Work Text:
Моё имя Дарлас, я веду записи в крепости Амон Сул. События, о которых я хочу рассказать, произошли три года назад, и сейчас все, кто имел к ним прямое отношение, уже умерли. Однако я бы хотел описать эти события, чтобы больше никто не совершал ошибок, которые привели к кровавой развязке.
Три года назад в крепости служил Блодрен. Он был хорошим воином и следопытом, но прежде всего — прекрасным оружейником, лучше которого не было ни в нашей крепости, ни даже в Форносте.
Блодрен, хотя и был следопытом, редко покидал крепость. Он проводил дни, делая оружие или чиня и перековывая то, что было испорчено в бою. Он мечтал однажды научиться делать мечи, подобные эльфийским, — добиться, чтобы они светились, когда приближается враг. Он пытался найти кого-то, кто обучил бы его этому мастерству, но много раз Блодрен слышал в ответ, что для людей подобное умение недоступно, потому что магия Арды не поддаётся им или, во всяком случае, не в той степени, которая нужна для создания подобного оружия.
Однажды Блодрен надолго уехал из крепости. Он сказал, что хочет побывать в Форносте и посмотреть в тамошней библиотеке, нет ли каких свидетельств о том, как люди пользуются магией. Пока Блодрена не было, Радруин, его старший подмастерье, занимался оружием, и в крепости многие жаловались, что без Блодрена оружие стало куда хуже. Но подмастерье не унывал и обещал, что однажды все перестанут жаловаться.
Вернулся Блодрен через три месяца. И сразу стало ясно, что вернулся он ненадолго. Он без конца говорил, что нашёл людей, которые много знают о магии, и теперь поедет к ним, а когда вернётся, то сделает не только мечи, которые будут сиять при приближении врагов, но также и особые сторожевые столбы на подходах к Амон Сул.
Индор, друг Блодрена, позже рассказал мне, что удалось узнать Блодрену в Форносте. Он нашёл там запись старинной сказки о верном камне. Эту сказку иногда по-прежнему рассказывают детям и относятся к ней так, как разум предписывает относиться: как к выдумке, в которой содержится капля поучения. Но, увидев запись в Форносте, Блодрен решил, что сказка эта повествует о событиях, которые когда-то в самом деле произошли, и об умениях, которыми наделён один из народов людей. «Если друэдайн, — сказал мне тогда Индор, передавая рассуждения Блодрена, — умеют делать так, что глаза их стражей светятся при приближении врага, то не значит ли это, что подобному умению они могут научить другой народ». И там же, в Форносте, Блодрен узнал, что потомки друэдайн Первой Эпохи живут сейчас на землях, находящихся под властью Гондора.
От Хантира, отвечавшего за голубятню, я узнал, что Блодрен написал в Гондор и попросил разрешения лично у короля прибыть туда и искать знаний у друэдайн, живших в Тавар-ин-Друэдайн. Разрешение, судя по всему, было получено, и всего через месяц после своего возвращения Блодрен снова покинул крепость, к нескрываемой радости Радруина, своего старшего подмастерья. Тот за прошедшие месяцы значительно улучшил своё мастерство и собирался доказать, что и в отсутствие Блодрена оружие в крепости не станет хуже.
Вернулся Блодрен только через год. Мы не ждали его раньше: путешествие на юг, всем известно, занимает много времени, а ведь ещё ему нужно было отыскать друэдайн, подружиться с ними, заручиться их помощью. Мы, надо сказать, даже удивились, когда он вернулся. «Всего год! — повторял Индор. — И несколько месяцев, не меньше, ты потратил на дорогу. Как мало времени ты провёл с этими лесными дикарями!»
Однако Блодрен не торопился рассказывать нам, чему научили его друэдайн, которых Индор невежливо звал лесными дикарями. И показывать тоже не спешил. Он просто вернулся к своим обычным делам, отстранив Радруина, который уже привык заправлять в кузнице. Первое время всё шло как обычно. Казалось, не было этого долгого путешествия в жизни Блодрена. Правда, многие, в том числе Индор, заметили, что Блодрен стал ещё более молчаливым, чем был прежде, но также и более раздражительным. Он часто кричал на Радруина и других подмастерьев, ссорился с Индором. Прежде такого не бывало, хотя нрав у Блодрена всегда был тяжёлый. Мне казалось, что Индор знает от Блодрена больше прочих, потому они и ссорятся, но как ни пытался я разговорить Индора, тот молчал.
С возвращения Блодрена прошло два месяца, когда Хантир пришёл ко мне с письмом, доставленным из Гондора. На письме стояла королевская печать, а подписано оно было именем одного из советников. По словам этого советника, именно так рассказали ему о произошедшем следопыты, которые приглядывают за лесом друэдайн.
Приди это письмо всего неделей раньше, оно попало бы не ко мне, но недавно в стычке с разведчиками из Ангмара погиб наш комендант, а нового пока не назначили, и потому было решено, что я буду исполнять его обязанности. Когда я читал это письмо, кровь стыла в моих жилах.
Если говорить кратко, то рассказывалось там следующее. Блодрен благополучно добрался до Тавар-ин-Друэдайн, о чём сообщил в ближайшее поселение гондорцев. Дру приняли Блодрена сначала враждебно, но позже смягчились, узнав, что он явился обменяться с ними знаниями, в том числе о сборе и приготовлении грибов, которые (о чём Блодрен также узнал в Форносте) этот народ очень любит. Когда дружеские отношения были уже вполне установлены, Блодрен стал расспрашивать друэдайн об их стражах, и, судя по всему, получил ответы на кое-какие свои вопросы. Однако не обо всём дру хотели рассказывать чужаку. И Блодрен принялся подслушивать и подглядывать. Таким образом ему удалось выведать ещё какие-то тайны этого народа. После чего, похоже, Блодрен решил попробовать применить полученные знания. Только такой самоуверенный и самолюбивый человек, как Блодрен, решился бы на это прямо там, в Тавар-ин-Друэдайн, рядом с людьми, которых он, можно сказать, обворовал, пусть даже украдены были знания, а не ценные предметы.
Тайком Блодрен вырезал из дерева статую, довольно грубую, как сообщалось в письме, но похожую на человека, который стоит прямо и держит в руках меч. Глаза у статуи были особенно хорошо вырезаны. В письме говорится, что при взгляде на лицо деревянного воина можно было подумать, что тот гневается. Закончив работу над статуей и проведя все необходимые ритуалы, которые, по его мнению, должны были наделить статую желаемыми свойствами, Блодрен собрался уходить, однако он хотел провести ещё одну ночь среди друэдайн, а рано утром уйти и забрать с собой своего деревянного стража.
Чего Блодрен не знал, так это что дру узнали о статуе. В тот же последний день кто-то выведал, где Блодрен прячет её. Но так как чужак всё равно уже собрался уходить, а самим дру не верилось, что ему удалось наделить статую магическими свойствами, решено было просто позволить ему уйти. Однако той ночью несколько дру вели беседу, в которой говорили о Блодрене и ругали этого чужака, явившегося с добрыми словами. «Как мог он так обмануть нас! Как мог он подсматривать, подслушивать и красть знания, которыми мы не хотели делиться!» Эти дру проклинали Блодрена и желали, чтобы на обратном пути он упал в овраг и сломал шею.
Трудно поверить в то, что было дальше, но в письме сообщается, что статуя будто бы услышала этого разговор и посчитала, что эти дру замышляют недоброе против её хозяина. Деревянный человек пришёл из леса, где Блодрен его прятал, и постучал в дверь дома тех дру. И глаза деревянного человека светились — только не красным, как у стражей друэдайн, а белым. Дру испугались и попытались отогнать его горящими ветками. Огонь перешёл на деревянного стража — тот побежал прочь. И вскоре многие дома в поселении друэдайн полыхали.
Когда Блодрен увидел, что всё вокруг горит, он бросился бежать. Кто-то звал его на помощь, но он даже не обернулся. И когда он уже бежал по лесу, то увидел, как следом мчится горящий деревянный страж и тянет руки к своему создателю. Но и стража Блодрен не стал ждать, такой великий ужас обуял его. После Блодрен отправился назад, в крепость Амон Сул.
Когда я прочёл письмо, то не знал, что делать. С одной стороны, прямой вины или, во всяком случае, злого умысла Блодрена в этом страшном происшествии не было. С другой же, многие погибли, и, если б Блодрен не явился к тем дру, они были б живы. Вместе с тем, признаюсь, мне сложно было поверить в эту историю: слишком уж она напоминала поучительную сказку.
Я пошёл к Блодрену. Я не надеялся, что он подтвердит или опровергнет мои слова. С него сталось бы просто прогнать меня и бросить чем-нибудь тяжёлым вслед. Но я не мог просто забыть об этом письме.
В тот же вечер я попросил Блодрена встретиться со мной на крепостной стене. Он согласился, к моему удивлению. Может быть, он понимал, о чём я хочу поговорить с ним.
Когда мы встретились, я протянул письмо Блодрену. Он прочёл его внимательно, а потом, не сказав мне ни слова, даже не взглянув на меня, подошёл к краю стены и бросился вниз. Так он погиб, сломав шею при падении. Не в овраг он упал, иногда думаю я, но всё же слова тех дру сбылись.
Подмастерье Радруин стал нашим главным кузнецом, и со временем на него перестали жаловаться. Индор, друг Блодрена, вскоре погиб от вражеской стрелы.
Что случилось тогда в деревне дру? Боюсь, правду мы уже не узнаем. Был там на самом деле оживший деревянный страж или есть более простое объяснение? Почему не вмешались гондорские следопыты, с чьих слов было записано это происшествие? Кто знает! Но одно нужно помнить: знания, полученные таким образом, не принесут удачи или пользы, тем более знания обрывочные, основанные на украдкой подслушанных разговорах.