Work Text:
Что-то рвануло, гулко и громко, вознеся над пылающим двуединым городом Анк-Морпорком сноп искр. Должно быть, таможенный склад. Давненько в городе не было такого пожара — кажется, с той истории со Страх-и-в-ваннием. Или с драконом. Теперь-то потушат быстро — Анк был высоким, пенился весёлой весенней зеленью. Цепочки людей, передающих вёдра с тем, что за неимением лучшего слова было здесь принято называть водой, постепенно редели — кто-то догадался закрыть шлюзы. Стоять по колено в том, что, опять же, за неимением другого слова условились называть жидкостью, никому не хотелось.
Джейс, подгоняя под собой лошадь, обернулся. Виктор, зажмурившись, крепко держался за его бока.
Анк-Морпорк строился... в основном на Анк-Морпорке. На затопленных после пожаров подвалах надстраивались новые здания. Первые этажи превращались в подвалы, чердаки становились жилыми комнатами — так было всегда. И после по-настоящему большого пожара Анк-Морпорк обычно какое-то время стоял новым, сияющим — до тех пор, пока не пачкался городским смогом, пока дешёвая краска не облезала от дождей, что смешивался с испарением из районов чародеев и алхимиков, пока самые творческие представители обширного сообщества мелких хулиганов не исписывали и не изрисовывали стены неприличными подписями и похабными картинками.
И в этот раз отстроят.
В нескольких лигах от города был холм, куда стягивались погорельцы — из тех, что были к началу пожара ближе к Противовращательным воротам. Джейс слез с лошади, помог Виктору спуститься тоже. Виктору пришлось на Джейса опереться — его трость осталась где-то там, на охваченных пожаром улицах.
— А хорошо горит, — вдумчиво сказал кто-то в толпе. Многие поддержали его согласным бормотанием. Горело так, что сквозь густой чёрный дым не было видно даже полную луну.
Было в этом зрелище что-то даже завораживающее. Маленькие семафорные башенки на крышах горели особенно эффектно.
— Интересно, а с чего в этот раз началось? — так же задумчиво сказал ещё один горожанин.
Джейс Талис ещё раз ударил молотом по заготовке. Смахнул пот, оглядел свою работу. Он трудился в кузне Рукисилы уже почти год, и к нему относились здесь хорошо. Несмотря на гнома на вывеске, гномами в цехах и не пахло — Томас Кузнец уже который год ловко отбивался от нападок комитета «Гномы на высоте», каждый раз неизменно приводя в пример капитана Моркоу, который, несомненно, был гномом, пусть и возвышался над толпой на целую голову. Джейс тоже возвышался, но гномом он себя считать не собирался, даже когда во время проверок Томас заставлял всех рабочих надевать железные шлемы.
В общем и целом, в этой кузне Джейсу нравилось. На время работы он даже забывал о том, что быть кузнецом и иметь заявку на вступление в гильдию кузнецов и ремесленников совсем недавно не было пределом его мечтаний.
А мечтал Джейс с самого раннего детства о магии. О понятной, не требующей для использования мышиной крови, чучел крокодилов и оплывших свечей. В день смотра мама привела его в Незримый университет, но на Джейса даже не взглянули. Он пытался в следующем году и через год — до тех пор, пока сам не понял, что его уже не зачислят.
Он всё равно ходил в университет — посетителей обычно не выгоняли; водил дружбу с Библиотекарем. Тот благодарно уукал, когда Джейс приносил бананы, и даже разрешал иногда посмотреть на магические книги. Посмотреть, но не прикасаться. И к мыслящей машине Гексу его так ни разу и не пустили, хоть Джейсу удалось выловить пару раз самого Думминга Тупса в запутанных коридорах университета. Его даже немного поразило, что Тупс, на котором, по слухам, весь Незримый университет и держался, оказался старше всего на несколько лет. Но Джейс, в отличие от него, волшебником так и не стал.
Джейс стал кузнецом, и, наверное, это было не так уж и плохо. Со временем он мог бы открыть своё дело; но пока что просто молотил по заготовкам в кузнице Томаса Рукисилы и предавался мечтам о магии. Подчинённой, упорядоченной…
И сегодня могло всё измениться. Сегодня он должен был в порту встретиться с человеком из Клатча, который должен был передать ему что-то… невероятное. Удивительное. Что-то, что было найдено в загадочной пустыне Джелибейби.
А получилось всё до глупости просто и давно — Джейс просто напился с одним из коллег с год назад. Выплакался о своих мечтах, а тот зачем-то начал рассказ про своего приятеля, который уехал исследовать дальние страны и что-то нашёл. Что-то, о чём там знали все и не придавали этому значения, как в Анк-Морпорке не обращали внимания на грязь. Пообещал отправить ему весточку, но не знал, когда она до него дойдёт. Тогда, кажется, был канун Ночи Всех Пустых. Прошло слишком много времени с тех пор, и Джейс даже не решался подойти к своему приятелю, чтобы спросить, а отправил ли тот письмо, не забыл ли, о чем говорил в «Виноградной горсти». Смирился. Продолжил работать и начал копить вклад на вступление в гильдию ремесленников.
Они теперь делали много заказов для Гигиенической железной дороги, и Джейса пару раз даже звали техником туда, но его останавливало это мифическое, вероятно, неотправленное письмо.
А с неделю назад его приятель сказал, что из Джелибейби через Клатч ему что-то хотят отдать в порту. Так что Джейс в тот вечер закончил работать, умылся и вышел из шумного цеха в не менее шумный Анк-Морпорк.
Тем вечером, пока Джейс Талис поскальзывался на мокрых осенних листьях, пока он шёл по самой длинной улице города — Короткой, — пока в доках швартовался небольшой торговый корабль из Клатча, решалась Судьба и Будущее всего Диска. Целого Диска, лежащего на спинах четырёх исполинских слонов, которые, в свою очередь, стояли на гигантском панцире Всемирной черепахи А'Туина, бесконечно дрейфующей по необъятному космосу.
Но в тот вечер, забирая у капитана «Морского Верблюда» небольшой окованный ларчик, неся его в свою небольшую квартиру под мерзким, поистине Анкским дождём, Джейс Талис пока не знал об уготованной ему участи и том, какие перемены он и содержимое ларчика принесут в этот мир в самое ближайшее время.
В ларчике обнаружились кристаллы. Джейс неплохо разбирался в драгоценных камнях и точно знал, что не сапфиры и лазурь. Они были едва ощутимо тёплые, круглые и казались странно живыми. В последний раз что-то похожее Джейс ощущал, когда мама принесла с рынка удивительный шарик с фигуркой Незримого Университета внутри. Шарик потом куда-то делся, но им с мамой было не до этого — они ловили по всей улице разбегающиеся стулья. «Переизбыток жизненных сил в природе», — сказали тогда волшебники. А они с мамой так и не смогли один стул поймать, он побежал куда-то в Тени.
Джейс не знал, как назвать эти кристаллы. Вертел их, изучал под лупой. Понёс в выходной на улицу Искусных Умельцев к знакомому гному, но тот только развёл руками. Единственное, что они поняли — в них прячется энергия, но что-то подсказало, что не стоит пытаться топить ими угольные печи.
Джейс приходил после работы и пытался уговорить кристаллы отдать ему энергию, поделиться ей. Пытался он долго и старательно. Он догадывался, что в теории эти синие шарики могли бы стать заменой всему углю Диска. Он даже сумел добиться встречи с создателем Железной Герды на фабрике Гарри Короля. Дик Симнел тоже развёл руками и сказал, что это потрясающе — вот только он всю жизнь потратил на изучение и подчинение пара. Что он будет счастлив установить в своих поездах паровые двигатели, которые можно будет топить одним-единственным камушком, но Джейсу сперва нужно заставить эти камушки работать. И никого в помощники Джейсу он дать не может.
Так, к концу зимы, Джейс понял, что ему нужно в Университет. И не в библиотеку, а на факультет Высокоэнергетической магии.
Он вынашивал это решение несколько недель. Репетировал перед зеркалом. Тонкий покров грязного снега успел окончательно стаять, река успела зацвети, облезлые кошки под окнами мешали спать по ночам.
И одним утром Джейс Талис наконец-то решил, что сегодня тот самый день. Так что вместо того, чтобы в очередной раз умолять Библиотекаря дать ему ещё каких-нибудь книг про кристаллы из Джелибейби*, он принёс огромную фруктовую корзину и сказал, что ему необходимо попасть к Гексу. (Сноска: их было две. И Орангутан разводил рыжими длинными руками и изрекал мрачное «Иик» каждый раз, когда Джейс спрашивал, точно ли нет других).
Против фруктовой корзины не могли сопротивляться даже самые стойкие люди — а уж Библиотекарь тем более. Так что он повёл его под накрапывающим дождем в святая святых для Джейса и самое непонятное и глупое для старших волшебников — к мыслящей машине Гексу.
Дверь была... невзрачной. С облупившейся краской и поржавевшей табличкой. Открыл её... ну, наверное, это был волшебник. У него была мантия и… больше ничего, что должно было быть у волшебника. Ни бороды, ни шляпы, ни объёма в талии. Наоборот, он казался совсем щуплым, невысоким и очень, очень голодным. И вместо посоха у него была трость.
— Тупс не на месте, — хмуро сказал он, собираясь захлопнуть дверь у Джейса и Библиотекаря перед носом. По счастью, Библиотекарь успел сказать:
— Уук, — и волшебник, который выглядел ещё младше Тупса и ровесником Джейса, приподнял брови.
— С Гексом сейчас неполадки. У муравьёв, кажется, началась аллергия на сыр, и мы пока не...
— Уук!
Он скривил лицо — вышло очень эмоционально.
— Ладно, заходите. А кто-нибудь из профессоров знает, что здесь посторонний?
— Я Джейс Талис, — попытался стать не посторонним Джейс.
Волшебник формально пожал ему руку.
— Виктор. Зачем вам понадобился Гекс? Сейчас очень занятой период, пчёлы…
— Какие пчёлы? — не понял Джейс.
— Наше хранилище. Не важно. Сейчас снова проблема в сыре. В первую очередь.
Библиотекарь начал шариться по ящикам ближайшего стола, пытаясь найти там что-то съедобное.
— А какой вы используете?
— Ланкрский.
— Может, взять Щеботанский?
Виктор вздохнул ужасно утомленно.
— Библиотекарь, пожалуйста, — сказал он, когда орангутан начал интереса ради грызть какую-то папку.
Библиотекарь виновато уукнул и решил уйти совсем — в библиотеке у него была целая фруктовая корзина.
— Так зачем вам всё-таки нужен Гекс? — спросил Виктор, когда за ним закрылась дверь.
Джейс достал из сумки ларец с кристаллами. Он взял только два, потому что посчитал, что их будет достаточно. Виктор осторожно взял один.
— Для этого.
— И что это?
— Вот для этого мне и нужен Гекс.
Виктор вздохнул. Повернулся к трубке, которая венчалась чем-то подозрительно напоминающим слуховое устройство, какие носили старики. Положил кристалл рядом с подсохшим кусочком Ланкрского сыра. В колбе по трубкам тут же забегали муравьи. За стеной начало что-то угрожающе гудеть.
— Гекс, что думаешь?
Из окошка медленно полезла бумажка. Виктор читал прямо так — а Джейсу видно было плохо. Но брови у Виктора ползли вверх с каждой строчкой.
«Джелибейбийские кристаллы, источники энергии и взрывов, концентрированная магия, по происхождения схожи с октиро-СЫР, недостаточно сыра».
На этом бумажка заканчивалась.
— Гекс! — недовольно воскликнул Виктор. Гекс продолжил:
«…обратнолетние культуры, склад фьючерсной свинины, расстояние, б-пространство, нора, СЫР, НЕДОСТАТОЧНО СЫРА, ТРЕБУЕТСЯ СЫР».
Виктор вздохнул.
— Ничего больше от него не добьёмся.
Джейс, нахмурившись, смотрел на вторую бумажку. Виктор, тоже нахмурившись, на первую.
— Что такое б-пространство? — наконец спросил Джейс. Виктор задумчиво покусывал губу.
— Это тебе лучше объяснит Библиотекарь. Но это про связь пространства, книг… Джелибейби… я когда-то делал доклад для прикладной географии. Ты смотрел в библиотеке всё, что связано с Джелибейби?
У него был яркий убервальдский акцент, но не такой, какой встречался у вампиров-черноленточников. Убервальдский, это несомненно, но какой-то непривычный.
— Я искал только про вот эти камни.
Виктор поднялся со стула, подхватил трость.
— Пойдем-ка.
И Джейс хотел было спросить, а для чего Гекс написал про склад фьючерсной свинины и обратнолетние культуры, но передумал и послушно вышел за Виктором под усилившийся весенний дождик. Ну, хоть грязь в канавы смоет. Опять же, больше воды для цветущего Анка.
В библиотеке Виктор пошёл уверенно. Уверенно дошёл до полки и открыл книгу — книга была знакомой. Джейс её пролистывал, но ничего, кроме того, что в редкие пустынные грозы пустыня озаряется голубыми вспышками, не нашёл. Но Виктор уверенно долистал до главы с легендами и победно ткнул пальцем в очерк какого-то путешественника.
— Вот! — торжествующе сказал он и протянул книгу Джейсу.
«Я видел, как верблюды, что были на горизонте, возникали перед моим носом. Я видел, как человек, сделав несколько шагов, оказывался на вершине дюны. Я видел, как сыр становился молоком».
Джейс прочитал ещё, но там было про восставших мумий фараонов. Он попытался осмыслить то, на что указал Виктор.
— Ты хочешь сказать, — начал он, забыв, что они, вообще-то, всего минуту назад были на «вы». — Перемещение?
Виктор, тоже забыв, что Джейс не имеет и не должен иметь к магии никакого отношения, восторженно кивнул.
Опыты, расчёты и специальные установки они делали у Джейса в квартире. Виктор опасался, что кто-то из волшебников этим заинтересуется. Кристаллы и пока что несуществующую технологию назвали Гекстеком в честь Гекса, который после того вечера вообще перестал отвечать на что-либо и твердил, что ему недостаточно молочных продуктов и медведя. Аркканцлер всё пытался сунуть ему пилюль из сушёных лягушек, Думминг Тупс пытался класть все виды сыра из стандартного ассорти Незримого университета* (Сноска: которое состояло из ста семи видов сыров и различных маринадов. Соус ухты-ухты для аркканцлера Чудакулли подавался отдельно). Виктор считал, что надо полностью перезапускать систему, но Виктора не слушали, потому что он был всего-навсего студентом, а студентов в Незримом университете предпочитали не замечать и, по мере возможности, их избегать. Трудность была в том, что из-за больной ноги пользоваться знаменитым Школярским Лазом Виктор не мог, так что Джейсу пришлось перенести свои смены, наплетя Томасу Кузнецу про то, что у его матери завелись мышкробы. Томас похлопал его по плечу и сказал, что Джейс в общем-то отличный парень, а ради матери можно и изменить время работы.
Первое, что они выяснили — энергии в кристаллах бесконечное количество. У них на верстаке лежал несобранный вечный двигатель, а они совершенно не знали, с какого конца к нему подступиться. Так что они сидели часами за расчётами и боялись делать опыты — потому что про грохочущие в пустыне взрывы они тоже прочитали.
И как-то Джейс один кристалл выронил и едва успел отволочь Виктора за шкаф, но всё тогда обошлось.
— А если мы увеличим амплитуду? — начал нерешительно Виктор в один вечер. Всходила полная луна, и Джейс был готов поклясться, что по дороге до дома видел на улице волка в очень странном ошейнике, напоминающем воротник формы стражника. Но это же была глупость, верно? Какие волки в городе.
Но полная луна красиво озаряла кристаллы, и её голубого света не перекрывал даже свет множества свечей.
— Ты хочешь… раскрутить их?
Виктор кивнул, а потом улыбнулся. Никогда раньше Джейсу так сильно не нравились чужие улыбки. Наверное, потому что раньше в него и его идеи никто сильнее Виктора не верил. Но улыбка у него была чудесная, с ямочками.
Так что они и правда… раскрутили его. Только один Гекс-кристалл; раскрутили так, что Джейс успел только зажмуриться от летающих по его комнате листов бумаги, а потом почувствовать, как пятки резко отрываются от пола. Потом успел стукнуться о низкий потолок головой.
И Виктор смотрел на него с сияющий улыбкой, через голубой сияющий шар. И искры вокруг казались звёздами.
Джейс своими руками сотворил магию — не имея её ни капли в крови. Ту, о которой мечтал всю жизнь — рукотворную, подчиняющуюся расчётам и логике, а не взмахам руками и странным, ползучим заклинаниям. И не было риска столкнуться с Тварями из Подземельных Измерений.
А потом они спустились — и обратно на пол, и по шаткой лестнице. И луна освещала переулок, превращая привычный грязный Анк-Морпорк в полусказочную Орлею.
Джейс хотел проводить Виктора, но не успел — сперва он почувствовал запах дыма, а потом громыхнуло — да так, что снесло всю стену его комнаты. Должно быть, одна из свечей оказалась на чём-то горючем, когда они перестали парить. Должно быть, Гекс-кристалл не выдержал температуры. Взрыв разметал горящие ошмётки занавесок и записей по ближайшим домам, и те вспыхнули тоже — потому что излюбленным материалом для строительства домов в Анк-Морпорке была сухая древесина и просмолённая солома.
А потом громыхнуло ещё.
Больше Джейс ждать не стал — взрывов планировалось ещё шесть штук, по количеству кристаллов. Кажется, для них же будет лучше, если они в ближайшее время окажутся в Джелибейби, изучая кристаллы. Всё равно от города такими темпами не останется камня на камне.
Так что Джейс тянул Виктора за собой почти до ворот, вытряхнул карманы и купил первую попавшуюся лошадь, на которую ушлый торговец уже взвинтил цену.
С холма вид и правда открывался превосходный. Джейс сидел на траве рядом с Виктором и думал о том, что успеха они, в определённом смысле, достигли. Только теперь снова придётся ждать, пока они заполучат новые кристаллы. Или Виктор как-то сможет уговорить Тупса отправить его в экспедицию в пустыню. С работой в кузнице Джейс готов был распрощаться — если, конечно, от кузницы что-то теперь осталось. Возможно, его ждет неоплачиваемый отпуск.
Виктор рассеянно шарился по карманам. Удивлённо что-то достал. Разглядеть бумажки вышло с трудом, но в итоге Джейс догадался, что это очередные билеты на спектакль, которые доктор Икс, профессор посмертных коммуникаций, подкладывал всем при каждом удобном случае. Жаль, театр наверняка сгорел. Могли бы сходить с Виктором и отпраздновать относительно успешный опыт. Виктор запихнул билеты обратно в карман.
— Горячие сосиски! С пылу с жару, — услужливо предложил Себя-Режу-Без-Ножа Достабль, но Джейс покачал головой. Достабль разочарованно вздохнул и пошёл пытаться продать немного более прожаренные сосиски*, чем обычно. (Сноска: из настоящих частей настоящей свиньи, разбирайте пока горячие).
— Знаешь, что я думаю? — спросил Виктор. Джейс покачал головой. — Что они и правда могут телепортировать. Что мы сможем однажды построить башню вроде семафорной и отправлять грузы и людей в сам Клатч. За доли секунды.
— И лозунг сделаем: быстрее скорости света* (Сноска: с медлительным светом Диска, неторопливым из-за плотного магического поля, это было не так уж и трудно), — Джейс смотрел на луну. Что-то в ней не давало покоя. — А если это из-за полнолуния? Может, будь луна другой, у нас бы ничего не получилось. Или получилось, но не так просто.
Виктор вздохнул. Он наверняка хотел попробовать поставить ещё с десяток опытов. И при разных фазах луны, и при разной погоде, и при разном времени дня.
— Ни один там не уцелел, да?
— Очень сомневаюсь.
Виктор вздохнул почти мечтательно.
— Сделать бы их, чтобы им всё было нипочём, и удары, и температура…
Виктор задумался об утерянных на пожарище Гекс-кристаллах, а Джейс почему-то задумался о волшебниках. Всем было широко известно, что волшебники не связываются с женщинами. Что-то было связано с восьмым сыном восьмого сына, что-то с чудесниками, что-то с тем, что от близости женщин какие-то органы, позволяющие им колдовать, работали хуже.
Но никто и никогда ни единым словом не обмолвился при Джейсе о связи волшебников с мужчинами.