Chapter Text
Debí tirar más fotos
de cuando te tuve
Debí darte más besos
y abrazos las veces que pude
Bad Bunny «DtMF»
Джеймс Барнс бесконечно одинок. Для того, чтобы ощущать себя самым покинутым существом во вселенной, много ума не надо, в его-то обстоятельствах. Долгих три космических года единственными компаньонами в его опасном путешествии являются старенький межзвёздный баркас, служивший заодно и спальней и кухней, робот-механик, да голографическое фото, мирно стоящее на панеле управления кораблем.
На объёмной голубоватой картинке он сам, серьезным нечетким взглядом глядящий в камеру, пытается выпутаться из рук обнимающего его человека. Мужчина на голограмме улыбается, совсем искренне щурит уставшие, но счастливые глаза и крепко опутывает его руками. Барнс на эту фотографию каждый день сморит. Напоминает себе о главной цели в жизни. Каждый раз что-то новое находит, то в себе, то в обнимающем его мужчине. Каждый раз сам себе ранит сердце, смотря на неё, и каждый раз думает об одном: как я мог быть таким глупым? Как можно было ещё тогда не влюбился в него? В самого прелестного и острого на язык, голубокровного паршивца?
Возможно, так у них было бы побольше времени побыть вместе. Один дополнительный месяц, или день, или час. Барнс сейчас что-угодно бы отдал, лишь бы снова его увидеть.
Рутинное самобичевание прерывает странный грохот в верхней части баркаса. Баки подскакивает, чуть не упав с кресла, и орет на весь космолёт:
— Хельмутович! Быстро двигай, смотри что там происходит!
Робот-механик тут же проносится мимо, забавными круговыми движениями перебирая то, что ему служит ножками, и начинает разбирать одну из стенок космолёта.
— Дыру мне там не проделай, умное ты существо, не хватало мне тут разгерметизации на этой рухляди. Она и так на ладан дышит.
Барнсу тут же показалось, что робот как-то совсем по-злобному бибикнул.
— То, что тебе разгерметизация не страшна, ещё не значит, что я тебя с того света не достану! — убедившись, что дроид сам справится с очередной неожиданной поломкой старого корыта, Барнс отправляется обратно, в рубку. В очередной раз за этот дерьмовый день его посещает мысль о том, как он скучает по их с Хельмутом первому кораблю.
О, что это была за машина! Настоящий офицерский шатл, выданный Земо по окончанию службы в космофлоте. В документах о передачи в его владение так и было написано: "За проявленные доблесть, честь и отвагу в несении службы в корпусе Тёмный Пульсар, офицер Хельмут Земо награждается..."
Шатл был их домом. Их семейным пристанищем и единственным местом, где Барнс в начале своей новой жизни с чистого листа чувствовал себя в относительной безопасности. Тогда ещё совсем шуганный, он трясся от каждого шороха, насторожено относился к каждому посетителю их обители и наотрез отказывался покидать корабль, опасаясь преследования, когда Хельмут привозил их в какое-нибудь очередное живописное место.
"Столько путешествовать и мира не видеть!" — в голос возмущался тогда его будущий муж, когда за обедом, ненароком узнал, что Баки побывал почти на всех планетах их рукава галактики, но почти ничего не мог оттуда вспомнить — "Нет, Джеймс, так не пойдёт! Мы будем это исправлять!"
Они тогда очень много путешествовали. Купили себе робота, которого Хель в шутку стал называть их домашним питомцем. На том корабле случился их первый поцелуй, и первая влюблённость Барнса, и долгие часы милования бескрайним космосом и первый осторожный секс, да много чего ещё. На шатле они вместе провели десять счастливых лет.
Барнсу пришлось его продать.
Дешевле, чем этот корабль на самом деле стоил, и вообще, больно было отрывать от сердца ставший родным дом, но ему нужны были деньги на поиски Хеля. Честно говоря, он сейчас свою душу готов с корнем вырвать и продать первому попавшемуся шаману за одну только призрачную возможность узнать хотя бы направление, куда мог деться его муж.
Хельмут Земо стоит многих усилий. Хельмут Земо дороже всех в этой долбаной вселенной. Хельмут Земо сейчас смотрит на него с голографической фотографии и улыбается так, что у Джеймса который раз щемит сердце.
Нужно было больше целовать и обнимать, и фотографировать, дарить и принимать тепло, и любить, любить, любить...
Джеймс Хеля до смерти зацелует, когда найдёт. Они сделают ещё сотни фотографий и побывают еще на сотни планет, кораблей и спутников, и вообще, Барнс себя к нему привяжет и будет ходить хвостиком, чтобы больше никто и никогда не смел его Хельмута похитить.
В том, что Баки его когда-нибудь найдёт, он не сомневается.
Бортовой компьютер бодро бибикает, оповещая о подлёте к месту назначения и Джеймс, тихо выдохнув, идёт переодеваться. Берет в руки бластер, прячет Хельмутовича в чулан под замок. Напяливает эту, как любил комментировать Хель, "стремную каменную мину вместо лица" и направляет корабль к планете. Пора проверить очередное место.
★ ★ ★
Стычка с Галактическими рейнджерами новой информации не приносит. Пытки главарей тоже. Ну, и не главарей, Баки в подробности иерархии этой банды не вдаётся. Недолгая перепалка проходит на низкой орбите небольшого густонаселённого спутника Стецея, так что Барнс, не тратя сильно много топлива, ещё и успевает заскочить на невольничий рынок. Ну, а вдруг. Походил, поспрашивал, поугрожал кому надо, кислой мордой посветил да ушёл, так ничего и не добившись, пополнять запасы топлива и провизии.
Ужинает он уже на баркасе, меланхолично пожёвывая пресный жидкий суп быстрого приготовления. Вообще-то, готовить Барнс умеет, и раньше кормил их небольшую семью именно он. Выучился у одного из самых признанных поваров планеты Сти-Рэй, специально чтобы Хельмуту готовить. Тот тогда совсем как ребенок радовался, что Барнса что-то так искренне заинтересовало, и стабильно отвозил будущего мужа на уроки раз в неделю. Так что Джеймс, на долгие годы оккупировав кухню их межзвёздного дома, старался радовать Земо самыми вкусными и разнообразными обедами, которые мог только придумать, или найти в кулинарных книжках, что они коллекционировали с разных миров.
Готовить теперь больше некому. Еда удовольствия больше не приносит.
Отметив у себя на карте красным крестиком очередную точку, Барнс принимается пересматривать видео сегодняшней битвы с рейнджерами, заснятой на нагрудную камеру.
— Мда, старею, — недовольно бурчит он, крутя на пальце живой руки обручальное кольцо. Другое, такое же темное, дорогое и красивое, третий год висит на цепочке у него на шее. Кольцо с маячком, совсем смешно. Идея была Земо: он боялся, что с Джеймсом что-то нехорошее может случиться. Сигнал на сотню светловых лет ловит и передает местонахождение носителя на специальный трекер. В тот день Хельмут его снял, чтобы отнести в чистку. Джеймс теперь чистит его кольцо каждый день.
Барнс ложится спать, как всегда просматривая голожурнал с накопившимися за годы совместной жизни фотографиями. Поправляет никем не тронутую соседнюю подушку и, проглотив солидную порцию снотворного, быстро проваливается в сон. Он знает, что там увидит.
★ ★ ★
Хельмут Земо был офицером сил специальных операций корпуса Тёмный Пульсар. Сам являлся выходцем из семьи, где на роду было писано становиться военными. Он искренне любил свою работу, а врождённое в одном месте шило, отсутствие инстинкта самосохранения, острый ум и не самая бедная в галактике родня обеспечили ему быстрый взлёт по карьерной лестнице. Ещё со времен кадетства, юное дарование отличалось острым умом, способностью моментальной адаптации к любым непредвиденным ситуациям и, конечно же, хитрожпостью.
Нет, на самом деле там, куда его оправили учиться заботливые родители, получить повышение за красивые глазки было очень сложно (по крайней мере, так рассказывали Хельмуту). Так что тот, с самого первого курса военки, ушёл в подразделение тактического планирования. Читал мудрёные книжки по стратегии, слушал умных людей и гуманоидов, и сам понемногу начал соображать, что и как лучше сделать для победы любимой академии в состязаниях, своего подразделения в бою, ну и родной Республики в войне.
Понемногу к нему начали прислушиваться высшие чины и брать на планёрки миссий как ценного консультанта. Так, небольшими шажками, собственным умом, и совсем чуть-чуть известной фамилией, Хельмут Земо дорос до должности офицера, после чего его скоропостижно забрал себе Тёмный Пульсар, пообещав интересные миссии, достойную зарплату и хорошую военную пенсию в будущем.
Задания и вправду были захватывающими. Хельмут с детским восторгом, совсем не присущим жестокому высокопоставленному военному, таскал в родной семейный особняк разные сувениры с других миров, будь то редкая маска вождя народа Киори с планеты Игу (вождя пришлось устранить, но маска же красивая, с пёрышками разноцветными, что добру пропадать), редкий светящийся камень с пещеры на спутнике Сейтман, где вверенный ему отряд приводил зачистку террористов, или навороченные часы, точно показывающие время, по которому живут работники межгалактической исследовательской станции Джехути (ничего интереснее ему вынести не позволили). В особняке только громко охали, театрально вздыхали и, в конце-концов, выделили уже взрослому сыну отдельную комнатку под склад этого барахла.
Так прошли долгие и насыщенные годы его военной карьеры. Малыш Хель перерос в уважаемого офицера, Тёмный Пульсар стал ещё более могущественной организацией, а отец семейства Земо стал красноречиво намекать любимому сыну на обязательство продолжения знатного колонизаторского рода. Водил невесток с разных миров, устраивал какие-то старомодные балы (у богатых свои причуды) и почти при каждом созвоне в красках описывал новую кандидатуру, почётную принцессу какой-то там звёздной системы, и вообще "будущую миссис Земо". Хельмут эти все разговоры ставил на громкую связь да уходил по делам, честно себе обещая, что невесту он сам найдёт. Когда-нибудь. Когда закончит карьеру или, может, немного позже. Надо ж для себя-любимого пожить хоть немного.
И вообще, сестру пусть прессуют этим вопросом!
Миссия по зачистке верхов организации Легион Пустоты должна была стать последней, перед почётным выходом на военную пенсию (желание увидеть побольше разнообразных миров перебороло все аргументы продолжать заниматься офицерским делом). Так что Хельмут, со всем присущим ему энтузиазмом, готовился давать отпор очередной межпланетарной заразе, портящей жизнь нескольким звёздным системам в целом и кому-то из его начальства в частности.
Работа, по всем законам жанра, с самого начала не пошла. Мягко говоря. Ему доверили новую групку диверсантов-спецназовцев, которых Хель с ходу у себя в голове окрестил диллетантами-неудачниками, но начальству, выдавшему ему группу "молодых и перспективных военных" об этом знать было не обязательно. Главное вслух не проговориться.
Диллетанты-неудачники выслушали умозаключения старшего по званию, покивали головушками, да ушли готовиться умирать за родину. Чёткому плану, конечно, никто следовать не спешил. Ребятня лучше знала как нужно воевать, стрелять и подрывать. Да и вообще, кто старичков к управлению продвинутой армией подпустил?!
Хельмут это понимал, так что всё время в дороге к месту штурма он потратил на дополнительные инструктажи, повторение планов и старческое шикание на молодёжь.
В итоге, захват управляющей части Легиона прошёл, в принципе то, неплохо. По началу. С минимальными потерями, как любят говорить в СМИ (за каждую потерю Земо, правда, нужно было лично отчитаться, но он был к этому морально готов, как только эту шайку оболтусов увидел). Эффект неожиданности дал преимущество — офицер Земо своё дело знал. Так что ценные заложники были взяты, препятствующие благому делу Тёмного Пульсара убиты, а важная информация с командного пункта врага стырена лично Хелем на физический носитель. Всё шло относительно по плану.
Пока не появился он.
Высокий статный мужчина с отчего-то мокрыми патлами волос до плеч выглядел так, будто сходу хотел продемонстрировать всем, кто тут самый плохой дядька. Поверить в такое было легко, с первого взгляда, особенно если не вглядываться. Хельмут вглядывался.
У вояки был страшного вида протез вместо левой руки, которым тот с некой долей показательности светил на всеобщее обозрение. Конечно, заменённые железными аналогами части тел — дело далеко не новое и очень даже распространённое, вот только люди с такими видами "модификаций" в основном предпочитают отлынивать от обязательного призыва в армию по инвалидному пособию. А не крутиться на межзвёздном шатле в ебенях галактики в ожидании внезапных непрошеных гостей, которых можно будет пошинковать на мяско. Шинковать это... существо умело, судя по всему. Протез, к слову, жутко ды́бился и шумел при каждом повороте.
Одет мужчина был в чёрную тактическую одежду, но выглядел максимально неряшливо. Будто он только что вскочил с тёплой кровати и сразу же побежал наряжаться и воевать с нарушителями покоя его родной базы, толком не успев даже застегнуть ремни и завязать ботинки. Что было странно: Пульсар штурмовал вражескую базу уже второй час.
Двигался он тоже странно: чёткие выверенные движения сопровождались как уверенными нажатиями разного цвета пальцев обоих рук на курок бластера, так и общей дёрганостью всего тела.
Вояка с боем прорывался чётко в сторону заложников, чуть ли не с мясом выбивая двери меж отсеками базы, которые слишком медленно, по его мнению, раскрывались. Паралельно следил глазами за всеми присутствующими, херача, не разбирая, всех, кто вставал у него на пути: что чужих, что, как показалось Хельмуту, своих. Земо принял здравое тактическое решение отойти подальше от этого терминатора и втихаря оббежать по кругу, не попавшись ему на глаза.
Когда меж одноруким мужиком и легионовцами-заложниками осталось совсем мало расстояния, Земо дал команду своим бойцам забирать всё и всех, что успели своровать с вражеской базы и грузиться в шатлы. Всё равно приказа уничтожать злодейское логово у них не было, так что миссия выполнена, начальство не прикопается. Те бойцы, что ещё не видели киборга-ебаку тут же запротестовали: мол мы что, коллективно с одним легионовским хреном не справимся? Другие без лишних вопросов послушали старшего.
В момент, когда заложники были рассажены по разным шатлам, а двигалели кораблей уже ревели, ожидая последних подбегающих бойцов, Хельмут в чистом изумлении с окна иллюминатора наблюдал за тем, как Вояка с двух ног ворвался на взлётно-посадочную площадку, безошибочно нашёл нужный ему шатл и на добрых три минуты исчез в дебрях корабля.
Экипаж шатла не отвечал, на отчаянные крики с его корабля Хельмут старался внимания не обращать. Через долгих три минуты Вояка выскочил из шатла с каким-то мужиком на руках и едва успел отскочить дальше, как космолёт взорвался.
— Ходу, ходу, ходу! — заорал их пилот и Хельмут мысленно согласился, отдавая приказ на общий взлёт и вход в гиперпространство.
Корабли один за одним поднимались и исчезали в бескрайнем космосе, пока Земо до последнего не сводил глаз с поникшего и уже стоявшего на коленях Вояки, которого отчитывал спасённый им мужчина.
"Странный он какой-то, этот киборг. Начиная от внешнего вида, заканчивая поведением", — думал Хельмут почти всю дорогу вместо того, чтобы сочинять как он будет объяснять начальству сложившуюся на злодейской базе ситуацию.
"Выломать бронированную дверь, так ещё и не одну..."
"Столько бойцов положить... Ради спасения одного заложника..."
"Может, он ему любовник какой-нибудь?.. Тогда почему этот мужик на него прям там орал?"
"Что-то тут тёмное и не понятное... и точно интересное!"
★ ★ ★
— Вообщем, стрёмный он какой-то, — запивал Земо булку любимым вишнёвым чаем, — Идёт такой весь из себя серьезный, стены собой ломает, и всех вокруг без разбора ебашит! Никогда раньше такого не видел!
— Может биоробот какой-то? — поднял глаза Джонни, верный друг, придворный учёный и честный собутыльник, чья голографическая проекция сидела напротив Хеля в соседнем кресле, — А что, я слышал, что и такие бывают! Внешне от живых людей не отличить, а внутри одни провода и микросхемы.
— Та живой он, я думаю, — мотал головой Хельмут мокая булочку в чай, — слишком он какой-то дёрганный для робота. И говорю, мужик потом его на колени поставил и орал. Хотя этот... робот-не-робот его спас... В общем, чёрте что там у них происходит, у легионовцев этих. Вселенское зло, а как же.
— Так пробей его по базе. У тебя же вроде офицерский доступ, — подала голос синеватая проекция Рида, ещё одного друга-учёного-собутыльника с соседнего с Хелем пустого кресла, — Может, он какой-то крутой наемник, и его завербовать можно будет?
— Наемников на коленки ставить как-то не принято... Да и наших он положил... что надо... — пробормотал Земо, делая в мыслях пометку всё-таки пробить Вояку по базе. Авось и вправду что интересного найдёт.
— Ну наемник-фетишист! Всякое ж бывает! — заржал в голос Джонни.
★ ★ ★
Барнса будит мерный писк робота-механика, который ползает по потолку каюты, гоняя в углах альдебаранских сороканогих пауков. По всей вселенной развелись, любой микроклимат им ни по чём! Тьху!
Привычно по пробуждению убедившись, что последние три года его жизни не были одним длинным монотонным и одиноким кошмаром, Джеймс выбирает на карте одну из мигающих точек, ставит корабль на автопилот и идёт на "утреннюю" зарядку, отрабатывать плохо выполненные приёмы вчерашнего боя с рейнджерами.
Раньше они вместе занимались. Барнс тогда взял привычку спозаранку будить любящего поспать до обеда мужа (в этом вопросе армейское воспитание на нём никак не отразилось) и тащить его то в спортивный уголок, то на спарринг, то на оборудованную в их общем шатле беговую дорожку. Спортивного оборудования сейчас у него осталось совсем мало, но Джеймс, без особого уныния, продолжил заниматься обязательным утренним делом, используя как инвентарь всё, что под руку попадётся. Предстать перед вновь найденным мужем противным жердям с атрофированными мышцами нет никакого желания!
Баркас мчит межзвёздным пространством, неся Джеймса и Хельмутовича к огромному космическому кораблю на другом краю галактического рукава. Там, по не совсем подтверждённым данным, находится какой-то древний и очень дорогой артефакт, за который Барнсу пообещали кругленькую сумму, так что пора приступать к работе. Работать, как и в принципе, жить, нужно только ради дальнейших поисков Хельмута.