Work Text:
Кариси потянулся через заваленный бумагами стол и подхватил сразу несколько папок. Наскоро пролистал и с досадой откинул рядом с собой на диван. Где же это было? Он точно помнил, что забирал из архива копию заседания — вчера, или, может, позавчера, или это было в субботу? Вокруг него валялось около пятнадцати дел разной степени давности: на журнальном столике, на диване и даже на полу. Не говоря уже о других материалах. Свидетельские показания мешались с протоколами допросов и архивными сводками, и Кариси совершенно не представлял, где искать то самое дело, которое крутилось у него в голове. Что самое ужасное, он даже не помнил, кто там был против кого. Помнил только, что судья, даже будучи противным старикашкой, согласился с доводами прокурора и дал обвиняемому максимальный срок.
Мысли путались, к горлу подкатывала паника. Он был совершенно, ну просто абсолютно не готов к завтрашнему заседанию. И Элана Барт, которая зачем-то решила податься в адвокаты защиты (наверное, чтобы из первых рядов видеть его фантастический провал), ситуацию не упрощала.
Кариси почувствовал тошноту и схватил со стола бутылку Пепто Бисмола, попутно свалив на пол еще несколько папок. Этот вкус ему уже осточертел, но в последнее время больше ничем не удавалось успокоить желудок. И как только Барба столько лет прожил на подобной диете?
На этой мысли Кариси споткнулся и замер, даже не закрутив крышку у бутылки. Он перевел взгляд правее, где из-под вороха бумаг торчал темный угол телефона. Уж Барба точно сказал бы ему, что это было за дело, какого оно было года, как звали противного старикашку и сколько лет дали обвиняемому. Да что там, он наверняка даже номер тюремной камеры помнил. Он бы, вероятно, не глядя выудил из вороха папок нужную и посмотрел с привычной насмешкой, а Кариси бы к тому времени уже напрочь забыл, зачем ему вообще требовалось это дело (он и так-то не очень помнил). И от этого его отделял всего один звонок, сделать который было почему-то очень сложно.
Он потянулся и достал из-под завалов телефон. Разблокировал экран, открыл список контактов и домотал до пункта «Рафаэль Барба». На часах было два часа ночи. Но Кариси никак не мог вспомнить название дела. А там точно, совершенно точно было что-то нужное. В голове то и дело всплывали какие-то обрывки фраз и цитат, но ничего полезного. Вычленить из этого что-то конкретное не получалось. Кариси снова посмотрел на экран, который за это время уже успел погаснуть. Он мог просто написать сообщение, и Барба бы ответил, если вдруг еще не уснул (хотя с чего ему не спать в два часа ночи?), и Кариси смог бы нормально подготовиться. Ничего сложного. Всего один вопрос.
«Ты не помнишь дело, где противный старикашка засадил подозреваемого по показаниям не менее противной соседки?»
Кариси нажал «Отправить» прежде, чем успел себя остановить. После чего тут же отключил экран телефона и отбросил его поверх стопки папок на диван. Зачем? Господи, зачем он это сделал?
Телефон завибрировал и на экране всплыл ответ.
«И тебе доброй ночи.»
Кариси вновь подхватил трубку и разблокировал экран как раз вовремя, чтобы прочитать следующее сообщение:
«Завтра финальное?»
«Да», — Кариси даже по этим двум буквам попал с трудом.
«Диктуй адрес.»
Кариси несколько минут просто смотрел, не моргая и даже почти не дыша, а в голове билась только одна мысль — действительно что ли Барба будет помогать ему искать эту папку по всей квартире? А потом послушно набрал адрес, не до конца понимая, зачем он это делает.
И следующие полчаса сидел на диване, неловко сложив руки на коленях, и смотрел на погасший экран телефона так, словно тот в любой момент мог задымиться.
А потом раздался стук в дверь. На пороге стоял Барба — в распахнутом пальто, мягком свитере и джинсах, почти домашний. Он улыбнулся в бороду и сразу прошел к журнальному столику, не глядя смахнул с него все, до чего дотянулся, а на освободившееся место поставил бумажный пакет с бутылкой виски.
— Неси стаканы, Кариси. Никаких больше противных старикашек.
И Кариси послушался, потому что вот что он всегда умел — так это слушаться Барбу.
А на следующий день все вокруг было таким приглушенным и далеким, что Кариси даже смог неплохо выступить. Правда, выглядел он при этом, наверное, так, что краше в гроб кладут.
А потом его стошнило в туалете, потому что с похмелья не помог даже Пепто Бисмол.
Услышав об этом, Рафаэль очень смеялся.