Chapter Text
It is said that the Devil has all the best tunes.
This is broadly true. But Heaven has the best choreographers.
Good Omens
ДУША ХОРЕОГРАФА
Пьеса в трех действиях
С интермедией и эпилогом
представленная Люцифером и его труппой на балу в честь Недоапокалипсиса
перед зрительским залом, полным ангелов, демонов и почетных гостей
(Всадников Апокалипсиса и нескольких отличившихся смертных)
Действующие лица:
Ангел-начальник
Ангел-подчиненный
Демон-начальник
Демон-подчиненный
Ангелы и демоны, штатные сотрудники Рая и Ада
Артиус, творческий ангел
Людус, творческий демон
Кирилл, руководитель аматорской танцевальной студии «Стардэнс»
Майя, член студии
Тимофей, член студии
Сага, член студии
Лиза, бариста и официантка в кафе
Габриэла, менеджер ночного клуба «Палаццо»
Кордебалет и костюмеры «Палаццо»
Смерть
Голос
Люцифер
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Сцена 1: Рай
На сцене небесная канцелярия. Ангел-начальник сидит за столом с бумагами. Выходит Ангел-подчиненный с папкой в руках. На столе колокольчик. На заднем плане трое штатных ангелов. Они перекладывают документы из одной стопки в другую. Ангел-начальник перебирает бумаги, вглядывается в цифры и таблицы. Он явно недоволен.
Ангел-начальник: Политики – понятно, врачи – без вопросов, о композиторах можно уже позабыть, но почему хореографы? У нас же всегда были хорошие показатели по хореографам!
Ангел-подчиненный: Я бы не сказал, что всегда. Показатели по ним стабильно падают с начала ХХ века.
Ангел-начальник: Это были хорошие падающие показатели – тогда падало всё, а эти, по сравнению с остальными, медленно кружились, постепенно снижаясь. Сейчас же они перешли в крутое пике.
(штатные ангелы делают полшага назад)
Ангел-подчиненный: (робко) Зато у нас прирост по психотерапевтам.
Ангел-начальник: (возмущенно) Это должно меня утешить? Возможно, ты хочешь коротать вечность, танцуя один только полонез? (язвительно) С психотерапевтами?
(штатные делают еще полшага назад)
Ангел-подчиненный: (быстро мотает головой) Не хочу, ваше светлейшество.
Ангел-начальник: Так вот, пора принять меры. Кто у нас разбирается в творчестве?
(штатные ангелы делают целый шаг назад – никто не хочет получить это задание)
Ангел-подчиненный: Проблема в том, что нынче, чтобы достучаться до танцоров, как и до кого угодно, нужно действовать через… как же их (заглядывает в бумажку)… социальные сети.
Ангел-начальник: И где же тут проблема? Стучите им куда надо! Уж наверняка ангелы не падут, если зайдут в эти ваши сети.
Ангел-подчиненный: (смущенно кашлянув, протягивает бумагу) Взгляните вот сюда, ваше светлейшество.
Ангел-начальник: (удивленно поднимает брови) Что?! И сколько таких?
(штатные ангелы, которые успели приблизиться, снова отступают)
Ангел-подчиненный: (указывает на какие-то цифры в бумаге) Да вот…
Ангел-начальник: (после фейспалма) Я боюсь спросить, но все-таки… Остались ли среди нас еще те, кто способен не запутаться в сетях и не пасть после первых же десяти лайков? И вообще… кто-нибудь все еще может работать со смертными лично – как мы это делали успешно тысячи лет? Кто-то еще помнит, где у нас стоит сосуд божественного вдохновения и не боится его использовать? Или мы все тут обречены на психотерапевтов?
(штатные ангелы опускают вниз головы)
Ангел-подчиненный: (со вздохом) Вызвать Артиуса, ваше светлейшество?
Ангел-начальник: У нас есть выбор?
Ангел-подчиненный и штатные за ним синхронно качают головами. Ангел-подчиненный звонит в колокольчик.
Сцена 2. Те же и Артиус
Артиус влетает на сцену, излучая творческий энтузиазм.
Артиус: Друзья мои, как я рад вас видеть! (к Ангелу-начальнику с поклоном) Ваше светлейшество! (пожимает руки штатным ангелам, а затем обнимает Ангела-подчиненного, отчего тот слегка морщится,) Ну же, расскажите, какова моя новая миссия? Нужно создать нового Шекспира? Возродить романтизм? Вернуть моду на модерн в архитектуре и ар нуво в декоре? (перебивая самого себя - у него слишком много идей) Я тут подумал, а что если школьные учебники начнут писать стихами? Что-то в стиле Гомера? Нет, лучше лаконичнее и современнее (перебирает в уме варианты) Лимерики? Пирожки?
Ангел-начальник: (сквозь зубы) Хайку.
Артиус: (немедленно загорается идеей) О, это же прекрасная мысль! (начинает писать хайку на листе бумаге, который вежливо выдергивает у Ангела-подчиненного)
Ты бесконечно,
Число по имени Пи,
И трансцендентно…
Ангел-начальник: (делает фейспалм, а потом обращается к Ангелу-подчиненному) Объясни ему его миссию.
Ангел-подчиненный: За последнее столетие сильно упали показатели по хореографам, и в связи с этим…
Артиус: (возбужденно) Ни слова больше! Хореографы! Танцы! Это же восхитительно! (делает пируэт) Это моя любимая сфера искусства! Боже мой! (после этих слов слегка останавливается в своем потоке, смотрит вверх и делает почтительный поклон). Сейчас столько новых стилей – и в каждом свои возможности для облагораживания душ человеческих… а если еще взять фьюжн – впрочем, нет, всегда можно вернуть моду на что-нибудь классическое – мазурка? А если сделать фьюжн мазурки и трайбла… (Артиус уже готов пуститься в пляс, но…)
Ангел-начальник: (решительно останавливая Артиуса) Рай не требует от тебя творческого плана, расписанного по стилям. Рай требует от тебя результат. Можно приступать. Прямо сейчас. (сквозь зубы) И не здесь… (указывая взглядом вниз, с некоторым презрением) А там!
Артиус: Конечно, конечно же, ваше светлейшество, я уже в пути – держитесь, хореографы! (раскрывает крылья и готовится спускаться на Землю, но его останавливает Ангел-подчиненный).
Ангел-подчиненный: Не забудь божественное вдохновение.
Артиус: (хлопает себя по лбу) Точно, как я забыл!
Ангел-подчиненный: (протягивает бумагу) Распишись тут и вот тут, и ступай к сосуду. (Артиус нетерпеливо расписывается и уходит)
Артиус: (уходя) Вот теперь уж точно держитесь, хореографы!
Ангел-начальник: (со вздохом) Не сходить ли мне к этим нашим новым психотерапевтам…
Ангел-подчиненный: (смущенно кашляет) Они принимают только по предварительной записи.
(протягивает другую бумагу. Ангел-начальник качает головой и записывается на прием)
Сцена 3: Ад
Мизансцена полностью дублирует райскую, только в темных тонах. Вместо колокольчика на столе старомодный телефон. Важные демоны пьют вино из бокалов, а штатные – звенят монетами, делая ставки.
Демон-начальник: Что у нас плохого? Реконструкция Ада уже сдвинулась с мертвой точки?
Демон-подчиненный: Ваше темнейшество, десятый и одиннадцатый круги будут запущены в ближайшее время. Двенадцатый в стадии планирования. И, судя по всему, придется строить тринадцатый – специально для психотерапевтов. А пока они, по вашему распоряжению, проходят нашу спецпрограмму и попадают в Рай.
Демон-начальник: Отлично! Не спешите с тринадцатым кругом.
Демон-подчиненный: (угодливо кланяется) Как скажете, ваше темнейшество.
Демон-начальник: Что там в доносах тайных агентов?
Демон-подчиненный: Тут есть новая стратегия для увеличения числа падших ангелов, проекты всемирных заговоров…
Демон-начальник: Скуч-но!
Демон-подчиненный: (быстро) А также Рай снова отправил на спецзадание Артиуса.
Демон-начальник: (заинтересован) С целью?
Демон-подчиненный: Учитывая, что он немедленно кинулся смотреть все балетные премьеры в театрах Европы, его наверняка послали завоевывать для Рая хореографов.
Демон-начальник: Хореографов, значит. (Демон-начальник и подчиненный многозначительно переглядываются)
Демон-подчиненный: Если я правильно понял вашу мысль, то мы вызываем Людуса. (штатные демоны оживляются)
Демон-начальник: (оборачиваясь к ним) И никаких ставок в этот раз! (штатные замирают)
Демон-подчиненный: (слегка ухмыляясь, снимая трубку телефона на столе) Людуса к его темнейшеству!
Сцена 4: Те же и Людус.
Людус входит медленно, излучая презрение ко всему.
Людус: Ваше темнейшество, вы хотели меня видеть.
Демон-начальник: Не то чтобы очень, Людус. Но для тебя есть работа.
Людус: (брезгливо) Работа?
Демон-подчиненный: Миссия! (Людус закатывает глаза)
Демон-начальник: Миссия под названием «Артиус».
Людус: (усмехаясь) Ну, конечно. Куда его послали на этот раз?
Демон-подчиненный: По сводкам наших агентов, он посетил все балетные премьеры Европы. (Людус смеется)
Демон-начальник: Они нацелились на хореографов, Людус, и это может быть серьезно.
Людус: Да неужели? Танцы – это серьезно, по-вашему? Настолько, что требует моего присутствия? Да любой рядовой демон (кидает взгляд на штатных демонов, которые делают шаг назад) способен искусить хореографа при помощи банальных смертных грехов. Тщеславие работает в 99 случаях из 100. Предложили хореографу модную фотосессию для журнала – и он ваш. Я запустил «Танцы со звездами», чтобы нам можно было расслабиться и просто пожинать плоды. Не сработало Тщеславие – ну вдруг! – всегда есть в запасе Похоть и Зависть: они ложатся на танцы как родные. Танцы! (презрительно хмыкает) Что может быть проще?
Демон-начальник: Но это же Артиус. У него Идеи!
Демон-подчиненный: И божественное вдохновение наверняка тоже. Они там (поднимает глаза наверх) не поскупятся.
Людус: У меня, между прочим, тоже Идеи, но я бы предпочел использовать их на проекты поинтереснее. Я, может быть, обдумываю сейчас внедрение цифрового пост-транс-модернизма в популярную культуру. Для ее окончательного разложения. Танцы! (хмыкает еще презрительнее)
Демон-начальник: (шепчет Демону-подчиненному) Внедрение чего?
Демон-подчиненный: (пожимает плечами) Цену себе набивает, ваше темнейшество. Как всегда.
Демон-начальник: Хм… (К Людусу). Что ж, даю тебе выбор. Либо ты отправляешься искушать хореографов, либо берешься за творческую разработку тринадцатого круга Ада. Для психотерапевтов.
Людус: (быстро) Хореографы так хореографы, я же не спорю! У Артиуса действительно случаются Идеи. И вдохновение. Вот как раз и ударим по ним… пост-транс-модернизмом.
Демон-начальник: Приступай немедленно.
Людус: Ваше темнейшество! (кланяется и уходит)
Демон-начальник: (штатным демонам, которые снова оживились) Прекратить! Никаких ставок. И вообще, работы что ли нет?! А ну-ка, пошли отсюда! (штатные уходят. Демон-подчиненный смотрит на Демона-начальника по-заговорщицки)
Демон-начальник: Ставлю тридцать монет на Артиуса.
Демон-подчиненный: Принимаю. (Они ударяют по рукам)
Голос: Прошло полгода
Сцена 5: Земля. Кафе.
Два столика, на одном использованная посуда. Доска, на которой написано «блюдо дня». Барная стойка.
Лиза убирает со столика использованную посуду и вытирает его. Затем подходит к доске и протирает ее. Она пытается придумать название для коктейлей дня – пишет и стирает мелом несколько названий в духе «Феерия вкуса» и «Вкус феерии». Фантазия ей отказывает. В результате все вытирает и пишет Коктейль 1, 2 и 3.
Заходит Артиус.
Артиус: Прекрасная ночь, сударыня.
Лиза: (немного устало) Как скажете.
Артиус: (садясь за столик) А можно мне ваши коктейли? 1, 2 и 3?
Лиза: Сразу три?
Артиус: Если вас не затруднит.
(Лиза отправляется за стойку делать коктейли)
Лиза: Вы извините – это новые фирменные, но оригинальных названий никак не могу придумать.
Артиус: Что вы! Прекрасные названия! Мои любимые числа! Такие натуральные. Уже предвкушаю.
(Лиза приносит коктейли)
Артиус: Благодарю вас! Как чудесно! Какое сочетание цветов и запахов! Это же как трио великих теноров. (пробует первый коктейль) И точно тенор! Самый настоящий – как у Лоэнгрина, или даже нет, как у Хосе из «Кармен»! (Артиус напевает) А это у нас кто? О, это уже не тенор – это же баритон! Риголетто, однозначно! (снова поет) А этот, я надеюсь… (пробует) Я так и думал! Браво, это бас! (отпивает, задумывается) Какая глубина! Бас-профундо! Как у Зарастро в «Волшебной флейте», помните? (Артиус напевает)
Лиза: (слегка опешив) Ага. (Артиус продолжает отпивать и напевать, а она направляется к доске и стирает надписи 1, 2 и 3, и пишет «тенор», «баритон» и «бас»)
Сцена 6: Те же и «Стардэнс»
Заходят Кирилл, Майя, Тимофей и Сага. Их переполняют эмоции, они обсуждают бал – говорят про мушкетеров и подвески.
Кирилл: Приветствую тебя, мадемуазель Лиза! Бонжур! (остальные тоже здороваются – летит много французских слов)
Лиза: (улыбается) И вам бонжур, мсье Кирилл. Привет, Майя, привет, Сага.
Тимофей: А мне бонжур?
Лиза: А вам, месье Тимофей, бонсуар. Дайте угадаю, у вас афтерпати?
Майя: Что нас выдало?
Сага: Пардон за наш французский, вот что.
Лиза: И как все прошло? Впрочем, и так видно, что отлично.
Кирилл: (подходит к Лизе, галантно кланяется и делает несколько па танца) Это было просто… magnifique!
Тимофей: Эй, если мы танцуем менуэт с Лизой, то я в деле (подходит к ним, и они делают несколько па втроем. Майя и Сага в это время садятся за столик)
Майя: Ты только посмотри на них, Сага.
Сага: Кажется, кавалеры не натанцевались.
Лиза: (смеется) С такими кавалерами затанцует любой, даже тот, кто не умеет! А кто вы сегодня? Какая была тема бала?
Тимофей: (поет) Когда твой друг в крови…
Кирилл, Майя, Сага: (подхватывают) À la guerre comme à la guerre!
Лиза: Это откуда? Мушкетеры, что ли?
Кирилл: Стардэнс, один за всех!
Тимофей, Майя, Сага: (подхватывают) И все за одного!
Кирилл: Мадемуазель, принеси нам уже выпить, наконец. Сильвупле.
Лиза: И что же, Стардэнсу сегодня налить как обычно или чего-то французского?
Сага: Как обычно. (Тимофею, который рассматривает названия коктейлей) И нечего раскатывать губу.
Тимофей: Ваше величество, посмотрите, как мелодично!
Кирилл: (тоже читает названия коктейлей) А ведь и правда! Лиза, налей-ка Стардэнсу всю партитуру! (Лиза уходит за барную стойку)
Сага: (вздыхает) Знаете, я больше не стану играть королев. Утомительно – они слишком церемонные.
Майя: А я не стану играть главных героинь. Они тоже утомляют: они слишком влюбленные.
Тимофей: (драматично) Констанция, куда же ты все время исчезаешь?
Майя: Ну, хватит уже, Тим. Никаких больше констанций. Давайте на следующий раз придумаем тему бала, где констанций не будет в принципе! Может, сестра от меня отстанет наконец – просится в Стардэнс, сил нет. Думает, что она тут в сказку попадет.
Сага: Так приводи сестру – в чем проблема?
Майя: Спасибо, мне ее и дома хватает. И вообще она еще мала для… констанций и всего, что с ними связано.
Кирилл: Надо признать, что там, где танцы, всегда есть и констанции. И они всегда слишком влюбленные.
(Лиза приносит им коктейли)
Тимофей: И за это надо выпить!
Кирилл: За танцы и констанций!
Майя: За освобождение танцев от констанций!
Сага: (саркастично) За марлезонский балет!
(пьют)
Кирилл: Здорово, что у нас во всем взаимопонимание.
(остальные смеются)
Сага: Между прочим, наши противоречия – залог нашего творческого союза.
Тимофей: Заложник, ты хочешь сказать?
Кирилл: Оставь уже Сагу в покое.
Сага: Кирилл, это ты оставь Тимофея в покое – он меня не напрягает
(Тимофей делает возмущенное лицо. Потом показывает Лизе пустой бокал)
Сага: Если честно, я на стороне Майи – нам нужна менее романтичная тема.
Кирилл: Сага, ты и в мушкетерской теме убила всю романтику, до которой смогла дотянуться. Развела такую политику, что старина Бэкингэм был вынужден разбираться с кардиналом и послами и кем-то там еще… траляляля – бедняга даже не успел перейти к любви и подвескам!
Сага: (пожимает плечами) И горжусь этим.
Тимофей: Вы не в ту сторону думаете. К Новому Году нам бы тему повеселее, без политики, и чтобы можно было сочетать придворные танцы с народными. Чтобы в дресс-коде было раздолье. Народ это любит.
Майя: И чтобы с показательными номерами!
Сага: И чтобы не совсем банально. Немного идейности балу никогда не мешает.
(Тимофей, Майя, Сага смотрят на Кирилла)
Кирилл: С такими запросами… (его перебивает Лиза, которая приносит новые коктейли)
Лиза: Кажется, в «Бременских музыкантах» герои отплясывали на королевском приеме совсем не дворцовые танцы.
(на лице Кирилла сразу появляется гримаса неприятия)
Тимофей: (загораясь) Устами мадемуазель! Они там отплясывали именно то, что нам надо!
Кирилл: Подождите…
Майя: (перебивает) …и цирковые номера! Можно вставить акробатические трюки из рок-н-ролла!
Кирилл: Но это же опять советское детство, которого у нас даже не было, к счастью, – может, хватит уже нам…
Сага: (перебивает) Именно это можно сделать идейной начинкой: утраченное советское прошлое как архетип – или даже вирус сознания. А знаете что…. можно взять оригинал братьев Гримм за основу – помните? Там, где животных выгоняют из дому хозяева. Вечный страх оказаться никому не нужным – экзистенциальный ужас.
Тимофей: Мы будем танцевать экзистенциальный ужас?
Сага: Мы всегда его танцуем. Так или иначе.
Майя: О нет, там же Принцесса! Заявляю сразу – я не буду играть принцессу. Кого угодно, только не ее! Хоть Осла.
Тимофей: Осел – мой!
Кирилл: Прекратите! (Кирилл подскакивает с коктейлем в руке, все резко замолкают и замирают, включая Лизу)
(на сцене темнеет. Появляется Артиус. Он становится за спиной Кирилла, раскрывая крылья, и добавляет ему в коктейль божественное вдохновение).
Кирилл: Друзья, у Бременских музыкантов есть потенциал, я не спорю. Но мы снова хватаемся за первую попавшуюся веселую тему и расписываем роли, не успев даже подумать о том, что мы делаем!
Сага: Я успела подумать…
Кирилл: Сага, подожди. Дайте же, наконец, мне сказать. Послушайте…(начинает играть тема галактики) Раскройте глаза! Мир огромен – и мы можем станцевать его целиком, а не только полузабытую историю из детства с заводными песнями. Мы же – Стардэнс, Танец Звезд – так давайте замахнемся на космическую тему.
Тимофей: Это про Алису Селезневу, что ли? Тайна третьей планеты? Отлично. Я буду Птицей-Говоруном!
Кирилл: (подходит к Тимофею, берет за руку и выводит вперед) Да нет же! Забудьте про советские мульты, наконец! Танец самой Вселенной! Вращение Луны вокруг Земли и Земли – вокруг Солнца! Мы можем станцевать не только экзистенциальный ужас, но и Большой Взрыв, и расширение Вселенной, и энтропию, и черную дыру.
Тимофей: Это ты про буфет?
Сага и Майя: (одновременно) Т-с-с-с!
Кирилл: (обращаясь к Саге, выводя ее вперед. В его движениях ощущается менуэтная пластика) Чем, как ни танцем, показать три стрелы времени в колчане Вечности? Сочетать непредсказуемость со стремлением к математической точности? Передать одновременно красоту Вселенной и ее непостижимость? (обращаясь к Майе, выводя ее, тоже как на танец) Мы будем не Алисами и не Дартами Вейдерами – это так банально! Мы будем планетами и звездами и хоть… целыми галактиками. Галактический бал! (музыка постепенно затихает. Освещение меняется на обычное, Артиус опускает крылья. Кирилл замер обернувшись к друзьям, ожидая их ответа.)
Сага: Что ж… Хорошая тема для Новогоднего бала. Гораздо идейнее выгнанных хозяевами зверей.
Тимофей: И танцы можно поставить какие угодно – энтропия возьмет свое.
Майя: И если мы все будем планетами и стрелами времени, то обойдемся, наконец, без принцесс и констанций.
Кирилл: Вот именно! Тогда решено? Один за галактический бал?
Тимофей, Майя, Сага: И все за одного!
Лиза: Я ничего не поняла, но я бы хотела увидеть такой бал.
Кирилл: Тогда я тебя приглашаю – приходи и сияй!
Сцена 7: Там же, без Стардэнса
Стардэнс ушли, Лиза спит за стойкой. Артиус сидит один за столиком с коктейлями.
Появляется Людус.
Людус: (оглядывается и качает головой) Куда вас, сударь, к черту, занесло? (садится за столик Артиуса. Тот не поднимает на него взгляд и становится напряженным. Артиус молча пьет, а Людус рассматривает его, а потом доску с надписями) Твоя работа, о коктейльный кудесник? (Артиус вскидывает голову, но молчит)
Людус: (щелкает пальцами, и Лиза частично просыпается – достаточно только для того, чтобы сделать коктейли) Галактический бал! Ну, ты и загнул, господин Пафос. Нет, ну если бы это была Метрополитен-опера или Ла Скала, я бы еще понял. Но аматорская студия в уездном городе N? Это, вообще, точно город? (Лиза приносит коктейли для Людуса и уходит за стойку, где опять засыпает)
Артиус: (резко) Так возвращайся – бегом обратно на Бродвей или в Уэст-Энд! Полгода ты следуешь за мной тенью и мешаешь воплощать балетные проекты небесной красоты. Тебе не надоело? Так вот, я застрял в уездном городе N, и хореографы мировой величины – все твои! (другим тоном) И не начинай с баритона!
Людус: (который пригубил один из коктейлей, чуть не поперхнулся) Что, прости?
Артиус: Не начинай с баритона (забирает бокал и двигает к нему другой). Вот с этого начинай, с тенора.
Людус: (откашливается, подавляя смех) Как скажешь, о маэстро алкогольных партитур! Ммм, а ты прав. Ну что, за проекты небесной красоты?
Артиус: (нехотя отвечает на тост) Издеваешься…
Людус: Спасибо, что заметил. И нет, не надейся, друг мой, я не перестану следовать за тобой верной тенью. Сам понимаешь. Мой долг следить, чтобы в каждом твоем лебедином озере нашелся черный лебедь. Этот твой Кирилл… будет мой. То есть… не он, а его душа, и не моя, а нашего повелителя… ну ты понял.
Артиус: Не дождется твой повелитель! Галактический бал все искупит и приблизит их всех к небесам.
Людус: Да что ты говоришь, мистер Катарсис? А как у вас там на небесах относятся к расширению вселенной, энтропии и стрелам времени? В небесной канцелярии приняли, наконец, научное мировоззрение и устраивают публичные чтения «Краткой истории времени»?
Артиус: Между прочим, это я вдохновил Стивена на написание этой книги! И я смог убедить наших наверху, что чем больше люди читают такое, тем больше они проникаются идеей непостижимости вселенной.
Людус: (скептически) Смог убедить ваших наверху?
Артиус: Да. Не сразу. Почти всех. Почти убедить. Еще несколько презентаций, и дело будет в шляпе!
Людус: Знаешь, Артиус, если ты не падешь сам – а я все еще надеюсь на это - они тебя оттуда выкинут своими руками.
Артиус: После того, как я приведу в рай стольких хореографов, не посмеют. Несмотря на все твои происки, я все равно тебя обгоняю. Какой у нас счет?
Людус: (неохотно) 7:6. Но Кирилл и его Стардэнс – легкая для меня добыча. Тут же хватит простого греха тщеславия. У аматоров в этом плане – такие черные дыры.
Артиус: (размахивая бокалом) Это мы еще посмотрим.
Людус: (решает, что это тост и поднимает бокал) Еще как посмотрим!
Артиус: (забирает у него один бокал и дает другой) Теперь Риголетто – в смысле баритон!
Людус: (качает головой) Пади уже наконец! Твои таланты так нужны в Аду.