Work Text:
С первого дня, как вышел "Deus Ex: Mankind Divided" фанаты задаются вопросом: человек, называющий себя Адамом Дженсеном, кто он — клон или не клон? Та ли это бородатая угрюмая булочка, которую мы всегда любили, или незнакомец, только прикидывающийся им, натянувший чужую личину?
Аргументы и факты
Первую искру сомнений вносит жуткая находка в банке "Палисейд". Если хорошенько пошариться, то можно обнаружить таинственный ящик, нечто вроде криокамеры. А за стеклом криокамеры разглядеть наше собственное лицо, то есть, лицо Адама Дженсена.
Бензина в костер плеснул, как считают некоторые, и бывший босс Дэвид Шариф. В разговоре он вроде как отказывается принять героя игры за Адама Дженсена.
Буквально четыре строчки повергают в шок:
Дженсен: Мне сказали, моя личность была неустановлена.
Шариф: Установить было бы несложно. На твоих аугментациях серийные номера. По крайней мере, на тех, что внедрили на Адама Дженсена у нас.
Дженсен: Вы полагаете, все мои аугментации новые? Даже те, что ставили вы?
Шариф: Я ничего не полагаю. Я говорю тебе, что на всех наших аугментациях есть серийные номера. И их нетрудно отследить.
А потом еще и Элиза Кассан поддувает пламя паранойи.
"Ты — это воспоминания", — говорит она устами встроенного в нее цифрового сознания одного из бывших дронов "Хирона", девушки по имени Хель.
Ну все, говорят игроки, все понятно.
Адам Дженсен — ненастоящий!
Но на наш взгляд проблема, заложенная в игре гораздо глубже и интереснее, чем просто загадка: клон или не клон?
Ты помнишь или тебе рассказали?
Сложно сказать, многие это заметили или нет, но в игре "DE: MD" Адам Дженсен играет роль ненадежного рассказчика. Об этом грустно говорить, но так и есть.
Элиза недаром задает вопрос:
"Ты сам помнишь, как это было, или тебе рассказали?". Очень важный момент.
Нельзя верить тому, что Дженсен рассказывает или помнит о тех таинственных полутора-двух годах после Панхеи и до того, как очнулся в госпитале на Аляске. И тому масса свидетельств:
— При разговоре с Шарифом выясняется, что из памяти Адама выпал целый год, который он вообще не помнит, но тем не менее сам Адам уверен, что учился в это время жить с аугментациями
— психолог Делара Озен, которая связана с Иллюминатами, постоянно контролирует воспоминания Адама
— Элиза Кассан постоянно проводит параллели между собой и Адамом: "мы расколоты", "процесс запустила какая-то версия тебя", новая Элиза (которая сейчас лжет людям с экранов) — это "исправленная версия", "самое важное — научиться жить с другими версиями себя".
И для многих фанатов подобные откровения служат подтверждениями тому, что в игре действует клон, а не настоящий Адам Дженсен, который либо погиб на Панхее, либо заточен в криокамере.
Но наша версия: все эти персонажи — от друзей до врагов — предупреждают о другом: Адаму Дженсену сейчас не стоит верить самому себе и своим воспоминаниям. Он расколот, его память дефрагментирована и исправлена. Именно об этом твердит Элиза, искусственный интеллект, который не существует в физической оболочке, поэтому и Адама она воспринимает подобным себе — расколотым не физически, но ментально. "Какая-то версия тебя запустила процесс" — целый, психически здоровый Адам, а не тот, что сейчас с провалами в памяти и ложными представлениями о прошлом.
Вся тайна заключена в этих странных полутора годах между 2027-м и 2029-м.
Элиза Кассан — ИИ, и оперирует доступными ей понятиями, а именно: цифровыми. Что понятно для нее, но со стороны обычного человека выглядит странно.
Элиза пользуется не физическими терминами, в ее восприятии мира нет телесности человеческого тела. Боль погибших дронов "Хирона" — «страдания, оставившие след». Сознание Хель, сильнейшей "сестры"-оператора "Хирона" — "совершенство мысли в пределах заданных параметров", а не личность человека. Саму себя Элиза определяет как интеллект и версии "до" и "после" Панхеи. В разговоре с Элизой факторами ее восприятия и самочувствия постоянно всплывают такие слова как "фрагментированность", "параметры", "катализатор", "репликация". Технические термины. Отсутствуют слова, передающие телесность, физическое восприятие и себя (что понятно) и людей. В том числе, и Адама Дженсена.
Поэтому Элиза Кассан не говорит о том, что Адам неправильный "физически". Все ее восприятие (и вся ее речь) строится на разнице нейро-версий. Есть версия правильная и "восстановленная". Соответственно, у Адама такая же ситуация. Испорчено его сознание, не тело. И именно в этом они с Элизой похожи, с цифровой девушкой, которая крайне тяготится тем, что "расколота", собрана из нескольких личностей, что она — комбинация разных сознаний.
"Мне кажется, мы одинаковые, Адам. Или становимся одинаковыми", — настаивает Элиза, внутри которой ее новые, прилепленные после Панхеи, сознания могут меняться несколько раз при разговоре с Адамом, полноценно уступая друг другу место.
Подстава от "Эйдос Монреаль"
Но есть еще один важный момент, о котором мало кто задумывается, — то, что сами создатели игры, "Эйдос Монреаль", играют роль ненадежного рассказчика. Причем то, что они сами и их персонажи — ненадежные рассказчики, они старательно подсказывают нам на многих примерах:
— Поначалу нового начальника, директора ОГ-29 Джима Миллера нам представляют как "шестерку Иллюминатов", мол, не спит, не ест, все думает, как бы ему выслужиться. Это мнение Алекс Вега, связная Януса, проталкивает как единственно верную точку зрения: ему доверять нельзя, он плохой человек. Да и Миллер тоже временами ведет себя подозрительно, охотится за террористами из КПА, не пытается понравиться Дженсену, безжалостно ругает его за косяки в работе. А потом в финале Вега такая: ой, я, ошиблась! Он не такой, он честный! И Адам: я тоже ошибся!
И чуть не плачет.
— С Натаниэлем Брауном ровно тот же перевертыш. Поначалу Янус уверяет, что если примут Акт о восстановлении человечества, то Браун заработает триллионы. И мы такие: у, гад какой!
А потом Вега снова: ой, мы ошиблись! Он не заработает триллионы, он их потеряет!
— а история с Элисон Станек, помните ее? Бедный рыдающий отец рассказывал, что милую дочурку похитили терористы и собираются убить. А когда Адам бежит ее спасать, выясняется, что все наоборот, милая девочка Элисон возглавляет группу фанатиков и сама собирается их всех укокошить ради "Бога-машины".
Это самые яркие точки перевертышей, но наверняка геймеры вспомнят и другие "обманки".
Мир "Deus Ex: Mankind Divided" — это мир ненадежных рассказчиков, и "эйдосы" активно этим пользуются.
Именно поэтому можно сделать главный вывод.
Создатели игры сознательно разбрасывают по сюжету "доказательства" того, что Адам — клон, создают ложные намеки, прописывают персонажам двусмысленные реплики и неверные интерпретации этих реплик, расставляют ловушки типа той самой криокамеры в "Палисейде". В общем, нагнетают.
Овечка, Мышка и Железный Дровосек
Ярые канонисты этого сеттинга в целом продвинутые люди, и они понимают принципы клонирования. Это не то, что ты взял и отпечатал целого человека на неведомом аппарате.
"Клонирование — это процесс получения отдельных организмов с идентичной или практически идентичной ДНК естественным или искусственным путем".
- Подробнее о том, как размножиться клонированием естественно и искусственно
Интересно, что эксперименты с пересадкой личности и контролем сознания в этой вселенной есть. К слову, занимается этим отнюдь не "Шариф Индастриз", чьи импланты носит Адам, а корпорация-конкурент "Тай Юн Медикал".
Мы видим последствия экспериментов, и видим, что, нет, не удается искусственным носителям полностью скопировать и заменить или подавить личность:
— в тихую милую Дарью Мышку встроили так называемый "донорский личностный пакет" с сознанием личности серийного убийцы, и девушка начала совершать убийства, но "серийник" так и не взял полностью вверх над ее разумом. Неудача — чек! Навязанная личность не перекрывает исходную личность.
— еще более показательна (для истории Адама Дженсена) встреча с солдатом Майклом Желязны в "Deus Ex: Human Revolution". В него вживили чип подавления памяти (мы тут усиленно подмигиваем). Но воспоминания все равно начали прорываться. Неудача — чек! Конфликт внедренных приказов и ядра самостоятельной личности и внутренней морали человека неизбежно возникает.
Как видим, технологии есть, но им далеко от совершенства. А уж те симптомы, которые испытывает Майкл Желязны, идеально ложатся на отрывочные и странные воспоминания Адама Дженсена.
Почему мы должны верить Шарифу
Как ни странно, но бывший босс Дэвид Шариф — это главный надежный рассказчик в игре. Он тот, кто говорит Адаму правду, пусть и не целиком.
Просто Адам и игрок вместе с ним слишком обижены по личным обстоятельствам, поэтому и не верят ни единому слову.
А ведь Шариф не обманывает. Можно проверить по фактам из "Deus Ex: Human Revolution". По тем диалогам, на которые Адам поначалу в 2027-м году реагирует крайне резко: не верю, все брехня.
— Шариф, вы делаете суперсолдат?
— Нет, конечно!
Правда. Это делает "ТЮМ" (смотри чуть выше историю Майкла Желязны)
— Шариф, кто виноват в происходящем?
— Это Бильдербергский клуб, Иллюминаты.
Правда. Адам сам получает позже этому подтверждение, в том числе и от иллюминатов Уильяма Таггарта и Хью Дэрроу.
— Шариф, в чем суть открытия Меган?
— Все люди стали бы независимыми от эн-поза, как ты, сынок.
Правда. Отсутствие обязательного "нейропозина" сделало бы аугов невероятно свободными и не привязанными к огромному количеству ограничений. И никого бы не напрягало, почему только Адам Дженсен постоянно забывает дорогущие и жизненно необходимые ампулы эн-поза в офисе ОГ-29.
Проверить информацию к Шарифу отсылают Элиза Кассан (которой игрок верит!) и Чжао Юнь Чжу (которой верить нельзя, но тут она права), они обе говорят: спроси у Шарифа, он знает.
А Шариф и в самом деле честно говорит, что он знает — просто не все рассказывает.
Что на самом деле волнует Шарифа?
В "Deus Ex: Mankind Divided" создатель аугментаций тоже выдает полезную информацию. Просто игроку нужно услышать, о чем говорит Шариф, а не метаться, заламывая руки: о боже, если Дженсена не опознали, значит, он клон!
Нет, давайте же внимательно послушаем, о чем говорит нам Шариф.
Мы не будем приводить весь диалог, он займет слишком много места. Остановимся на тех репликах, которые наиболее смущают умы фанатов.
Дженсен: Мне сказали, моя личность была неустановлена.
Шариф: Установить было бы несложно. На твоих аугментациях серийные номера. По крайней мере, на тех, что внедрили на Адама Дженсена у нас.
Дженсен: Вы полагаете, все мои аугментации новые? Даже те, что ставили вы?
Шариф: Я ничего не полагаю. Я говорю тебе, что на всех наших аугментациях есть серийные номера. И их нетрудно отследить.
Авторы статьи уверены, что мысль Шарифа предельно проста. Адам, сынок, твою личность установить просто, на твоих аугментациях есть номера. И если тебе "сказали, что твоя личность не установлена", значит — тебе бессовестно соврали. Твою личность установили моментально, благодаря идентификационным номерам, но не сообщили ни одной службе: ни врачам, ни спасателям. Возможно даже подтерли данные в журналах, где фиксируются все прибывшие.
Кому-то было нужно, сынок, чтобы ты как можно дольше числился без вести пропавшим, чтобы был некой неучтенной единицей, вне всяких списков. Чтобы тебя не искали, не требовали отпустить.
Дженсен: Я знаю свои аугментации, Шариф. У меня ушло два года, чтобы к ним привыкнуть, раскрыть весь их потенциал.
Шариф: Два года? Правда, Адам? Один из них ты не помнишь, потому что якобы был в коме на Аляске. Слушай, сынок, я просто хочу сказать, что опознать тебя было бы нетрудно.
Шариф сразу дает нам три ценных факта, если обратить внимание на это "якобы был в коме на Аляске", в комплексе 451:
— Адам не помнит целый год, потому что был в коме?
— Был ли Адам именно в коме?
— Был ли Адам на Аляске большую часть времени своего беспамятства?
Вопрос: где он был и что там с ним делали?
Шарифа это тревожит больше всего: "Чем глубже копаю, тем больше появляется вопросов".
И когда Дэвид говорит "якобы был в коме" — он очень сильно сомневается, что это было именно то, в чем уверен Адам.
А Адам невольно подтверждает эти сомнения, когда не только в диалоге с Шарифом, но и несколько раз в игре повторяет тезис: "У меня ушло два года, чтобы привыкнуть к имплантам, раскрыть весь их потенциал". Он сам себя выдает, что не было столь продолжительной комы. Потому что если год он лежал овощем в отделении коматозников, то откуда у него в голове взялось два именно рабочих года?
И еще один тонкий момент:
Адам думает, что он говорит про импланты Шарифа, но не исключено, что привыкание и потенциал — это относится еще и к имплантам Орлова, если они все же были встроены раньше, а не перед самым "выходом из комы". И он осваивал их в бессознательном, а вернее, в "подавленном" (вспоминаем историю Майкла Желязны) состоянии, не помня этого.
Отсюда воспоминания об исцарапанных поврежденных имплантах, которые внезапно обнаруживает на себе Адам в романе "Черный свет".
Отдельная головоломка связана с Вадимом Орловым, тайно установившим новую систему "Титан". Позже она чуть не убила Дженсена, потому что несовместима с его прежними аугментациями.
Дженсен: Почему вы так уверены, что новые не поставили на Аляске? Орлов был там, я говорил с ним.
Шариф: Ты сказал, что он был под псевдонимом Макфаден. Я проверил, Каспер Макфаден никогда не существовал до того дня, когда ты пришел в сознание, за месяц до твоего побега.
Дженсен: Где тогда был Орлов?
Шариф: Не на Аляске. Работал какое-то время в Тай Юн Медикал, а весной 2028-го его имя пару раз всплывало в Балтийском регионе. Потом он исчез и появился Макфадден.
Дженсен: И что это доказывает? Орлов — это Макфадден, а Макфадден — это Орлов. Связи со мной тут нет.
Шариф: Не считая аугментаций, которые спроектировал Орлов. Установить и соединить их с конкурирующей системой мог только он.
И снова Шариф и Дженсен не понимают друг друга. Адама очень беспокоит, это он, Адам, или не он. Он нашел коробочку в "Палисейде" и подозревает ужасное. Но он-то Шарифу в разговоре про коробочку не говорит! Он только твердит — а это точно мои импланты, а точно те, которые вы мне поставили, а вдруг не те, а вдруг это доказательство, — и тут уже игроки начинают колбаситься за монитором вместо Адама
Плюс тревога по поводу тайно внедренного "Титана" и то, что Шарифу не надо объяснять, что это такое, тоже не прибавляет доверия.
О чем говорит Шариф?
Его не очень беспокоит само наличие "Титана". И то, что Орлов покопался в системах "Шариф Индастриз". Настоящая проблема для него не в этом.
Шарифа волнует то, что Адам не помнит целый год.
— Где он был?
Адам думает, что в комплексе 451 на Аляске — Шариф говорит, что его нет в списках. И "Титан" ему ставили неизвестно где, вот что тревожно.
Версия Шарифа, как можно догадаться из его слов, то, что Адам был или не на Аляске, а в другой точке планеты, или на Аляске, но в другом комплексе.
— Что с Дженсеном делали и кто?
Адам думает, что Орлов ставил ему все это время "Титан" — Шариф прямым текстом говорит, что не целый год, того мотыляло то в китайский "ТЮМ", то в Прибалтике, а в комплексе 451 он появился лишь за месяц до побега Дженсена.
То есть, Шариф обиняками, но практически непрерывно говорит Адаму, что с тобой возился не Орлов. Целый год это был не Орлов! Все гораздо хуже.
К сожалению, Адам не услышал и не понял намеков.
Шариф продолжает: Орлов появился только потом! Когда с тобой год проработал кто-то еще. До его появления был — кто-то еще.
Адам по-прежнему не реагирует, странно, да? Как будто что-то, вроде чипа отключенной памяти, мешает ему понять и вспомнить, о чем идет речь.
А вот Шарифа волнуют как раз именно этот или эти неизвестные. Далее игра нам практически прямым текстом говорит кто это был — когда идет последняя кат-сцена:
Делара Озен и Люциус ДеБирс.
Делара докладывает, что воспоминания их тайного агента стабильны, и он все ближе подбирается к Янусу. Люциус очень доволен. "Значит, встреча — вопрос времени".
Его реакция недвусмысленно дает понять — в Адама Дженсена внедрена программа, которая пока не активирована. До определенного момента.
Выводы:
1. "Исправленный" Адам Дженсен — это личный проект ДеБирса. (Остальные иллюминаты не в курсе, потому что с его помощью ДеБирс ищет предателя среди своих; и предатель есть, это подтверждает артбук).2. Адам Дженсен снова подвергся насильственной установке имплантов. Но что еще хуже, ему перекроили сознание. Очень высока вероятность того, что Адам — "спящий агент", который направлен на поиски Януса. Стоит вспомнить, как настойчиво раз за разом он пытается встретиться с Янусом лицом к лицу и требует именно личной встречи. Практически маниакально, хотя зачем ему?
3. Делара Озен по поручению ДеБирса наблюдает за Адамом. Она постоянно сверяет и поправляет воспоминания Адама. Всегда спрашивает про Панхею, похоже, это та самая отправная точка, которая удерживает поток наложенной ложной информации и внедренных задач.
4. Потому что именно про Панхею первым делом спрашивает Адама Элиза Кассан. "Ты там был. Ты помнишь?" (и Адам достаточно неприветливо может задать ей встречный вопрос: "Почему ты не рассказываешь, что помнишь ты?"). Опять же, несоответствие Адама воспоминаниям Элизы Кассан начинается именно с Панхеи (что и позволяет авторам статьи сделать вывод о контрольной точке коррекции памяти именно с этого момента). Потому что восстановленная версия Элизы Кассан не помнит события Панхеи и непосредственно Адама (Что наводит на мысль провести аналогию с Дженсеном и его уверенностью в своих воспоминаниях). И настоящая Элиза в диалоге упоминает их встречу в "Пике" в Монреале, ни на секунду не сомневаясь, что этот момент и этот разговор Дженсен прекрасно помнит. Тут тестирование памяти Дженсена у нее не включается — Элиза полностью уверенная, что более ранние воспоминания Адама — настоящие, проверки "а ты помнишь?" не требуют.
5. Вопрос памяти и воспоминаний встает постоянно в диалогах Адама Дженсена с теми людьми, которые знали его в 2027-ом году, и с кем он общался на Панхее перед самым концом. Это Дэвид Шариф и Элиза Кассан.
6. Адам Дженсен — кормушка для нескольких проектов Иллюминатов. Копия его физического тела в коробочке в хранилище «Версалайф» — источник экспериментов с наноимплантами, будущими Дентонами (подтверждает переписка Орлова), и с вирусом «Орхидеей» (подтверждает аудиозапись Меган Рид с Бобом Пейджем). Разум же Адама Дженсена принадлежит другой группировке, тоже своеобразной триаде: Люциус ДеБирс, Делара Озен и Элизабет Дю Клэр, которые сосредоточены на поимке внутреннего врага.
Именно поэтому основной секрет игры не в том — клон или не клон Адам Дженсен. А в этом самом потерянном забытом времени. Между Панхеей и побегом Адама с Аляски. Страшно на самом деле представить, что Дженсена могли заставлять делать. Все что угодно, на самом деле. И что могли делать с его головой.
За пропавший год нельзя создать клона, но можно сделать очень много плохого с человеком, который оказался беззащитным перед чужим злым умыслом. Иногда такое хуже смерти.