Chapter Text
Парнишка выглядел совсем молодо. Тёмные джинсы, куртка, не новые, но ещё вполне приличные кроссовки — обычный студент, ему бы отсыпаться перед завтрашними парами или готовиться к семинару, а не шляться невесть где так поздно. Остальные трое, одетые неброско, даже небрежно, тоже не привлекли бы внимания в толпе. Какие-то реднеки, всю жизнь проторчавшие в своей унылой дыре где-нибудь на юге, впервые приехали в большой город на выходные, подумал бы случайный прохожий. Но реднекам нечего делать среди ночи на окраине Статен-Айленда, да и случайные прохожие на огороженную глухим забором территорию не пойдут, а Леви давно научился не обманываться мнимой невзрачностью. Дьявол в деталях, любил повторять Кенни, когда бутылка дешёвого пойла пробуждала в нём желание поучить племянника «ремеслу». В бесшумных, пружинистых шагах осторожно обходивших друг друга противников. В неестественном блеске глаз. В пластике хищного зверя. Их выдавали почти неуловимые отличия, невидимые для взгляда обывателя. Леви знал, кто перед ним.
Один из «реднеков», самый громадный и заросший, сорвался с места — быстро, слишком быстро для человека. Парень отскочил влево, уходя от удара, и «реднек» пролетел мимо, не сразу затормозив на скользкой после вечернего дождя траве, а его противник уже успел заехать в челюсть второму нападающему и увернуться от внушительного кулака третьего.
Леви не вмешивался; заросли чахлого кустарника надёжно скрывали его от чужих глаз; бледно-жёлтая половинка луны слабо освещала узкую полоску берега. Позади темнели ржавые остовы потопленных лодок, тихо плескался Артур Килл.
По правде говоря, он не рассчитывал найти на «кладбище кораблей» что-либо существенное. Эрвин предполагал, что один из прибрежных складов использовался как место «кормёжки», а это значило, неподалёку могло находиться гнездо, но по-хорошему нужно было установить наблюдение, затем под формальным предлогом получить ордер на обыск... Леви думал, он лишь зря потратит время на дорогу. Но они ткнули пальцем в небо — и им повезло.
Пацан оказался на удивление достойным противником. Его движениям не хватало отточенности, а техника хромала на обе ноги, но дрался он как человек — как человек — которому уже не раз доводилось с кулаками отстаивать своё мнение. Леви видел это в не слишком умелых блоках, в смазанных апперкотах и свингах, в том, как ловко он уворачивался от чужих рук. И всё-таки, трое на одного — у него просто не было шансов. В какой-то момент он открылся, не успел выставить блок и пропустил впечатляющий хук в челюсть. Потерял концентрацию — и на него тут же обрушился град ударов: в живот, в глаз, в солнечное сплетение. Кто-то догадался подбить ему колено, и вампир рухнул на мокрую от росы траву. Один из громил пнул его под рёбра, второй уселся на грудь, смачно двинув в лицо, послышался тошнотворный хруст ломающихся костей… Но парнишка всё равно продержался дольше, чем ожидал Леви.
Оставалось лишь дождаться, когда они закончат разборки, и добить выживших — в данном случае наверняка всех, кроме парня. Судя по всему, его недоброжелатели не собирались ограничиваться воспитательной взбучкой.
Да, так и нужно было сделать, думал Леви, привычным жестом перехватывая титановый клинок и отсекая голову ближайшего кровососа. Время словно остановилось: трое вампиров застыли, загипнотизированно провожая её взглядом. Она покатилась по земле бело-красной кочерыжкой и замерла в паре метров от них, тараща остекленевшие глаза, — и всё снова пришло в движение. Парень скинул с себя растерявшегося противника, а второй «реднек» воинственно взвыл и бросился в атаку. Леви выхватил пистолет, выстрелил, практически не целясь. Вампир истошно закричал, хватаясь за плечо, а потом длинное лезвие вонзилось ему в горло, и крик оборвался. Последний из стаи даже толком напасть не успел — пуля угодила ему точно в лоб, голова взорвалась кровавым фонтаном. Леви брезгливо поморщился: брызги попали на рукав.
Ещё не поздно было избежать ошибки, отправить единственного оставшегося в живых кровососа туда, где ему самое место.
Нет, не единственного — один из троицы ещё шевелился. Выстрел снёс ему половину черепа, в спутанных рыжеватых волосах застряли ошмётки мозгов, но тело до сих пор дёргалось, бессильно скребло по земле скрюченными пальцами. Короткий взмах клинка заставил его затихнуть.
— Вау! Это было потрясающе!
Леви моргнул, скосил глаза в сторону. Парень уже поднялся с земли; в пылу драки его забранные то ли в пучок, то ли в хвост волосы растрепались, и теперь тёмные пряди неряшливо спадали на лоб. Синяки на разбитом лице уже начали бледнеть, диковатый зелёный огонь в глазах потух, уступив место чему-то сродни восхищения.
— Не знаю, что ты с ними не поделил, но считай, сегодня твой счастливый день.
Вампир пожал плечами и неожиданно улыбнулся, показывая белые клыки.
— Разошлись во мнениях. Не то чтобы я ожидал встретить тут компанию из «Реальных упырей», но...
Леви цокнул языком. Пацан вёл себя впечатляюще беспечно, и это иррационально раздражало.
— Я не просил подробностей. Давай, пошевеливайся, пока я не передумал.
— Нет, но правда! Как ты их! Я в жизни не видел ничего подобного!
Леви слегка двинул кистью руки с зажатым в ней лезвием.
— Ладно, ладно. — Парень приподнял руки с открытыми ладонями. — Ещё увидимся. И спасибо за спасение.
Он неторопливо отряхнул джинсы от грязи и прилипших травинок, сделал шаг назад, на мгновение задержав взгляд зелёных — или всё-таки голубых? — глаз на Леви, а потом развернулся, бесстрашно открывая спину.
Несколько секунд Леви смотрел ему вслед. Затем достал мобильник, отправил сообщение Эрвину. Через пару часов ничто здесь не будет напоминать о стычке: ни трупов, ни крови, ни улик. Происшествие не попадёт ни в одну новостную подборку, и даже забредшие поснимать обломки кораблей туристы с дронами не заметят ничего подозрительного.
Взгляд на спине он почувствовал, уже подходя к дому. Резко обернулся, рука привычно легла на рукоять клинка.
Никого. Утопавшая в тишине улица Браунсвилля была пуста. Позади с лёгким треском моргнул и погас фонарь.
Позже Леви не раз задумывался над тем, что заставило его пощадить вампира, — и каждый раз приходил к выводу, что не хочет об этом думать. У него не было ни одной разумной причины оставлять парнишку в живых, и не сказать, что прежде он проявлял склонность к подобным сентиментальным жестам. И всё-таки, каким-то шестым чувством он понимал, знал, что поступил правильно. То был спонтанный, необъяснимый порыв, интуиция — но интуиции Леви привык доверять. Он лишь надеялся, что однажды ему не придётся пожалеть о своём решении.
Фантомное ощущение слежки не покидало его всю следующую неделю, вызывая глухое бессильное раздражение, едва заметный метафорический зуд. Леви казалось, он сходит с ума. Было бы куда проще, если бы на него напали, попытались вломиться в квартиру, поставить ультиматум — что угодно! — но таинственный шпион (шпионы?) не спешил переходить к действиям. Самым же странным было то, что выдрессированные до совершенства инстинкты молчали — ни намёка на предчувствие опасности, колким током опаляющее кончики нервов. И всё же, за ним наблюдали: на улицах, на парковке, по дороге на работу. Нет-нет — да и мазнёт по спине чужое пристальное внимание, посылая табун мурашек по коже.
Это чертовски изматывало, и к выходным Леви чувствовал себя непривычно усталым. И ожидаемо не обрадовался, когда ранним субботним утром его разбудил звонок от Ханджи.
— Леви! Леви, ты должен это увидеть! — завопила она, едва он принял входящий.
— Нихуя я тебе не должен, — отрезал Леви хриплым со сна голосом.
— Мне досталось, — на секунду Ханджи умолкла, будто набирая в грудь воздуха, — бесценное сокровище, — закончила она с благоговейным придыханием.
— Ханджи, я ничего не понимаю в твоих мертвецах. Мне плевать, чем этот убитый кровосос отличается от прочих, я не собираюсь переться к тебе через весь город.
— В том-то и дело. — Она выдержала драматичную паузу. — Его не убили.
Леви резко сел в кровати.
— Чего?
— Нет следов насильственной смерти. Вообще ничего, представляешь? Серьёзно, вам с Эрвином правда стоит на это взглянуть.
Леви уныло сполз с кровати, предвкушая поездку через Бруклин, Квинс и Бронкс. Навигатор показывал без малого два часа пути, если не пользоваться платными дорогами, а платными дорогами Леви пользовался только в критических ситуациях, и уж точно не ради визита к очкастой.
Утопающий в зелени Ривердейл встретил его удручающе голубым небом и свежим ветром с Гудзона. Решётчатые ворота распахнулись, пропуская его потрёпанную «Хонду Цивик». Тратить время на заезд в гараж не хотелось, и Леви припарковался прямо у дома — огромного, мрачного здания, слишком просторного для двух его постоянных обитателей. Замок на входной двери щёлкнул, едва Леви убрал палец со звонка. Здесь всё было автоматизировано по-максимуму: Ханджи не любила тратить время зря. Но не успел он сделать и нескольких шагов, как на него жизнерадостным смерчем налетела сама хозяйка, отвратительно бодрая, растрёпанная и привычно пахнущая химикатами.
— Ну наконец-то! — прокричала она ему в ухо, ухватив за рукав затянутыми в латекс пальцами. Леви поморщился — голос у подруги был впечатляюще громким. И ещё неизвестно, что она трогала в этих перчатках. — Боже, я едва удержалась от того, чтобы провести вскрытие, — хотела сперва показать его вам. Никогда в жизни с таким не сталкивалась! — И его бесцеремонно потянули вглубь дома, где интерьеры позапрошлого века причудливо сочетались с сотней современных гаджетов.
— А где Моблит? — поинтересовался Леви, заметив отсутствие её неизменного помощника.
— Отправила его спать, он и так всю ночь помогал мне с тестами. Я первым делом предположила яд, вдруг их тоже можно отравить чем-нибудь, но в крови не оказалось ничего подозрительного...
Карие глаза её маниакально блестели за толстыми стёклами очков. Она так бурно жестикулировала, расписывая ему уникальность находки, что пару раз чуть не упала с лестницы, и Леви пришлось ловить её, спасая от полёта носом вперёд.
Ханджи была достаточно богата, чтобы превратить подвал своего особняка в прекрасно оснащённую лабораторию, и достаточно безумна, чтобы добавить к ней морг. Леви передёргивало от перспективы спать в одном доме с кровососами, пусть даже окончательно мёртвыми, но Ханджи Зое такие мелочи не беспокоили.
Она рано осиротела, а потом долгие годы судилась за наследство со своим дядюшкой, не желавшим уступать деньги брата малолетке. Выиграв дело, Ханджи получила долгожданную возможность в прямом смысле жить на работе, с головой уйдя в изучение обожаемых нелюдей. «Надеюсь, дядя хорошенько повертелся в гробу», — от души пожелала она когда-то, впервые показывая друзьям своё детище.
— Та-дам! — торжественно объявила Ханджи и распахнула перед ним тяжёлую дверь морга.
Лежавший на металлическом столе в центре зала вампир выглядел именно так, как их любили изображать в кино: серовато-белая кожа, глубоко запавшие глаза с фиолетовыми тенями под ними, заострившиеся черты лица, бескровные синие губы. И, в самом деле, — ни царапины на теле.
Леви нахмурился.
— Ты уверена, что он мёртв?
Не то чтобы он не доверял очкастой — в кровососах она разбиралась лучше, чем кто-либо — но нехитрое правило усвоил давно: вампир с головой на плечах — смертельно опасный вампир.
— Абсолютно, — просияла Ханджи, ничуть не задетая его подозрениями. — Мозговой активности нет, зрачки на свет не реагируют, регенерация, — тут она ткнула пальцем в едва заметный аккуратный надрез на боку — никак не проявляет себя.
Живучесть вампиров поражала воображение. Им ничего не стоило отрастить оторванную конечность, заделать дыру в животе и восстановить выпавшие внутренние органы, а их кожа и кости отличались удивительной прочностью. И всё-таки их можно было убить. Растерзать на куски, перемолоть череп и мозг в кашицу, подорвать приличным зарядом тротила.
Проще всего было отрезать голову.
Телефон Ханджи разразился такой пронзительной трелью, что у Леви едва не заложило в ушах. Ханджи ловко выхватила мобильник из кармана халата, несколько раз ткнула пальцем в экран, чертыхнулась, зубами стянула перчатку (Леви перекосило от отвращения), снова нажала.
— Эрвин приехал, — пояснила она, когда трель прекратилась. — Сменил машину, и система перестала его узнавать, — она ухмыльнулась. — Чёрный «Кадиллак Эскалейд», как тебе?
— Ты не могла выбрать менее мерзкий звук для оповещений?
— Я иногда так увлекаюсь, что игнорирую все остальные, — отмахнулась Ханджи.
В отличие от них с Ханджи, появившийся в дверях лаборатории Эрвин выглядел безупречно: идеально отглаженный тёмный костюм, начищенные до блеска ботинки. Причёска тоже была идеальной, волосок к волоску, но под глазами залегли тёмные тени — похоже, ночка и у него выдалась тяжёлой.
— Опять используешь служебный транспорт в личных целях? — хмыкнул Леви, когда тот подошёл к столу, с интересом рассматривая тело вампира.
— Давай сделаем вид, что это тоже относится к моей работе, — в тон ему ответил Эрвин, заговорщицки приподняв густые брови. И сразу перешёл к делу. — Удалось выяснить, отчего он умер?
— Пока нет! — радостно объявила Ханджи. — Никаких признаков насилия, ничего подозрительного в крови и слюне. Разве что вскрытие прольёт свет на тайну гибели
бедняги Александра.
Её привычка давать трупам имена была ещё одной странностью, с которой окружающим оставалось только смириться. Леви даже глаза не стал закатывать, только вновь перевёл взгляд на «Александра».
На вид «Александру» было лет сорок, но впечатление он производил гнетущее. Встретив его на улице, Леви бы решил, что мужчина тяжело, если не смертельно болен. Конечно, вполне возможно, что так он выглядел ещё до обращения, но если и правда существует недуг, которому подвержены даже вампиры?
— Какой-то он измождённый, — озвучил Леви свои наблюдения.
— Вот именно, — произнесла Ханджи зловещим шёпотом и вытаращила глаза. — Будто совсем обессилил перед смертью! Как думаешь, его могли держать взаперти?
— Тогда бы он просто впал в гибернацию, — возразил Эрвин.
— Ну, вдруг ему не давали спа… О-о-о! — Ханджи восторженно всхлипнула и метнулась к планшету. — Это стоит обдумать! Моблит! А, чёрт, я же его отпустила…
— Такое вообще возможно? — с сомнением спросил Леви.
Эрвин пожал плечами.
— Насколько мне известно, нет.
— Лейкоциты и нейтрофилы у него в норме, но наверняка должно быть что-то ещё, — бормотала тем временем Ханджи, продолжала что-то листать на экране. — Организмы вампиров сильно отличаются от человеческих, но, может...
— Серьёзно что ли, по анализу крови можно определить недосып?
Ханджи снисходительно взглянула на него поверх планшета.
— В твоём случае, Леви, синяки под глазами говорят сами за себя.
Как следует обсудить все версии им не удалось — вскоре Эрвина снова выдернули на работу. Взяв с него обещание прислать ей всю имеющуюся у ФБР информацию о потенциальных болезнях вампиров, Ханджи проводила их с Леви наверх, закрыла за Эрвином дверь. А потом предложила выпить чаю, и Леви сразу заподозрил неладное. Чтобы Ханджи да отложила работу, когда в подвале её ждёт ещё не до конца изученный труп?
— Кстати, — начала она, когда они устроились на диване в её светлой гостиной с панорамными окнами. И подтолкнула к нему коробку с печеньем. — Кажется, я нашла идеального кандидата на поимку.
Леви едва не застонал вслух. Ну разумеется. Чёрт его побрал когда-то сдуру сказать, что притащит ей вампира живьём, если она прекратит так упорно лезть на рожон во время их совместных вылазок.
— Но он и правда отлично подходит, Леви! — затараторила Ханджи, будто прочитав его мысли. — Совсем недавно очнулся от многолетней спячки и ещё не успел набрать силу.
Эрвин подобных идей не одобрял и помогать отказался, но энтузиазма подруги это не уменьшило.
— Такого шанса может больше не представиться!
— Блядь, хорошо! — не выдержал Леви, подавив порыв ответить ей что-то в духе «тебе надо, ты и лови» — с неё сталось бы последовать совету. Она была неплохой охотницей — хоть и предпочитала выпускать кишки уже мёртвым вампирам — но порой так увлекалась, что действовала слишком безрассудно.
Ханджи просияла.
— Ты обещал! — объявила она, ткнув в него пальцем. — Вампир. Живой. Для меня.
«Я убью очкастую», — отстранённо думал Леви вечером того же дня, лёжа на грязном полу заброшенного кинотеатра на Гамильтон-Хай. Непременно убьёт. Если сам останется жив, конечно.
План поимки живого кровососа грозил обернуться полным провалом. Прятавшихся в кинотеатре вампиров оказалось двое, и ни один из них не тянул на лёгкую добычу. За первым Леви гонялся грёбаных полчаса, а потом с трудом расправился с ним — было уже не до обещаний притащить Ханджи подопытного кролика. Второго он и вовсе не заметил, пока тот не атаковал его сверху, спрыгнув из боковой ложи.
И теперь Леви валялся на пыльном бетоне, отталкивая пасть кровососа одной рукой и силясь дотянуться до отлетевшего в сторону клинка второй. Пушки он лишился ещё раньше — она улетела куда-то под ряды полусгнивших кресел. На шее, перекрывая яремную вену, сжимались узловатые пальцы. Осознание того, что вампир смог в одиночку уложить его на лопатки, больно било по самолюбию, но справедливости ради, эта тварь была просто огромной. Леви саданул его коленом по рёбрам, размахнулся, врезал кулаком в висок. Человека такой удар бы мгновенно дезориентировал, но вампир лишь слегка пошатнулся и тут же пришёл в себя, ещё сильнее стискивая руки на его горле. Перед глазами начали рябить чёрные точки.
Грохнул выстрел, голова бугая откинулась назад. Хватка на шее ослабла, подарив глоток обжигающе-острого воздуха. На лицо хлынула густая бурая жижа, попала в рот, и Леви бы вырвало от отвращения, но сейчас у него были дела поважнее.
Вампир растерялся — всего на секунду, но этой секунды Леви хватило, чтобы скинуть его с себя и откатиться в сторону, практически на ощупь найти лезвие и вскочить на ноги. Чужая кровь заливала глаза, лёгкие всё ещё горели, и Леви едва не упустил момент, когда на него бросилась уже частично восстановившая затылок нежить. Второй выстрел угодил в узорчатую лепнину справа, брызнула гипсовая крошка. Вампир обернулся, пытаясь понять, откуда стреляли, и Леви отточенным движением отсёк ему голову, а затем перевёл взгляд на неожиданного помощника.
В темноте он видел хуже, чем кровососы, но всё же достаточно хорошо, чтобы сразу узнать его. У противоположной стены кинозала, сжимая в руке его «Глок», стоял уже знакомый Леви мальчишка.
— Это антивампирский пистолет?
От неожиданности Леви забыл, что собирался сказать. Ему что, десять?
— Нет, это не антивампирский пистолет, — медленно произнёс Леви. — Это обычный пистолет, просто стреляет разрывными. Помогает выиграть время, пока вы регенерируете.
Парень с некоторой опаской покосился на свою руку, державшую оружие.
— Круто.
Леви подозрительно прищурил глаза.
— Какого хуя ты вообще тут делаешь?
Вампир, кажется, слегка смутился — лунный свет, пробивавшийся в щели между досками на заколоченных окнах, не позволял разглядеть как следует.
— Ну, я подумал, тебе не помешает помощь.
Леви мысленно выругался. Прошляпить приближение сразу двух кровососов — кажется, он начинает сдавать. Будь на месте этого чудика другой вампир, подобная ошибка стоила бы Леви жизни.
— Что, проходил мимо и случайно учуял меня?
— Чего? — растерялся парень. — Нет, это какая-то чушь в духе Стефани Майер.
Он задушено вскрикнул, когда Леви в два прыжка оказался рядом с ним. Затылок мальчишки гулко стукнулся о стену, в шею упёрлось острое лезвие.
— Тогда херли тебе от меня нужно, а? — процедил Леви, борясь с соблазном прикончить его на месте.
— Ничего мне не нужно!
— Пиздишь. Следил за мной, сучёныш? — Леви чуть сильнее надавил клинком на горло — достаточно, чтобы на коже выступила кровь. — Отвечай.
Парень дёрнулся в его хватке, быстро осознал тщетность своих попыток и затих.
— Мне стало интересно, — неожиданно признался он, и если в его словах и была фальшь, Леви её не почувствовал.
Сейчас, когда они оказались совсем близко, стало заметно, что парень намного выше его. Леви приходилось практически задирать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Впрочем, он знал, что даже так выглядит угрожающе — испуг на лице вампира говорил сам за себя.
— Ты пощадил меня, хотя легко мог убить, — напомнил он. — Я никогда с таким не сталкивался и захотел узнать тебя получше.
Теперь он смотрел как-то по-другому, открыто и честно, и Леви вдруг понял, что больше не злится. Откровенно говоря, хотелось истерично расхохотаться: в последние дни он едва на стенку не лез от ощущения постоянной слежки, а таинственным шпионом оказался всего лишь странноватый вампир с «кладбища кораблей». Впрочем, надо отдать ему должное: прятался пацан хорошо. И в конце концов, сегодня он спас его шкуру. Поколебавшись мгновение, Леви опустил клинок и сделал шаг назад.
— Ладно, — выдохнул он. — Ладно. Я вытащил тебя из жопы, ты вытащил меня из жопы. Мы квиты. Но вздумаешь дальше следить за мной — убью.
Он развернулся и пошёл к выходу из кинотеатра, показывая, что разговор закончен.
— Я Эрен, — крикнул вслед парень.
— Иди нахер, Эрен.
Леви заметил его сразу, как только вышел из дома. Вампир — Эрен — стоял у стены, ссутулившись и низко натянув на голову капюшон тёмной толстовки. Солнце палило нещадно.
Вопреки стереотипам, дневной свет вовсе не сжигал кровососов в пепел, но по какой-то причине те всё равно предпочитали не высовываться до темноты. Ханджи говорила, что ультрафиолет раздражает их кожу. Леви считал, что сукиным детям просто удобнее охотиться ночью.
— Парень, я тебя о чём вчера предупреждал?
— Я помню, — быстро сказал вампир. — Надо поговорить.
— Чего тебе?
Эрен замолчал, выразительно уставившись на него. Что именно должен был выражать его взгляд, Леви так и не понял.
Он огляделся. Подъездная дорожка была пуста, но на детской площадке слонялась компания местных подростков. Мысленно вздохнув, Леви приоткрыл входную дверь.
Парень медлил.
— Ты же в курсе, что на самом деле тебе не нужно приглашение?
Он улыбнулся, смущённо и даже как-то очаровательно. Ровные — не считая чуть удлинённых клыков, которые никогда не втягиваются полностью, — белые зубы ярко выделялись на фоне смуглой кожи.
— Я знаю, — заверил он и наконец сдвинулся с места. — Просто как-то невежливо напрашиваться к тебе домой.
— Ты сталкеришь меня как долбаный маньяк. Понятие вежливости к тебе неприменимо.
По лестнице — лифт опять не работал — они поднимались молча. Пропустив Эрена в квартиру, Леви запер за ним дверь и прислонился к ней, складывая руки на груди.
— Ну?
Пацан оторвался от разглядывания дыры на обоях, вновь развернулся к нему. Начал он издалека:
— Ты охотник, да?
— Нет, я каждый раз случайно с вами сталкиваюсь. Возьми конфету за сообразительность, умник.
Леви хмурился. Эрен задумчиво пожевал губу, будто пытаясь решиться на что-то.
— Как… как вы нас выслеживаете? — наконец спросил он.
Леви прищурился.
— А тебе зачем? Рассказать друзьям, как лучше заметать следы? Держи карман шире.
Эрена его сарказм ожидаемо не остановил.
— Вряд ли просто проверяете каждого подозрительного типа, да? — продолжил допытываться он. — Наверное, нужен повод? Нападение, жертва?
— Ты можешь уже перейти к сути дела? — рявкнул Леви, чувствуя, что теряет терпение. — Хули тебе нужно от меня?
— Поохотимся на вампиров вместе?
Он едва сумел удержать на лице бесстрастное выражение.
— В жизни не слышал ничего тупее.
Впуская кровососа к себе домой, Леви был готов ко многому, вплоть до того, что его всё-таки захотят прикончить, однако слова Эрена застали его врасплох. Вампирам случалось сцепляться друг с другом — делили территорию, или, может, дрались за еду, кто их разберёт — но добровольно сотрудничать с охотниками на нечисть? Звучало как полный бред.
Эрен шагнул ближе, встречаясь с ним взглядом. Теперь, при ярком дневном свете, Леви видел, что глаза у него не совсем зелёные — оттенок напоминал что-то среднее между изумрудным и синим. Морская волна. Впрочем, возможно, разница в цвете объяснялась тем, что сейчас парень был спокоен.
— Подумай о том, что мы сможем сделать вместе, — не сдавался Эрен. — Я быстрее, сильнее и выносливей человека. Отлично вижу даже в полной темноте, обладаю превосходным слухом, могу учуять вампира за несколько километров. И ты уж извини, но у меня намного больше шансов пережить прямое столкновение.
— Тебе что, нужно разобраться с кем-то из своих, и ты решил обратиться ко мне за помощью?
Уголок его рта дёрнулся, будто Эрен собирался оскалиться, но в последний момент сдержался.
— Те, кто убивает для удовольствия, — не «свои», — неожиданно жёстко отрезал он. — Всего лишь вопрос выживания. Вы получаете злодеев и не обращаете внимания на остальных.
— А ты у нас, значит, веган? Людей не трогаешь?
Эрен фыркнул — одновременно насмешливо и раздражённо — и разве что глаза не закатил.
— Как думаешь, сколько вампиров сейчас живёт в Нью-Йорке?
Вопрос явно был с подвохом, и Леви нутром чуял, что ответ ему не понравится. Как правило, им с Эрвином и Ханджи удавалось довольно быстро избавляться от засветившихся в «их» зоне ответственности кровососов.
— Не считая тех, кто сейчас в спячке? В городе — ты. В штате, может, ещё две-три особи.
— Бери выше. Две-три сотни.
Леви почувствовал, как по спине ползёт холодок. Если это правда — если это правда — дело принимало очень, очень дурной оборот. Все эти твари должны были где-то кормиться. А значит, кто-то их покрывал.
Повисшую в тесной прихожей тишину разбивали лишь доносившиеся из межквартирного холла крики соседских разборок. В другое время Леви бы вышел и с огромным удовольствием накостылял им по шеям, но сейчас ему было не до этого.
Эрен невесело усмехнулся.
— Вы ведь ничего о нас не знаете, а ещё мните себя экспертами. По-твоему, мы только и думаем о том, как бы разорвать кому-нибудь горло, да? Что мы такие… — он помахал рукой в воздухе, подбирая слова, — одержимые жаждой крови монстры, которые набрасываются на первого встречного? Чушь собачья. — Его голос, прежде мягкий и даже мелодичный, теперь звенел от злости. — Вампиры вполне способны сдерживаться. Чёрт, да многие наши десятилетиями сидят на медицинской крови. Я вообще не помню, когда последний раз кусал человека. И если какие-то уёбки вдруг решают выпить кого-нибудь досуха, под угрозой оказывается каждый из нас.
В глубине нечеловеческих глаз вспыхивала дикая зелень, шла золотыми всполохами радужка. Эрен сверлил его взглядом, сжимал ладони в кулаки и, кажется, даже слегка запыхался после своей пламенной речи. Однажды Леви уже доводилось слышать нечто подобное.
Ему исполнилось... двенадцать, тринадцать? — боль потери успела притупиться, а Кенни ещё не исчез из его жизни. Девчонка была совсем молоденькая, едва ли старше самого Леви, большеглазая и светловолосая. Она так же стискивала в кулаки худые руки и срывающимся голосом говорила о возможности противостоять инстинктам. О том, что хочет жить. Выслушав её до конца, Кенни только хмыкнул, взвёл курок — и Леви не выдержал, повис у него на локте, нёс какую-то чушь. Удивительно, но дядя вдруг подчинился, позволил ей уйти.
Через несколько дней девчонка убила двоих, и Кенни смеялся, наблюдая за калейдоскопом эмоций на лице смотревшего на трупы Леви. В конце концов им удалось загнать её в угол. Кенни отдал ему свой пистолет, и Леви не колебался ни секунды.
Он не верил вампирам, и не собирался начинать. Больше всего ему хотелось схватить настырного мальчишку за шкирку и вытолкать из квартиры взашей. Пощадить кровососа — уже само по себе весьма спорное решение, но работать с ним? С одним из тех, кто отнимал жизни его близких, друзей, товарищей?
Его товарищей.
Леви замер.
В одном Эрен был прав: способности его расы намного превосходили человеческие. Даже новообращённый мог расправиться с целым отрядом — при определённой доле везения. Когда Эрвин и Леви только начали работать вместе, каждая упокоенная тварь стоила им нескольких бойцов. В очередной такой вылазке он потерял всю свою группу — всех четверых — и поставил ультиматум: больше никаких массовых облав, или Эрвин может начинать искать себе нового Аккермана. Не сразу, но ему всё-таки пошли навстречу.
Охотиться в одиночку было чистым самоубийством. Для всех — но только не для Леви. Он знал, что сильнее, быстрее и проворней любого из людей, и не нуждался в подстраховке. Напротив: другие лишь замедляли его, вынуждая отвлекаться на их защиту.
А если у него будет напарник, за чью безопасность можно не беспокоиться? Насколько вырастет его эффективность? Как много смертей они успеют предотвратить? Сколько жизней спасут?
Зёрнышко сомнения пустило корни, подтачивая былые принципы.
— Чего ты хочешь взамен? — наконец спросил он. Не отказываясь, но и не давая согласия.
Эрен пожал плечами.
— Ничего.
Леви на это не купился.
— Не пизди. Все чего-то хотят.
Эрен раздражённо взглянул на него него исподлобья, а затем черты его лица разгладились, в глаза вернулась прежняя безмятежность.
— Ладно. Тогда научи меня драться, — предложил он. — Раз уж мы теперь команда.
— Чтоб людей сподручнее жрать было? — съехидничал Леви, понимая, однако же, что ворчит напоказ. Как ни посмотри, просьба парня звучала разумно.
— Я хочу быть полезным, — упрямо заявил тот, и Леви легко кивнул в сторону двери:
— Поехали.
— Прямо сейчас? — растерялся Эрен.
— А чего тянуть? Или боишься обжечься на солнце?
Вампир только зыркнул на него зелёно-синими глазищами и натянул пониже капюшон толстовки. Выходя за дверь, он пихнул Леви в плечо, но тот лишь хмыкнул, решив на первый раз спустить наглость с рук.
Соседи, к счастью, уже убрались восвояси, оставив после себя битое стекло и пару раздавленных окурков. На ступенях темнели бурые капли крови. Эрен тяжело сглотнул и отвёл взгляд.
Им повезло: заброшенная стройка на Фаррагут-роуд всё ещё пустовала. Леви заприметил это место несколько месяцев назад, когда бесцельно колесил по району, пытаясь сбросить раздражение после неудачной охоты. Двухметровый забор надёжно скрывал пустырь от посторонних глаз. Лучшее место для тренировочной драки с вампиром и представить сложно.
— Нападай, — скомандовал Леви, стоило Эрену достаточно отдалиться от него.
Парень смерил его взглядом.
— Ты без оружия, — озвучил он очевидное.
— А мне оно и не нужно. Нападай.
Дважды повторять не потребовалось: Эрен сорвался с места и со всей вампирской дурью бросился на него. На самом деле, оружие Леви, конечно, взял — без ножа он даже спать не ложился. Но сейчас оно и правда было ему без надобности. Леви нырнул под занесённую для удара руку, подбил колено. Эрен распластался у его ног, звучно шлёпнувшись спиной о землю.
— Столько силищи, а пользоваться ей не умеешь, — фыркнул Леви, глядя на него сверху вниз.
— Ничего себе! — восхитился Эрен, приподнявшись на локтях. — Ещё раз!
Он резво вскочил, кажется, совсем не расстроившись из-за проигрыша, и сразу замахнулся. Леви отпрыгнул — ветер хлестнул по ушам. Эрен выбросил вперёд ногу, и Леви уклонился, лишь слегка развернув корпус. Прокрутился на месте и впечатал кулак в живот Эрена. Тот согнулся, хватая ртом воздух, — и почти сразу же распрямился, но этой короткой заминки Леви хватило, чтобы сделать подсечку, снова сбив его с ног.
— Ещё раз!
Эрен, на самом деле, был не так уж плох. Первые пару раз Леви уложил его на лопатки просто из природной вредности, но затем, когда он позволил ему проявить себя — надо же было как-то его учить — и по большей части только блокировал удары, не нападая, стало понятно, что парень не безнадёжен. Эрен двигался текуче и плавно, как никогда не смог бы двигаться человек. Забывал про оборону и едва обращал внимание на пропущенные удары, всецело полагаясь на регенерацию — опасная самонадеянность, которую из него придётся выбивать кулаками. Но самым впечатляющим было, пожалуй, упорство, с которым он набрасывался, сколько бы раз Леви не выкручивал ему руки. Леви был быстрее, даже по сравнению с вампиром. У Эрена не было ни единого шанса одолеть его — но это его не останавливало.
Эрен снова атаковал, целясь в живот. Леви уклонился, на инерции развернулся и толкнул Эрена, швыряя его на землю, но тот каким-то невероятным образом успел схватиться за его рубашку и изо всех сил дёрнул вниз, утягивая за собой. На секунду потеряв концентрацию, Леви не смог удержаться на ногах, рухнул следом, и они покатились по сухой земле, пытаясь обездвижить друг друга.
В конце концов Леви удалось оказаться сверху, крепко стиснуть ногами бёдра, перехватить оба запястья. Эрен вдруг перестал брыкаться, замер, мигом растеряв волю к победе. Леви встретился с ним взглядом, заметил, как увеличился зрачок в дивных глазах, практически затопив радужку чёрным, и на секунду ему показалось, что растиражированный в медиа стереотип о вампирском гипнозе — вовсе не выдумка. Мир вокруг остановился, потерял все краски, выцвел и растворился в пустоте, оставив лишь невозможные глаза напротив и жар дурманяще близкого тела. А потом Эрен моргнул, и наваждение рассеялось, вернув дуновение ветра, шум машин за забором, грохот поездов вдали. Леви отпрянул, разжав руки и торопливо поднялся на ноги.
— На сегодня закончили, — объявил он, не глядя на Эрена.
— Так рано? — Тот, кажется, искренне расстроился.
— Может, ты не в курсе, но людям обычно есть чем заняться днём.
— Окей, — покладисто согласился Эрен. — Можно прийти завтра?
Леви поколебался. Такой энтузиазм выглядел почти подозрительно.
— Приходи после заката. — Ночью силы вампиров возрастали, и ему хотелось испытать пацана на пике его возможностей. — Смотри, не съешь никого за это время.
— Смотри, не прибей меня в темноте, — не остался в долгу Эрен.
Леви, впрочем, и сам понимал, что подначка вышла довольно детской.
Его мнение о вампирах осталось прежним. Довериться коварной, одержимой жаждой крови твари мог только отбитый на голову придурок, сколько бы эта тварь ни уверяла, будто у них общая цель. Леви знал: рано или поздно Эрен предаст его, намеренно или просто не сумев противостоять своей природе. Но возможно, из этой безумной авантюры и правда могло что-то выгореть. Леви свою часть уговора выполнит: сделает парня сильнее и, если повезёт, получит временного напарника. Монстра, обратившегося против своих же сородичей. Вдвоём они могли бы очистить от вампиров весь город — или даже целый штат. Такой шанс стоил того, чтобы пойти на риск.
А когда Эрен сорвётся — Леви убьёт его сам.