Work Text:
Воспоминания о том «помутнении рассудка», как его с лёгкой руки обозвал Хьюго, были слишком размытыми, переплетаясь с вызывающей скрип зубов болью и обрывками реального прошлого. Ему казалось, что он спит, в то время как его тело без устали боролось с заражением, сводящим его с ума. Поэтому Хьюго использовал весь свой арсенал отговорок, чтобы отвлечь Вивиан от этого вопроса, предлагая частичную правду взамен полной истории, дабы подсластить пилюлю и успокоить праведный гнев девушки.
Чего он не учёл, так это того, что теперь в его окружении стало на одного проницательного человека больше. Умело перекинув внимание на большого плюшевого Пса, Хьюго улыбается, готовый вновь скрыться в тенях, только для того, чтобы быть остановленным на самом краю. Тёплая рука обхватывает его запястье и тянет назад — несильно, хватка достаточно слабая, чтобы он мог вырваться в любой момент. Будто ему дают выбор, которого у него никогда не было: остаться или убежать. Но Хьюго не уворачивается. Напротив, он лишь как-то задушено выдыхает и позволяет себе быть утянутым обратно; уголки тонких губ против его воли приподнимаются в слабой улыбке.
— Похоже, от господина Прокси мне и впрямь не укрыться.
Тёплый весенний ветер касается лица Вайза, оставляя на бледных щеках невесомый поцелуй, и тут же уносится дальше, игриво развевая серебристые локоны. Прищурившись, Хьюго наклоняется ниже, осторожно заправляет выпавшую прядь за чужое ухо — кончики холодных пальцев ненадолго задерживаются на острой линии челюсти, прежде чем осторожно опуститься на плечо парня. Тот выбежал в одной лишь футболке, и по какой-то глупой причине этот факт заставляет Хьюго улыбнуться шире.
— Ваша сестра отругает меня, если Вы простудитесь. — Сняв с себя пиджак, Влад аккуратно накидывает его на плечи Вайза. Он явно не подходит по размеру, слишком мешковатый и длинный для невысокого парня, но Вайз выглядит в нём уж слишком очаровательно. — Вам стоит лучше заботиться о себе и своём здоровье, господин Прокси.
— И это говорит тот, кто только и делал, что жертвовал собой?
Хьюго потупляет взгляд в пол. Теперь от его улыбки веет горечью. Сделав шаг назад, он облокачивается на хлипкое ограждение крыши, будто пытаясь собраться с мыслями. «Ты возвёл вокруг своего сердца непоколебимую стену, чтобы никто не увидел, что там внутри», — шепчет искажённый голос, так сильно напоминающий его собственный, откуда-то из-за спины. Словно преследовавший его демон так никуда и не делся, подначивая его, лишь бы напомнить о похороненных внутри слабостях, с которыми он так долго отказывался встретиться лицом к лицу.
И теперь, когда все эти тёмные углы его души были вывернуты наизнанку и брошены ему под ноги, словно разорванные ткани его прогнивших внутренностей, Хьюго может лишь молча смотреть, как солнечный свет обнажает его уродство. Будто актёр, надевающий маску под светом софитов, он отыграл свою роль, чтобы отвлечь яркой улыбкой внимание от тлеющих остатков его души. Но как только тень коснулась его лица, он тут же скрылся за ней, точно за вуалью, с отчаянием утопающего пряча в ней свои недостатки.
Осторожно спланированное отступление, разрушенное одним единственным человеком, который не повёлся на его маленькие трюки. Вместо света Вайз заглянул в самую тьму, разглядев в чужом молчании нерешительность и страх. Вместо того, чтобы отпустить, Вайз шагнул в эту тень следом за Хьюго, заставив стену вокруг его сердца треснуть.
— Мне не нужны подробности, — вдруг произносит парень и подходит ближе, вглядываясь в черноту с высоты двухэтажного здания. Будто что-то почувствовав, маленькая тень внизу вздрагивает и трусцой выбегает на свет, чтобы скрыться за поворотом, махнув напоследок пушистым хвостом. — Я не знаю, почему ты выбрал меня в той каверне, и хотя я был напуган, я всё же рад, что ты решил выговориться, пусть и абсолютному незнакомцу.
Между ними вновь повисает тишина, но в этот раз в ней нет напряжённости. Повернув голову, Хьюго скользит взглядом по чужому профилю, неосознанно задерживаясь на едва уловимом изгибе тонких губ. Холодная монета «выпадает» из рукава рубашки и тут же со звоном перекатывается между длинными пальцами, лишь на мгновение показывая свой блеск под светом растущего полумесяца.
— И сейчас у тебя такой же взгляд, как в тот раз, — наконец добавляет Вайз. Склонив голову набок, он смотрит на Хьюго с такой открытостью, что это обескураживает. А потом бьёт. Наотмашь и со всей силы. — Поэтому… мне не нужны подробности. Но если ты хочешь чем-то поделиться, я тебя выслушаю. А после мы можем выпить по стакану нитро-топлива с Объездной и притвориться, что были слишком пьяны, чтобы помнить об этом разговоре.
Хьюго не отвечает сразу. Вместо этого он аккуратно берёт чужую руку в свою, поглаживая острые костяшки кончиком большого пальца, а затем одно за другим примеряет каждое из своих колец, пока не находит подходящее. Под недоумённым взглядом со стороны, он надевает своё кольцо на средний палец Вайза и оставляет на нём поцелуй.
— Я не верю в приметы о передаче плохой энергии через украшения, но говорят, что через кольцо можно отдать часть своей удачи и благополучия другому человеку, — с ноткой иронии ухмыляется Хьюго и прижимает тёплую ладонь парня к своей щеке. — Если это правда, то я надеюсь, что тебя, Вайз, будет сопровождать исключительное везение.
Настаёт очередь Вайза выглядеть ошеломлённым. Не сдержавшись, Хьюго смеётся — тихо и слегка хрипловато, но это искренний смех, в котором нет ни капли привычного сарказма. А потом он рассказывает своему Прокси всё: про отточенный до идеала трюк, про сыворотку и её последствия, про разрозненные отрывки воспоминаний и невыносимую боль. Про его «эффектное появление» в чужом особняке и странное тепло в груди, когда он увидел Вайза и понял, что его план, каким бы сумасшедшим он ни был, всё же сработал. Что он и правда смог защитить, а не разрушить.
Под конец его голос становится тише, сливаясь с шёпотом ветра, гуляющим по крышам, пока Хьюго вовсе не замолкает, прикрывая глаза. Он не планировал говорить так много, но в момент, когда он начал, мысль о том, что его молчание впервые было интерпретировано по-другому, развязала ему язык. Впервые он был услышан, а не обвинён.
— Мне не нужно нитро-топливо, — после долгого молчания произносит Влад и усмехается. Оставляя на чужой ладони поцелуй, он чувствует, как улыбка на его губах становится шире: — Я не хочу, чтобы ты забывал сегодняшний разговор.
Вайз удивлённо вскидывает брови. Но прежде чем он успевает что-либо сказать, Хьюго опережает его и наклоняется ниже.
— Вместо этого я хочу, чтобы ты остался со мной на ночь. Господин Прокси, не окажете мне услугу?