Work Text:
Его накрыло так незаметно и вероломно, что к моменту, когда Миюки осознал происходящее, всё уже случилось.
Выражалось это «всё» в самых мелких деталях.
В том, как болело от широкой улыбки лицо, когда Миюки забывался и переставал его контролировать.
В том, как тянуло в груди, когда он видел, как Эйдзюн общается с Крисом, или Курамочи, или Нори, да с кем угодно, кроме него!
В том, как сбивалось дыхание, когда Миюки отрывался от целования живота Эйдзюна и ловил на себе такой взгляд, который только ему удавалось увидеть.
Каждый день их было настолько много, этих маленьких деталей, что Миюки совершенно не понимал, как он мог так долго оставаться в неведении.
Он был влюблен.
А один раз осознав, он больше не мог забыть. И это пугало больше всего.
Стал ли он выглядеть по-другому? Могли ли остальные догадаться? Ведь наверняка такое фундаментальное изменение в его душе должно отразиться и внешне.
Но все шло своим чередом, и именно это, как ни странно, постепенно сводило его с ума.
— Что-то не так? — спросил Эйдзюн, в третий раз поймав Миюки, когда тот начинал тянуться к нему и замирал, так и не коснувшись.
«Да, все!».
— Нет, ничего, — ответил Миюки. Они сидели в его комнате, работая каждый над своим заданием. И все казалось таким до странности домашним: как гармонично и неосознанно они двигались друг вокруг друга, когда тянулись за разными вещами.
Эйдзюн закусил губу, концентрируясь. И прежде, чем Миюки понял, что делает, он уже мягко целовал обиженную, припухшую кожу, а затем щеки, подбородок, скулы.
Эйдзюн жалобно заскулил:
— Но мне нужно закончить.
— Позже, — пообещал Миюки, переключаясь на чувствительное местечко под ухом, и получил в награду тихий вздох.
Эйдзюн уронил карандаш и обнял Миюки руками за шею.
Они растянулись на полу, Миюки распалился так быстро и резко, что кровать показалась невыносимо далекой.
— Ты любишь меня? — спросил он, пристально вглядываясь Эйдзюну в лицо, не желая упустить даже следа сомнения.
Которого не было.
— Ну конечно, — наоборот, в голосе Эйдзюна промелькнуло раздражение. — Тебе по голове мячом прилетело? Ты как-то совсем странно себя ведешь.
Миюки выдохнул с тихим смешком, чувствуя, как его затапливает невольной нежностью, вопреки всяким жизненным кризисам.
— Просто думал, — заверил он.
— Видимо, слишком много, — Эйдзюн наморщил нос с таким видом, будто его не устраивала сама идея подобной бессмысленной траты времени.
— А знаешь, похоже, ты прав. Впервые в жизни.
— Эй!
И пожалуй, только в этот раз, можно было разрешить себе поверить, что все обязательно будет хорошо.