Work Text:
Дождь лил стеной, хотя еще полчаса назад вовсю пылало солнце. Они вдвоем стояли на крыльце и, Виктор подозревал, стояли с одинаково кислым видом. Аудитории, где проходили занятия у студентов, как по закону подлости располагались в отдельном здании; за ним теснились аккуратные домики лабораторий и общежитий — и уже где-то за поворотом маячил главный корпус.
Останься они там — хоть можно было запереться в собственной лаборатории и заняться делом. В этом корпусе даже столовка была паршивая.
— Ты беги, если хочешь, — бросил Виктор, косясь на Джейса. — Я посижу в библиотеке.
Джейс прищурился, словно прицеливаясь. Затем стянул с себя пиджак, накинул его на голову — ну конечно, подумал Виктор, ведь пропадут часы укладки, — и совершенно неожиданно наклонился к Виктору.
— Я разрешаю побить меня тростью. Но только после.
— После чего? — уточнил Виктор, принимая из его рук папку студенческих работ.
Ответ не заставил себя ждать.
Джейс сделал это так ловко, что Виктор даже не успел выругаться — одна рука легла на спину, другая скользнула под колени, лишая равновесия — и он в считанное мгновение оказался в воздухе.
— Придержи пиджак, пожалуйста.
— Поставь меня!
Джейс даже не стал слушать — двинулся вниз по лестнице, и Виктор перехватил бумаги и трость в одну руку, свободной пытаясь удержать несчастный пиджак над их головами.
Это… это было неловко и нелепо — таким было первое впечатление. Джейс тащил его, будто он был мешком картошки.
Вторым впечатлением было… Виктор еще не разобрался. Нечто витало в воздухе и оседало у Виктора на кончике языка. Джейс бежал — и для такой ноши бежал быстро, — и вместо хлюпанья по лужам Виктор мог только сконцентрироваться на том, как тот старался поддерживать ровный ритм дыхания.
Отпустил он его уже внутри здания — под насмешливые взгляды. Виктор остался цел и невредим, если не считать предательски горящих щек и самую малость задетого достоинства. Он бросил взгляд на Джейса: тот согнулся пополам в попытке отдышаться, а от бега по лужам его брюки теперь по голени были в мокрых, грязных разводах.
Он разрешал себя побить, но Виктор не нашел никакого желания.
— Стоило того? — сухо поинтересовался Виктор.
— Мгм. Нет у нас времени, — Джейс шумно выдохнул и разогнулся, — чтобы прохлаждаться.
Заглядывая в будущее — если бы Виктор знал, что все так обернется, то определенно бы стукнул Джейса несколько раз, чтобы тот не распускал руки. Потому что безнаказанность перестала удерживать его от тяги врываться в личное пространство.
Некоторые вещи были довольно безобидными. Виктор полюбил круглый вращающийся стул, и периодически его длинные локти задевали предметы. Джейс сразу оказывался где-то поблизости, подбирая за ним упавшие предметы.
Некоторые — ощущались более личными. Они вдвоем обедали недалеко от лаборатории: чаще всего в столовой, иногда в хорошей забегаловке чуть ниже академии по главной улице.
Самые лучшие обеды же случались, когда Джейс приносил домашнюю еду. В последнее время он с этим зачастил.
— Я объедаю миссис Талис? — Виктор склонился над тарелкой. Джейс приготовил какую-то новинку: Виктор мог видеть, как сквозь тонкое тесто просвечивала начинка. От странных пельмешков еще шел пар.
— Ты объедаешь меня.
— О, — Виктор мысленно отложил это в архив: Джейс Талис умел готовить. Несколько не вязалось с его образом. — С чего такая щедрость?
— Практикуюсь, — Джейс криво улыбнулся. — Обратная связь приветствуется.
Пельмешки были неплохими. Виктор чувствовал больше овощей в одних и больше морепродуктов в других, соус на его вкус был совсем пресным, и Джейс на все замечания кивал.
— Может быть, еще хочешь заняться десертами? — пошутил Виктор.
Через неделю Джейс принес и десерт. Запеченные яблоки с орехами и корицей, если быть точнее — Виктор мог чувствовать их аромат из своего угла лаборатории.
Когда наступило время обеда, с легкой насмешкой в глазах Джейс опустил перед Виктором тарелку. Мясо и картофельное пюре теснились на одной половине, а большую часть заняли аккуратно нарезанные овощи.
— Принес десерт. Но сначала ты должен поесть овощей.
Виктор принял от него вилку. Он отчего-то стал чувствовать себя так, словно в контракте недоглядел маленький шрифт. Пустил Джейса в часть своей жизни — в крохотный пятнадцатиминутный перерыв на обед, — и теперь тот заполнил собой все пространство.
— Слушай… — начал было Виктор, но Джейс придвинул стул и опустился рядом.
— Могу покормить с рук, — тот приподнял бровь.
Виктор ужаснулся. Учитывая происходящее, он вполне мог.
— Нет, спасибо. Я, кхм, сам.
Как будто бы… это все же переходило некую грань. Ко всему вышеперечисленному добавились похлопывания по плечу и спине, похвала за простое выполнение рабочих задач, и — стоило Виктору перехватить Джейсов взгляд — улыбки. Виктор задавался вопросом, в какой момент Джейс собирается угомониться, но, судя по всему, он только набирал обороты.
— Слушай. Я с близкими друзьями обычно обнимаюсь на прощание.
— Джейс, — начал Виктор раньше, чем Джейс закончил мысль.
Это было предупреждение, и оно сработало как надо — Джейс перестал довольно улыбаться. Вместо этого поднял свои брови, изломал, будто давя на жалость.
— Я догадываюсь, что меня много. Но это не так плохо, честно.
Виктор набрал в легкие воздуху — на самом деле пришлось весьма кстати, что Джейс завел этот разговор.
— Я не совсем понимаю, чего ты добиваешься, — проговорил Виктор осторожно, — но это все… лишние. Я не ценю такие знаки внимания, так что ты стараешься понапрасну.
Он тут же поморщился с формулировки. Хотел сказать, что прекрасно понимает: Джейс о нем заботится, но ведь не было нужды опекать его столь усердно.
— Не слишком-то и стараюсь. И точно не напрасно, мне ведь нравится, — ровно ответил Джейс. Он будто хотел что-то добавить, но замолчал. Теперь из-за его приподнятых бровей стало казаться, что смотрит он с жалостью. — Забота может ощущаться странно, но, правда, ничего такого.
— И… мне весьма приятно. И за сладости спасибо, — Виктор уже чувствовал, как щеки горят. Он бы никогда не поверил, что мог бы вести подобный диалог; Джейс Талис был просто невыносим. — Забота мне не претит, но я не могу сказать того же про весь… тактильный контакт. Так что… спасибо за предложение, вынужден отказаться.
— О, ну. Ладно.
На следующий день Джейс завалился в лабораторию с букетом, и Виктор чуть не подорвался съязвить, было ли у него нормой дарить всем друзьям цветы, но Джейс широко улыбнулся и с порога же сказал:
— У меня соседка развела на балконе сад. Я, ам. Решил поддержать ее маленькое дело?
Он набрал воды в свободную литровую колбу и поставил на самом краю своего стола. А затем достал коробку — явно с самодельным десертом. Виктор чувствовал щедрую порцию шоколада.
Нет, все-таки… происходило что-то странное.
***
Лето заканчивалось — погода все чаще радовала Пилтовер проливными дождями. Виктор смотрел на стекающие по витражу капли и думал, что лучше задержится в лаборатории, чем промокнет и заболеет. Он не носил с собой зонты, а плащ-дождевик, как назло, забрал из лаборатории в прошлый дождливый вечер и забыл вернуть.
Джейс уже собрался. Виктор ожидал пожелания хороших выходных, тоскливый и вымаливающий объятия взгляд, но тот только неловко топтался на пороге.
— Я могу проводить тебя до дома. Вроде как все равно по пути.
Виктор хмыкнул. Он мог бы посидеть еще немного — до них дошла хорошая литература, и свежие идеи использования хекстека никогда не бывали лишними. Но полумрак вгонял его в сон. И по дому предстояло много работы.
— А давай.
И это было не так плохо. Джейс сутулился и определенно прикладывал усилия, чтобы шагать вровень, а не обгонять Виктора своим бодрым шагом. Зато в компенсацию он всю дорогу распинался, как давно хотел взглянуть на пару магических книг — у Кирамманов не было возможности достать их. Зато академия открывала доступ к некоторым архивам.
Виктор даже не задумывался, откуда к ним попали эти книги. Литература и литература. Но энтузиазм Джейса в области магии был заразительным.
И вот уже на пороге Виктор встретил его открытый и чуть просящий взгляд — возможно, Джейс строил его непроизвольно. Виктору стоило проигнорировать это и просто уйти, но он заметил, что у Джейса напрочь промокло плечо. С противоположной стороны. Той самой, куда не дотягивался зонт, потому что всю дорогу он пытался прикрыть Виктора от дождя.
Ну дурак. Совершенный.
— Думаю, раз в неделю нормально. Перед выходными.
— Что?
— Обниматься. На прощание.
Несколько секунд Джейс казался сбитым с толку. Затем он сложил зонт, отставил его на крыльце и шагнул вперед, раскинув руки.
Виктор тут же подумал, что был против совершенно напрасно — Джейс льнул тепло и на удивление мягко. И пахло от него приятно. Опыт был… интересным. Когда он отстранился, Виктору даже показалось, будто этого было мало.
— Давай, до встречи. Хорошенько отдохни. — Джейс подобрал зонт и широко улыбнулся.
— Мгм. Тебе того же.
***
Виктор и правда стал привыкать к постоянному присутствию Джейса. К тому, как тот запоминал даже самые мелочи, и все просьбы выполнял на следующий же день. К тому, как сумбурно начинал делиться своими идеями — и спустя минуту совершенно уходил от темы.
Лавину заботы хотелось вернуть обратно, но Виктор слабо представлял как. Со своей стороны — он мог только честно работать.
Но все это настолько вошло в рутину, что стоило Виктору закончить расшифровку свитка, как он обернулся на Джейса, и не нашел его взглядом.
Вечернее солнце пробивалось через витраж и освещало повисшие в воздухе частички пыли. Луч падал ровно на пустующее место за столом — точнее, на пиджак Джейса, брошенный на спинку стула.
Верно. Виктор и забыл, что сегодня Джейс отпросился раньше — какое-то светское мероприятие требовало его присутствия.
Если бы тот остался в лаборатории, то наверняка сейчас заглянул бы в записи — полюбопытствовать, — а затем бы расцвел в своей дурацкой улыбке и сжал Викторово плечо. Похвалил бы, может. Виктор почти мог видеть эту его щербинку меж зубов и теплый блеск в глазах.
Так и работали привычки? Он оказался лишен всего одной приятной вещи и теперь чувствовал себя так, будто сердце сжали тиски.
Но дело было не в этом. Если бы Джейс ушел домой — Виктор бы просто придержал радость до завтра. А дело было, по-видимому, в том, что какая-то часть его разума и представляла Джейса таким: веселым, тактильным, с бокалом в руке и просто… не с ним.
Пиджак-то он как умудрился забыть на прием? Точно дурак. Вечера становились холодными — дневное тепло было обманчивым, но стоило скрыться солнцу, как на улице становилось по-настоящему зябко.
Виктор подошел к стулу. Он смотрел несколько секунд на пиджак, пока не заметил широкий лист на столешнице. Записку — если судить по гигантской «В» — явно для него.
«Я заметил, ты пришел в лабораторию без верхней одежды — возьми мой пиджак. На улице обещает быть мерзко».
И внизу была маленькая приписка:
«Не сиди допоздна».
Виктор положил записку на место и не смог разобраться, почему чувствует столько неуместного щекотного тепла по всему телу.
Руки сами собой дотянулись до ткани, и Виктор нашел сначала отверстие левого рукава, затем — правого. Пиджак повис на нем, слишком большой и самую малость тяжелый. Остаточный запах парфюма напомнил объятия Джейса, и теперь к щекотному теплу добавился самый настоящий жар на щеках — и сердце сорвалось на скорый бег.
Джейс, может, и был где-то далеко, но точно о Викторе думал — и Виктор…
И именно Виктор, кажется, из них двоих был самым большим идиотом.
Боже.
Он умудрился влюбиться в Джейса.
***
— По-моему, это ужасный план, — Кейтлин гордо вздернула нос. — Ты не можешь просто вести себя, будто вы в отношениях, и ожидать, что он поведется.
— Не знаю, — Джейс пожал плечами. — Мне кажется, начинает работать.