Work Text:
Пробуждение Акиры сопровождалось вибрацией на груди от мурлыканья дремавшего на нём Морганы. Сквозь сонную пелену краем глаза он уловил мигание экрана телефона, глубоко вдохнул и откинулся головой на подушку, вновь стараясь погрузиться в темноту.
— Ответишь потом. — Лениво протянул не-кот, дёрнув ухом.
В зимний период на чердаке Леблана было ужасно холодно, пока Курусу окончательно в нём не обжился. Натащил кучу вещей, много чего было подарено его друзьями, в темноте красным горел обогреватель на полу, ткань флага Призрачных Похитителей время от времени развевалась от лёгкого ветра, проникавшего через оконные щели.
Два года прошло с разрушения реальности Маруки. После этого состоялось несколько событий: они с Окумурой поступили в один и тот же университет по ведению бизнеса; Макото отправилась в престижный полицейский колледж; Рюдзи и Юсукэ вдвоём арендовали квартиру; Анн уехала в Америку для развития себя как модели; Футаба, наконец, поступила в школу, если быть точнее то конкретно в Сюдзин, понемногу осваиваясь и до сих пор борясь с социальной неловкостью; Моргана остался с ним, живя обычной кошачьей жизнью, теперь гораздо меньше это отрицая. А про Сумирэ Акира часто узнавал по телевизору, либо от неё лично в редких прогулках.
Кажется, она как раз и писала ему, вероятно стремясь позвать на одну из таких в новогодние каникулы.
***
— Привет, сэмпай!
Могли пройти годы, но Ёшидзава всё равно продолжала обращаться к нему (и ко всем остальным Ворам, честно говоря) с почтением. Никто либо уже не спорил, смирившись, либо был Рюдзи, не уступающий Сумирэ в повторении одного и того же:
«Суми, ну мы же все друзья, чёрт побери, ты часть команды!»
«Но, Сакомото-сан... Я не могу, но я очень постараюсь.»
Акира был уверен, что этот танец продлится вечность.
— Привет, Сумирэ, — они встретились вечером в торговом районе Сибуи, где как по обычаю праздник или нет было довольно многолюдно. — Как ты?
На неё иногда было до сих пор непривычно смотреть, но постепенно образ Касуми смывался. Так высокий хвост заменили распущенные волосы, на лице появились очки, а выражение лица, до этого словно кукольное, разгладилось в менее напряжённое, стало гораздо свободнее на проявление различных эмоций. Акира с тёплым чувством наблюдал за этими изменениями.
— Как обычно, сэмпай, думаю, ты уже видел, что я заняла второе место, — она мелко улыбнулась, заправляя прядь за ухо, — но тренер верит в меня, и я не собираюсь сбавлять темп! Я надеюсь, что на следующих соревнованиях заставлю тебя гордиться мной! — ещё одна небольшая перемена: раньше Сумирэ держала руки строго по швам, теперь же она больше жестикулировала, в этот момент сжимая уверенно ладонь в кулак, а другой лямку довольно вместительной сумки.
— Я уверен, что ты справишься, Суми, — он улыбнулся ей в ответ, ловя разноцветный блеск от уличной иллюминации в её красных глазах. — Ты многого добьёшься, сохраняя такой уровень упорства.
— Да! — её щёки слегка покраснели, она сложила руки за спиной, неторопливо начиная шаг мимо торговых лавок. Акира пошёл следом, оглядываясь по сторонам. Шёл небольшой снег, украшая их пальто чёрного цвета узорчатыми снежинками. — Но, пожалуй, хватит обо мне, как ты поживаешь, сэмпай? Мы, конечно, переписываемся, но реальное общение это в любом случае не заменит!
Вопрос обыденный, он слышал его много раз. Заученный ответ был наготове в таких ситуациях. Всё в порядке.
В жизни с разрушением того Дворца не происходило более ничего потенциально разрушительного и глобального. Мёртвые оставались мёртвыми, живые — живыми. Акира почувствовал, как неосознанно сжалась ладонь в его кармане, пальцы огладили даже спустя два года приятную наощупь чёрную кожу. Всё было так, как должно было быть.
— Всё в порядке, учёба в своём темпе, иногда нам с Хару даже удаётся посидеть в Леблане за чашкой кофе и обсуждением заданных тем, — пальцы продолжали гладить перчатку в кармане, Акира медленно улыбнулся. Не то чтобы это получалось у него так выразительно, как когда он был Джокером, кромсавшим Тени. — Моргана пристально следит за мной, как обычно.
— Звучит славно, — из её рта вышел пар, она закусила нижнюю губу, отводя взгляд вниз, обдумывая видимо что-то. Акира с пристальным вниманием тихо ожидал, когда она наконец заговорила снова. — Как думаешь, сэмпай... Зимнее время года для нас теперь навсегда будет таким?
Каким конкретно спрашивать было не нужно. Акира протяжно выдохнул, слегка сводя брови. Благодаря Маруки все они обрели потерянное, которому суждено было остаться лишь картинами в их воспоминаниях. Как Лидер он понимал, что это неизбежно, как друг он хотел для остальных лишь лучшего, как Курусу Акира он хотел...
Да что уж там, кажется, если бы он признался в том, что хотел удержать Акечи как можно дольше живым возле себя, тот бы ему точно врезал. Но здесь его ведь не было?
Что-то от этой мысли надломилось.
— Время лечит, Суми, — в конце концов сказал он. — Мы есть друг у друга, это самое важное.
— И я очень рада, что оно так, сэмпай.
Они ещё прогуливались по Сибуе, наслаждаясь разноцветными огоньками, что украшали здания, некоторые люди целыми группами шли в закусочные, сопровождая это смехом или тихими шутливым переругиванием. Смотря на такие, Акира чувствовал на губах растущую улыбку, предаваясь воспоминаниям о собственной шумной компании. Сумирэ вела их в суши-бар, который, на удивление, был не так сильно забит, присутствующие наслаждались фоновой мелодией, игравшей с небольшого телевизора на стене.
Насладившись едой — он прихватил с собой пару порций с тунцом для Морганы, — и небольшой беседой, Акира предложил провести её до дома. В сумерках и падающем снеге было почти приятно.
— Сэмпай, — уже перед домом Сумирэ прервала тишину и взялась за край сумки, почти незаметно теребя его, — у меня есть для тебя кое-что. Это новогодний подарок, который мне пришлось задержать из-за соревнований, я надеюсь, что он будет таким же полезным, как тот, что подарил мне ты. — Из сумки показался небольшой чемодан, который девушка с немым волнением и торжественностью протянула ему. — Я подумала, что зимняя рыбалка тоже может быть очень расслабляющей, как и летняя, как я помню это приносило тебе удовольствие, так что вот!
Приняв подарок, Акира с любопытством щёлкнул замком чемодана и начал рассматривать содержимое.
— Это очень хороший подарок, Суми, — он вернул взгляд к девушке, — спасибо большое, внимательно с твоей стороны. Я обязательно опробую это, когда выдастся время.
Удовлетворённая, она радостно зажмурилась и выпрямилась.
— Буду ждать фотографий улова! Спасибо большое, что проводил, сэмпай, тебе, наверное, стоит пойти, а то время становится поздним, надеюсь, скоро ещё увидимся!
— Я тоже, приятно было встретиться, — со всей искренностью мягко сказал он, обхватив чемодан удобнее вместе с контейнером еды для Морганы, который скорее всего уютно грел его кровать. — Не волнуйся, сейчас на улицах очень светло, всё будет в порядке.
Дождавшись, пока Суми зайдёт, он отправился до Йонген-джая.
Вся теплота от их встречи рассеялась, когда его тело прошибло мимолётной дрожью, будто что-то вонзилось стрелой. Он обернулся, осматриваясь, вглядываясь в толпу, но никто не смотрел на него в ответ.
И точно не следил.
С этим тонким налётом непонятной тревоги он зашёл в кафе.
Там его ждала посылка от Анн.
Явно дорогой набор по уходу за кожаными перчатками.
***
Как и ожидалось, второго февраля было ужасно холодно.
Холод снаружи не мог сравниться с тем, что буйствовал внутри. Недосып в этой картине добивал. После занятий меньше всего Акира желал видеть Леблан. Воспоминания о том разговоре, как бы он не хотел признавать, всё ещё мучительно больно сдавливали сердце, заставляя обливаться его кровью.
Подарок Ёшидзавы очень помог. Сказав Соидзиро, что уходит, он прихватил сумку со всем необходимым и отправился один — Моргана с молчаливым пониманием отправился к Футабе, — в Ичигаю, рыболовной центр.
На вечерней рыбалке в такой мороз было довольно мало человек, что Акиру совершенно не волновало, но оказалось приятным для раскладывания по полочкам собственных мыслей, которые то и дело выскакивали вместе с самыми мрачными чувствами.
Спустя два года он всё ещё не отпустил его. С нахмуренным видом он наблюдал за поплавком. Время от времени весь январь вопрос Сумирэ всплывал на поверхность, и Акира искренне хотел верить тому, что тогда произнёс в ответ. Но забыть не получалось на долго, бережно ухоженная перчатка обжигала ладонь, стоило к ней прикоснуться.
Акечи больше не вернётся.
Страшнее этой мысли была лишь другая.
А существовал ли он когда-нибудь вообще?
Все события: разъярённый король школы Камошида, кичащийся безвкусной роскошью Мадараме, самодовольный Канеширо, ужасающее искажённым гневом лицо матери Футабы, зацикленный на достижении высот Окумура... Его смерть. Предательство и громкие выстрелы в напряжённой тишине. Шидо, — всё ощущалось, словно бредовый сон, приснившийся когда-то и засевший в голове.
Пережитки прошлого. Акечи должен был быть их частью.
Акира почувствовал, как ему становится хуже, он сделал глубокий вдох, сосредотачивая внимание на единственной на сегодня цели. Рыбалка. Как и было обещано, фотографии улова были отосланы Ёшидзаве.
Когда начало темнеть он не заметил.
Уснул он один, в темноте мерещился пристальный кровавый взгляд.
***
22 марта все, кто смог, собрались в кафе. Анн и Макото присутствовали по видеосвязи.
— С днём рождения, мужик!!! — Рюдзи без предупреждений закинул ему руку на плечи, прижимая к себе. Сакомото широко улыбался и говорил громко. — Ну как тебе ощущения в свои 19? — он уставился на него, поигрывая бровями и озорно сверкнув глазами.
— Как в 16. — Он ответил ровным тоном, поправляя очки.
— Да лан тебе, иногда ты такой душный, — он, впрочем, с ничуть не обиженным выражением добродушно посмеялся, — рад видеть тебя, Аки. Эй, Юсукэ, тащи сюда свой костлявый зад и картину!
В дверях стоял Китагава, затаскивающий, судя по всему, презент.
— Акира, рад тебя видеть! — художник открыто ему улыбнулся, подходя. — С днём рождения нашего Лидера, пришлось мне немного задержаться, чтобы внести некоторые правки, но это должно обрадовать твои сердца и душу.
— Это не может быть круче того, что ему подарила я, Инари! — крикнула со своего места Футаба, поедая аппетитно пахнущее кари.
— Вы такие милые с Юсукэ-куном, — хихикнула Хару, с добротой наблюдая за всеми. — Уверена, что вы двое вложили много сил в ваши подарки. — Её губы тронула мягкая улыбка. Со временем обретая всё больше уверенности в себе, Окумура становилась неплохим дипломатом.
Тихо наблюдавшая за всеми Сумирэ тоже переняла настроение группы, посмеиваясь.
— Мне так жаль, что я не могу присутствовать с вами лично! — протянула Анн, оперевшись локтем о лакированный белый столик и положив подбородок на ладонь. — В следующем году обязательно это исправлю! — уверенно заявила она.
— Уверен, что так и будет, Леди Анн, мы с Акирой очень по тебе скучаем! — Моргана оживлённо заговорил, помахивая кончиком хвоста и вытянув усы.
— На самом деле больше всего тоскуешь ты, — Акира мягко поддразнил его, погладив утешительно между ушей.
— И... И мне это незачем скрывать!
Рюдзи фыркающе усмехнулся.
— Акира, я желаю, чтобы ты узрел труды моей работы в окружении всех нас, — глубокий голос Китагавы был полон гордости.
— Конечно, Юсукэ, мне не терпится увидеть, — полный интриги, он осторожно распаковал обёрточную бумагу, вытягивая из неё не самую лёгкую картину в довольно красивой узорчатой раме. — О...
Увиденное заставило лишиться дара речи.
На картине были все Призрачные Воры, позади них фрески с иллюстрациями пройденного ими пути. Но не это шокировало. Слегка в стороне от всех в чёрных костюмах стояли Сумирэ и Акечи.
У Акиры не находилось слов описать изумление. Но оно было приятным. Ёшидзава была нарисована слегка застенчивой, но в её глазах горела решимость... решимость вернуть своё настоящее Я. Поза же Акечи была закрытой, могло показаться, что она сквозила враждебностью, но взгляд его был устремлён вовсе не на группу, что сверкала дерзкими улыбками на первом плане.
Акечи смотрел на фреску позади себя, где был изображён врачебный халат и широкие улыбки. Когти его перчаток опасно перебирали о большой палец.
— Юсукэ...
Все застыли в ожидании, с лёгким недоумением, интересом и беспокойством глядя на него.
— Это прекрасно. — Только и смог он сказать, направляя полный радостного трепета взгляд на тут же вернувшего себе яркую улыбку Китагаву.
Он даже не понял, что в тот момент из его глаз соскользнули слёзы.
***
Картина была размещена на самом заметном месте чердака, занимая собой всё место на стене над диваном.
Открыв глаза ранним утром, он устремил их мгновенно туда, сонно улыбаясь, обводя каждого Вора, но заостряясь лишь на одной фигуре в чёрном.
Было... Ужасно приятно иметь напоминание, что он существовал. Хотя он и понимал, что всегда можно обратиться к Сакуре и Окумуру, но казалось не правильным ворошить в них прошлое, что всё ещё было не простой темой. На картину тем не менее они отреагировали восхищённо, и это послужило вечером ностальгии, а для Сумирэ новых подробностей об их начинании, которые она слушала со всем вниманием.
Всё вновь было в порядке.