Work Text:
Первое дитя рождается в мае и умирает во сне. Второе умирает, не успев родиться. Третье живёт год, когда неизвестная болезнь забирает и его. Королева касается пальца кончиком иглы: старая магия. Кровь на снегу, на эбеновой оконной раме. Ветер уносит обещание, и лес его принимает.
Кровь должна быть оплачена кровью, но это всё случится потом; четвёртый ребёнок – девочка, и она выживает.
***
Она растёт медленно, и странно, не так, как другие дети. Сперва кисти рук, длинные и тонкие; потом предплечья, худые, бессильные. Она вообще не выглядит как нормальный ребёнок: ни круглых щёк, ни костлявых коленок, ни выпавших молочных зубов. Её волосы густые и такие чёрные, что кажутся расплавленной смолой. Её кожа такая тонкая, что можно увидеть, как под ней течёт кровь.
Они нарекают её Белоснежкой - за белизну кожи. Она такая нежная, что плачет от боли, если остается на свету слишком долго.
***
Королева умирает, когда Белоснежка ещё совсем мала – ей четыре, и её все обожают. Её не назвать красивой: её рот слишком ал, глаза – слишком темны, а зубы чересчур остры. Но так думают только те, кто не живёт в замке. Те, кто знакомы с ней её, не чают в ней души. Те, кто знакомы с ней, балуют её, как могут. Те, кто знают её, думают, что она – бесценна.
Что её нужно оберегать. Что её желания нужно исполнять.
– Это не твоя вина, – шепчет король, укачивая дочь на руках. – Она была не достаточно сильной. Я позабочусь, чтобы ты никогда не была голодна.
Дитя касается своей маленькой ладошкой его щеки:
– Я знаю, – говорит она.
***
Крестьяне начинают пропадать без вести. Мальчишек похищают, когда те работают в поле. Женщин вызывают в замок, и они не возвращаются.
– Подарки, – так её отец это называет. – Ешь. Ты слишком худа.
Девочки всегда тихи, мальчишки всегда кричат. Белоснежка ненавидит это. Она хотела бы, чтобы им не приходилось кричать, но она голодна. Она так голодна. Разве у неё нет права на жизнь? Разве она сама не ребёнок?
Но кровь её матери – единственная еда, которая могла её насытить. Теперь она ест, и ест, и ест, и все время чувствует себя так, словно у неё не было во рту ни крошки.
Она худеет, и солнце жжёт её слишком сильно, чтобы она могла выйти из замка.
– Материнская кровь, – задумчиво бормочет король, и отправляет своих советников, чтобы те нашли Белоснежке новую мать.
***
Королевство сменяет шесть королев за шесть лет, но крестьяне больше не пропадают. Должно быть, что-то не так с замком, говорят люди. Плесень. Или ужасная болезнь. Что-то, от чего непросто избавиться, и что убивает медленно.
Несмотря на это, Белоснежка растёт здоровой. Иногда её замечают, когда она гуляет на стенах замка: пока она ещё ребёнок, она носит тяжёлую накидку, но годы идут, ткань становится все тоньше, и в конце концов исчезает совсем.
Она маленькая и стройная. Её смех, доносящийся до живущих внизу, подобен золоту и серебру, переливается на все восемь нот. Говорят, если посмотреть в её глаза, можно увидеть своё заветное желание. Говорят, она может его исполнить. Говорят, каждый раз, когда королева умирает, это разбивает доброе сердце принцессы. Она ходит, не поднимая глаз, и прячется в глубинах замка. Ей зябко, и она целыми днями не может встать с постели.
Так много королев, так много лет. В конце концов, кто-то должен заметить.
В конце концов, кто-то замечает.
***
– Зеркальце, зеркальце, скажи мне скорей, кто на свете всех милей?
– Ты, моя королева.
– И никто другой?
– Есть другая. Но она юна. Она – дитя леса, и не знает, кто она такая.
– Другая? Спустя столько времени? Где?
– Королевство Шести Королев.
– Сильно ли её сердце?
– Она слишком юна, чтобы знать наверняка. Но когда она голодна, у нее всегда есть еда.
***
Новая мать Белоснежки прибывает верхом. Её губы алы как кровь, её волосы черны как эбеновое дерево, её кожа бела, как… как у Белоснежки.
Она выходит замуж за короля, и они проводят ночь в его покоях. Такого никогда не случалось раньше. Белоснежка не понимает. Она голодна. Она всегда получала еду, в первую же ночь.
Она всегда забрызгивает кровью своё платье.
Но её отец остаётся в покоях и не выходит к ней. Поутру его глаза затуманены, и он не улыбается. На зубах её новой матери видны красные разводы.
Белоснежка ждёт. Она ещё не настолько голодна. Разумеется, её отец придёт в себя и накормит её.
***
– Сегодня? – спрашивает Белоснежка, и отец гладит её по голове.
– Я найду тебе крестьянского мальчишку, – говорит он. – Сильного. Какие тебе нравятся.
– Но они мне не нравятся, – говорит Белоснежка. Она хмурится. Ей раньше никто не отказывал. Король и все остальные всегда делали, что она хотела. – Отец, я голодна. Ты обещал, что я никогда больше не буду голодна.
Она начинает плакать, и туман уходит из его взгляда. Он падает на колени, берет её лицо в ладони:
– Конечно, – бормочет он, – конечно, сегодня, я пришлю её к тебе. Я не знаю, почему я не сделал этого раньше. Не знаю, о чем я думал. Сегодня.
Белоснежка целует его щеку. Её губы оставляют красный след.
***
Её новая мать не приходит. Поутру глаза отца опять затуманены.
***
– Отец, – молит Белоснежка.
– Обещаю, – говорит он, но он слаб, и каждую ночь он уступает своей слабости, потому что её новая мать не приходит. Белоснежка голодна. Белоснежка худеет. Она не может выйти на солнце.
***
Наконец, её новая мать приходит к ней. Она приносит с собой блюдо, полное еды: фруктов, сладостей и мяса.
– Ешь, – говорит её новая мать, присаживаясь на край кровати.
Белоснежка отодвигается от луча солнца, падающего из окна.
– Я не голодна, – говорит она.
– Разве? Я думаю, ты голодна, – говорит её новая мать с улыбкой. Она наклоняется, чтобы очертить пальцем овал её лица. – Ты не ела много недель. Даже крестьянских мальчишек.
Белоснежка смотрит на неё в испуге.
– Они не насыщают меня, – жалуется она.
– Да, – соглашается её новая мать. – Я знаю. Я предпочитаю королей, когда могу до них добраться.
– Я предпочитаю матерей.
– Я не твоя мать.
– Тогда что ты такое?
Улыбка новой королевы горька:
– Моя мать дала лесу обещание, и этим обещанием была я. Она не знала, что обещанное должно быть оплачено кровью, и выкормлено кровью, и что я вся буду – кровью. Она получила то, о чем просила. А я ела до тех пор, пока не стала настолько сытой, насколько возможно.
– Есть и другие? Как ты? Как… я?
– Были, – говорит королева. – Давным-давно таких, как мы, было много, и все мы голодали.
Белоснежка не понимает:
– Тогда что случилось? Куда они делись? Как ты выжила?
Королева чертит пальцем узоры по одеялу. Её ногти взрезают ткань.
– Люди слабы, Белоснежка. Тысяча человек не может насытить таких, как мы. Но мы сильны. Наши сердца насыщают нас на долгое, долгое время.
Её зубы становятся длинее.
– Я так долго была голодна, – говорит она.
Белоснежка понимает.
Она бежит.
***
Ей больно: её кожа горит, как будто она в огне. Её ноги покрываются волдырями, пока она бежит. Она никогда не была за пределами замковых стен, но леса полны теней. Тень – как прыжок в холодную воду. Кровь стекает с её кожи, оставляя её белой и чистой.
Она прячется в расщепленном дереве: она – порождение леса, и лес будут оберегать её, пока долг её матери не будет выплачен. Она спит, пока охотничьи отряды проходят рядом, не замечая её – все, кроме одного.
Охотник знает лес. Он знает, что у него есть любимцы, и что лес оберегает их. Но этот лес стар, и его можно обмануть.
Охотник ждёт.
Когда она выбирается из ствола, уже стемнело. Её кожа бела настолько, что, кажется, её можно растопить и выпить, будто снег. Она маленькая, её волосы черны, словно она вплетает в них ночное небо. Он натягивает лук и думает о том, как жаль убивать кого-то столь прекрасного, столь любимого лесом. Лес любит этого охотника тоже. Охотник знает, как могут страдать любимцы леса.
Она оглядывается на него. Когда их глаза встречаются, он видит своё самое заветное желание. Её глаза обещают его исполнить. Мы избранные, обещают её глаза, когда она приближается, а он не спускает тетиву. Не может. Не может отвести взгляд.
– Я так голодна, – шепчет она, касаясь его лица. – Мой отец не давал мне есть.
– Она хочет твоё сердце, – признается он.
Белоснежка уже знает. Она начинает понимать, что за сделку заключила её мать.
– Она его не получит, – говорит она. Её зубы удлиняются, и она ест.
***
– Зеркальце, зеркальце, скажи мне скорей, кто на свете всех милей?
– Ты, моя королева. Но это ненадолго.
***
Белоснежка уходит прочь. Голодная боль унимается, усмирённая сердцем охотника. Его мало, но он был любимцем леса, и его мать тоже заключила сделку. Он был немножко больше, чем человеком. Это больше, чем ей удавалось добыть на протяжении многих недель.
Она находит хижину так глубоко в лесу, как только возможно. В самом его сердце. С соломенной крышей, с целым камином, с кроватью. Она растапливает огонь, забирается под одеяло и засыпает.
***
В обычаях гномов убивать чужаков, особенно если это человек. Люди никогда не были друзьями гномам. Они слишком слабы, и их легко подчинить.
– Пожалуйста, – просит Белоснежка, удерживая их взгляды, поднимая руки в смиренном жесте. Ресницы рисуют тени на её щеках. Она достаточно мала, чтобы поместиться в гномской постели. Гномы равнодушны к людской красоте, но Белоснежка не человек. В её глазах они видят свои заветные желания. Лес привёл её к ним, гномы принадлежат горам, – но они хранители леса.
– Хорошо, – говорит Горбач, вешая свой топор. Он чувствует её взгляд. Он хочет погладить её по голове. Он хочет защитить её. – Ты можешь остаться. Нам нужен кто-то, кто будет убирать хижину, пока мы в горах.
– Я могу убирать, – обещает Белоснежка. – Но мне нужно есть.
Умник берет её руку. Обычно он душит своих врагов голыми руками, но с Белоснежкой он нежен.
– Что ты ешь?
Белоснежка подводит его руку к своей щеке.
– Королев. Но если нельзя достать королеву, подойдёт и охотник.
– Охотники, – шипит Ловкач. – Они думают, их место в лесу. Они думают, они должны лесу.
– Они не должны лесу, – Белоснежка улыбается и касается уголка губ, и на пальцах остаётся красное пятнышко. – Их матери заключили сделку. Они – долг, и этот долг должен быть выплачен. Я им помогу.
Смельчак самый молодой. Ему всегда хотелось отправиться на войну.
– Мы позаботимся, чтобы ты никогда не была голодна, – обещает он, и Белоснежка улыбается. Она целует его щеку и оставляет красный след.
– Я знаю.
***
– Я не хочу делать им больно, – говорит Белоснежка, её рот окрашен красным. Смельчак чистит свой топор. – Но я должна есть.
– Что толку жалеть оленей за то, что на них охотятся, – говорит он успокаивающе. – Никто не имеет права на жизнь большего, чем другие. Ешь и становись пищей. Это и есть жизнь.
Белоснежка смеётся. Смельчак – самый молодой, и он нравится ей больше всех.
– Но не для тебя, – замечает она.
– Ну, гномы – другое дело, – говорит он. – У нас нет долгов.
– Хотела бы я не иметь долгов, – вздыхает Белоснежка. Она слизывает кровь с пальцев. – Хотела бы я не быть голодной, хотя бы разок.
Смельчак задумчиво хмыкает.
– Если бы кто-то взял твой долг на себя, – размышляет он, – сознательно, и добровольно, и не имея других долгов – это бы освободило тебя.
– Нет, – приказывает она, настолько твердо, насколько умеет. Она опускается на колени, чтобы встретить его взгляд. – Это мой долг. Моя мать оставила мне его. Его должна нести я.
– Так тому и быть, – говорит Смельчак, и продолжает чистить свой топор.
***
Королева посылает охотников, и они не возвращаются. Она посылает солдат, и они не возвращаются. Она посылает ведьм, и ведьмы не возвращаются.
После того, как пропадает первая ведьма, у дворцовой двери обнаруживается корсет, пропитанный кровью.
«Он был мне слишком тесен, – говорится в записке. – Я едва не потеряла сознание, когда она надела его на меня. Но мои друзья были сильны, и я съела её сердце, и теперь я тоже сильна».
После второй, отравленный гребень появляется на королевской подушке. Он в коробочке, сделанной из костей. Записка гласит: «Я провела гребнем по волосам, и это почти меня убило. Но мои друзья знали эту магию, и я съела её сердце, и теперь я тоже знаю эту магию».
К третьему разу королева усвоила урок. Она не посылает ведьму. Она ждёт. Она не посылает никого; подпитывается королём, пока он не становится так слаб, что не может встать с постели. Она ждёт и ждёт. Время тянется. Белоснежка должна была проголодаться. Ей больше негде найти неоплаченные долги.
Спустя два месяца, королева убивает дикого кабана и вырезает его сердце. Она вымачивает его в яде и зашивает в грудь охотника, и отправляет того, спотыкающегося, в лес.
– Она слишком умна, – говорит король, не открывая глаз. – Это не сработает.
Но король никогда не был голоден так, как Белоснежка и королева. Он не знает, как это, когда голод иссушает кости, когда солнце прожигает кожу до мяса. Он не знает тяжести маленькой первобытной твари, которая живёт в груди у обещанного дитя, вечно царапаясь изнутри. Вечно требуя крови. Такова сделка, которую заключили их матери.
– Сработает, – говорит королева.
***
Так и выходит.
Белоснежка съедает сердце; у неё нет выбора. Она знает, что оно отравлено, но голод слишком силён. Первобытная тварь за рёбрами ведёт её руку, и тянется за сердцем в груди охотника, красным, как яблоко, и куда более сочным.
Она распознаёт яд с первым же укусом, но не останавливается, не может. Такие, как она, всегда голодны. Голод – единственное, что имеет над ними власть.
Она все ещё в сознании, когда её гномы возвращаются домой, помахивая топорами; в сознании, но едва-едва. На её руках кровь, но сердца нет.
Смельчак обнажает запястье.
– Ешь, – предлагает он, и в его глазах стоят слезы. – Я не человек. Моя кровь даст тебе сил.
Белоснежка качает головой. Гномы – не обещанные дети; гномы – порождения гор, горы создали их для себя и стали их домом. У гномов нет долгов.
– Не отдавайте ей моё сердце, – шепчет она, соскальзывая во тьму. – Если я не могу съесть её, то пусть и она умирает от голода.
***
Они приносят её к горе. Она будет в безопасности внутри, потому что гора любит гномов, а гномы любят Белоснежку.
Сотни принцев на лошадях проезжают мимо, но гномы не зовут их. Принцы – люди. Они не могут её насытить.
Вместо этого, они ждут зимы. С первыми морозами, они надрезают пальцы своими топорами: старая магия. Кровь на снегу, на эбеновых лезвиях. Ветер уносит контракт, и горы принимают. Дитя становится дважды обещанным.
Смельчак прижимает лезвие к своему рту, и свои губы – к её губам.
Она просыпается. В его глазах она читает его заветное желание.
– Я же сказала тебе не делать этого, – плачет она. – Я не хотела, чтобы это был твой долг.
– Гномы – не люди, – напоминает он ей, улыбаясь. – Мы не подчиняемся твоим желаниям.
Он протягивает ей своё запястье, и она пьёт.
***
– Зеркальце, зеркальце, скажи мне скорей, кто на свете всех милей?
– Белоснежка, моя королева.
– Она очнулась? Где?
– Гномы разбудили её. Она идёт со стороны гор.
– И её сердце? Сильно ли оно?
– Так же сильно, как и твоё.
Даже сильнее.
***
Белоснежка не приводит с собой армию. Она ей не нужна. Когда она минует деревни, люди смотрят ей в глаза и видят свои заветные желания. Её кожа бела как снег, но солнце её больше не обжигает.
Шесть гномов несут за ней хрустальный гроб. В нем – тело, укрытое простыней. Спросите её, голодна ли она, и она улыбнётся печальной улыбкой: нет, скажет она, я вполне сыта.
У гномов сильные сердца, им суждено биться веками. Такое сердце может поддерживать жизнь долгие-долгие годы.
За Белоснежкой идут толпы. Они несут вилы и факелы. Они зовут королеву злой и коварной. Они зовут её ведьмой. Она наблюдает за ними с зубчатых стен и слышит, как бьётся сердце Белоснежки. Сердцебиение не такое, как раньше, не такое, каким оно должно быть. Оно медленнее и сильнее. Сердце бьётся, как топор, вгрызающийся в гору. В ритме рабочей песни: хей-хо, хей-хо, хей-хо.
Белоснежка движется сквозь толпу, как будто она парящая птица, которую не может докоснуться ни грязь, ни ярость. Охотники, которые сторожат замковые ворота, не останавливают её – даже не пытаются. Они смотрят ей в глаза и видят, что она уже не то, чем была раньше. Они видят, что она может исполнить их заветное желание – или съесть их сердца, вырвав их голыми руками.
Они отступают.
– Мать, – говорит Белоснежка.
– Я не твоя мать, – отвечает королева.
Белоснежка улыбается.
– Ты голодна? – спрашивает она. – Должно быть, прошло так много времени с тех пор, как ты ела как следует.
– Твой отец поддержал мои силы, – отвечает королева. – Но люди слабы. Его хватило ненадолго.
– Их никогда не хватает надолго, – соглашается Белоснежка. Она колет свой палец иголкой и позволяет крови закапать на пол. Королева слышит запах. Она так голодна. Прошло столько времени с тех пор, как ей удавалось полакомиться сердцем столь же сильным, как её собственное.
Первобытная тварь в её груди рвётся наружу.
– Конечно, – говорит Белоснежка. – Пей. Давай.
– Это обман, – отвечает королева, но ничего не может поделать. Запах так силён и так хорош. Она голодна. Её долг все ещё не оплачен.
– Да, – говорит Белоснежка. – Но ты должна пить. Таков контракт, который заключили наши матери. После этого мы обе будем свободны.
Таков долг за ними обеими: за кровь нужно платить кровью. Их матери оплатили этот долг, сперва уколов палец, затем – отдав жизни. Когда-то таких, как они, было много. Их долги были поглощены, когда их сердца были съедены, но кто-то все равно должен их отдать, и на это способно только очень сильное сердце.
– Я голодна, – шепчет королева.
Белоснежка отвечает:
– Так пей.
***
Кровь чиста, свободна от долгов. Она сильна, она утоляет голод, и сладка. Королева пьёт, и пьёт, и пьёт, и не может остановиться.
– Ты сыта? – ласково спрашивает Белоснежка, гладя королеву по волосам.
Та глубоко вздыхает.
– Да, – говорит она мечтательно. Она пьяна. Перед её глазами все плывёт, и она не может устоять на ногах.
Белоснежка целует её в лоб.
– Хорошо, – шепчет она, и вырывает сердце королевы из её груди.
***
Она приносит хрустальный гроб в покои, королевское сердце – в её руке. Она устала от старой магии. Она устала от долгов. Она колет свой палец иголкой и капает кровью на сердце: новая магия. Новое обещание. Ветер уносит контракт, и лес принимает его.
Кровь сейчас должна будет быть оплачена жизнью потом, и Смельчак открывает глаза.
Он продолжает жить.
