Work Text:
С уст срывается усталый вздох. Демон сидящий в паре бу* от него вздрогнул, испуганно оборачиваясь на Мобэй-цзюня, отчего-то пребывающего не в лучшем расположении духа.
Мобэй-цзюнь и сам не понимал причин своего переменчивого в последнее время настроения. Казалось, что все хорошо. Шан Цинхуа вновь вернулся служить под его крыло, хоть и продолжал свою работу как Лорд пика Аньдин. Но он больше не пытался сбежать и, казалось, даже перестал так сильно страшиться своего короля. Хотя иногда всё ещё вздрагивал и испуганно вжимал голову в плечи, когда Мобэй-цзюнь делал слишком резкие движения рядом с ним. Но кое-что было не так. Что-то вызывающее беспричинную ярость в демоне.
Мобэй-цзюнь моргнул выходя из своих мыслей. Оказалось, он всё это время буравил нерадивого слугу нечитаемым взглядом и тот совсем уж сжался под его взглядом. Мобэй-цзюнь раздраженно цыкнул и махнул рукой, намекая чтобы демонёнок лучше озаботился записью происходящего на переговорах с другим демоническим кланом, на которых они сейчас и находились.
Но мысли, как на зло, никак не хотели настраиваться на работу. И Мобэй-цзюнь даже знал почему, а точнее из-за кого мог так безнаказанно изображать мебель на переговорах касающихся деления территорий и охраны границ Северных Пустошей.
Это причина сейчас стояла в нескольких шагах от него и быстро тараторя, показывая и даже рисуя что-то на карте вывешенной на стене специально для него. Шан Цинхуа сказал, что так будет нагляднее и понятнее, а значит посол будет более благосклонен из-за некоторой прозрачности, а значит скорее согласится на их условия, которые будут выгодны именно им.
Мобэй-цзюнь особо не вникал, но быстро согласился. Он не понимал к чему все эти тонкости и пляски вокруг посла, ведь если бы вторая сторона не согласилась их можно было просто заставить. У него было множество способов заставить их подчиниться, в конце концов просто забрать всю территорию с помощью прямого столкновения. Но Цинхуа отчего-то был против, а раз уж Мобэй-цзюнь дал ему практически полную свободу деятельности, то решил не противиться. Если уж вся эта затея прогорит, то он всегда может использовать старые и надежные методы переговоров главным аргументом в которых был меч и грубая сила.
— …таким образом это является самым оптимальным решением для каждой из сторон. Верно, мой Король? — неожиданно окликнул Мобэй-цзюня Шан Цинхуа, и тому пришлось вновь отвлечься от своих мыслей и произнести что-то кроме приветствия.
— Да все именно так, — чуть приосанившись согласился Мобэй-цзюнь, ему нужно было хотя бы изредка с умным видом соглашаться со своей правой рукой. Все же демоны не доверяют словам какого-то человечишки, которого демон на кой-то черт притащил на встречу. — Северные пустоши хотят сохранить партнерские отношения с вашим кланом, поэтому предлагаем справедливо разделить спорные земли между нами.
Хах, справедливо, конечно. Они вместе с Шан Цинхуа составили такое предложение, что если особенно не вчитываться и не придираться к формулировкам, то можно и не заметить, что Северные Пустоши получают намного больше чем вторая сторона.
Конечно, это был лишь временная мера на пару-тройку десятилетий. Все же право сильного ценилось в мире демонов куда больше, чем какие-то бумажки и договоренности на словах, которые легко можно позабыть.
Шан Цинхуа активно закивал на слова своего Короля и продолжил вещать, а закончив начал отвечать на вопросы интересующие посла. Тот оказался неожиданно болтливым, хотя до этого держался особняком. Мобэй-цзюню это не нравилось. Пытается заговорить Шан Цинхуа зубы (и плевать, что заклинательной занимается ровно тем же самым, это его работа)?
Мобэй-цзюнь раздраженно постукивал ногтями по деревянному столу, теперь концентрируя всё своё внимание на беседе, которая приняла весьма неожиданный поворот. Или она уже давно перетекла в другое русло, а он и не заметил?
— От вашего предложения действительно сложно отказаться, Шан-чжуши, — елейно улыбнулся посол, чьё имя Мобэй-цзюнь не потрудился запомнить. — Но я думаю мы могли бы внести некоторые правки в наш договор. Например, периодические встречи обеих сторон, чтобы… поддерживать дружеские отношения. Мне было бы интересно услышать больше ваших мыслей, Шан-чжуши.
Мобэй-цзюнь еле как заставил себя дослушать эту речь, лишь тихо царапнув деревянный стол когтями. Шан Цинхуа явно расстроился бы если бы он начал бы лезть в диалог с чем-то кроме поддакиваний, особенно сейчас. Это неясное чувство, что не давало ему покоя уже как пару месяцев, вновь появилось, заставляя кровь в венах вскипать и дарить ему неприятный и такой же раздражающий, как речи посла, жар.
Но пару слов у демона все же вырвалось:
— Нет, не могли бы, — резче чем следовало бы ответил Мобэй-цзюнь, который все ещё старался держать себя в руках. Шан Цинхуа пришлось срочно вмешиваться в ситуацию.
— Кхм, мой Король имел в виду, что подобные встречи требуют много затрат и подготовки с обеих стороны, все-таки наши кланы только учатся жить в мире друг с другом, — осторожно выбирая формулировки отвечал Шан Цинхуа. — Не говоря уже о времени. У моего Короля много забот, и не хотелось бы обижать Вас, каждый раз откладывая встречи.
Мобэй-цзюнь мысленно усмехнулся. Да, именно у него-то дел невпроворот. И это именно он не спит ночами пытаясь успеть всё и даже больше.
— Какая жалость, — поджал губы посол, — хорошо, наша сторона готова согласиться на ваши условия, — демон неожиданно поднялся со своего места стремительно приближаясь к человеку. От чего Мобэй-цзюнь напрягся и также поднялся со своего места готовый в любой момент предпринять меры.
Шан Цинхуа и сам чуть удивленно отшатнулся от посла. Но тот просто протянул руку для рукопожатия. Заклинатель вопрошающе обернулся на своего Короля и после короткого кивка принял рукопожатие.
— Слышал, в мире людей сделки принято скреплять рукопожатием, — зубасто улыбнулся демон, не спеша отпускать чужую руку, а Мобэй-цзюнь еле удержал язык за зубами, чтобы не ляпнуть, что сделку скрепляют рукопожатием непосредственно с главным ответственным лицом, а не его подчиненным.
Конечно, Мобэй-цзюнь не сильно горел желанием касаться этого подхалима, чем-то помимо меча или на крайний случай кулака. Но и Шан Цинхуа тот лапать права не имел. Демон сдерживался из последних сил, чтобы не сорвать только что заключенное соглашение к чертовой матери.
Но посол будто и не обращал внимание на скрипящего зубами демона и склонившись над чужим ухом прошептал:
— Вижу твой Цзюньшан не сильно-то и ценит твои способности. Должно быть не очень приятно, когда нет права выбора? У меня к тебе предложение от которого сложно отказаться. Если хотите чтобы вас по настоящему ценили, могу замолвить за вас словечко, Шан-чжуши.
Мобэй-цзюнь даже если бы не обладал своим чутким слухом, услышал бы, что говорил этот гаденыш его человеку. И с каким подтекстом. Внутри бурлила злость, но не находила своего выхода. В помещении пахнуло холодом, а на ладонях наверняка осел иней.
Цинхуа ведь ему весь мозг чайной ложечкой выел пока пускался в объяснения о том, как эта сделка важна, выгодна и ещё тысяча синонимов и почему ее «ну никак нельзя сорвать!». К своему стыду, Мобэй-цзюнь не помнит ни одного аргумента. Кажется, он слишком увлекся рассматриванием веснушек на чужом лице и тем как забавно морщится курносый нос во время особенно ярких восклицаний или задумчивости.
Больше всего его выводило из себя как этот демон касался Шан Цинхуа и заглядывал ему в глаза, упорно не разжимая рукопожатия, хотя тот явно пытался вырвать свою руку.
Мобэй-цзюнь в мгновение ока оказался за спиной своего советника, хоть и без официального звания, и положил ему руку на плечо, потянул на себя, заставляя Шан Цинхуа удариться спиной о свой торс. И посол наконец убрал от него свои грязные руки.
— Вам лучше держаться от моих подчиненных подальше, если не хотите, чтобы ваш глава получил подарок в виде пары ваших конечностей. Отдельно от вас, — чуть ли не прорычал Мобэй-цзюнь, давая понять, что это не пустые угрозы.
— Как не гостеприимно, — поднимая свой скучающий взгляд на Мобэй-цзюня ответил посол. — Что ж, думаю нам здесь больше нечего обсуждать, — демон махнул рукой отдавая приказ своим прихвостням. Уже у дверей зала совещаний он обернулся и сказал вместо прощания, — подумайте над моим предложением, Цинхуа.
Двери закрылись. И в них тут же прилетел первый попавшийся под руку Мобэй-цзюня предмет. Смотря на обломки, он понял, что это был стул. Но понять какого чёрта только что произошло это не помогло.
Сволочь. Мобэй-цзюнь убьет его раньше, чем тот успеет доковылять до своего главного и сообщить радостную новость о перемирии.
Демоны, присутствовавшие в зале, быстро разбежались опасаясь гнева правителя. Остались только он, тяжело дышащий от гнева и думающие чтобы ещё метнуть о ближайшую стену, и застывший ледяным изваянием Шан Цинхуа.
— Чёртов фрик, — с отвращением в голосе выплюнул Шан Цинхуа наконец отмерев.
Мобэй-цзюнь не был уверен, что означает второе слово, но был согласен с заклинателем.
***
После того случая Мобэй-цзюнь наконец понял, что конкретно его беспокоило. Окружающие обращают слишком много внимания на Шан Цинхуа. И это заставляет его чувствовать… что-то. Он пока не разобрался что конкретно это было. Возможно стоило спросить у Цзюньшана? Если, конечно, получиться его выловить. Ло Бинхэ в последнее время проводит всё своё свободное время в бамбуковой хижине вместе со своим ненаглядным шицзунем.
Мобэй-цзюнь не уверен, когда точно это началось. Но судя по тому, как это чувство успело въесться в его существо и буквально залезть ему под кожу — давно.
Но почему раньше оно не было таким острым? Или он просто не замечал?
И почему именно сейчас, когда Шан Цинхуа уже доказал свою преданность ему? Они всё решили и заклинатель добровольно остался работать на своего Короля.
А тут приходит эта тварь, покушается на него, так ещё и смеет что-то говорить про плохое обращение?! Мобэй-цзюнь очень сильно сомневался, что найдется кто-то столь же лояльный по отношению к подчиненным чем он. По крайней мере к одному конкретному подчиненному.
***
Но сомневаться ему все же приходится. Слишком уж много в последнее время и каждый раз из-за Шан Цинхуа. Мобэй-цзюню стоило бы заволноваться, что заклинатель между делом околдовал его, но он был слишком занят тем, что высчитывал, когда тот должен был вернуться со своего пика.
Посол уже несколько дней как покинул Северные Пустоши. А вот слова этого придурка остались и прочно осели в голове и отпечатались на подкорке.
Да, Мобэй-цзюнь обещал себе и Шан Цинхуа доверять ему.
Но вдруг появится кто-то, кто может предложить заклинателю лучшие условия или более улыбчивого Короля? И вдруг, что самое страшное, Шан Цинхуа согласиться? Не из желания предать своего Короля и всадить ему нож в спину, а просто из логики. Шан Цинхуа ведь прагматичный и далеко не глупый человек, если он бы им не являлся ни одну бы из своих должностей не занимал, а если бы и занимал, то не продержался бы и года. И он вдумчиво всё взвесив поймет, что Мобэй-цзюнь с его вечно раздраженным лицом, холодными руками и такой же холодной резиденцией, где всегда нужно было таскать с собой теплое ханьфу и отмывать руки от чернил в ледяной воде — ему просто не нужны?
За пару дней таких навязчивых мыслей это угроза стала казаться вполне реальной. А вот плана, что с этим делать так и не появилось.
Конечно, Мобэй-цзюнь мог бы просто запереть Шан Цинхуа в своих покоях и не выпускать его оттуда никогда и тогда проблемы бы не было. Просто ужасно хотелось, чтобы он был всегда подаль, в поле зрения. Больше не уходил на этот свой Цаньцюн. Нестерпимо хотелось, чтобы прекрасные карие глаза смотрели только на него.
Но вряд ли самому Цинхуа бы это понравилось. Он ведь и мгновения не может просидеть спокойно (кроме тех случаев, когда ему срочно нужно заполнить документацию за весь прошлый месяц). Он все время куда-то будет, опаздывает, что-то делает и заставлять Шан Цинхуа томиться в четырех стенах было бы слишком жестоко. А демон пообещал себе, что будет обращаться с человеком надлежащим образом.
И хоть идея запереть Шан Цинхуа и быть единственным с кем он бы контактировать сладко отзывалась внутри Мобэй-цзюнь быстро откинул ее. Шан Цинхуа уже доказал ему, что не будет сидеть на привязи у своего Короля.
Но в голову больше ничего не шло. А руки так и чесались решить все самым простым способом: запереть Шан Цинхуа в его дворце, обложить всеми возможными удобствами и занятиями, чтобы не скучно было, никуда не выпускать.
— Черт бы его побрал… — тихо выругался Мобэй-цзюнь, прикрывая глаза ладонью.
Почему у людей все было так сложно?!
У Мобэй-цзюня уже начинала болеть голова от всех тревожных мыслей, что недавно осели в его сознании из-за одного напыщенного ублюдка. Он устало растирал пальцами переносицу стараясь собрать мысли в кучу и наконец вернуться к работе.
Неожиданно в коридоре, рядом с его кабинетом послышались голоса, один из которых был до боли знакомым. Вспомни солнце, вот и лучик. В груди сразу потеплело, а складки на лбу сразу разгладились.
Шан Цинхуа что-то увлеченно вещал, хотя тон голоса отличался от того, который привык слышать Мобэй-цзюнь. Более деловой, строгий и даже назидательный. Кажется он рассказывал, что-то об устройстве дворца?
Что? Кому это могла понадобиться неожиданная экскурсия от Шан Цинхуа по его владениям?
Тепло вместе со сладким томлением в груди тут же улетучились сменяясь, теперь уже привычной тревогой. Что происходит?! В сознании проскользнула мысль, что в последнее время он слишком часто задается этим вопросом, но развить ее уже не было времени. Мобэй-цзюнь резко отворил дверь своего кабинета, грозно нависнув аккурат над застывшей парочкой.
— Ох, приветствую вас, мой Король, — быстро поклонился Шан Цинхуа привычно прижимая к груди стопку каких-то рукописей. Но заметив, что гость не последовал его примеру и без особого интереса оглядывает здешний интерьер даже не обращая внимание на Короля, заклинатель сам пару раз хлопнул его по спине, чтобы тот склонился в почтительном поклоне.
Мобэй-цзюнь прикрыл двери в свои покои, чтобы некоторые особенно любопытные не совали свой нос куда не следует. И привалившись спиной к двери и скрестив руки на груди наблюдал за этим действом, скептически вскинув бровь. То, как Шан Цинхуа коснулся другого демона почему-то укололо Мобэй-цзюня больше, чем должно было.
— Извините, он ещё пока не обучен… — неловко кашлянув начал оправдываться Шан Цинхуа, но Мобэй-цзюнь быстро прервал его жестом руки.
— Лучше объясни, что вы здесь делаете и кто это? — Мобэй-цзюнь даже не пытался скрыть брезгливость в голосе.
Шан Цинхуа в ответ наградил его укоризненным взглядом — то ли за тон вопроса, то ли за сам факт этого, судя по выражению лица заклинателя, глупого вопроса.
— Вы забыли, мой Король? — спросил Шан Цинхуа таким тоном, будто надеялся, что ответный вопрос даст все ответы вместо него, но чуда не случилось и Мобэй-цзюнь всё ещё сверлил его выжидающим взглядом. — На недавних переговорах с господином Цзэн Каем заключили сделку. Там был пункт о свободном перемещении: члены кланов могут жить и работать на территориях друг друга.
— Хм, — Мобэй-цзюнь нахмурился силясь вспомнить, было ли действительно такое или нет. Вполне возможно Шан Цинхуа обсуждал этот. Так вот как звали того посла. Цзэн Кай*. Отвратительно подходит тому напыщенному индюку. Но что-то сильно хитро выдуманное имя для демона.
Шан Цинхуа воспринял его «ответ» как призыв продолжить:
— Это Мэн Ся. — Он указал на довольно молодого парня рядом. — Он сейчас у меня на обучении. — Было видно, что сам Шан Цинхуа от такой перспективы не в восторге, но ничего поделать не мог.
— Ясно, — грубовато отрезал Мобэй-цзюнь. В груди опять неприятно свербило неясное чувство.
Они с Шан Цинхуа обменялись многозначительными взглядами. Тот тоже понимал сомнительность ситуации и «надежность» этого мальчишки. А также того насколько высока возможность того, что его подослал следить тот самый триумфатор недоделанный. Шан Цинхуа ели заметно кивнул. Мобэй-цзюнь позволил себе такую же едва заметную ухмылку. Отлично, значит его правая рука уже обо всем позаботился. И мальчишка не останется без присмотра.
— Свободны, — резко сообщил Мобэй-цзюнь.
Шан Цинхуа заставил парнишку отвесить ещё один уважительный поклон, хотя тот не особо этого желал и они направились дальше по холодному коридору.
Мобэй-цзюнь провожал их взглядом. И от его глаз не укрылось то, как мальчик все время пытался сократить дистанцию между ним и заклинателем и постоянно смотрел на него. И как панибратски обращается, когда думал, что он уже достаточно далеко, благо у Мобэй-цзюня был хороший слух. К чести Шан Цинхуа он старался осаждать ещё одного навязчивого придурка и соблюдать рабочую субординацию.
Но сколько он ещё выдержит? Сколько это еще должно продолжаться?
Мобэй-цзюню совершенно не хотелось, чтобы его человек терпел подобные неудобства из-за какой-то там сделки. Нужно поскорее накопать информации на этого посла вместе с его шайкой и провести «воспитательную беседу».
***
В следующий раз они с Шан Цинхуа встретились уже поздним вечером на кухне.
После их «примирения» с лапшой, Мобэй-цзюнь начал почти каждый день готовить её, чтобы усовершенствовать свои навыки и не травить ценного подчинённого не пойми чем. А этот самый ценный подчиненный каждый раз наведывался к нему, чтобы снять пробу с блюда. Мобэй-цзюнь довольно быстро учился и не прошло и месяца, как лапша у него стала выходит отменной, но эти встречи на кухне не прекратились
Так эта привычка и появилась. Практически каждый день, поздним вечером они вместе ужинали. Точнее Шан Цинхуа ужинал, Мобэй-цзюнь вполне себе наедался пока пробовал еду во время приготовления. Тем более, что в последнее время он пробует новые рецепты и каждый раз что-то добавляет или убирает из блюда. А Шан Цинхуа был только рад лишний раз отведать стряпни своего Короля.
Такие вечера оказались мало того, что приятными, но и очень продуктивными. За время ужина Шан Цинхуа успевал докладываться обо всем, что нужно и не очень. И при надобности они обсуждали какие-то дела предстоящего дня или недели.
Но не всегда темы из разговоров были сугубо рабочими. Например, когда Шан Цинхуа на какое-то время возвращался на пик Аньдин, по приезде, вечером он рассказывал о том, как провел время. О глупостях его, и не только его, учеников, о том, какие происшествия там произошли и из-за чего Шан Цинхуа пришлось в который раз делать перерасчет средств, выделенных на ежемесячные траты. Шан Цинхуа много о чем рассказывал, а Мобэй-цзюню нравилось его слушать.
Хотя иногда в периоды особого завала они пробовали трапезу в тишине. Шан Цинхуа в это время либо читал или писал какую-то отчётность, параллельно стараясь не пронести палочки с лапшой мимо рта, либо был настолько уставшим, что все силы уходили на то, чтобы не заснуть прямо за столом. Мобэй-цзюнь был не против молчания, но наблюдать за бледным и уставшим Шан Цинхуа, который уже с ног валится от усталости, но упорно не хотел ложиться спасть, ведь: «всего пару бумаг осталось заполнить!». Естественно на паре свитков он не останавливался.
Мобэй-цзюнь, конечно, всеми силами старался не допускать такого. Но Шан Цинхуа был столь же упёртым, сколь и пугливым. Если он себе что-то выдумал, то кровь из носу, но он сделает это. Это была хорошая черта для рабочего, но не для хрупкого человека, по мнению Мобэй-цзюня.
Демон привычными движениями сервировал стол для одного человека, и тот как раз подоспел, врываясь ураганом в помещение. Шан Цинхуа вывалил несколько свитков на столешницу рядом с собой, благо стол был большой, ведь изначально был предназначен как дополнительная зона для готовки. Шан Цинхуа видимо торопился, раз даже не забежал в свои покои, и сел за стол предвкушая вкусную трапезу, после долго дня выноса мозгов.
Мобэй-цзюнь чуть ухмыльнулся и поставил перед ним тарелку с лапшой, на которую тот сразу набросился, параллельно начиная рассказ о том, как прошел день:
— Мой Король, этот новенький точно смерти моей хочет! — возмущался он. Мобэй-цзюнь напрягся. — Совсем не слушает, чтобы я ни говорил! Постоянно отвлекается и будто специально делает все неправильно, так ещё и липнет, как банный лист! Нигде от него не скрыться! — Шан Цинхуа активно жестикулировал рукой с уже пустыми палочками. — Смог выкроить себе немного времени, пока скинул его на младших служащих. Хорошо, что я прихватил с собой тот эликсир от головы от Му-шисюна…
Мобэй-цзюнь против воли снова почувствовал раздражение. Как этот сопляк умудрился устроить головную боль Шан Цинхуа меньше чем за один день?!
— Ничего подозрительного? — Мобэй-цзюнь стараясь отвлечься от неприятных мыслей, начал не спеша протирать стол после готовки, краем глаза поглядывая на Шан Цинхуа.
— Много чего, даже слишком много, — устало выдохнул Шан Цинхуа. — Он слишком уж интересуется тем, что не нужно. И даже услышав отказ, все равно пытается выведать нужное окольными путями. Совсем меня за идиота держит! — раздраженно фыркнул он. — Хотя я, конечно, вида не подаю. Нам же лучше если он себя будет чувствовать вальяжно. Верно, мой Король? — на лице Шан Цинхуа появилась плутоватая улыбка, а Мобэй-цзюнь еле сдерживал свое умиление.
— Верно, — кивнул Мобэй-цзюнь. — Он наверняка нарочно все это делает.
— Вы про его ошибки? Конечно, пытается меня отвлечь. Только вот отчего? Я пока не заметил, чтобы он что-то предпринимал, — Шан Цинхуа задумчиво жевал лапшу. — Если, конечно, не брать в расчет его постоянные расспросы обо всём.
— О чём спрашивал? — раздраженно выплюнул Мобэй-цзюнь. Он только сейчас осознал, что Шан Цинхуа провел с этим ублюдком больше времени, чем с ним. Да ещё и он сам давал прямое указание и дальше находится рядом!
— Да обо всем, мой Король, я же говорю! — на Шан Цинхуа нахлынула новая волна возмущения. — И если бы эти вопросы хоть как-то касались его работы! Но нет, заладил со своим «Лао Шан»! — У Мобэй-цзюня дернулся глаз, но Шан Цинхуа не заметил этого, увлеченный рассказом. — «Лао Шан, кто это?», «Лао Шан, а что это?», «Лао Шан, а сколько вы здесь работаете?», «Лао Шан, а где это мы?», «Лао Шан, а вы давно с ним знакомы?». И это все только за четверть часа! У меня к концу дня уже голова кругом от него, — Шан Цинхуа страдальчески простонал растекаясь по столешнице. Но быстро переключился обратно на лапшу, которая быстро остывала в промозглом помещении, поэтому показушные страдания были отодвинуты на второй план.
Мобэй-цзюнь сжал полотенце в руке, послышался тихий треск ткани. Мобэй-цзюнь вздохнул, откладывая несчастную тряпку подальше от себя. Шан Цинхуа может испугаться и решить, что стал причиной гнева Короля, если он внезапно начнет рвать и метать.
Осознание того, как этот человек повлиял на него вызвало легкую усмешку над самим собой. Но он не был против того, чтобы Шан Цинхуа продолжал оставаться рядом. Даже если продолжит так «пагубно» влиять на своего Короля.
— А что твой секретаришка или как там ты его назвал? Разве мы взяли его не для того, чтобы скидывать на него подобную неблагодарную работу, на которую у тебя нет времени? — холодным тоном поинтересовался Мобэй-цзюнь. Когда Шан Цинхуа рассказал ему о подобной идее он не был в встороге от того, что ещё какой-то демон будет постоянно крутиться рядом с Шан Цинхуа. Но если это поможет последнему так не изматывать себя… он готов был пойти на некоторые жертвы.
— Его сейчас нет во дворце. Вы ведь сами отправили его на самую дальнюю границу, чтобы он «не расслаблялся», — Шан Цинхуа послал ему осуждающий взгляд из-за кружки прикрывающей часть лица.
Мобэй-цзюнь пожал плечами, то, что он согласился на его присутствие это не значит, что он не может периодически давать понять секретарю где его место.
Они некоторое время провели в приятном молчании. Которое нарушалось только дикими завываниями ветра снаружи и отдаленными голосами слуг.
— Цинхуа, — неожиданно прервал молчание Мобэй-цзюнь. Названный тут же встрепенулся, Король редко называл его по имени.
— Да, мой Король? — довольство было отчетливо слышно в голосе Шан Цинхуа.
— Зачем?
«Исчерпывающе,» — подумалось Шан Цинхуа. За годы работы на Мобэй-цзюня он успел отлично изучить все виды раздраженного лица его Короля и научился различать, на первый взгляд, всегда одинаково холодный тон голоса. Но подобные вопросы, непонятно к чему относящиеся, всегда ставили его в тупик. Он облизнул внезапно пересохшие губы и решил осторожно уточнить:
— Что «зачем», мой Король?
— Зачем ты все это терпишь? — Мобэй-цзюнь приблизился к Шан Цинхуа, пройдясь рукой по поверхности стола и нечаянно немного царапая её ногтями. Шан Цинхуа хоть уже и уяснил, что бить его больше не будут, все же напрягся. Их с демоном разделял лишь угол стола. — Сначала меня, хотя в вашей культуре избиение считается насилием. Даже после… после всего произошедшего ты остался.
— Конечно, мне нравиться на вас работать, — пожал плечами немного удивленный такой темой Шан Цинхуа. В конце концов он знал на что шел, когда шел работать на демона, хоть и с милым личиком… — Тем более вы ведь сейчас так не делаете. И потакаете во многом, чего ещё желать? — Шан Цинхуа только после того, как слова повисли между ними понял, что ему стоило бы помолчать. Или хотя бы подумать перед тем, как говорить прямому начальству в лицо о том, что это самое начальство ему потакает! Идиот.
Мобэй-цзюнь, конечно, стал относиться к нему намного более бережно последние несколько месяцев. Постоянно спрашивал его мнения, делал подарки, хоть и специфические, но вполне в духе Северных земель… А последние недели Шан Цинхуа даже казалось, что Мобэй-цзюнь ревнует его! Но это казалось слишком уж несбыточным, так что он всё списывал на плохое настроение его Короля. Хотя Шень Цинцю на такое ответил ему, что они оба твердолобые идиоты. Ха, будто сам так уж давно избавился от этого гордого звания! В общем даже не смотря на все эти изменения в лучшую сторону Шан Цинхуа старался сильно не наглеть.
Из мыслей его вывел Мобэй-цзюнь, который на его слова лишь хмыкнул.
— Даже если так. Теперь у тебя есть лучшие условия, но ты зачем-то продолжаешь терпеть того назойливого посла, а теперь ещё и эту шавку! — в конце Мобэй-цзюнь сорвался на крик, но быстро осадил себя, заметив, как плечи заклинателя дернулись от резкого повышения тона. — И ради чего это всё?
— Мой Король, — неловко засмеялся Шан Цинхуа.
Нервничает. Мобэй-цзюнь давно заметил, что он начинает улыбаться или смеяться, когда не знает что делать или сильно беспокоится. Он слишком сильно надавил?
— Вы же знаете, что не всё всегда идет так как мы хотим, — начал объяснять как малому детю Шан Цинхуа. — Некоторые вещи нужно потерпеть, чтобы добиться больших результатов. В нашем случае, сначала, чтобы заключить сделку, а потом, чтобы лучше выяснить цели и задачи нашего не слишком смышленого шпиона, — в конце Шан Цинхуа перешел практически на шепот, будто боясь, что этот самый шпион может стоять под дверью кухни и подслушивать о чем они тут переговариваются. Впрочем, учитывая навязчивость этого придурка, то волнения были не безосновательны.
— А если я не хочу, чтобы ты терпел что-то? — будто с вызовом спросил Мобэй-цзюнь.
— Что?
— Завтра же вышлю этого шкета на его родину, пусть там выслеживает, кого хочет и сколько хочет, — бросил Мобэй-цзюнь так быстро, будто уже все решено.
— Чего?! — Шан Цинхуа совсем растерялся, ошарашенно смотря на Мобэй-цзюня. — Но вы же были согласны? А как же сделка? Это же прямое нарушение пункта. Нет, конечно, мы можем выставить это в нужном нам свете, но тут нужно больше времени и сведений, да и Цзэн Кай-
Мобэй-цзюнь выдохнул, слушая привычное сбивчивое бормотание. Но сейчас это было не то, что нужно.
Он положил свою широкую прохладную ладонь на голову Шан Цинхуа, что сразу же замер под этим прикосновением, и погладил его по голове, зарываясь в мягкие и немного кудрящиеся пряди, которые к вечеру совсем растрепались.
— Как согласился, так и откажусь. А Цзэн Кай может засунуть эту сделку себе туда, где у него находятся мозги. — раздраженно фыркнул Мобэй-цзюнь продолжая перебирать чужие пряди в руке из-за чего Цинхуа приходилось тратить всю свою выдержку на то, чтобы концентрироваться на предмете спора, а не эти прикосновениях, заставляющих кожу покрыться мурашками. — И это не голова.
Шан Цинхуа почти задохнулся от возмущения:
— Мы ведь так долго этого добивались!
— Я назначу тебе доплату за это, — легко согласился Мобэй-цзюнь, убирая руку от волос и наконец возвращая рассудок Шан Цинхуа скрестил руки на груди, но при следующей фразе его голос неожиданно ожесточился. — Я не хочу наблюдать за тем, как эта сволочь и его прихвостни трутся вокруг тебя и называют как им заблагорассудиться.
— Мой Король, нельзя так легко..! Боже, вы невыносимы, — Мобэй-цзюнь позволил себе редкую ухмылку, услышав последнюю фразу.
Шан Цинхуа устало вздохнул, прикрыв верхнюю часть лица ладонью. Неожиданно до сознания Шан Цинхуа наконец дошла одна мысль, и он резко вскинул голову, чуть не столкнувшись головой с подбородком Мобэй-цзюня, который склонился над ним:
— Подождите. Все это только из-за фамильярных обращений?!
— Не только, — Мобэй-цзюнь отвел глаза будто в смущении.
Шан Цинхуа открыл и закрывал рот не зная, что сказать. Вернее, зная, но не решаясь. Но пауза слишком уж затянулась и Шан Цинхуа решился. Ну, не убьют же его в конце концов?
— Мой Король, вы что… ревнуете?
— Я что?
— Ревнуете, — еле сдержал неуместную улыбку Шан Цинхуа, внезапно осмелевший. — Вас раздражает, когда видите меня рядом с кем-то. Хотите проводить со мной больше времени, даже придумали для этого этот ритуал с ужином. И постоянно третируете моего секретаря, не думайте, что я этого не замечал. Мы не так много платим этому бедолаге, чтобы он такое терпел. — С улыбкой фыркнул Шан Цинхуа. — Мой Король, вы… вам стоило просто сказать мне.
— Я… — Мобэй-цзюнь подбирал слова оглушенный своим промахом, — это было столь заметно?
— Достаточно, — кашлянул в кулак, чтобы скрыть улыбку ответил Шан Цинхуа. — Но вы…э хорошо держались, я полагаю, — попытался подбодрить Шан Цинхуа.
Мобэй-цзюнь тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу. Какой же он идиот. Они оба.
— Мне… жаль, что тебе пришлось видеть это, Цинхуа, — Мобэй-цзюнь склонил голову, но по голосу было слышно, как тяжело даются ему эти слова.
— Мой Король-
— Но та тварь всё равно завтра же отправится домой.
Со стороны Шан Цинхуа послышался слишком уж тяжелый вздох. Явно переигрывал. Мобэй-цзюнь против воли растянул губы в улыбке.
***
И Мобэй-цзюнь не соврал и следующим же утром отправил Мэн Ся в родные края. К мольбам и всевозможным аргументам Шан Цинхуа он остался глух и тому пришлось просто смириться. А сразу же за Мэн Ся отправился гонец с письмом «счастья» к главе клана. На Мэн Ся надежды в этом деле, да и мало ли, что может по дороге случиться и какая тварь может его сожрать? Не то чтобы Мобэй-цзюнь был бы сильно расстроен, но письмо доставить нужно было.
***
С того момента прошло не больше недели. Мобэй-цзюнь спокойно сидел в своем кабинете занимаясь своими делами, но вдруг в его покои как всегда неожиданно ворвался Шан Цинхуа. В этот раз даже без стука. Мобэй-цзюнь отвлекся от свитка, который читал, и, вопросительно вскинув бровь, уставился на запыхавшегося подчинённого.
— Мой Король, у меня плохие новости, — немного переведя дыхание выдал Шан Цинхуа. И Мобэй-цзюнь только сейчас заметил, то, что Шан Цинхуа сжимал в руке. Письмо. Дело было в нем?
— Что стряслось? — Мобэй-цзюнь протянул руку, ожидая, пока, заклинатель вложит ему уже вскрытие письмо в ладонь. Мобэй-цзюнь хотел пробежаться по нему глазами, хотя в этом не было большого смысла, ведь Шан Цинхуа уже очевидно ознакомился с его содержанием и сейчас собирался в красках пересказать.
— Тот посол Цзэн Кай и его сообщник, они были самозванцами, — быстро выпалил Шан Цинхуа. Брови Мобэй-цзюня взметнулись вверх от секундного удивления. Это был неожиданный поворот. А заклинатель продолжал сбивчиво докладываться. — Они являются побочной ветвью того клана, у них там какие-то сложные отношения, не вникал особо. Они, судя по всему, перехватили гонцов и инсценировали несчастный случай. И приехали к нам вместо них, естественно никому об этой подмене не знал, так как все корреспонденция была под их контролем. И до нас их письма просто не доходили. Нашему гонцу повезло, что не попался им.
— Как интересно, — холодным голосом заключил Мобэй-цзюнь. Сжав письмо в руке. Хорошо, что он всё-таки выкинул ту сволочь из дворца, а то неясно чем это могло кончиться.
— Ага, — кивнул Шан Цинхуа отдышавшись от своего прошлого монолога, вновь продолжил на одном дыхании. — Скорее всего они хотели проникнуть как можно глубже в оба клана. И после либо стравить и облегчить себе тем самым работу, либо понемногу с помощью своих крыс захватывать всё больше и больше власти и в конце концов получить в свои руки территории и власть и родных земель и Северных Пустошей.
А Шан Цинхуа себе хотели заграбастать как бесплатную рабочую силу, да ещё и с мозгами. Ага, конечно. Мобэй-цзюнь ясно представлял чужие мотивы.
— Изобретательные твари, — Мобэй-цзюнь был мрачнее тучи. Расправив немного помятое его стараниями письмо он бегло пробежался по строкам.
— Точно, — закивал Шан Цинхуа. — Какие будут приказания, мой Король?
— Передай через нашего гонца, что мы согласны на предложенные в письме условия. И что Северные Пустоши практически безвозмездно помогут избавить их земли от таких гнусных баламутов, как Цзэн Кай.
Шан Цинхуа прикинул в голове условия, что были в письме, и какую выгоду получает каждая из сторон, и как эти самые договоренности можно будет обойти при надобности.
— Хорошо, мой Король. Я отправлю как срочное, до вечера они уже будут оповещены, — Шан Цинхуа учтиво поклонился и удалился так же быстро, как и появился.
Мобэй-цзюнь был невероятно доволен таким исходом событий. Лучше и быть не могло. Теперь он может беспрепятственно и без вреда для нервов Шан Цинхуа прикончить тех самодуров.
Демон не спеша поднялся со своего места и подошёл к стойке с мечом, беря его в руки. В руке появилась приятная тяжесть и легкая прохлада, а сам меч, кажется, практически пел от скорой битвы и особенно кровожадного настроения своего хозяина.
***
Шан Цинхуа устало плелся к кухне, чтобы заварить себе чаю и может закинуть что-нибудь в пустой желудок. Мобэй-цзюнь успел приучить его как минимум к одному полноценному приему пищи в сутки и от этого желудок запротестовал, когда не получил и его из-за очередной отлучки Короля. Цель которой Шан Цинхуа была предельна ясна, но он предпочитал об этом не думать. Теперь это не его проблема.
Но возможно им стоит пересмотреть свою систему безопасности… А ещё подход к союзам с другими кланами. Он был слишком наивен раз понадеялся, что какой-то договор скрепит сделку лучше, чем кровавая бойня против общего врага. Его просчет. Шан Цинхуа раздраженно поджал губы, наливая себе теплой воды и начиная лазить по шкафчикам в поисках чего-нибудь съестного.
Но его поиски были быстро прерваны громким грохотом откуда-то со стороны дверей в кухню, заставляющим Шан Цинхуа чуть ли не подпрыгнуть на месте и рефлекторно потянуться к мечу, висящему на поясе.
Шан Цинхуа затаил дыхание, вслушиваясь в звуки последовавшие за грохотом, похоже на чьи-то усталые шаги. Шан Цинхуа резко обернулся, выставив перед собой меч в самозащите и обомлел.
Перед ним стоял его уставший и чуть растрепанный, но абсолютно довольный Король, хотя по его лицу не скажешь. Демон остановился, недоуменно уставившись на меч направленный на него. Но вглядевшись в фигуру перед собой чуть дольше, Шан Цинхуа заметил на накидке и некоторых частях одежды демона какие-то черные пятна, которых до этого там точно не было. В полумраке комнаты было сложно разглядеть хорошо, но Шан Цинхуа не понадобилось много времени, чтобы сложить два и два.
— Цинхуа? — подал голос Мобэй-цзюнь.
— Точно, извините, мой Король, — Шан Цинхуа быстро спрятал меч в ножны. — Вы припозднились.
— Появились… непредвиденные обстоятельства, — пожал плечами Мобэй-цзюнь расслабившись и вальяжно прошествовал к Шан Цинхуа так и застывшему на одном месте.
— Полагаю, это связано с Цзэн Каем? — решил уточнить Шан Цинхуа, немного отмерев и наблюдая за действиями демона.
— Подлец прятал ещё пару тузов в рукаве, — чуть задумчиво кивнул Мобэй-цзюнь, будто размышлял о чем-то далеком от темы их диалога. — Цинхуа не стоит волноваться о подобной мелочи. Он больше нас не побеспокоит.
Шан Цинхуа открыл рот, чтобы что-то ответить, как неожиданно на него навалился Мобэй-цзюнь, крепко сжимая его тело в объятиях, а лицо удобно пристроив между плечом и шеей заклинателя. Шан Цинхуа так и замер, как громом пораженный. Ему потребовалось около минуты, чтобы понять происходящее и робко ответить на объятья. Шан Цинхуа скосил взгляд на макушку Мобэй-цзюня, боясь нарушить момент и даже дышал через раз.
Но Мобэй-цзюнь, судя по всему, не разделял его страхов и неожиданно отстранился, но из рук не выпустил. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Шан Цинхуа чуть боязливо, не зная чего ожидать дальше, а Мобэй-цзюнь задумчиво, будто решая каким образом довести своего слугу до сердечного приступа в этот раз. По крайней мере так казалось Шан Цинхуа.
Но все мысли тут же покинули голову, когда Мобэй-цзюнь наклонился к нему и потянулся к лицу Шан Цинхуа с весьма прозрачными намерениями. Шан Цинхуа неожиданно даже для самого себя отпрянул (хотя куда уж, если он находится в цепких объятьях его Короля) и накрыл губы Мобэй-цзюня рукой.
Тот такой реакции не понял и склонил голову в бок испытующе глядя на Шан Цинхуа, будто ожидая пояснений. Должно быть Шан Цинхуа повезло, что после бойни Мобэй-цзюнь находился в хорошем настроении и не убил его за отказ сразу.
Мобэй-цзюню, первому надоели их переглядки и повисшее молчание, поэтому он чуть приглушенно из-за ладони Шан Цинхуа спросил:
— Что не так?
— Я не буду целоваться с вами, пока вы весь в крови, мой Король, — нашел в себе смелость даже добавить немного осуждения в голос.
Мобэй-цзюнь нахмурился и оглядел свою одежду, будто и не заметил такой досадной мелочи.
— Я могу снять накидку, — с таким же непробиваемо-сосредоточенным лицом ответил Мобэй-цзюнь.
— Кровь не только там. И я все ещё чувствую её запах, — нашелся с аргументом Шан Цинхуа. — Так что придется вам принять ванну, мой Король. — назидательно добавил Шан Цинхуа. — Это я ещё не говорю о том, что мне следует провести с вами беседу о том, чем чревата ревность.
Мобэй-цзюнь после этих слов немного поник, но стоически принимал замечания Шан Цинхуа. Через несколько минут разглагольствований Шан Цинхуа всё же замолк, сжалившись над свои Король. Все-таки Мобэй-цзюнь для него старался.
— Этот Король был неправ, — всё, что ответил демон, по скромному мнению Шан Цинхуа сейчас выглядящий как побитая собака, на длинный монолог заклинателя.
— Очень хорошо, — немного невпопад ответил Шан Цинхуа.
Чуть подумав, он погладил большим пальцем скулу Мобэй-цзюня и запечатлел короткий поцелуй в уголке губ демона. Тот сразу как-то оживился, в секунду забыв обо всем, что ему говорил Шан Цинхуа. Но тот быстро его осадил выпутываясь из его объятий:
— А теперь в ванную, — Шан Цинхуа потянул Мобэй-цзюня за руку из кухни, уже и позабыв, что был голоден.
Единственное, что занимало его мысли — это подсчеты того, насколько сильно успел заляпать его одежду Король пока они обнимались, а также слишком уже многозначительные взгляды, что теперь на него кидал Мобэй-цзюнь.
А сам Мобэй-цзюнь даже не собирался сопротивляться Шан Цинхуа, покорно следуя за ним и слушая его бормотание. Это определенно того стоило.