Work Text:
Кесарь снова был недоволен Фридрихом.
Это случалось регулярно и, как правило, всегда заканчивалось одинаково: страдал не столько Фридрих, сколько его друзья. На этот раз страдать предстояло графу Вернеру фок Бермессеру, недавно и так пониженному в звании до вице-адмирала.
Приказ пришёл сухой и вежливый. Инспекция северной части Дриксен. Побережье Полночного моря. Города на границе с Флавионом. Хотя какие там города? Так, поселения. Дикие края. И — как назло — зима на календаре.
Для человека, который любил тепло, чистые простыни, горячий шадди и общую организованность быта, такое назначение было сущим наказанием. К тому же морем к инспектируемым городам в это время года было не дойти, поэтому Верная Звезда осталась на зимовку в доках Мехтенберга, а графу предстояло передвигаться по суше.
Бермессер взял с собой Хосса и два десятка хорошо вооруженных людей. Кареты по тем дорогам не проходили, поэтому передвигаться можно было только верхом. Камень, лёд, холод и длинные ночи. Город за городом. Каждый город — проверка, каждый — отдельная история.
В этот он прибыл ночью.
Ворота открыли быстро. Возникло ощущение, что кто-то заранее предупредил горожан об инспекции, и их ждали. Ну да ладно. Бермессера и его людей провели в дом бургомистра, дали горячей воды, огня, вина, горячего супа. Ночь прошла спокойно.
Утром Вернер вышел к гавани. Было очень холодно, но не тем радостным зимним морозом, при котором небо кажется высоким и звенящим, а воздух становится прозрачным. Здесь же воздух был плотный, а до серого неба, казалось, можно рукой достать. Что-то было не правильно, не так. И море тоже замёрзло странно. Оно не схватилось тонкой ледяной кромкой у берега и не затянулось хрупкой коркой — оно встало сразу всё. Вся гавань, от пирсов до рейда, превратилась в ровное, глухое белое поле толстого льда.
Вернер подъехал почти к самой кромке, спешился, подошёл ближе и осторожно попробовал лёд ногой. Тот был крепким, как камень. Конь за спиной Вернера всхрапнул и отступил, отказываясь идти дальше.
— Вот как, — сказал Вернер негромко.
Несколько кораблей, стоявшив на рейде, не успели уйти в открытое море, и теперь стояли, вмерзшие в лед. Это были не дриксенские корабли. Чужие. Торговые. Богатые.
Бургомистр, кутаясь в меха, торопливо объяснял:
— Мороз ударил ночью. Сразу. Мы и понять не успели…
За спиной послышался шорох. Вернер обернулся.
В гавань спустились люди в одежде из оленьих шкур. Все они были невысокими, плотными, с круглыми плоскими лицами. Глаза у них были узкие, а взгляд – цепкий, внимательный.
— Это кто? — спросил Вернер.
— Местные, — бургомистр понизил голос. — Странное племя. Всегда тут жили. Язычники. Они не опасные, но с нами не очень. Свой вождь у них есть … и шаманка.
Женщина, вся увешенная какими-то бусинами, клыками животных, ленточками и птичьими перьями, шагнула вперёд. Солдаты дёрнулись, но Вернер поднял руку — спокойно. Шаманка подошла к Вернеру почти вплотную и попыталась что-то объяснить жестами.
Сначала показала на лошадь. Замахала руками, покачала головой: нет.
Потом — на корабли. Снова нет.
Она твердила что-то на своём языке, негромко и настойчиво.
— Я по-ихнему не сильно… — пробормотал бургомистр. — Но, кажется, говорит, что нельзя. Хозяйка холода.
— Королева холода, — задумчиво проговорил Вернер.
Бургомистр взглянул на него странно. Тем временем шаманка продолжала что-то говорить и качать головой. Потом развернулась, указала на стоявшую неподалёку собачью упряжку, кивнула и выжидательно посмотрела на Вернера.
— Ну что ж, — на мгновение задумавшись, ответил он. — Поедем на собаках.
Хосс резко повернулся:
— Ты с ума сошёл?
— Поедем на собаках, — повторил Вернер.
Корабли уже начали разгружать. Местные жители присоединились к корабельным командам. А в городе уже шептались: чужие. Значит, можно забрать. Зима всё спишет.
Упряжки скользили по льду легко и уверенно. Собаки тянули ровно, и холодный наст не трещал под полозьями. Вскоре Вернер поднялся на борт ближайшего судна.
На него никто не обратил внимания. На палубе было шумно. Люди тащили ящики, перекатывали бочки, спорили, ругались, смеялись слишком громко — от облегчения, что лёд держит, и от азарта. Поиск ценных грузов был куда важнее какого-то приезжего хмыря в дорогом плаще.
Вернер постоял, глядя, как двое матросов с усилием вытаскивают ящик, отмеченный гайифской маркировкой, потом прошёл дальше по палубе, поднялся к штурвалу, поднял пистолет и выстрелил в воздух, привлекая внимание.
— Со мной двадцать вооруженных человек. При неповиновении они открывают огонь на поражение. Кому не хватит пули, тот получит удар шпагой. Кто не хочет угоститься не тем, не другим, немедленно покидает корабль.
— А груз?
— Оставить. Забрать можно только личное. Одежду. Бумаги. Всё остальное остается на корабле.
Люди покидали корабль. Некоторые пытались спорить, но спорить с охраной Бермессера было бесполезно. Они же контролировали, чтобы никто, уходя с корабля, не прихватил с собой ничего лишнего.
Тем временем Хосс дернул Вернера за рукав и зашептал на ухо:
— Я спустился в трюм. Там есть специи. Они ведь легкие. Давай прихватим пару мешков. Хоть расходы на эту дурацкую инспекцию отобьем.
Бермессер лишь покачал головой в ответ.
Тем временем один из стюардов корабля задержался в каюте капитана — серебряный подсвечник показался ему достойной платой за страх и теперь прятался под его курткой.
Когда все люди вернулись с кораблей на берег, Бермессер приказал выставить кордоны. Однако местных жителей было значительно больше, чем солдат, а алчность застила глаза. Напряжение в толпе нарастало. Было очевидно, что кордоны скоро сметут.
И вдруг лед вскрылся. Подводное течение как будто взорвало его. Лед раскололся, огромные льдины переворачивались, а вода с немыслимой скоростью тащила их, корабли, грузы из гавани в открытое море.
Было понятно: если бы кто-то был сейчас на кораблях или на льду — он бы не выжил.
Тем временем с крыши одного из складов сорвалась снежная глыба. Слишком тяжелая, она раздавила человека, на которого упала. Местный коронер потом обнаружил за пазухой у покойного серебряный корабельный подсвечник.
Когда всё закончилось, шаманка молча поклонилась Вернеру и ушла.
Хосс посмотрел ей вслед.
— Ты знал?
— Нянюшка рассказывала мне про Королеву Холода. Она всегда берет то, что считает своим. Хорошо, что в этот раз удалось обойтись только грузами, — ответил Вернер.
— И кораблями.
— И кораблями. Но не человеческими жизнями.
— Да. Не людьми. А ещё про кого-то твоя нянюшка тебе рассказывала?
— О да. — Вернер усмехнулся. — Но лучше бы нам с некоторыми из них не встречаться.
На следующий день отряд, возглавляемый Вернером, покинул город и отправился дальше. Инспекция продолжалась.