Work Text:
Чёрт возьми, Шан Цинхуа устал.
Он только что привёл в порядок архивы королевства Мобэй-цзюня и организацию, которая теперь работала без особых проблем.
Эта организация заняла гораздо больше времени, чем ему хотелось бы.
Приняв всё это как должное, он попросил разрешения у своего короля вернуться на пик Ань Дин, чтобы уладить нерешённые вопросы, которые у него были на стороне людей. Получив разрешение, он открыл портал и ушёл.
Ах, как бы он предпочёл остаться на Севере.
Пик Ань Дин, пока его не было, получил гору бумажной работы за последние несколько недель, и ему нужно было максимально всё сделать в ближайшие пять дней, потому что вот-вот должна была прибыть очередная партия заказов.
Шэнь Цинцю, вдобавок ко всему, вручил ему список, требующий несколько книг о Нагах¹, которые довольно редки, поэтому ему нужно было найти способ получить их.
{¹Нага - змееподобное мифическое существо в индуизме и буддизме; изображается в виде змеи с человеческим торсом и человеческой головой, укрытой сверху веером змеиных голов; обитает в пещерах и водоёмах, на земле, в воде или под землёй; символ мудрости.}
— Вау, бро, небольшое вознаграждение было бы очень кстати! — Цинхуа слегка возмутился.
---
На четвертый день ближе к вечеру Цинхуа увидел звёзды, и у него была постоянная мигрень прямо над глазами.
Я бы покончил с этим раньше, если бы у меня было ведро кофе, чтобы не дать мне уснуть, подумал он, вздыхая.
Когда наступил вечер, Цинхуа закончил приводить в порядок бумаги на своём столе и лёг на свою кровать.
Сам того не замечая, он вздремнул на несколько минут, закатное небо уже полностью потемнело.
Поднявшись, он протёр глаза, вышел из своего личного корпуса и направился в столовую, чтобы поужинать со своими учениками.
Ближе к ночи его пик был действительно тихим, все спали, кроме их учителя. В конце концов работа моя уменьшается, но никогда по-настоящему не заканчивается.
Сделав последние штрихи на документах, Цинхуа потёр глаза. Встав со стула, он потянулся и направился к своей кровати, чтобы наконец-то немного отдохнуть, когда почувствовал, что в комнате стало холодно.
Очень, очень холодно.
Он задрожал всем телом, но не смог сдержать робкой улыбки, осветившей его лицо, когда повернулся к двери, где стоял Мобэй-цзюнь.
Мобэй вошёл без церемоний и бросил оценивающий взгляд на Цинхуа.
— Доброй ночи, мой Король! Я уже закончил кое-какие последние заметки, на этот раз накопившаяся бумажная работа превысила прошлую, это было гораздо хуже, чем на Севере! Не то чтобы это была какая-то критика, ха-ха, но я думаю, что мне удалось получить хорошее достижение за всё. Я надеюсь, что в отчётах нет ошибок, потому что если мне придется их переделывать, я потеряю сознание.
Пока Цинхуа говорил во всё горло, Мобэй подошёл ближе и увидел кого-то с тёмными мешками под глазами, взъерошенными в разных местах волосами и человека с чрезвычайно усталой фигурой.
— Ты закончил то, что нужно было сделать?
— Большую часть. Мне просто нужно закончить счёт запасов оружия и окончательный отчёт, ну и всё.
— Возьми то, что тебе понадобится. Мы идём домой.
Услышав эти слова, Цинхуа слегка заколебался. Очнувшись от ступора, он написал записку и оставил её поверх большой стопки документов, сказав своим ученикам позаботиться о последней части. Он схватил свои вещи с небольшой сумкой и вернулся к Мобэю.
Домой.
Он собирался домой.
Мобэй открыл портал, ведущий прямо в его личные покои. Затем Цинхуа подошёл к боковому столику, чтобы разобрать свои вещи, а Мобэй отправился в ванную. Расставив всё по местам, Цинхуа присел на край кровати.
И снова задремал.
Он слегка проснулся, когда сильные и холодные, но не некомфортные руки обняли его. Одна рука держала за шеей, положив голову на твёрдую грудь, а другая рука под коленями, придвигая тело ближе к другому.
Мобэй отнёс его в уже приготовленную ванну. Он сел на стул рядом с ней, всё ещё с Цинхуа на коленях, и начал раздевать его.
Цинхуа не оказал никакого сопротивления, и Мобэй смог быстро справиться с этим процессом. Оставив одежду сложенной сбоку, Мобэй медленно опустил Цинхуа в ванну.
Это была особая ванна, заколдованная магией огня, так что вода всегда была нагрета, специально заказанная для использования Шан Цинхуа.
Когда тело его супруга опустилось по шею, Мобэй почувствовал, как он расслабился в его руках.
Люди интригуют.
Он просто окунул его в воду, и тело Цинхуа уже почти полностью отдалось.
Оставив его там, Мобэй пошёл за корзиной с ванными принадлежностями. Откинувшись на спинку стула, он принялся намыливать Цинхуа.
Мобэй-цзюнь со временем научился читать по человеческому телу, умея измерять интенсивность, необходимую для различных целей.
Например, проводя банным полотенцем по телу Цинхуа, тот напрягал некоторые мышцы в определённых местах, поэтому в то же время, когда Мобэй мылил его, он массировал их.
Цинхуа был в мире демонов, но чувствовал себя как на небесах.
Закончив его намыливать, Мобэй начал мыть Цинхуа волосы. Своими острыми ногтями он распутывал пряди, чтобы вода, которую он выливал, равномерно стекала вниз. Когда начали массировать корни волос, Цинхуа издал стон удовольствия.
Хм.
Мобэй ухмыльнулся.
Сделав окончательное ополаскивание, Мобэй вышел снова, чтобы взять полотенце для высушивания. Вернувшись, он увидел, что Цинхуа дремлет, положив голову на край ванны, с очень расслабленным выражением лица.
Мобэй-цзюнь смог к этому привыкнуть.
Когда он пошёл вытаскивать Цинхуа из ванны, тот издал звук протеста.
— Этот король должен тебя высушить. Это не займёт много времени, — сказал Мобэй, усаживая Цинхуа к себе на колени. Высушив тело, Мобэй завернул его в одеяние и накинул сверху плащ, который отложил отдельно, и начал сушить его волосы.
Оставив все полотенца в стороне, Мобэй поднял его на руки, чтобы вернуться в комнату. Он остановился и посмотрел вниз.
Шан Цинхуа был расслаблен, мешки под его глазами немного смягчились, а на губах была лёгкая улыбка, пока его лицо покоилось на груди Мобэй-цзюня.
Мобэй задавался вопросом, как это маленькое человеческое существо могло так много значить для него.
Но вопросы не имели значения. Больше нет.
В конце концов, они уже были женаты.
Мобэй отнёс его к кровати, осторожно уложил и направился к шкафу. Цинхуа начал привыкать к холоду Севера, но это не значит, что у него был иммунитет.
Из-за этого, иногда, даже если ему это не нравилось, Мобэй спал в более плотном одеянии, чтобы не замёрзнуть.
Сегодня был один из таких дней.
Укутав себя, он вернулся в постель, лёг под одеяло и притянул Цинхуа к себе. Последний уютно устроился в его руках, положив голову в изгиб шеи, вздохнул, и Мобэй мог поклясться, что услышал какой-то звук.
— Люблю тебя.
Мобэй-цзюнь улыбнулся себе, поцеловал Цинхуа в макушку и теснее прижал к себе. Мобэй подумал, что Цинхуа уже спит, поэтому прошептал в ответ почти неслышно:
— Я тоже.
Но дело в том, что Цинхуа всё ещё был в полудрёме.
Цинхуа услышал.
У Цинхуа была лучшая ночь сна за долгое-долгое время.