Archive of Our Own

Этот загадочный механизм Лю Цингэ уже видел. Как и многое в этом мире, механизм формой напоминал ящик, иногда удивленно пищал и мигал разноцветными огоньками. Никакой силы в нем не ощущалось — хотя Шэнь Юань, улыбаясь, и рассказывал, что вокруг них очень много энергии, только не духовной.

— Меня спросили, что я собираюсь стирать, и я честно ответил — натуральный шелк, — Шэнь Юань обошел Лю Цингэ и открыл плетеную корзину. — Мастер сказал, что проще отдать в прачечную, а не ставить дома машинку дороже, чем некоторые квартиры.

— Механизм настолько дорогой? — Лю Цингэ беспокоило, что он ничего не мог предложить взамен, оправдывая такие траты. — Я найду способ вернуть долг.

Он еще в первый раз, попав в этот мир, понял: здесь нет заклинателей, талисманов, охотников на чудовищ — и чудовищ тоже. Но Шэнь Юань обещал придумать что-нибудь, чтобы Лю Цингэ не было скучно, и Лю Цингэ ему верил.

— Нет никаких долгов, — Шэнь Юань легко махнул рукой. — Ты же не думаешь, что я бы отнес в прачечную бесценный зачарованный шелк? И как бы я объяснил им, почему накидка испачкана кровью крылатого красногорбого крокодила?

Лю Цингэ не знал, как выглядят местные прачечные, — наверняка в них много вот таких же машин, похожих на ящик с огоньками — но представить, как сложно было бы объяснить кровь на одежде, у него получилось.

К сожалению, в этот раз он появился в мире Юаня сразу после боя, не успев привести себя в порядок, даже если настоящему воину и дозволялось отойти от приличий в таких случаях.

И все же Лю Цингэ хотел бы, чтобы Шэнь Юань видел его в чуть более достойном облике. Это казалось очень, очень важным.

Впрочем, Шэнь Юань и сейчас смотрел на Лю Цингэ как на живого небожителя, отчего предательски теплели уши и горели скулы.

— Тебе очень идет, — сказал Шэнь Юань и потянулся, чтобы поправить воротник Лю Цингэ. Новое одеяние чем-то напоминало его привычную байчжаньскую форму, но ни о каком зачарованном шелке и речи не шло. — Но я не удивлен. Такую красоту испортить невозможно.

И он улыбнулся снова, после чего засунул в загадочный ящик испачканную одежду Лю Цингэ, нажал на черные кнопки рядом с огоньками и выпрямился, растирая правое запястье.

Лю Цингэ протянул руку, и Шэнь Юань с благодарностью вложил свою ладонь в его. В этом мире все еще существовала ци, — не просто «энергия», на которой работали механизмы — а значит, ее можно было использовать для лечения.

В ящиках с огоньками не ощущалось отголосков этой силы, но в Шэнь Юане Лю Цингэ видел ее достаточно: неразвитые, но живые меридианы, сложный и красивый рисунок которых значил, что еще не поздно.

— Ты можешь сформировать золотое ядро, — тихо сказал Лю Цингэ. Его ци тело Шэнь Юаня принимало так легко, словно они были очень давно знакомы. — Станешь сильнее, боли уйдут.

Шэнь Юань промолчал и отвернулся, ткнул в большую кнопку на ящике и задумчиво свел брови — после чего снова улыбнулся, стирая мрачную тень во взгляде.

— Вот, все запущено. Никаких пятен не останется, — он посмотрел на их руки и добавил тихо: — А ты останешься? Да, мы об этом уже говорили — но ты хочешь остаться?

На оба этих вопроса Лю Цингэ давно знал ответ — и был готов повторять снова и снова.

— Я расскажу, как здесь все устроено, — Шэнь Юань заговорил быстрее. — Как перейти дорогу, заказать продукты, настроить приставку. Заведем тебе блог с платной подпиской, слетаем куда-нибудь…

— Шэнь Юань, — мягко позвал Лю Цингэ, но так и не придумал, как остановить эту взволнованную речь.

— Ты настолько красивый, что тебе будет достаточно сидеть в кадре в этом своем образе, — Шэнь Юань свободной рукой постучал по тихо дребезжащему ящику. — И люди отдадут последние деньги, даже если ты и слова не скажешь. Я бы за такое платил. Я буду платить.

Шэнь Юань шагнул в сторону, сел на машинку, осторожно качнул их руками, не разрывая прикосновения, и улыбнулся очень грустно.

— Но я помогу тебе вернуться, если ты хочешь, — он посмотрел в глаза Лю Цингэ. — У тебя там друзья, орден, семья. Я все понимаю.

— Шэнь Юань, — повторил Лю Цингэ и улыбнулся в ответ. — Я здесь.

— Если вернешься — снова погибнешь. — Шэнь Юань незаметно потянул его ближе, словно боялся, что Лю Цингэ уйдет прямо сейчас. — И я боюсь, что тебя убьют навсегда. Так, что ты больше ко мне не придешь.

Он смотрел прямо, искренний и теплый, такой, каким показался в самую первую встречу. И Лю Цингэ смотрел в ответ, не в силах отвести взгляд.

Непривычно короткие растрепанные пряди падали на лицо, оттеняя изящные черты, и свет в глазах Шэнь Юаня горел так ярко, что достигал самого сердца. Даже тонкие стеклянные щиты — очки — не скрывали сияние. И это он говорил о красоте, способной затмить небеса?

— Ты же понимаешь, почему тебя уже дважды убили? — Шэнь Юань, кажется, много об этом думал, отсюда и беспокойство. Лю Цингэ мог бы заметить раньше — должен был заметить раньше. — Ты намного лучше главного героя, а он не выносит сравнений и поражений. Тебя не оставят в живых, потому что на твоем фоне проигрывает кто угодно.

Лю Цингэ осторожно потянулся и поправил тонкую оправу его очков чуть раньше, чем это сделал Шэнь Юань, и тот улыбнулся. Казалось, такой простой жест успокоил его — или хотя бы вывел из лабиринта, в котором он оказался в ожидании ответа.

— Ты слишком хорош для его мира, — Шэнь Юань притянул еще ближе и нежно коснулся волос. — Ты вообще слишком хороший. Этот мир тоже тебя не заслуживает, но здесь ты не умрешь. Я не позволю.

— Я не боюсь смерти, Шэнь Юань, — Лю Цингэ сделал последний шаг, разделявший их, и сразу же оказался заключен в объятия, на которые ответил столь же искренне. — Я боюсь остаться без тебя.

— Никакого больше «без меня», — пообещал Юань и опустил голову ему на плечо. — Я разовью золотое ядро, я чему угодно научусь, если ты останешься.

Лю Цингэ обнял крепче, спрятал улыбку в его растрепанных волосах и закрыл глаза.

С человеком, которому предназначалось сердце Лю Цингэ, не совпадали миры и разводили смерти — но сейчас он был здесь, обнимал его и обещал остаться.