Chapter Text
Таймлайн: 5 серия 1 сезона. Из пруда во дворе Лекса выпиливают труп мёртвого школьника, а Кларк извиняется за отца и просранные билеты на концерт Radiohead.
— Кларк, либо туда, либо сюда. — Джим совсем не профессионально поёжился и потёр одну ладонь о другую.
Здоровый амбал, затянутый в чёрный костюм, сшитый совершенно точно на заказ, потому что вряд ли фабричное производство было ориентировано на такие пропорции и вряд ли Лекс позволил бы охранникам щеголять в чём попало, с красным носом выглядел комично и совсем не зло. В первые две недели их с Лексом знакомства он производил куда больше впечатления, особенно когда сообразил, что Кент действительно пролез между прутьями решётки. Кларк не то чтобы боялся охранников Лутора, было у них там оружие или нет, но в тот день, признаться, струхнул.
Сейчас — только закатил глаза, ещё раз переступив с ноги на ногу.
— Он не занят?
— Когда это тебя волновало.
А вот это враньё, потому как, во-первых, он не имел привычки врываться в дом Лекса без приглашения, если не нужно было привезти продукты (а время для этого было оговорено и одобрено заранее) или ещё раз его от чего-нибудь спасти, а, во-вторых, он вообще не слишком часто гостил у Лекса. Они и знакомы-то были всего месяц: достаточно для симпатии, маловато для внеплановых визитов и дружеских посиделок у камина.
Так что на несправедливый выпад он решил не отвечать. Нахмурился, прошмыгнув мимо недовольного погодой Джима, и бодрым шагом отправился ко входу в замок. Едва не поскользнулся на скользких ступеньках и, потопав ногами у входа, нырнул в пахнущее буком тепло замка. Буком, потому что собственного отца Лекс мог и не любить, но всё равно оставался чёртовым снобом и топил камин исключительно буком. Чем бы он там принципиально не отличался от любого другого дерева.
С удовольствием втянув сухой воздух, Кларк неловко потоптался в коридоре, дав себе пару секунд на сомнения и неуверенность в том, что ему здесь будут рады, и шагнул в холл. Дом встретил его гулкой тишиной, звенящей пустотой и слепящим, но бледным солнцем, что светило сквозь высокие, почти под самый потолок окна. Единичные золотистые пылинки медленно кружили в воздухе, будто боялись, что их заметят сердобольные горничные, а по стенам бегали солнечные зайчики от стоящих в углу маятниковых часов.
— Лекс?
Не обнаружив Лутора возле бильярдного стола, Кент мельком глянул на циферблат, запоздало подумав, что в восемь утра в воскресенье тот может и спать, и трижды стукнул по тяжёлой двери кабинета.
— Заходи.
Порадовавшись, что голос звучал устало, а не словно спросонья, Кларк переступил через порог и нервно запихнул руки глубоко в карманы куртки.
— Не только пай-мальчик, но и жаворонок? — Лекс, не отрываясь от документов, дёрнул уголком губ в намёке на улыбку.
— На ферме не принято залёживаться, — скромно пожав плечами, отозвался Кент. — Я помешал. Будет лучше, если…
— Присядь, выпей воды и помолчи пару минут, — перебил его Лекс, махнув рукой в сторону кресла напротив. — Закончу с проклятыми бумажками и весь твой.
Дав последним словам повиснуть в воздухе, Кларк нерешительно обернулся на приоткрытую дверь и, поняв, что до его смущённой пантомимы хозяину дома нет никакого дела, уселся в кресло с противоположной от Лутора стороны. Уставился на свои поношенные кроссовки на фоне наверняка дорогущего ковра и вдруг особенно чётко расслышал потрескивающие в камине дрова. Огонь радостно пожирал хорошо просушенные дрова, то и дело выбрасывая в каминную мглу светлые языки пламени, и если бы не сизый утренний туман за окном, инеем оседающий на пёстрых листьях, можно было бы представить, что день уже клонился к закату, и Лекс не встал на рассвете, а засиделся допоздна.
Впрочем, может и засиделся, не заметив ни заката, ни рассвета: серые тени под глазами прибавляли ему лишних лет, а тонкий, не по погоде свитер особенно заметно висел на худых плечах. Выглядел Лекс так, словно не только не спал, но и давно не ел, так что время, вероятно, Кларк действительно выбрал неудачное.
— Я слышу, как ты думаешь. — Лекс поставил подпись в углу документа и, кажется, впервые за ночь откинулся на спинку кресла.
Почти прозрачные голубые глаза остановились на Кларке, и тот сконфуженно улыбнулся.
— Ты не выглядишь человеком, который был бы рад гостям, — брякнул он и тут же разглядел искорки веселого изумления в чуть воспалённом взгляде. — Не в смысле, что ты кажешься не гостеприимным или что ты хоть когда-нибудь дал мне повод думать, что ты мне не рад, нет, я о том, что ты, очевидно, всю ночь работал и устал и… — Лекс негромко рассмеялся, и Кларк, перестав бормотать, поджал губы. — Прости. Я не ожидал застать тебя за работой.
— Я не ожидал застать за работой рассвет, но… — Лутор развёл руками, как бы демонстрируя свою беспомощность перед обстоятельствами и чуть запрокинул голову. — Расслабься, Кларк. С документами я закончил, а заснуть всё равно уже не смогу. Так что буду рад, если ты присоединишься ко мне за чашечкой кофе.
Кларк радостно хмыкнул, вмиг воспрянув духом, и поднялся вслед за Лексом, следуя к небольшому столику возле камина.
— Тебе бы помимо кофе не помешала корзинка круассанов, ну или что ты там ешь по утрам.
— Ты пытаешься меня накормить?
— Я пытаюсь предотвратить твой голодный обморок. Раз уж ты твёрдо решил обойтись без сна, то ударная порция углеводов должна показаться тебе не лишней.
— Мой рыцарь в сияющих доспехах, — протянул Лутор, почти падая на диван. — Я не ем по утрам, но раз уж ты настаиваешь.
Лекс снова бледно улыбнулся, напротив камина даже будто бы порозовев лицом и, приложив сотовый к уху, сделал распоряжение по поводу завтрака.
— …Два кофе. Как всегда и просто чёрный с двумя ложками сахара. И, Элеонор, в доме есть круассаны? — Кларк закатил глаза в ответ на хитрый оскал и отвернулся. — Прекрасно. И круассаны.
— Ты ещё скажешь мне спасибо.
Лекс отбросил в сторону сотовый и почти небрежно развалился между подушек.
— Непременно, раз уж сегодня ещё ни разу не сказал. — Ирония в глухом голосе звучала не особенно убедительно, и Кент не стал огрызаться. — Так чем обязан?
— Ты шьёшь костюмы охранников на заказ?
Лекс удивлённо приподнял брови, отчего на лбу собрались неглубокие морщины, и Кларк с досадой прикусил язык, чувствуя, как щёки обожгло стыдливым жаром. Неопределённо махнул рукой в сторону парадных ворот и тут же запустил пятерню в слегка влажные с улицы волосы.
Он не это собирался сказать.
— Этим занимаются специально нанятые люди, которых наняли другие специально нанятые для этого люди, — с тенью улыбки в глазах отозвался Лекс. — Я не шью охранникам костюмы.
— Да, конечно, — покаялся Кларк. — Я не это имел в виду.
— Если тебя это успокоит, я помню цифры последней сметы и представляю, сколько денег уходит на одежду для персонала.
Кент смущённо потёр ладони и воспользовался случаем — отвлёкся на Элеонор и здоровую тележку с едой. По центру красовалась огромная тарелка с фруктами, вокруг — небольшие пиалы с разноцветными джемами, сгущённым молоком, маслом и мёдом. Аппетитные бока круассанов блестели на свету, и не знай Кент, что между распоряжением и собственно завтраком прошло не больше пяти минут, подумал бы, что их только что вытащили из духовки. От чашек доносился чуть горьковатый, вкусный запах кофе, и хотя Кларк вылакал глубокую чашку овсяных хлопьев на завтрак, желудок призывно заурчал.
— Для человека, который не ест по утрам… — с намёком протянул Кларк.
— Элеонор увидела в моей просьбе возможность меня накормить, — философски пожал плечами Лекс и, лукаво прищурившись, посмотрел на строгую, сухопарую домоправительницу.
— С момента своего приезда, мастер Лекс, вы помните исключительно о скотче, на пороге обморока о еде и никогда — о здоровой, — ничуть не смутившись, проговорила она. В речи проскальзывал тонкий намёк на британский акцент, а строгость во взгляде была явно напускной. — Если уж мистер Кент способен заставить вас поесть, то мне остаётся только предоставить выбор. Желаете что-нибудь ещё?
— Нет, Элеонор, благодарю. Более чем достаточно.
Домоправительница снисходительно кивнула и вышла из кабинета. Кларк проводил её взглядом и с тихим восторгом пробормотал:
— Она немного пугает.
— В детстве мне приходилось прятаться от неё в погребе, — поделился Лекс, обнимая ладонями чашку. — Её оскорбляли мои ободранные коленки и криво завязанный галстук. Налетай, Кларк: она будет ворчать неделю, если мы не съедим хотя бы половину.
От этого предложения отказаться было трудно.
С удовольствием прикончив первую булочку, Кларк глотнул сладкий, идеальной температуры кофе и подхватил с тарелки яблочную дольку. Подумал, макнул её в мёд и, почувствовав на себе внимательный взгляд, повернулся к Лексу.
Смущаться было поздно, да и глупо. Он отложил яблоко на блюдце и на выдохе произнёс:
— Я пришёл извиниться за отца.
Лекс недоумённо моргнул, и Кларк поспешил пояснить:
— Он взял кредит.
— Вот оно что, — Лекс отставил кофе. — Просить прощения тебе не за что, ты едва ли можешь повлиять на принимаемые им решения. К тому же, не могу сказать, что совсем его не понимаю, пусть в этот раз я, признаться, рассчитывал на согласие.
Кларк невесело усмехнулся.
— Он упрям. Иногда сверх всякой меры. Просто мне хочется, чтобы ты знал: он не испытывает ненависти к тебе конкретно и глубоко в душе понимает, что у твоего предложения нет двойного дна.
— На самом деле есть.
— Прибыль от фермы, в которую ты вкладываешь деньги, не двойное дно, Лекс.
У Лутора вырывался смешок, и Кларк обрадовался, не услышав в нём горечи. Запихнул в рот яблоко и, прожевав, устроился в кресле поудобней.
— Ты не ешь.
— Не принимай слова Элеонор за руководство к действию.
— Я понятия не имею, где у тебя погреб — спрятаться не смогу.
Ещё одну почти улыбку Кларк засчитал за согласие, а оторванную ветку винограда — за победу. Есть его Лекс, впрочем, не торопился: крутил между пальцев зеленые ягоды и выглядел как будто бы потерявшимся. Или готовым вот-вот уснуть прямо так, с виноградом в руках на мало подходящем для сна диване.
— Вместо того, чтобы краснеть за отца, — проговорил вдруг он, одёрнув себя, и закинул одну виноградину в рот, — расскажи, почему Генри вчера катал на лимузине некоего Пита Росса.
О!
Кларк поморщился, вспомнив плохо закончившийся вечер, и потянулся за вторым круассаном.
— Лана включила телевизор и…
— Это провал.
— Что?
— Включённый телевизор.
— Кажется, я спросил, что она сказала про концерт Уитни.
— Так себе тема для разговора.
— Да, спасибо, это я уже понял, — беззлобно огрызнулся Кларк. — Дальше хуже. В новостях говорили о Дженне и Шоне, а Хлоя как раз должна была с ним встречаться.
— И ты помчался спасать мисс Салливан из лап ледяного монстра, — догадался Лекс.
— И едва успел, — нахмурился Кларк. — Он бы убил её.
— Я не упрекаю. — Лекс склонил голову к плечу и залпом допил кофе. — Вчера утром тело юного Шона Келвина как раз выпилили из моего пруда, так что, полагаю, обошлось малой кровью: Лана с футболистом, Хлоя жива, твой друг обзавёлся девушкой, а убийца всего лишь разворошил мой сад и разбил одну садовую вазу.
— Да, прости, — вырвалось у Кларка прежде, чем он успел себя остановить, и взгляд прозрачных глаз тут же прикипел к нему.
— За что? Ты удивишься, но Шон Келвин у меня дома, как и Столетняя война, к примеру, не твоя вина.
— За билеты на концерт, — нашёлся Кларк. — Они пропали даром.
— Я не поклонник, они бы пропали в любом случае, — легко пожал плечами Лекс и перестал буравить его взглядом. — Ешь круассан, Кларк.
Уловив струной зазвеневшее в голосе Лутора раздражение, Кент чуть сгорбился и без прежнего аппетита откусил от слоёной булочки. С усилием проглотил, испытывая страшную потребность уточнить, что его, Кларка, не было вчера у Лекса в саду и к мёртвому школьнику в пруду он не имеет никакого отношения, но складка между светлых бровей Лекса стала ещё глубже, и Кларк придержал готовые сорваться с языка слова. Допил кофе и с тихим звоном поставил чашку на тележку.
— Спасибо, было очень вкусно, — проговорил он, поднимаясь и чувствуя себя слишком большим и неуместным в замке, кабинете и вообще напротив почти потерявшегося между подушек Лекса. — Я… Увидимся.
Протиснулся между креслом и тележкой и едва не сшиб дверной косяк плечом, когда у порога его нагнало собственное имя.
— Кларк. — Обернулся к подавшемуся вперёд Лексу и тут же пожалел о собственной резкости, до того уставшим тот казался. — Спасибо.
— За что?
— За то, что пришёл и, — Лутор кивнул на тележку и выдавил из себя кривую улыбку, — за завтрак.
— Это твой дом, — с облегчением ответил Кларк и хитро прищурился. — Но пожалуйста.
Успевшая остыть машина завелась со второго раза, и Кларк скорее угадал, чем услышал слетевшее с губ Джима ругательство. Обернулся и отчего-то развеселился, смотря как суровые охранники отмахиваются от облака чёрного дыма — пора было перебрать старый двигатель их с отцом старушки и, возможно, поменять тормозные колодки.
Только когда замок скрылся за поворотом, и в зеркале заднего вида получилось разглядеть лишь сизую дымку, Кларк подумал, что, вероятно, он что-то упустил.
И благодарил его Лекс совсем за другое.