Work Text:
[Целовать Ин Лэя оказалось приятно и правильно, от него пахло чем-то домашним и теплым, светлые волосы легко собирались под рукой, и только напор, с которым он ответил, немного сбивал с толку. Казалось, что горный бог слишком давно ждал от Чжо Ичэня чего-то подобного. Но эту мысль он отмел сразу, как неуместную фантазию.]
Наконец отстранившись, Чжо Ичэнь почувствовал на щеках жар смущения и увидел потемневшие глаза Ин Лэя.
- ничего себе, - восхищенно прошептал горный бог. - лучшего со мной не случалось со дня, когда Богиня пригласила меня в Ведомство. - Он ласково положил руку поверх руки Ичэня, все еще запутавшейся в золотистых волосах.
Они не сговариваясь перебрались на кровать, хотя Чжо Ичэнь смутно представлял себе дальнейшее развитие событий. Ему казалось, что у горного бога тоже нет конкретных представлений, несмотря на заверения о знакомстве с домом увеселений в Тяньду, ведь, скорее всего, это было чистой воды бахвальство. Зато инстинкты ему могли помочь больше.
Ин Лэй тем временем каким-то образом умудрился оказаться у него на коленях, и Ичэнь прижал его к себе - гибкого и совсем не тяжелого. Под тонкой тканью нижних одежд тело Ин Лэя ощущалось обжигающим - видимо, температура тела горного бога была выше, чем обычная человеческая. Впрочем, став водным драконом, Чжо Ичэнь обзавелся некоторым хладнокровием, всего на пару градусов ниже, конечно, но теперь разница чувствовалась.
Наверное, нехорошо было уважаемому в Тяньду человеку, знаменитому мечнику и бывшему главе Ведомства охотников на демонов так сильно краснеть, но Чжо Ичэнь ничего не мог с собой поделать. Он хотел здесь находиться и быть с Ин Лэем ему очень нравилось, даже на подсознательном уровне, но врожденная скромность - сильная вещь.
- можно тебя раздеть? - Ин Лэй по каким-то причинам продолжал говорить шепотом, может, умудрился отыскать чувство такта по отношению к душевным метаниям друга.
Чжо Ичэнь едва заметно кивнул, уткнувшись носом в ямку между его ключицами. Следующие несколько минут были заполнены тихим пыхтением горного бога, пытающегося разобраться с застежками излишне официального наряда мечника. Тот не стал ему помогать, а продолжил вдыхать его теплый запах, изредка целуя шею неловкими легкими прикосновениями. Ин Лэй отвлекался, тихо смеялся и отвечал на поцелуи - иногда в губы, но чаще - куда придется.
Наконец, юному горному богу удалось справиться с тяжелыми одеждами Чжо Ичэня, и тот вздрогнул, слишком остро ощутив обнаженной кожей его горячие руки и холодок колокольчиков в своих же косах. Ичэнь в ответ стянул с Ин Лэя рубашку и замер, разглядывая его. Горный бог, конечно, не изнурял себя тренировками, подобно ему, но гибкое подтянутое тело притягивало взгляд. Чжо Ичэнь скользнул глазами по заветным ключицам, груди и подрагивающему от неровного взволнованного дыхания животу, смутился и заметил, что у Ин Лэя довольно тонкие запястья, когда не скрыты кожаными наручами. Нежная хрупкость биения жизни в теле другого человека заставила сжаться сердце.
- ты красивый, - сказал Чжо Ичэнь и с тихим удовольствием улыбнулся, впервые увидев, как краснеет Ин Лэй.
Горный бог любил напрашиваться на комплименты, вполне заслуженные, но очевидно, что никто так просто ему такого не говорил. Одно дело, когда этот маленький хвастунишка сам себя называет самым красивым на свете, а другое - когда ты его целуешь, потому что раскрасневшийся от близости он ещё красивее.
Чжо Ичэнь крепче прижал к себе Ин Лэя и утянул в ещё один поцелуй, голова кружилась от жара и прикосновений, и он уже подумывал уложить горного бога на меховые одеяла и действовать по наитию, но Ин Лэй остановился и просто прильнул к нему, потираясь щекой о шею и плечо Чжо Ичэня.
- Сяо Чжо дажэнь... нет, можно я буду называть тебя Сяо Чжо? ты знаешь, что такое двойное совершенствование?
- нет... - озадаченно ответил Чжо Ичэнь и ему тут же пришлось заставить себя дышать нормально, потому что он и не знал, насколько неприличные картинки подкинет ему воображение. Ин Лэй посмотрел на него с хитрым прищуром.
- оо, а в тихом омуте яо водятся...
Чжо Ичэнь вспыхнул, возмутился и готов был проучить наглеца, но полудемон только заразительно засмеялся.
- я не знаю, о чём ты подумал, но я не предложил ничего, о чем нельзя было бы рассказывать маленьким детям, хотя, слава Богине, их здесь нет. я лучше покажу, если ты не против?
- звучит интересно... - Чжо Ичэнь заставил себя улыбнуться.
Ин Лэй то ли не заметил, то ли проигнорировал сомнение в его голосе, кивнул и слегка отстранился. Потом горный бог что-то прошептал и сложил пальцы в замысловатый глиф. Его руки окружило золотистое сияние божественных чар. И неожиданно Чжо Ичэнь увидел, как из-под кожи пробивается такой же свет. Тонкие линии очертили бьющееся в грудной клетке сердце, то самое, которое Ин Лэй с такой щедростью раздавал. Ниже, под рёбрами, горело внутреннее ядро. Тело горного бога светилось изнутри, делая его черты потусторонне неземными.
Чжо Ичэнь почувствовал, как просыпается его собственное ядро и тянется к свету. Ин Лэй обхватил его лицо ладонями и поцеловал, так нежно, словно они любили друг друга уже несколько тысяч лет и каждый раз как в первый.
Чжо Ичэнь задохнулся от нежности поцелуя, а еще от ощущения полноты бытия, когда их сущности практически слились воедино.
Он оказался не готов к тому, что происходило дальше. Оказывается, во время такого слияния совершенно нельзя было утаить от другого ничего, даже глубоко сокрытое в тайниках души.
Голова Чжо Ичэня наполнилась многочисленными картинками, и он не мог различить, какие из них принадлежат Ин Лэю, а какие - ему самому. Впрочем, у него уже не было головы, как и тела. Тела остались где-то далеко за пределами сознания, в маленькой комнате со свечами и меховыми одеялами. Только ощущение теплых губ горного бога и его сияющий взгляд задержались надолго.
Чжо Ичэнь парил в странной темноте, которая казалась ему ласковым и внимательным зверем. Одна из картинок привлекла его внимание, выросла в размерах и позволила себя разглядеть. Он увидел совсем маленького Ин Лэя, даже не узнал поначалу, если бы не рыжая коса и улыбка, пусть и не с полным набором зубов. Ин Лэй сидел на коленях у светловолосой женщины, которая что-то ему рассказывала. Мальчик смеялся и время от времени крепко прижимался к матери. Лицо демоницы было затертым, как старое воспоминание. Ичэнь подумал, что ему никогда не приходило в голову спросить Ин Лэя, что случилось с его родителями и почему такого юного горного бога воспитывал только дедушка.
От просмотра чужих воспоминаний его оторвал их владелец. Ин Лэй потянулся за ним и заставил вынырнуть. Протерев глаза от соленой воды, Чжо Ичэнь обнаружил, что находится на морском побережье Пустоши. Правда, картина была совершенно невозможной - слева поднимался к небесам снежный склон Куньлуня, как будто два места слепили в одно. Ин Лэй сидел рядом, такой же мокрый, и беззастенчиво его разглядывал, как будто Ичэнь - полуголый и вымокший в морской воде - был самым красивым во вселенной.
- где мы? - спросил Чжо Ичэнь, выбираясь из воды и выжимая волосы.
- понятия не имею, - пожал плечами Ин Лэй. - вероятно, какие-то глубины нашего общего подсознания, историческая память или что-то в этом роде. очевидно только, что это ненастоящее место.
- ты знал, что так будет?
- не-а, откуда? я читал про ритуал, но такие подробности там умалчивались. а может мы вообще единственные такие счастливчики.
Чжо Ичэнь сел рядом и тут же пожалел, что с ним нет плаща - горный бог мерз, хоть и не признавался. Ичэнь обнял его и не удержался от поцелуя. С каждой минутой, проведённой рядом с Ин Лэем, прикосновения казались всё более нужными, да и сам он льнул к рукам, как доверчивый ласковый зверёк.
- пройдёмся до Куньлуня? - предложил горный бог.
- там будет ещё холоднее.
- дома не бывает холодно. пойдём.
По дороге Чжо Ичэнь не мог не задуматься, что будет, если они кого-нибудь встретят. В таком непристойном виде его знал только один свидетель, кроме собственного зеркала. Впрочем, как раз Ин Лэй выглядел более неприлично, его тонкие нижние штаны насквозь промокли и липли к коже, Чжо Ичэнь краснел, но продолжал смотреть.
У подножия горы, под одиноким деревом, сидел темноволосый молодой человек в зелёном ханьфу. Он мечтательно смотрел в сторону побережья. Над его головой сиял отделанный камнями Нюйвы небесный свод.
Ин Лэй резко остановился на почтительном расстоянии.
- это же он! - громко прошептал он на ухо Чжо Ичэню. - кому расскажешь, не поверят! что я смог его встретить!
- кто - он?
- ну, он! Горный бог Куньлунь! первый горный бог, что родился на рассвете мира! он мой то ли предок, то ли небесный покровитель.
- о... а где он сейчас?
- никто не знает. то ли спит где-нибудь под горой, то ли давно спустился в мир смертных, как Лорд Бинъи. есть ещё слухи про его роман с кем-то из демонов... но всё это совершенно не помогает его найти.
- подойдёшь выразить почтение? - спросил Чжо Ичэнь, мягко подталкивая его в спину.
- эй, нет-нет-нет! - Ин Лэй откровенно запаниковал. - это будет очень неудобно. ну ты посмотри на нас, на меня. и потом, я такой маленький по сравнению с самим богом Куньлунем. пойдём отсюда.
Ин Лэй схватил его за руку и потянул за собой. Он так стремился убраться подальше, что Чжо Ичэню удалось его остановить только чуть ли не через четверть мили, и то, прижав к ближайшей вертикальной поверхности.
- почему ты так боишься своего предка?
Ин Лэй виновато почесал нос.
- не знаю... наверное, нечистая совесть... я никогда не был хорошим горным богом...
- неправда! ты замечательный горный бог!
Чжо Ичэнь крепко обнял Ин Лэя и зарылся лицом в его пушистые волосы. Тот издал удивлённый звук, но прижался ещё сильнее.
- Сяо Чжо дажэнь, будь осторожнее, - прошептал он, щекоча дыханием шею. - я могу решить, что действительно нравлюсь тебе...
- нравишься... - сразу ответил Чжо Ичэнь и удивился, как легко ему было это сказать. - Прости, что никогда не хвалил тебя, хотя ты этого заслуживал.
- Сяо Чжо...
Спорить можно было бесконечно, поэтому Чжо Ичэнь его просто поцеловал.
Так легко забыть обо всем, когда рядом тот, с кем ты хочешь быть, можно с замиранием первопроходца изучать его тело и позволять открыться самому...
Поцелуи быстро стали жаркими, и Чжо Ичэню пришла в голову бесстыдная мысль опуститься на колени... но тут он снова ощутил то чувство, когда две сущности становятся одним. Причудливый мир вокруг опять растворился в теплом божественном сиянии, где их души стали вселенными друг для друга.
Когда Чжо Ичэнь проснулся, он всё ещё был в волшебном сне Жань И, было темно и сонно, и грудь оттягивала пушистая голова Ин Лэя. Кажется, двойное совершенствование закончилось и, прислушавшись к своему ядру, Чжо Ичэнь с удивлением и нежностью обнаружил следы силы горного бога. Он глубоко вздохнул, поцеловал Ин Лэя в макушку и снова закрыл глаза, стремясь продлить украденное счастье.