Work Text:
— Почему серебро? — вдруг спросила Ханджи.
Всей компанией в шесть человек они отмечали помолвку Эрвина и Леви у Зоэ-Бернеров дома, сдав детей матери Моблита. Празднование подошло к тому моменту, когда большая часть угощения уже съедена, спиртное выпито, и можно переходить к главному блюду, которым, судя по всему, был назначен перекрестный допрос.
«Изыди, нечистая» — хотел сказать Леви, но он уже полчаса счастливо притворялся пьяным, что позволяло безнаказанно привалиться к плечу Эрвина и дремать. А не пререкаться со слепошарой, которой вздумалось поиграть в интервью. Лично его их с Эрвином кольца устраивали целиком и полностью, а мнение кого-то еще не волновало. Но тут Леви вынужден был признать, что в нем проснулся интерес. Хотя бы потому что Эрвин никогда не делал ничего просто так, все в его исполнении носило некий скрытый смысл. Это Леви любил в нем особенно.
— А кстати, правда, — присоединился к разговору Майк. — Не самый ценный металл.
— Зато легко окисляющийся, — подхватила Ханджи так стройно, словно они обговорили все заранее.
С этих ублюдков бы сталось, — подумал Леви, сонно улыбаясь. По тому, как Эрвин погладил его по спине, стало понятно, что на розыгрыш мертвецки пьяного тот не купился. Ну еще бы. Кому как не Эрвину знать, сколько ему нужно выпить для полной отключи. Леви незаметно потерся об него щекой, давая понять, что тоже заинтересован, и услышал задумчивое хмыканье. Эрвин собирался с мыслями. Зная его, сейчас должен был последовать экскурс в древние легенды.
— Вы правы, кольца из серебра не представляют особой материальной ценности и легко приходят в негодность, если их не чистить. В том и соль, — заметил он и добавил после небольшой паузы: — Брачные клятвы сами по себе тоже не имеют материальной ценности и точно так же легко приходят в негодность, если о них забывать.
В наступившей тишине Леви практически слышал, как ворочаются шестеренки в головах. Да что там, он и сам впервые иначе взглянул на такой тривиальный предмет как обручальное кольцо и вынужден был признать, что Эрвин прав целиком и полностью. Ну еще бы. Никто другой не умел так легко погрузить всех в экзистенциальный кризис всего одной фразой.
— Я бы тебе сейчас отвесил затрещину за то, что на твоем фоне мы все теперь как кучка придурков, — послышался голос Майка. — Да боюсь разбудить твоего полуночного демона.
На «демона» Леви высвободил левую руку и без лишних слов показал Майку средний палец под всеобщий хохот. Кольцо на соседнем, безымянном, ощущалось теперь в два раза четче. Не просто как формальный атрибут, но символ того обещания, которое он собирался исполнять до последнего вдоха.