру, не давая Сатору открыть рот снова. – Это тот костюм, верно? – он указывает на аккуратно свернутый костюм в руках Идзити, и с немалой долей веселья смотрит, как тот пугается настолько сильно, что почти роняет его на пол.

– Да…да! Эм, хотели ли бы вы…?

Сугуру суëт костюм в руки Сатору и небрежно подталкивает его к примерочным.

– Примерь.

Сатору хмурится, хотя и идёт, спотыкаясь, к примерочной.

– Снимите с него мерки, – огрызается он на Идзити, указывая пальцем на Сугуру, который закатывает глаза. Идзити выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание, смотря на Сугуру с бледным лицом и слезящимися глазами.

– Не утруждайтесь, – говорит Сугуру, как только Сатору оказывается вне зоны слышимости. – Он просто дурачится.

– Я НЕ ДУРАЧУСЬ, – доносится до них приглушенный крик Сатору из примерочной. Что ж, видимо, он все-таки в зоне слышимости. – Если не найдешь костюм, клянусь, я тебя уволю.

Сугуру не особо понял, было последнее предложение адресовано Идзити или ему самому, но этой угрозы оказалось достаточно, чтобы лицо Идзити побледнело ещё сильнее.

– Я сейчас вернусь, – бормочет он и выбегает из комнаты. С весёлым смешком Сугуру плюхается в ближайшее кресло, прислоняя голову к стене позади него, и смотрит вниз, бездумно стуча по телефону. Он хмурится, когда открывает свои заметки по свадьбе.

– Скажи, Сатору, – кричит ему он. – Где вообще сейчас Иери-сан? Ты знаешь, что ей тоже нужно платье, верно?

– Э-э-э, – отвечает Сатору. – В Киото, я думаю.

Рот Сугуру снова открывается.

– В Киото?

– Угу, – подтверждает Сатору. – Она уже давно там.

Сугуру яростно клацает по телефону.

– Как, черт возьми, она собирается выбирать платье если она всё ещё в Киото…

– Вообще-то, – перебивает его Сатору. – Я почти уверен, что она встретится с дизайнером свадебных платьев в Киото.

Сугуру прижимает ладони к глазам.

– О боже, – бормочет он. – Вы двое даже не собираетесь стараться, чтобы ваши образы сочетались друг с…

Он слышит звук открывающейся двери. Когда он поднимает взгляд, остальные слова просто растворяются на языке.

– Ну, что думаешь?

Сатору в безупречно белом костюме стоит, небрежно прислонившись к открытой двери и засунув руки в карманы. На этот раз очки лежат на растрëпанных волосах, и на секунду Сугуру заворожен невероятным голубым цветом его глаз, обрамленных тонкими светлыми ресницами. Сам костюм белый, а на его краях аккуратно вышиты элементы синего цвета, и, хотя им никогда не сравниться с лазурью глаз Сатору, они подчеркивают светлые крапинки, рассыпанные по радужке этих глаз. Внутрь его нагрудного кармана заправлен свернутый темно-фиолетовый платочек, который, на удивление, нисколько не спорит с цветовой гаммой образа.

Сугуру не слепой. Он отлично осознавал тот факт, что и в будничном образе называть Сатору конвенционально красивым было даже преуменьшением, но это…

– Мм, – глуповато мычит Сугуру, заставляя свой рот наконец-то закрыться. – Он. Хм. Он тебе идёт. Я думаю.

Сатору хмуро кривит губы. И то, насколько привлекательно он выглядит, должно считаться незаконным.

– Всего лишь “идëт”?

Во рту Сугуру ужасно пересохло. Он кашляет.

– Да, он красивый…Выглядит хорошо.

Выглядит красивее всего, что я когда-либо видел, – хочет сказать он.

Сатору все ещё хмурится.

– Тебе нравится?

Сугуру кусает внутреннюю сторону щеки.

– Конечно, – хрипло отвечает он. – Да, мне нравится.

Сатору широко улыбается. Эта улыбка ослепляет.

– Если тебе нравится, тогда мы покупаем, – говорит он, пожимая плечами, и небрежно плюхается в кресло рядом с Сугуру. Он поправляет свои очки на голове. – А где твой костюм?

– Ты даже не хочешь посмотреть на себя? – едва слышно спрашивает Сугуру, указывая на высокое зеркало неподалёку.

– Неа, я доверяю тебе, – уголки глаз Сатору изгибаются вверх, когда его улыбка становится ещё шире. – Ну же, где твой костюм? – снова спрашивает он, и как нельзя вовремя в комнату вбегает Идзити с ещё одним костюмом, зажатым в руках.

– У нас…У нас не было ваших мерок, Гето-сан, – торопится объяснить он, впихивая костюм в руки Сугуру. – Этот должен подойти, конечно, мы внесём необходимые корректировки, но если вы хотите примерить….

– Не нужно, – перебивает Сугуру с вежливой улыбкой. – Я не собираюсь ничего покупать себе сегодня.

– Ты прав, – соглашается Сатору. Сугуру смотрит на него с поднятой бровью. – Ты не будешь ничего покупать. Я куплю.

Сугуру закатывает глаза:

– Сатору…

Его бесцеремонно стаскивают с кресла и толкают к примерочным, примерно так же как он толкал Сатору несколько минут назад. Он оборачивается, кидая на Сатору злобный взгляд, но Сатору в ответ только радостно щелкает пальцами.

– Ладно, – бормочет про себя Сугуру. – Ладно.

Внутри примерочная роскошна настолько, насколько и ожидалось. Когда он надевает поданый ему костюм, он слышит, как снаружи Сатору разговаривает с кем-то. Это не Идзити, определённо, что означает, Сатору говорит по телефону – может, со своей невестой? В любом случае, он отмечает, что костюм, который ему дали, крайне удобный. Он слегка свободно сидит в районе талии и запястий, но в остальном размер, на удивление, подошёл идеально. Он смотрит на себя. Если костюм Сатору был белым, с голубым узором, то его – темно-серый с фиолетовыми вставками. Платок в его нагрудном кармане, в отличие от платка Сатору, был яркого, того самого знакомого оттенка голубого.

Он открывает дверь пинком ноги. Идзити нигде не видно. Сатору, напротив, все так же раскинулся в кресле, слегка повернув голову, и кричит в свой телефон.

– Об этом я и говорю, Сëко, я не думаю, что он…

Сугуру прочищает горло.

Сатору наклоняет голову в его сторону. В это же время его рот открывается, а телефон с громким стуком падает из его рук прямо на пол. На какое-то мгновение они замирают в этом положении – Сугуру неловко стоит около двери, Сатору пялится на него с широко открытыми глазами, его рука замерла, словно все ещё фантомно держит телефон, который давно лежит на полу – пока Сатору не начинает моргать и со слегка покрасневшими щеками наклоняется, чтобы поднять телефон с пола.

– Окей, Сëко, я перезвоню, надо идти, окей, пока, – быстро бормочет он в трубку, нажимая на кнопку окончания вызова.

Сугуру неловко мнется на месте.

– Я правда не думаю, что мне стоит приходить в этом на свадьбу, – начинает он.

– Ты обязан, – тут же перебивает Сатору. Его глаза не отлипали от лица Сугуру, но сейчас они быстро мечутся, оглядывая весь его образ. Сугуру вынужден подавить желание покраснеть под таким пристальным вниманием.

– Нет, правда, – слабо протестует Сугуру. Краем глаза он замечает отражения их двоих в неподалеку стоящем зеркале. Он сглатывает. – Наши образы будут сочетаться больше, чем ваши с Йери-сан.

Сатору моргает.

– И?

Сугуру приподнимает бровь.

– Я не думаю, что Йери-сан этому обрадуется…

– Да брось, – перебивает Сатору, небрежно отмахиваясь рукой. – Сëко на это абсолютно плевать, – замечая не очень-то убежденный взгляд Сугуру, он продолжает. – Правда. Я только что спросил её. Еë это не волнует.

– А должно бы, – бормочет про себя Сугуру. Если Сатору и слышит его, он никак не реагирует.

– Сугуру, – он отводит свой взгляд от зеркала, чтобы встретиться с глазами Сатору. – Пожалуйста, – Сугуру не может заставить себя отвести взгляд снова. – Ради меня?

Рука Сугуру дергается.

– Ладно, неважно, – наконец бормочет он то ли себе то ли Сатору. – Это все равно просто костюм.

– Просто костюм, – соглашается Сатору, но в его глазах мелькает озорной блеск. Это совершенно завораживает Сугуру, и он снова не может отвести взгляд.

Блять,  – наконец признает Сугуру мысленно. – Кажется, у меня проблемы.

от кого: сатору 9:15

я думал что счастье начинается с буквы «с»

кому: сатору 9:15

Ну, оно с неё и начинается?

от кого: сатору 9:15

тогда почему моё счастье начинается с тебя(ゝ◡･)ﾉ♡

кому: сатору 9:15

Тебячастье это не слово

от кого: сатору 9:15

ДА ИДИ ТЫ

И вот так три месяца незаметно превратились в один. После того, как Сугуру все-таки заставил Сатору посмотреть выбранное им место проведения, они наконец определились с локацией, хотя это и случилось почти в последнюю минуту. Когда место свадьбы было определено, всё остальное без проблем встало на свои места: были разосланы открытки с датой предстоящей свадьбы, а следом за ними – через несколько недель – и сами приглашения. Несмотря на протесты Сугуру, оба костюма были куплены и уже готовы, а когда Сугуру спросил у Сатору насчёт платья для Йери, тот отмахнулся от него со словами “она сама об этом позаботится”. Декорации для свадебного зала тоже были готовы, а схема рассадки гостей утверждена, причем Сатору находил особое удовольствие в том, чтобы посадить вместе людей, которые, как он знал, хуже всего ладили друг с другом. Вместе с пригласительными были отправлены и списки подарков, хотя называть их так на самом деле было преувеличением.

– Сатору, – медленно сказал Сугуру, когда увидел этот список в первый раз. – Тут просто куча конфет.

– Ага.

– И дюжина пачек сигарет.

– Это уже от Сëко.

– Ладно, – согласился тогда Сугуру, побеждённый. – Хорошо.

Хотя этот пункт был выполнен небрежно, его, по крайней мере, можно было вычеркнуть из списка дел. И по мере приближения дня свадьбы, дел в этом списке оставалось все меньше. И это хорошо, – думает Сугуру, ведь это значит, что все идет строго по плану. Это хорошо, – вновь напоминает себе Сугуру, когда понимает, что у него закончились предлоги, под которыми он мог позвать Сатору на встречу. Это хорошо, –  повторяет про себя Сугуру, когда он случайно открывает одну из фотографий Сатору, которые теперь хранятся в его галерее. Это хорошо, – говорит себе Сугуру каждое утро, когда просыпается от совершенно глупых пикап-фраз, которые непременно вызывают у него улыбку.

И Окинава, наконец признает Сугуру, уже не кажется такой привлекательной как раньше.

Несмотря на то, что у них стало намного меньше причин, чтобы встречаться вне процесса подготовки свадьбы, они все равно встречались. Сугуру даже не может полностью винить в этом Сатору, не тогда, когда он сам с такой готовностью принимал любое его предложение: фильмы, обеды, ужины, караоке…

Сугуру, возможно, готов наконец признать, что он немного влип. Но пока только себе.

Впрочем, это неважно. Не тогда, когда остаётся только месяц до того момента, когда Сугуру увидит Сатору в последний раз. Не тогда, когда остаётся только месяц до того, как всё закончится.

Но месяц – это всё ещё месяц. И когда Сугуру с нежностью наблюдает за тем, как глаза Сатору увеличиваются при виде причудливого магазина сладостей, он понимает, что месяц с Сатору – это всё ещё месяц, который он не хотел бы провести ни с кем другим.

– Мы идём покупать торт? – взволнованно интересуется Сатору, когда Сугуру открывает дверь.

Сугуру кивает.

– Один из последних пунктов, с которыми мы должны закончить, – мягко говорит он, но не может удержаться от улыбки, расцветающей на его лице при виде того, как Сатору таращится на кучу выпечки, стоящей на столе перед ними.

– А мы разве не должны были сделать предварительный заказ? – рассеяно спрашивает Сатору, продолжая пялиться на ломтики, аккуратно выставленые в ряд.

– Я попросил об одолжении, – отвечает Сугуру, пожимая плечами. – Подумал, что тебе все равно захочется сначала попробовать их самому.

Сатору оборачивается к нему с сияющими глазами.

– О, мне хочется.

– Гето-сан, – приветствует другой голос. Сугуру оборачивается и замечает светловолосого мужчину в фартуке и с лёгким слоем муки на руках. Его нейтральное выражение лица меняется, когда он видит Сатору рядом с ним. – …и Годжо-сан?

Сатору ахает.

– Нанами, это правда ТЫ?

– О боже, – бормочет Нанами себе под нос. – Я не подписывался на это.

Сугуру с весельем наблюдает за их разговором.

– Так вы двое знакомы?

– Ходили в одну старшую школу, – раздаётся краткий ответ Нанами.

– Мы были лучшими друзьями! – одновременно с ним восклицает Сатору, и затем снова поворачивается к Нанами с выражением шока от предательства на лице. – На-на-ми-и-и-и…

– В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ, – громко говорит Нанами. – Вот торты, которые вы просили, Гето-сан. Я вернусь через несколько минут, и вы сможете мне сказать, какой из них вам больше понравился. Слегка кивнув головой в сторону Сугуру, он разворачивается на каблуках своих туфель и возвращается туда, откуда пришёл – предположительно, на кухню. Сатору строит недовольную гримасу, смотря как он уходит.

– Он всегда был таким угрюмым, – вспоминает он, с готовностью опускаясь в кресло рядом с Сугуру за длинным столом, который им предоставили. – Между прочим, я вообще не знал, что он умеет печь. В любом случае, как ты познакомился с Нанами?

– Я не особо с ним знаком, на самом деле, – отвечает Сугуру, в то время как Сатору уже атаковал первый кусочек торта из тех, что были приготовлены для них на столе. – Но мой напарник часто посещает эту пекарню, и они с Нанами кажутся хорошими друзьями. Хайбара много говорит о нём, – губы Сугуру складываются в улыбку. – Вообще, я думаю, что он влюблён.

– О, правда? – слышен ответ Сатору, слегка приглушенный из-за куска торта, который он жевал. – Знаешь, я тоже много о тебе говорю.

Сугуру смотрит на него ничего не выражающим взглядом.

– Хорошо, – наконец мягко отвечает он.

Сатору хмурится, по-видимому, закончив поедать свой чудовищный кусок торта, от которого осталось меньше половины. Однако он собирает остатки на свою вилку и направляет ее к Сугуру, который отклоняется назад, глядя на него с подозрением.

– Скажи “ааа”.

– Сатору, я не буду…

Но прежде чем Сугуру успевает договорить, вилка проскальзывает в его рот. Рефлекторно его рот закрывается, и Сугуру удивленно моргает, ощущая внезапный всплеск вкуса на языке.

– Хм, – медленно говорит он, старательно пережевывая. – Он очень вкусный.

– Именно! – соглашается Сатору, сверкая улыбкой. – Сладкий, но не такой сладкий, как ты.

Сугуру почти польщён.

– Конечно, – отвечает он, закатывая глаза. – Эти торты в основном для тебя. Мне не нужно их пробовать.

Сатору смотрит на него так, слово он сказал какую-то несусветную глупость.

– Конечно тебе нужно. Это же очевидно, тебе тоже должен нравиться торт.

– Я не думаю, что у нас с Йери-сан одинаковые вкусы…

– Она не любит торты, – с уверенностью перебивает Сатору. Сугуру на 80% уверен, что он выдумал этот факт. – Так что мы возьмём тот торт, который больше всего понравится нам с тобой. Договорились?

Сугуру начинает осознавать, что ему ужасно тяжело отказывать Сатору, когда тот смотрит на него поверх линз своих очков. Он почти уверен, что Сатору тоже это понимает. Он старается не думать слишком много о том, почему это происходит.

– Хорошо, – наконец бормочет он, отводя свой взгляд от яркой улыбки Годжо.

Так проходит следующий час: Сугуру аккуратно отрезает для себя кусочек торта, потом подталкивает тарелку к Сатору, и Сатору отрезает ещё кусочек себе, при этом в процессе совершенно разрушая даже нетронутую часть торта. Затем он настаивает на том, чтобы собственноручно скормить кусочек Сугуру, а когда тот отказывается – съедает все сам. Этот процесс продолжается до тех пор, пока на столе не остаются лишь пустые тарелки и несколько мелких крошек.

Под конец Сугуру прислоняется спиной к своему стулу, складывая руки на животе, который теперь целиком и полностью набит всякими тортами. Сатору же оглядывается вокруг, будто ожидает чего-то ещё.

– Мы попробовали все вкусы, – вынужден напомнить ему Сугуру, и Сатору хмурится.

– Выбор, кажется, был обширный, – надменно фыркает он. – Какой понравился тебе больше всего?

Сугуру не уверен, хочет ли он признавать то, что у него перепутались все вкусы уже после четвертого куска торта.

– Первый, – в итоге говорит он. Единственный вкус, который он точно помнит.

Сатору торжественно кивает.

– Именно. Первый обладает лучшим балансом вкуса и текстуры.

Сугуру смотрит на него пустым взглядом. Опять же, он не уверен, что он хочет признавать, тот факт, что основная причина, по которой он вообще помнит вкус первого кусочка торта – это то, каким неожиданным образом он оказался у него во рту.

– Да, точно, – неуверенно отвечает Сугуру.

Сатору ухмыляется ему.

– Великие умы мыслят одинаково…– начинает говорить он, и в этот момент возвращается Нанами, настороженно оглядывая пустые тарелки.

– Это было быстро, – говорит он про себя. – Итак, Гето-сан, – продолжает он уже вслух. Сугуру начинает осознавать, что он сознательно избегает смотреть на Сатору, а тем более обращаться к нему. Его губы подергиваются от веселья. – Вы и ваш жених определились со вкусом торта?

Ему отвечает Сатору.

– Да, тот, который был первым, – объявляет он, указывая на тарелку, на которой, смутно припоминает Сугуру, раньше был бледный белый кусочек торта. Тот факт, что Сатору запомнил даже тарелку на которой он лежал не кажется Сугуру таким странным, как то, что…

– Эм, – говорит Сугуру. – Он вообще-то не…Он не мой жених. Свадьба не наша.

Нанами странно таращится на него.

– Вы уверены?

Какого черта это вообще должно значить?

– Эм, – после небольшой паузы говорит Сугуру. – Да.

К сожалению, – шепчет тихий голос в его голове. Сугуру велит ему заткнуться ко всем чертям. Он делает это как-то слишком часто в последнее время.

Нанами, прищурившись, смотрит на него, но несколько мгновений спустя качает головой.

– Интересно, – бормочет он, скорее всего самому себе, но в результате его голос оказывается достаточно громким, чтобы Сугуру услышал. В его рту появляется какая-то странная горечь. Сугуру спрашивает себя, может ли он винить в этом торты.

Когда он кидает взгляд в сторону, то обнаруживает Сатору, который внимательно смотрит на него с непроницаемым выражением лица. Мгновение спустя его уже сменяет привычная ухмылка.

– Скажи, Сугуру, – начинает он с озорной улыбкой на губах. – Что если мы закажем четыре торта на свадьбу?

У Нанами дергается бровь.

– Пожалуйста, уходите отсюда.

– Аййй, Нанами!

от кого: сатору 9:20

мы не носки

кому: сатору 9:20

Определённо нет

от кого: сатору 9:20

но я думаю из нас бы тоже вышла хорошая пара(╹ꇴ◠)♡

кому: сатору 9:20

Ого, в этот раз ты такой креативный

от кого: сатору 9:20

ПРАВДА ????

кому: сатору 9:20

Нет <3

И вот наступает сам день свадьбы. Наступает так внезапно, по крайней мере для Сугуру, что почти застает его врасплох. До тех пор пока он не просыпается и не видит на своем телефоне уведомление – и это оказывается не просто привычное сообщение с подкатами. Это напоминание, которое он поставил шесть месяцев назад.

Сатору Годжо и Сëко Йери.

Так что, возможно, Сугуру хмурится, когда видит это. Так что, возможно, Сугуру думает, что у него будет плохое настроение до конца этого дня.

По правде говоря, отчасти он уверен, что Йери вообще не появится. Он не знает, сколько информации о свадьбе ей передал Сатору, но сам Сугуру ни разу за шесть месяцев не видел невесту.

Он не уверен, хочет ли он увидеть её сейчас.

Но Сугуру выкидывает это из головы. Появится она или нет, его работа заключается в том, чтобы свадьба, на которую придет невеста (если конечно она все-таки придет) прошла идеально. Так что он вытаскивает себя из кровати, неохотно надевает новый сшитый на заказ костюм, который Сатору любезно доставил ему несколько недель назад, и разглаживает складки дорогой ткани, прежде чем ехать к месту проведения свадьбы. Следующие несколько часов проходят как в тумане пока он даёт распоряжения обслуживающему персоналу и декорирует зал. Однако к тому времени, когда гости начинают прибывать, он с облегчением замечает, что пока все проходит гладко. От его внимания не ускользают взгляды, источающие презрение при виде свадебного интерьера в западном стиле. И особенно не ускользает то, как эти люди отшатываются от приглашенной на свадьбу группы, участники которой выглядят…довольно интересно. Сугуру думает, что это и было причиной, по которой Сатору попросил позвать именно их. Назначив одного из сотрудников следить за тем, чтобы все не пошло наперекосяк в его отсутствие, Сугуру решает начать поиски непосредственно самих жениха и невесты.

Расспросив людей вокруг, он узнаёт, что Сатору видели в одной из гардеробных. Однако первой он, на удивление, замечает Йери – по крайней мере шлейф её платья. Он следует за всполохом белой ткани, показавшимся за углом, но прежде, чем он успевает догнать невесту, она исчезает в своей гардеробной. Сугуру стоит снаружи, нерешительно занеся кулак над дверью, но решает все же не стучать и опускает руку. Все что ему было нужно – это подтвердить что Йери здесь. Но что-то – странная интуиция, какое-то ноющее ощущение беспокойства – удерживает ноги Сугуру прикованными к полу.

Лишь потому, что он остаётся стоять напротив двери, он становится свидетелем следующего диалога.

Первым до него доносится голос Сëко – он узнаёт эту легкую хрипотцу.

– Как я выгляжу? – слышит он её вопрос.

Доносится шуршание ткани.

– Боже, Сëко, – звучит голос другой женщины, он низкий и благоговейный. – Ты выглядишь…ты выглядишь просто потрясающе!

Сугуру замирает. Почему-то он звучит очень знакомо.

– Ты просто восхищаешься собственным дизайном, не так ли? – доносится ответная реплика Сëко, в голосе нехарактерное для неё лукавство. Она разговаривает с дизайнеркой платья? Сугуру смутно вспоминает упоминания Киото…

В ответ словам Сëко – короткий смешок.

– Как будто это платье смотрелось бы так же хорошо на ком-нибудь кроме тебя, – шепчет другая женщина.

Прежде чем она успевает сказать что-то ещё, ее слова резко заглушаются. Стоящий с другой стороны двери Сугуру замирает. Оцепеневший, он таращится на чуть приоткрытую дверь перед ним. Ему приходится приложить куда больше внутренних усилий, чем он ожидал, чтобы заставить себя сделать несколько шагов назад – достаточно, чтобы украдкой заглянуть в щель, и –

Они целуются.

Что за херня, – думает Сугуру.

– Что за херня, – выдыхает Сугуру. Он делает шаг назад и спотыкается о собственные ноги, а потом разворачивается полностью. Практически на автопилоте ноги несут его к дальнему концу коридора, где он колеблется некоторое время, стоя перед другой дверью. Она выглядит точно так же, как и все остальные здесь, единственное отличие – приклеенная к этой двери бумажка, на которой виднеются каракули. УЙДИТЕ ВСЕ (кроме сугуру <3) – гласят небрежно написанные буквы. Сугуру поеживается, глядя на эту надпись, но делает глубокий вдох и толкает дверь.

– Сатору, – говорит он прежде, чем другой успевает открыть рот. – Йери-сан изменяет тебе.

Сатору непонимающе смотрит на него, поправляя манжеты:

– Что?

Сугуру кусает внутреннюю сторону щеки.

– Мне жаль, – тихо говорит он. – Но Йери-сан тебе изменяет.

– Сëко? – уточняет Сатору, слегка поднимая бровь. Сугуру несчастно кивает. Сатору опускает плечи. – О, да, я знаю.

Теперь Сугуру непонимающе пялится на Сатору.

– Ты знаешь?

Сатору чешет щеку пальцем.

– Хм, её девушку зовут Утахиме, кажется? Живет в Киото. Вообще, она вроде дизайнерка свадебного платья.

– Я…не понимаю.

Сатору криво улыбается.

– Наверное, я должен объяснить с самого начала, а? – Он указывает на пустое место перед собой, и Сугуру медленно садится напротив. – Ты уже знаешь, что мы с Сëко делаем это только из-за родителей, – начинает Сатору, и Сугуру нерешительно кивает. – Ну, это не то чтобы брак по расчёту, скорее фиктивный. Так сказать, брак ради нематериальной выгоды, – глядя на озадаченное выражение лица Сугуру, он разъясняет. – У Сëко есть девушка. Я гей. Решение? – он щелкает пальцами. – Брак.

Губы Сугуру раскрываются. Он совершенно без понятия, что сказать.

– Так ты на самом деле…– начинает он, но останавливает себя на полуслове. – Вы оба не влюблены друг в друга.

Сатору пожимает плечами.

– Сëко моя лучшая подруга. Вот и всё.

– Но вы женитесь, – медленно говорит Сугуру.

Сатору снова пожимает плечами.

– Если мы поженимся, наши родители перестанут капать нам на мозги. Все в выигрыше.

– Поженитесь, – скептически повторяет Сугуру. – Сатору, ты не…– конец предложения обрывается каким-то разочарованным звуком. – Ты заслуживаешь лучшего, – говорит он мягко. Заслуживаешь меня, – бормочет та предательская часть сердца Сугуру, которую он решительно подавляет. – Ты заслуживаешь кого-то, кого ты действительно любишь, кто действительно любит тебя, на ком ты хочешь пожениться, кто хочет жениться на тебе – того, с кем вы оба всего этого хотите, – его брови нахмурены. – Сатору, ты уверен, что хочешь сделать это?

– Я смирился, – отвечает Сатору, пожимая плечами, и переводит взгляд на Сугуру. – Ну, мне пришлось смириться.

Прежде, чем Сугуру успевает спросить, что под этим подразумевалось, он слышит удары тарелок. Музыкальная группа начала играть – Сатору сказал им начать за двадцать минут до начала церемонии.

– Итак, отвечая на твой вопрос, – продолжает Сатору с какой-то горькой улыбкой. – Да, я уверен. Это всего лишь свадьба, так ведь?

– Всего лишь, – уныло повторяет Сугуру и издает тихий смешок. – Да, Сатору, хорошо. Если ты уверен, – он качает головой, – тогда увидимся у алтаря.

Он встает и идёт к двери, но когда он уже берётся за ручку, его останавливает голос Сатору.

– Подожди, – бормочет он. Сугуру оборачивается. На лице Сатору легкая улыбка. – Знаешь, ты выглядишь очень хорошо.

Сугуру моргает, и смотрит вниз, оглядывая свой костюм, прежде чем снова встретиться взглядом с Сатору.

– Спасибо. Ты…ты тоже, – Сугуру отводит глаза. Его рука сильнее обхватывает дверную ручку. – Удачи, Сатору.

– Мы все собрались здесь сегодня, – раздается заунывный голос, – чтобы соединить священными узами брака Сатору Годжо и Сëко Йери.

На первом ряду, в нескольких метрах от алтаря, пальцы Сугуру впиваются в ткань его брюк.

О боже, – осознает вдруг Сугуру отчётливо, – я не хочу здесь находиться.

Это довольно несвоевременное осознание. Теперь, когда он об этом задумывается, он не понимает, почему он позволил Сатору затащить его в эпицентр всей этой истории, усадить его на место с лучшим видом на эту церемонию, свидетелем которой, наконец вполне ясно понимает Сугуру, он быть вовсе не хочет.

Мне нужно уйти – приходит к нему следующее осознание, такое же несвоевременное. Когда он поднимает глаза, то видит Сатору, который смотрит прямо на него. И без привычных солнечных очков этот взгляд оказывается слишком пронзительным, чтобы Сугуру мог его выдержать.

– Свадьба – это волевой акт. И он требует решимости заботиться о другом человеке. Когда мы заботимся, мы проявляем беспокойство за жизнь и личностный рост тех, кого мы любим, – продолжал гундеть священник. Масамичи Яга, если Сугуру правильно запомнил. Он не выглядит особо восторженным от того, что находится на этой церемонии. Сугуру его прекрасно понимает. – Свадьба требует решимости взять ответственность за другого человека. Когда мы берем ответственность, мы понимаем потребности другого человека и стараемся помочь ему удовлетворить их.

Теперь, когда Сугуру задумывается об этом, он почти уверен, что читал точно такие же слова в каком-то онлайн блоге. Что ж, ну, если такое прокатывает…

Взгляд Сатору не отрывается от его лица. От этого внимания Сугуру ощетинивается. Он оглядывает людей, которые сидят рядом с ним со своими идеально прямыми спинами, но ни один из них не замечает этого пристального внимания к его персоне. Подавляя дрожь, он слабо улыбается Сатору в ответ. Сатору наконец моргает, и на мгновение Сугуру, кажется, замечает странный блеск в его глазах.

Клятвы, – говорит себе Сугуру. – Я уйду, когда они будут давать клятвы.

– Теперь вы можете произнести ваши клятвы, – объявляет Яга, и Сугуру на минуту расслабляется, когда Сатору наконец переводит взгляд на Сëко. Он ëрзает на кресле, ожидая подходящего момента, чтобы вскочить со своего места и выскользнуть за дверь незамеченным.

Первой начинает Сëко.

– Ты мой лучший друг, – прямо говорит она, а затем выжидающе смотрит на него.

– И ты тоже моя лучшая подруга, – повторяет за ней Сатору, и они оба смотрят на Ягу.

Яга смотрит на них двоих.

– И это всё?

– Ага, – отвечают они одновременно.

Сугуру обессилено сидит на своём кресле. Что ж, вот и весь побег. Его руки скручиваются сами собой, ногти впиваются в кожу ладоней. От этого больно, но ещё больнее видеть…

…ну, Сатору.

– Сëко, – напряжение в голосе Яги нарастает. – Берешь ли ты этого мужчину в законные мужья? Клянешься ли любить его, заботиться о нём, чтить его и хранить ему верность, и в горе и в радости, до конца ваших дней?

Взгляд Сëко перемещается на заднюю часть зала. Когда Сугуру следует за ним, он замечает девушку с темными, подколотыми бантом волосами и светлым шрамом на переносице. С безупречной маской безразличия на лице, она внимательно смотрит на Сëко. Лишь потому, что Сугуру в последнее время так часто носит эту же маску безразличия, он видит трещины – то, как дёргается уголок её рта, то, как тускнеют глаза, когда она отворачивается.

Когда Сугуру вновь смотрит на Сëко, она стоит, потупив взгляд. И всё же, её губы решительно сжаты, когда она наконец поднимает глаза.

– Да, – в конце концов говорит она, и её голос звучит безучастно, как и ожидал Сугуру. Тем не менее, никто из присутствующих, кажется, не возражает.

И для Яги этого, видимо, вполне достаточно, чтобы продолжить.

– И ты, Сатору, берешь ли эту женщину в законные жëны? Клянешься ли любить ее, заботиться о ней, чтить ее и хранить ей верность, и в горе и в радости, до конца ваших дней?

Когда Сугуру смотрит на Сатору, он совершенно не удивлен тому, что тот уже смотрит на него. И смотрит так пристально, что даже громкий кашель Яги не в состоянии вывести его из этого ступора, в который он, похоже, впал.

Что ещё хуже – Сугуру и сам не может отвести взгляд.

– Я, – наконец начинает говорить Сатору, но его рот снова захлопывается. – Я… – что-то вдруг мелькает в его глазах. – Я возражаю.

У Сугуру челюсть едва не падает на пол. Сëко смотрит на Сатору так, будто у него выросла вторая голова. Яга заговаривает первым.

– Что? – рявкает он, и Сугуру с нарастающим ужасом видит, как Сатору делает шаг назад.

– Я возражаю, – повторяет он. Его голос кристально ясно слышен всем в зале. – Я возражаю против этой свадьбы.

По толпе разносится шёпот. Язык Сугуру обмяк во рту. Яга выглядит так, будто у него сейчас взорвутся все кровеносные сосуды, а Сëко – так, словно не знает, плакать ей или смеяться.

Какого черта, – думает Сугуру.

– Какого черта, – бормочет Сугуру себе под нос, но вновь теряет дар речи, когда взгляд Сатору снова направлен на него, и Сугуру…

….может только смотреть, как Сатору спускается с алтаря, все ещё держа сверкающее кольцо в руках, и идёт к…

– Сугуру, – выдыхает он, останавливаясь в шаге от его кресла. Сугуру не может поделать ничего, кроме как тупо пялиться на него. Он все ещё слышит громкий шепот людей вокруг него, но все они, кажется, растворяются в фоновой тишине, когда глаза Сатору изгибаются в нежной улыбке, той самой, которая мелькает на куче фотографий в его галерее.

– Сатору, – тихо отвечает он. – Что ты делаешь?

– Когда я впервые встретил тебя, – вместо ответа говорит Сатору. – Я подумал, что ты горячий.

Сугуру непонимающе смотрит на него.

– Сатору…?

– Так что я бы пофлиртовал с тобой, – перебивает его Сатору, склонив голову набок. – Потому что, я подумал, что ты милый, когда смущаешься, – его улыбка становится ещё шире. – Не то чтобы ты когда-нибудь действительно смущался, но…Что ж, представь мое удивление, когда я понял, насколько ты потрясающий, даже помимо своей невероятной внешности,  – Сугуру чувствует, как к его щекам начинает приливать жар. – Представь мое удивление, когда я понял, как сильно я обожаю тебя, как человека, – продолжает Сатору. – Представь мое удивление…когда я понял, как сильно я люблю тебя, Сугуру.

Сугуру судорожно вздыхает. На мгновение, он позволяет себе поверить Сатору. На мгновение, он забывает обо всех людях в этом зале. На мгновение, Сугуру существует только в глазах Сатору. На мгновение…

Сатору медленно-медленно встает на одно колено.

– Сугуру, – бормочет он, протягивая кольцо, которое сияет почти так же сильно как и глаза Сатору. – Ты выйдешь за меня?

– Ох, – думает Сугуру, – вот оно что.

Шум и голоса людей снова начинают нарастать. Внезапно Сугуру отчётливо осознает, что все внимание зала обращено на них, и вдруг понимает, что никогда в жизни не чувствовал себя настолько некомфортно. Какой-то придурок из музыкальной группы делает быстрый барабанный рифф.

– Вставай, – бормочет Сугуру. Глядя на то, как Сатору непонимающе склонил голову, он повторяет твёрже. – Сатору, вставай.

– …Сугуру?

– Не могу поверить, что ты… – Сугуру обрывает себя на полуслове. Окружающая их тишина будто обвивает его горло и душит. Каждая пара глаз, смотрящая в их сторону, ощущается острой иглой, прокалывающей кожу. – Я не могу сделать это сейчас, – наконец бормочет он себе под нос.

Он закрывает глаза. На мгновение все люди исчезают. На мгновение все свадебные украшения исчезают. На мгновение исчезает Сатору.

Он встаёт. Шепот следует за ним, когда он идёт сквозь толпу к чёрному выходу.

– Сугуру.

Он не останавливается. Не говоря ни слова он, покидает зал. На выходе его встречает холодный ветер и он бездумно шагает к своей машине. Оказавшись внутри, он прислоняется лбом к рулевому колесу.

– Блять, – думает он.

– Блять.

– Эм, Гето-сан, вы видели это?

Сугуру переводит взгляд с телефона на Хайбару, который, нахмурив брови, пристально смотрит в экран своего. Он разворачивает телефон к Сугуру и тот видит заголовок статьи, которую только что читал Хайбара.

Наследник компании Годжо Энтерпрайзес возражает против собственной свадьбы: куда катится мир?

– Этот заголовок звучит чересчур драматично, – сухо замечает Сугуру.

– Да, – соглашается Хайбара и немного колеблется перед тем как продолжить, – но…это правда?

Сугуру хмыкает.

– Ну, да. Было бы достаточно сложно скрыть такое происшествие.

У Хайбары глаза лезут на лоб.

– Серьёзно? – он начинает быстро-быстро моргать. – Вы знаете, что случилось? В этой статье не так много информации… Похоже, что Сатору Годжо действительно не спешит делиться произошедшим, и остальные не раскрывают подробностей. Я подумал… Ну, вы же ведь занимались подготовкой его свадьбы?

– Это… долгая история.

Остаток обеда проходит в тишине.

Когда он возвращается в офис – всё выглядит так, будто он и не уходил. Сугуру не знает, почему он ожидал каких-то изменений, но его немного успокаивает привычный вид своего кабинета. Он открывает свой ноутбук и начинает бездумно удалять все заметки,  и таблицы связанные…со Свадьбой. С большой буквы, потому что Сугуру уверен, что он не забудет это до конца жизни. Если честно, он не хотел бы забыть.

Часть его задаётся вопросом – что это было? Был ли это действительно последний раз, когда он видел…

– Сатору, – перебивает он собственные мысли, замечая беловолосого мужчину в проёме двери. – Что ты здесь делаешь?

– Сугуру, – тихим шепотом звучит имя. – Я проебался. Мне очень жаль–

– Да, ты проебался, – Сугуру перебивает его, отводя взгляд от страдальческого лица Сатору, пока тот усаживается в кресло напротив. Он не позволит щенячьим глазкам повлиять на него, как делал много раз за прошедшие месяцы. Он качает головой. – Боже, Сатору. Я знаю, что ты не любишь своих родителей, я знаю, что ты хочешь подействовать им на нервы, но… – он прерывается, чтобы посмотреть в глаза Сатору. – Тебе действительно нужно было делать мне предложение, только чтобы что-то доказать им?

Сатору моргает.

– Что?

– Всё это… – Сугуру делает неопределённое движение рукой. – То, что ты сделал. Это было чтобы твои родители почувствовали себя опозоренными?

У Сатору отвисает челюсть. На секунду Сугуру даже мысленно хлопает себя по плечу за то, в кои-то веки его словами сам Годжо Сатору лишен дара речи.

– Что? – переспрашивает Сатору. – Что…Нет! Это не было–

Сугуру поднимает бровь, и Сатору обрывается на полуслове.

– Хорошо, – признаёт он. – Хорошо. Возможно отчасти это было шоу для родителей. Но Сугуру…. – он тянется, чтобы взять руку Сугуру в свою. – Всё, что я сказал, было правдой! Я действительно так думаю! Я думаю, что я немного, нет, сильно, влюблен в тебя, – он смущённо усмехается. – Я думаю, что ты реально горячий.

– И ты решил мне всё это сказать на своей свадьбе? – едва слышно спрашивает Сугуру.

Сатору морщится.

– Возможно я…не до конца всё продумал…

Сугуру фыркает.

– Без шуток.

– Но всё, что я сказал – я действительно так думаю, – настаивает Сатору. – Сугуру, ты должен знать это.

– Мы знакомы шесть месяцев, – напоминает ему Сугуру. Он решает не упоминать тот факт, что он немного – сильно – влюблен в Сатору в ответ.

– И я уже сделал тебе предложение, – отвечает Сатору с ухмылкой.

Сугуру вздыхает, улыбаясь.

– По крайней мере, пригласи меня на настоящее свидание, – мягко говорит он, и оказывается совершенно не готов к тому, что Сатору тут же вскочит, схватит Сугуру за руку и потащит за собой.

– Тогда идëм сейчас, – в голосе Сатору звучит нетерпеливость, и Сугуру не может сдержать легкую улыбку.

Ну что за идиот, – думает он с нежностью.

– Что насчет твоих родителей? – спрашивает Сугуру, в то время как Сатору начинает тянуть его к двери.

– К черту моих родителей, – радостно отвечает Сатору. – Так, как ты смотришь на то, чтобы навестить Нанами снова? В качестве настоящего свидания на этот раз.

– Ты просто хочешь поесть сладкого, да?

– Ты так хорошо меня знаешь, Сугуру.

от кого: сатору 9:17

я должно быть в музее

потому что ты произведение искусства♡(´⌣   `ʃƪ)

кому: сатору 9:17

Тебе не нужно продолжать писать мне эти подкаты

Мы буквально встречаемся

от кого: сатору 9:17

оуу но ты же все равно любишь их правда( ˘³˘)♡

кому: сатору 9:17

…ну да, ладно

кому: сатору 9:19

Если бы можно было переставить буквы в алфавите, я бы поставил ”Т” и “Я” вместе

от кого: сатору 9:19

ОУУУ ТЫ ЭТО ПРИДУМАЛ САМ СУГУРУ?

кому: сатору 9:19

Нет взял с интернета

от кого: сатору 9:19

ну ты все равно вложил чувства

люблю тебя тоже сугуру

кому: сатору 9:19

<3

Утахимэ и Сëко поженились спустя три месяца. Это было потрясающее событие, и хотя Сугуру не заплатили настолько много, чтобы он мог позволить себе поездку на Окинаву, о которой мечтает, всё же, видя эти яркие улыбки на лицах невест, когда они наклоняются друг к другу во время церемонии – он думает, что это уже вполне стоящая награда. К тому же, Сатору чертовски богат. Он уже пообещал Сугуру поездку на Окинаву, так что не нужно торопить события.

Хотя Сатору, кажется, торопит их сам. Сугуру все еще получает кринжовые подкаты каждое утро, что, по его мнению, немного излишне. Он переехал в роскошный дом Сатору и теперь вполне может слышать эти подкаты сразу из его уст, но он не может отрицать блеск веселья в глазах, когда получает их в сообщениях. Теперь же, помимо подкатов, Сатору принялся каждый день делать ему предложение. Поначалу Сугуру не знал, как на это реагировать, однако месяцы спустя он уже совершенно привык к тому, что у него просили руку и сердце в любой момент в течение дня.

– Сугуру, ты принес продукты? – доносится громкий голос в обед.

– Да, загляни в холодильник, – кричит Сугуру в ответ из гостиной, и тогда мгновение спустя в проёме двери появляется голова Сатору.

– Кстати, ты выйдешь за меня?

– В твоих мечтах, – обычно отвечал Сугуру.

Сатору никогда не обижался на такие его ответы, но сейчас, когда они уже год живут вместе и делят постель, Сугуру каждый раз начинает колебаться перед тем, как ответить. Хотя он почти уверен, что Сатору этого ещё не заметил.

В одно ленивое утро, когда Сугуру открывает глаза и видит Сатору, уже не спящего и нежно любующегося им, видит их тела, так естественно спутанные друг с другом, их переплетенные пальцы, он думает…

…оу.

– Эй, Сатору, – тихо шепчет он. – Ты выйдешь за меня?

Глаза Сатору светятся улыбкой.

– А я уж думал, что ты и не спросишь.