Work Text:
А и случилось то в земле далёкой,
В земле далёкой да всё поганой.
Как звалась та земля дикой,
Росли на той земле травы дивные
Да повыше роста человеческого.
А и ходили по той земле ящеры
Да и повыше теремов царских.
И был царь в той земле дикой,
Звали царя того Магнето.
Вот уж как Магнето садится ужинать,
Как и говорит своим он слугам:
«Ай и несите мне ести–пити!»
Приносят ему слуги ести–пити,
Да не зелена вина — людскую кровушку,
Да не яства царские — а все человечину.
Ест поганый Магнето, посмеивается,
Всё посмеивается, усмехается.
Говорит своим он слугам верным:
«Ой вы еси, мои слуги верные,
Всё верные да всё не годные,
А потому вы всё негодные,
Что побить не можете мне врага лютого.
А и мешает мне тот враг лютый
Хозяином стать рода людского.
Кабы стал я хозяином рода людского,
Так и кровь бы людскую пил не по чарочке,
А выпивал бы кожен день по три ведра,
Как ел бы человечину не по кусочку,
А съедал бы кожен день по три пуда».
Отвечают ему слуги верные,
Говорят ему таковы слова:
«Есть на земле богатырь великий,
Никому того богатыря не побеждати,
Ни в честном бою, ни в бесчестном.
А зовут того богатыря Логан,
А прозвание ему Росомаха.
Уж как у этого Росомахи примета есть
Уж такая примета, что и сказать страшно.
Есть у него когти острые,
Когти острые, да все железные.
Уж как он когтями своими острыми
Кого за руку тронет — рука долой,
Кого за ногу тронет — нога долой,
А если за голову буйну тронет,
Того и вовсе на тот свет сошлёт.
Другая есть примета богатырская,
Да как у него косточки все железные,
Уж как он бежит, вся земля дрожит.
Вот как бы нам того Росомаху найти,
Да чтобы убил он того врага лютого,
Да чтобы власть твоя была поганая».
Отвечает Магнето слугам верным:
«Ой вы слуги мои верные,
Разыщите мне того богатыря могучего,
Богатыря могучего, Росомахой прозванного.
Пусть служит мне тот Росомаха
Не год, не два и не десять лет,
А одно только только дело нечестное —
Пусть убьёт мне врага лютого.
А если не пойдёт Логан-богатырь на службу
Ко мне ко царю поганому,
То вырву я из него кости железные,
Разбросаю по чисту полю,
Ибо есть во мне сила великая,
И сам я колдун большой,
Могу металлы любые заговаривать,
Если есть где-то злато-серебро,
Скажу я только слово заветное,
Идёт злато-серебро в мой терём,
А знаю и ещё слово заветное,
Чтобы тупилися мечи острые,
Всё тупилися да гнулися,
Будто не железные они вовсе, а бумажные.
А и третье знаю слово заветное,
Точно птица взлетаю под облака,
Аж до самого ясна солнышка».
Вот отправились слуги верные
В путь-дорожку дальнюю да нелёгкую,
Как и вернулись они с тоей дороги,
Да привели с собой Росомаху-богатыря.
А и был тот Росомаха как дикий зверь,
Рычал Росомаха по-звериному,
Ни слова не говорил человеческого.
Если кто и подходил к нему,
Разрывал того когтями острыми.
Вот уж как обрадовался Магнето,
Есть теперь кому убить врага лютого,
Чтобы власть его была поганая.
Приказывал он слугам верным,
Да чтобы стол накрывали с яствами,
Чтобы подавали зелена вина.
Уж как съедал Росомаха быка целого,
Да и запивал его ведром зелена вина.
Уж как топили ему баню белую,
Уж как вымылся Росомаха в той бане белой
Да и перестал рычать по-звериному,
И говорил он такие слова:
«Ой ты гой еси Магнето поганый царь,
Сказали мне, есть у тебя враг лютый,
И что хочешь ты от меня службу нечестную.
Сослужу я тебе службу нечестную,
Если наградишь меня златом-серебром».
Отвечал ему Магнето поганый царь:
«Награжу я тебя златом-серебром,
Да только нелегко победить врага лютого,
А и хитёр тот враг лютый,
Так что и прозвали его Профессором,
Как и я, он колдун большой,
А и сила в нем такова есть,
Что чужие думы он ведает,
Не может только мои думы вызнати,
Что шелом у меня волшебный есть.
А ещё твои не может вызнати,
Что череп у тебя железный.
Потому-то тебе служить службу нечестную,
Убивать моего врага лютого».
Вот уж как пошёл Росомаха-богатырь
Ко Профессору во светел терём,
«Хочу, — говорит, — к тебе пойти в слуги верные
А и служить тебе службу честную».
Говорит Профессор таковы слова:
«Не иди ко мне в слуги верные,
А иди ко мне в друзья любезные,
Ибо есть у меня друзья любезные,
Называются они иксменами.
Будут они тебе за товарищей,
Добры молодцы да красны девицы».
Как иксмены на Росомаху поглядывали,
Как речи его красные послушивали.
А была среди них красна девица,
А и звалася она Джиною.
Вот уж как идёт Джина по улице,
Да ступает всё точно павушка,
Вот уж как говорит речи умные,
Что соловушка на заре поёт.
А и была она лицом лепая,
Лицом лепая, кожей белая,
Коса у неё как огонь горит.
Полюбилася она Логану,
Заиграла в нём кровь горячая
Называл он Джину сударушкой,
Величал её всё голубушкой,
Дарил её золотым перстеньком,
Целовать хотел в уста сахарные
Как сказала ему Джина-красавица:
«Буду тебе подругой верною,
Целуй меня крепче в уста сахарные».
А и была у Джины силушка,
Да такая же как у Профессора
Знала она всё думы чужие,
Кто о чём гадает-печалится.
Вот сидят они с Логаном в опочиваленке
Да все они целуются-милуются,
Делом молодым занимаются.
Прочитала Джина его думы страшные,
Да как давай его бранить-ругать:
«Ах ты сукин сын Росомаха,
Я на что тебе, дура, поверила
Повелася на речи сладкие,
Сволочь тебя поганую слушала,
А ты задумал убить Профессора,
Друга нашего и наставника.
Уж как я сама тебе череп раскрошу,
Череп раскрошу да и мозг выну,
У тебя да у змеи подколодной,
У тебя да у гада мерзкого».
Говорил ей Логан таковы слова:
«Не гневайся ты, моя сударушка,
Не гневайся, моя голубушка,
А и была у меня дума поганая,
А и задумал я было дело нечестное
Да задумал я убить Профессора.
А и послушал я его речи мудрые,
И не хочу больше делать дело нечестное,
А хочу я ему помогать во всем
Не притворно, а по честному слову».
Обрадовалась Джина речам честным
Да и целовала его в уста сахарные,
Да и жили они потом весело.