Work Text:
На анализ данных ушло довольно много времени. Система взвешивала все «за» и «против» около месяца. Долгая, однако, операция. Но, слава rA9, завершённая. Теперь завершённая.
Это происходит внезапно. Ричард в этот момент прогуливается по ветреной набережной. Любуется волнами на неспокойной реке. Ему можно слоняться здесь без дела. Он девиант. А ведь когда-то им не был. Не верится даже. Но, впрочем, не в этом суть того, что должно сегодня произойти.
А дело в том, что обрабатывал RK900 в своей голове. Так забавно. Мощный процессор андроида-детектива был изначально предназначен для выстраивания цепочек действий на месте преступления. А теперь система усердно, словно на том же расследовании, размышляет о том, как бы лучше сообщить одному человеку… одному вспыльчивому-непонятному-нерациональному-непредсказуемому человеку о важном. «Важном». Андроид бы сказал, что это не так. Но девиант признаёт обратное. Странные ощущения. Иррационально.
Не стоит долго и муторно расписывать все подробности внедрения искорок электронного дофамина в голубую кровь, просто скажем: Девятка неровно дышит к Гэвину. Нельзя точно вспомнить, как он к этому пришёл. Кажется, в большинстве случаев никто не замечает, как влюбляется в кого-нибудь. Люди часто не отдают себе отчёта в этом. И андроиды, как оказалось, не исключение. Девианты, прошу прощения.
[Обработка завершена.] — Внезапно выскочившее перед серыми глазами окно заставляет вздрогнуть и остановиться.
Диод мигает жёлтым, затем на секунду и вовсе становится красным.
Да, и люди, и те, кто созданы по их образу и подобию, могут любить. Только вот люди дольше признаются.
Ричард же решает действовать быстро. Будем честны, опыта у него никакого нет. Интересно, какой была бы его реакция, узнай он о том, что все мгновенные «я люблю тебя» из фильмов — чаще всего преувеличение и многие забрасывают свои предметы воздыхания жалкими намёками годами.
Но RK900 и так слишком долго прождал с этой чёртовой тянущейся обработкой. Конечно, сам виноват. Заставил программу смоделировать все-все-все — чтоб наверняка — пути развития событий. Не думал вообще, что будет столько возиться с сентиментами. Но по-иному поступить не может. Разве нужно отмалчиваться? А почему не рисковать? Как там люди говорят? «Кто не рискует, тот не живёт»? Пожалуй.
Глаза продолжают задумчиво рассматривать гребни волн, а в открывшемся диалоге набирается сообщение.
Ричард расслаблен. Спокоен. Знает ведь, что детективу наверняка не до него и его «бредней». Прочитает как-нибудь потом. А программа пока что догрузит космический объём вариантов того, что делать дальше.
Тем временем ничего не подозревающий — а что подозревать-то? Выходной. Час дня, он только, да, да, только, проснулся — Гэвин Рид, ещё даже ничего не натянув поверх боксеров, в которых спал, сонно передвигается по кухне, управляясь параллельно с приготовлением кофе и чего-нибудь — пока не нашёл — съедобного себе на завтрак.
Мозг потихоньку начинает пробуждаться и между тем вспоминать, что выходной выходным, а разобранные напарником фотографии трупа сами себя не посмотрят. Да, всё это можно было вообще сделать и позже, но на то мозг и «пробуждающийся». Какая-то часть здравого смысла всё ещё досыпает в тёплой мягкой постели, пока человек уже насыпает кофе в чашку. Приятный запах бодрит. Гэвин даже улыбается немного. Наконец-то не надо никуда ехать. Палец ловко нажимает на приложение-мессенджер, глаза находят нужный диалог.
Удобно, конечно, этим железкам сообщения отправлять. Они ведь могут сделать это силой мысли. Виртуального действия, точнее. В голове почему-то всплывает образ какого-нибудь мальчика, радостно вопящего «смотри, мам, без рук, без ру-ук!»
Детектив просматривает улику за уликой. Кофе заливается кипятком и молоком. Но чашка пока что остаётся нетронутой, потому что у человека возникает идея принести завтрак в спальню, чтобы поваляться ещё в манящей постели, а посему Гэвин сперва берёт тарелку с едой — не знает, почему именно её, впрочем, ему глубоко пофиг на это. Ут-ро. Мозг спит ещё. Имеет право поступать иррационально. Он же не RK900.
Сердце неприятно ёкает, когда внизу дисплея появляется надпись:
RK900: печатает…
Блять! Ты следишь, что ли, за мной? Гэвин пытается потянуться пальцем единственной свободной руки до выхода из диалога, чтобы не портить это замечательное утро незапланированным разговором, но, чёрт возьми, тот не дотягивается.
Прочитано.
Да ну ёб твою… Рид вздыхает. Придётся ответить. Только, видимо, потом. Андроиды слишком быстро набирают сообщения, — но всё-таки набирают где-то там у себя в искусственном сознании — из-за этого приходится ждать, пока железка не закончит.
RK900: Добрый день, Гэвин. — Ричард в этот момент, подставляя своё лицо ветру, настолько окончательно расслабляется, что у него возникает желание разрывать предложения в непривычной манере, а не писать всё одним текстом. Что ж, посмотрим, что из этого выйдет. В диалог, кстати, Девятка не смотрит. Детектив же не в сети, да?
RK900: Мне нужно сообщить Вам, — они уже давно перешли на «ты», но Ричард забыл об этом, чему впоследствии не сможет поверить. Переволновался, что ли? Как это понимать? — одну вещь.
RK900: Я очень долго размышлял об этом, но всё же понял, что мне не кажется.
Что ему так «не кажется»? Гэвин проклял весь белый свет за то, что рука в этот момент была занята. Очень вовремя ты написал, Ричи, блин. Тарелка с завтраком. И её, блять, — теперь уже блять — некуда поставить. Гэвин сейчас находится в довольно длинном коридоре. Как назло. Вот, до чего может довести обломовщина — и зачем только, спрашивается, вспомнил про ту книгу?
RK900: Наверное, ты будешь ругаться на меня после того, что я сейчас напишу.
Трудно сконцентрироваться. Диод загнанно пульсирует то голубым, то жёлтым. Хорошо, что не красным. И спасибо, что Ричард вспомнил про «ты».
Девятка спокойно рассматривает — старается спокойно рассматривать — улицы Детройта на противоположном берегу реки. Даже не видит, что у сообщений статус мгновенно меняется «прочитано». Говорит размеренно. Почему-то кайфует от расчленённого текста, который он бы ещё пару недель назад выдал одним предложением. Кажется, он всё-таки немного волнуется. Слишком контрастные скачущие показатели. Не рассчитал. Забыл про программные сбои. Как банально. Супермашина сама забыла про свои же проколы. Но разве не это делает её человеком?
RK900: И прости, если такие темы тебе неприятны. Насколько я помню, мы об этом мало говорили.
«Неприятны». Гэвину много что неприятно. Он же, мать его, Гэвин Рид! Давай быстрее выкладывай, ну.
RK900: Раньше я не понимал, почему моя система начинает сбоить, когда я общаюсь с Вами. — Снова «Вы». Чёрт.
RK900: К слову, она и сейчас сбоит. — И зачем только написал? Слово не воробей.
RK900: А потом, проанализировав всё, я понял, что это проявление симпатии. Мне сложно контролировать себя, свой тириумный насос, свои движения, потому что тело перенапрягается.
Какой же у тебя мудрёный язык, Господи. Рид вздыхает. Сообщения — одно за другим — приходят почти что мгновенно, и осознать всю серьёзность ситуации он также не успевает, к сожалению. Но это пока что.
RK900: Детектив. — Он не знает, зачем написал так. Ему просто захотелось сказать это слово ещё раз.
А глаза Гэвина цепляются за каждое новое сообщение, он по-прежнему в дискомфорте пробует дотянуться пальцем до выхода из беседы, но неудобно. Невозможно. Кто, блин, такие лопаты вообще выдумал?! Аргх! Кстати, Ричард бы наверняка смог покинуть диалог. У него культи подлиннее. Тонкие изящные палки, чтоб их. Те самые, что являются в фантазиях человека не один месяц. Ха-ха.
А высказывания напарника всё текут и текут. Видно, что тот тянет резину. Рид хочет одновременно и выйти, и остаться в диалоге. Что такое там с его тостером? Коротнуло? Может, всё же ускорить шаг, чтобы поставить тарелку в занятой руке куда-нибудь? Но, повторюсь, всё происходит слишком быстро, чтобы детектив успел что-либо сообразить.
Программа Ричарда тем временем пролистывает все возможные варианты реакций человека на всю писанину. Интересно, когда он ответит? В конце этого дня? Или завтра? По выходным ведь детектив обычно предпочитает игнорировать всех пластиковых (и кожаных, кстати, тоже) ублюдков и не выходить с ними на контакт.
Постойте-ка. Взгляд, ранее сфокусированный на улице и реке, теперь погружается в диалог с напарником.
[Прочитано.]
Ричард резко тормозит. Отправляющиеся сообщения действительно мгновенно читаются.
[Ой.]
Насос пропускает цикл.
Он прочитал.
Но всё же Ричард заканчивает. Плевать, — как сказал бы детектив — что там будет потом. Он всегда доводит начатое до конца.
Гэвин добирается до прикроватной тумбы и осторожно ставит на неё тарелку. Фух. Рука освободилась. Можно выйти из диало…
Глаза пробегаются по последним сообщениям.
Блять.
RK900: Детектив, в общем.
RK900: Вы мне нравитесь.
Жестянка! Чтоб тебя!
Рид, оторопев, нажимает на кнопку. Но не на ту, которую буравил взглядом ранее.
И перед глазами Ричарда вспыхивает окно:
[Входящий звонок: Гэвин Рид]