Work Text:
— Ну и что же нам с ней делать?
Оби-Ван озадаченно смотрел на большую плетеную корзинку, которую губернатор Шайтири вручил джедаям перед отлетом. Корзинка стояла на полу их звездолета, а изнутри на него в ответ глядела любопытная тука, свернувшаяся на дне пушистым рыжим клубком.
— Мы могли бы забрать её с собой в Храм, — предложил Энакин. — У нас полно места, она может жить с нами.
Оби-Ван вздохнул.
— Джедаям не положено принимать подарки, мой очень юный ученик, — мягко напомнил он. — И иметь личные вещи тоже.
— Тука — это не вещь, — моментально возразил Энакин.
С ним было трудно спорить. Слегка прикрыв глаза, Оби-Ван потянулся в Силу — зверь в ней излучал спокойствие и дружелюбие, он явно был привычен к людям и совсем их не боялся. Склонившись над корзинкой, Оби-Ван протянул руку и дал обнюхать свои пальцы, а потом почесал туку за ухом. Та, замурчав, ласково потерлась о его ладонь.
— Ты прав, — сказал он Энакину. — И тем больше причин не оставлять ее себе.
— Значит, придется вернуть её губернатору? — разочарованно спросил тот.
Плюхнувшись на пол, Энакин скрестил ноги и тоже потянулся к корзинке, чтобы потрогать гладкую шелковистую шерстку туки.
— Боюсь, это не вариант, — отозвался Оби-Ван, распрямившись и задумчиво поглаживая бороду. Перед миссией он внимательно изучил в архивах информацию о планете и ее жителях, так что довольно ясно представлял, какой будет реакция на возврат подарка. — Это шайтирийская кошка, очень редкий вид тук, обитающий только здесь, — объяснил он ученику, — лишь единицы могут позволить себе такого питомца. — Он благоразумно не стал добавлять, что на черном рынке за одного такого зверька можно выручить сумму больше, чем за круизный лайнер класса люкс. — Но они не только дорогие и редкие, на Шайтири туки этого вида считаются священными, поэтому такой подарок — огромная честь, и если мы попытаемся его вернуть, то сильно оскорбим губернатора. И, скорее всего, ощутимо навредим союзу, который только что заключили с шайтирийцами.
Энакин, который немало поспособствовал заключению упомянутого союза, смотрел на Оби-Вана во все глаза.
— Значит, нам придется отпустить ее на волю? — спросил он, не отрываясь от почесывания туки. — Где-нибудь подальше от столицы, где живут другие... эти кошки?
Тука громко мяукнула, словно такая перспектива ее ничуть не прельщала. Оби-Ван улыбнулся.
— Нет, просто выпустить мы ее не сможем. Она слишком ручная и явно родилась в неволе, не имея защитных инстинктов и без умения охотиться она просто не выживет в дикой природе.
— Но что же нам тогда остается, учитель?
Присев рядом с Энакином, Оби-Ван аккуратно почесал зверя за ухом. А потом потянулся, чтобы на автомате поправить сбившийся капюшон ученика, но вовремя опомнился: в свои одиннадцать стандартных лет Энакин не очень-то жаловал подобную заботу. Но, подумал Оби-Ван, наверняка оценит следующую новость.
— Мы заберем ее на Корусант, — огласил он свое решение. — Уверен, что корусантский галактический зоопарк будет более чем счастлив заполучить в свою коллекцию такой редкий вид.
***
На памяти Оби-Вана этот полет стал одним из первых, когда Энакин не рвался за штурвал. Засев в кресле второго пилота и предоставив Оби-Вану выставлять курс и настраивать автопилот, он что-то самоотверженно мастерил, периодически отмахиваясь от туки, которой надоело сидеть в корзине и которая теперь расхаживала по кабине и совала свой любопытный нос во все углы.
Наконец, устав от того, что никто не уделяет ей должного внимания, она протяжно мяукнула и запрыгнула Оби-Вану на колени. Тот рассеянно погладил ее по рыжей полосатой спине, не отрывая взгляда от приборной панели.
— Да что же тут... Энакин! — Он резко повернулся к ученику, чуть не уронив зверя с колен и поморщившись, когда сквозь ткань в него вонзились острые когти.
Тука примирительно мурлыкнула. Энакин ответил невинным взглядом голубых глаз.
— Можешь не притворяться, что не копался в бортовой технике, — проворчал Оби-Ван. — Верни, пожалуйста, стандартные настройки, у меня нет никакого желания разбираться с твоими усовершенствованиями.
— Сейчас, я почти закончил, — отозвался тот, орудуя отверткой над чем-то, что подозрительно напоминало деталь от...
Оби-Ван прищурился.
— Ты разобрал корабельного дроида-уборщика?
— Всего лишь на время, — тут же занял оборонительную позицию Энакин. — Зато смотрите, учитель!
Подкрутив последние винтики, он опустил получившуюся конструкцию на пол, куда-то нажал — и с тихим писком то, что некогда было частью более крупного дроида, а теперь не превышало размерами нуну, понеслось по кабине, налетая на предметы и стены.
Прежде чем Оби-Ван успел хоть что-то сказать, тука, оттолкнувшись от его колен, резво спрыгнула на пол и рванула следом за собранным Энакином дроидом под заливистый смех его создателя.
— Очень умно, — похвалил с улыбкой Оби-Ван. Энакин довольно просиял в ответ. — А теперь, может, вернешь мне нормальный интерфейс, чтобы мы все-таки долетели до Корусанта?
— Да, учитель, — вздохнул тот.
Разобравшись с управлением и выставив нужный курс, они какое-то время провели в молчании, наблюдая за гонками туки и дроида. Первым тишину нарушил Энакин.
— А в зоопарке ей придётся жить в клетке? — спросил он преувеличенно безразличным тоном. — В большой? Мы сможем навещать её?
— Не беспокойся о будущем, мой юный ученик, сконцентрируйся на том, что происходит здесь и сейчас, — ответил Оби-Ван, даже не задумываясь о том, сколько десятков раз сам слышал это от учителя, и насколько эффективно это помогало.
Энакин шумно вздохнул. А потом раздалось громкое «Клац!» — это тука, поймав наконец мини-дроида, раскусила корпус из пластистали. Рассмеявшись, Энакин выскользнул из кресла и попытался отобрать у нее добычу.
— Следующего дроида придется делать из дюростали, — возвестил он, не отвлекаясь от игры в перетяжки с тукой. А потом, все так же не глядя на учителя, спросил: — Может быть, дадим ей какое-то имя? Не звать же её просто тукой остаток пути, нам ещё так долго лететь! И шайтирийской кошкой неудобно называть, слишком длинно.
Оби-Ван со вздохом потёр подбородок. У него был готов ответ — имена лишь помогают крепче привязаться, а джедаям это ни к чему, — но он так и не смог произнести его вслух. К тому же, решил он, Энакин не заслуживал очередной лекции: именно он склонил губернатора на их сторону, чем немало поспособствовал успеху миссии. Губернатор оказался большим поклонником гонок — кто бы мог подумать? — и к концу их пребывания на Шайтири просто души не чаял в юном джедае. Он бы, наверное, не ограничился редкой зверушкой и подарил Энакину еще и гоночный болид, если бы рядом не находился Оби-Ван с неодобрительным взором наготове. Но и Оби-Вану иногда надоедало играть роль занудного, все запрещающего учителя.
— Хорошо, — согласился он. — У тебя, может, уже и готовые варианты есть?
— Э-э-э... — Энакин так растерялся, что не успел вовремя отдернуть руку и широкая пасть с длинным рядом мелких зубов тут же сомкнулась на его ладони. — Ай! Мне кажется, надо назвать ее Кусакой, — пожаловался он.
Оби-Ван пожал плечами и, подойдя, присел рядом с тукой. Та, моментально растеряв интерес к руке Энакина и пожеванным частям дроида, ткнулась мордой в его пальцы и ласково потерлась о ногу.
— Как вы это делаете? — надув губы, спросил Энакин.
— Живая Сила, — улыбнулся Оби-Ван. — Если хочешь, мы с тобой потренируемся позже. И еще мне кажется, что она проголодалась и рассчитывает выпросить что-нибудь съедобное.
— Точно! Интересно, что из нашей еды она сможет есть? Учитель, я пойду посмотрю, что у нас осталось в припасах.
С этими словами Энакин унесся в другую часть корабля, а Оби-Ван, глядя ему вслед, подхватил туку и вернулся в кресло пилота, где усадил ее себе на колени.
Шайтирийская кошка была очень ласковой — когда не была раззадорена игрой, конечно, — и куда более ручной, чем все прочие туки, которых он раньше встречал, включая домашних. И это, вместе с разговором с Энакином, навело его на мысль. Для понимания Живой Силы, неотъемлемой части жизни и учения джедаев, часто использовали связь с живыми существами — в Храме даже было подобие собственного зверинца, куда падаванов приводили учиться находить контакт с дикими зверями и усмирять их. Это было одним из немногих уроков, который никак не давался Энакину, но Оби-Ван не сомневался, что с тукой у него получится куда лучше. Пожалуй, это стало бы хорошей тренировкой для его ученика. И для юнлингов, которым пока рано пытаться приручать более дикие виды.
В самом деле, подумал он, почему бы и нет?
Дождавшись возвращения Энакина с едой, Оби-Ван потрепал туку по длинным остроконечным ушам и отдал зверя ученику, а сам потянулся за датападом, на котором создал нумерованный список.
Времени в полете у них еще много — достаточно, чтобы придумать с десяток неоспоримых доводов для Совета, почему Кусаку стоит отставить в Храме.