Work Text:
— По-моему, у тебя предубеждение, — сказал Имс. — Парки аттракционов посещают совершенно разные люди. В том числе мужчины, в том числе нашего возраста. Мы выглядим абсолютно нормально.
По мнению Артура, они с Имсом были похожи на Уэстли Додда и Джона Гейси, если бы те вдруг решили работать вместе — а еще одновременно сбрили бы усы. Вслух он этого, конечно, не сказал: вокруг действительно было достаточно взрослых, а слова его все же могли прозвучать довольно обидно. К тому же у него не имелось настроения пререкаться — а Имс наверняка бы возразил, что вовсе не похож на маньяка. Тем более сейчас, когда он купил огромный розовый шар сахарной ваты, разумеется, для того, чтобы слиться с окружением, а не потому что ему захотелось сахарной ваты.
Сам Артур сомневался, что у него получается сливаться с окружением — слежка никогда не была его сильной стороной, поэтому он до последнего отказывался ехать с Имсом в чертов парк. Его всегда выдавало выражение лица, напряженность плеч, микродвижения губ и бровей, даже взгляд. Из него вышел ужасный игрок в покер, несмотря на то, что он обладал хорошей памятью и умел быстро просчитывать вероятности. Но, тем не менее, он был здесь — потому что здесь была Сесилия, дочь Мелани Дарвиш, исполнительного директора «Синерджи Глобал» — а значит, здесь был Имс, который один уж точно выглядел бы весьма подозрительно.
Впрочем, Сесилия ничего не подозревала. Более того, она даже не глядела в их сторону, постоянно то болтая с подругами, то снимая видео на телефон. В какой-то момент она даже врезалась в маскота Стича — и тот издал высокий, недовольный звук. Ей точно было не до окружающих — тем более до Имса с Артуром, вставших чуть позже нее в очередь на аттракцион «Дом с привидениями» и севших через один ряд позади в вагончик.
— Если бы я знал, что ты так беспокоишься, — произнес Имс, когда поездка наконец закончилась и они отошли в сторону, чтобы купить еще порцию сладкой ваты, — я бы взял с собой ребенка.
— Тебе бы понадобилась матка и девять месяцев, — рассеянно заметил Артур. — Так что не думаю, что ты успел бы.
Он терпеть не мог замкнутые пространства — и когда тебе что-то резко летит в лицо. Зато Имс отлично запомнил, как выглядит Сесилия, когда она волнуется — и когда кричит. И как звучит ее голос. Не то чтобы их текущий сценарий извлечения у ее матери подразумевал что-то подобное, но лишним, наверное, не будет.
— Я мог бы дать объявление, — пояснил Имс. — Отец на час, вроде того. На несколько часов, потому что раньше мы вряд ли управимся.
Он протянул вату Артуру: та оказалась малиновой, пальцы его тут же испачкались в липком сиропе.
— Давай еще какое-то время побудем отдельно, — продолжил он. — Что тебе самому здесь нравится?
Пока что Артуру нравилась сладкая вата — и нравилось, что на него не нападают скелеты, и что резко не гаснет свет. И что нет риска, что от неожиданности он закричит: он вовсе не считал это стыдным, но скорее всего возглас был бы неприличным, а вокруг все-таки было слишком много детей.
— На самом деле я не большой любитель аттракционов, — ответил он.
— О. — Имс замолчал, на лице его мелькнула тень растерянности. — Теперь мне немного неловко, что я вытащил тебя сюда.
Вообще-то Артуру стоило ответить, что Имсу и должно быть неловко, и что ему стоило найти кого-нибудь, кто не так завален работой. Но что-то внутри него — возможно, тот самый участок мозга, который ранее заставил его согласиться составить Имсу компанию, — сделало так, что он сказал:
— С другой стороны, я всегда стараюсь быть открыт для новых впечатлений.
***
Это был третий раз, когда Артур работал с Имсом, и он уже знал, что тот склонен к некоторому своеволию и внезапной импровизации — но он бы никогда раньше не предположил, что Имс окажется таким… С определением тоже было сложно. «Несамостоятельный» не подходило совершенно: он без проблем справлялся со своей частью работы, изредка запрашивая какую-то дополнительную информацию или ресурсы, и на удивление вовремя сообщал о сложностях, требующих привлечения остальной команды. Неавтономным его тоже никак нельзя было назвать. В общем, Артур не ожидал, что уже через два дня Имс подойдет к нему и заговорщическим тоном спросит, как он относится к капибарам.
— Отношусь хорошо, но только если ты сейчас не предложишь поселить парочку прямо здесь, — ответил Артур. — Тогда, боюсь, у нас будут проблемы с владельцем здания.
Они снимали помещение на втором этаже бывшей фабрики: когда-то здесь располагались классы для йоги, и на стене одного из залов до сих пор висело зеркало во всю стену с неоновой надписью «Никогда не переставай мечтать». Кристина, их химик, сказала, что это хорошая примета, и остальные с ней согласились. И зеркало, и надпись остались на месте, — в том числе потому что ни у кого не было ни времени, ни желания заниматься демонтажом. Так что Артур каждый раз усмехался себе под нос, то и дело замечая, как Елена — архитектор, сорок лет, пожалуй, один из самых приятных людей в индустрии — улыбается своему отражению и заправляет за ухо прядь волос, и как Имс слегка напрягает мышцы груди и плеч, поймав его взгляд в зеркале, по всей видимости, стараясь делать это очень незаметно.
— Принято, — сказал Имс. — Никаких капибар в офисе. Но я и не думал предлагать что-то подобное.
Он присел на край стола Артура, и тот в последний момент успел отодвинуть в сторону папку с результатами аудита «Синерджи Глобал». Конечно, у него была электронная версия — но ему начало казаться, что еще час перед монитором — и он сойдет с ума. Казалось ему это, впрочем, последние часа четыре, так что, возможно, у него еще оставался некоторый лимит.
— Сесилия собирается в кафе, где живут капибары, — продолжил Имс. — И мне очень, очень нужен напарник. Особенно такой надежный, как ты.
Артур, конечно, считал себя весьма надежным — но несколько в других вещах.
— Ты уверен, что это безопасно? — уточнил он. — В отличие от парка, вряд ли это кафе настолько большое, чтобы она нас не заметила.
— Кому вообще нужны какие-то парни, когда рядом капибары? — с неподдельным изумлением спросил Имс.
— И она все время снимает видео, — напомнил Артур.
— Ну да. Видео себя, своих подруг и капибар. Капибар в первую очередь разумеется. И даже если мы случайно мелькнем в кадре, мы ведь не в ее сон собираемся проникнуть. И наших лиц Мелани все равно не увидит. — Имс сделал жалостливое лицо. — Два человека выглядят менее подозрительно, чем один, ты сам знаешь. К тому же, вдруг я не понравлюсь капибарам? А ты выглядишь как человек, который обязательно им понравится.
— Это самый странный комплимент, который мне когда-либо делали, — рассмеялся Артур. — Хорошо. Мне все равно нужен перерыв.
В кафе оказалось два зала: Сесилия с подругой сидели в основном, так что Имс и Артур прошли в дальний, откуда их действительно было не видно. Правда, Сесилию тоже не было видно — по крайней мере, с места Артура. Но Имса это совершенно не смутило: он увлеченно рассказывал капибаре, какие у нее милые глазки, ушки, носик, лапки и все остальные части тела. Артур смотрел на него и размышлял о том, что удивительно, как у него обычно получается сливаться с толпой и быть незаметным для человека с достаточно запоминающейся внешностью. Он скорее предположил эти качества у кого-то, кто выглядел бы иначе: худое телосложение, сгорбленные плечи, невыразительные черты лица, может быть даже намечающаяся лысина. И тем не менее, Имс успешно подбирался ко всем своим целям — и никто из них до сих пор ничего не заподозрил. Возможно, дело было в том, что в любой обстановке он вел себя так, как будто ему здесь самое место — и в первую очередь верил в это сам, так что окружающим ничего не оставалось кроме как тоже в это поверить.
Но ту его мысли прервала капибара, положившая морду ему на колено и всем видом демонстрирующая, что Артур здесь для того, чтобы кормить ее и гладить — а на Имса он может посмотреть в любое другое время.
***
Что ж: это дело действительно приносило новые впечатления. Так как обычно новыми впечатлениями, которые Артур получал на работе, были различные ужасы, таящиеся в человеческом сознании, посещению кей-поп кафе он был скорее даже рад. К тому же, по отзывам, там был отличный сырный рамен.
— Теперь уже у тебя предубеждение, — заметил он, потому что последние десять минут Имс пил молочный коктейль с довольно напряженным выражением лица. — Не беспокойся, никто не подойдет к тебе и не будет допытываться с ножом у горла, кто твой биас. Люди приходят сюда и просто поесть. В конце концов, в «Хард Рок Кафе» тоже ходят не только любители рока.
— Вообще-то, именно они туда обычно и ходят, — возразил Имс.
— Да? — удивился Артур. — Ну, я туда хожу, потому что мне нравится их стейк-бургер.
На самом деле для того, чтобы просто пообедать, здесь было слишком шумно и были слишком большие очереди. Посетители то делали фотографии с ростовыми картонными фигурами айдолов, то снимали видео, то что-то очень громко обсуждали. Сесилия с подругами тоже фотографировались, изображая жестами сердечки, а затем вместе смотрели какое-то видео в телефоне.
Артур сделал себе мысленную пометку спросить Имса, не нужно ли ему еще более детальное досье по увлечениям Сесилии — и ознакомительные материалы по кей-попу в целом.
— Вообще я могу их понять, — сообщил Имс. — Не в том смысле, конечно, что в юности я хотел поставить дома картонные фигуры группы «Кисс» — или Игги Попа, или Дэвида Боуи, хотя у меня, конечно, висели на стенах плакаты. Но, когда мне нравится чье-то творчество, мне всегда интересно, как и откуда оно зародилось.
— Честно говоря, я не узнаю в лицо участников большинство групп, которые слушаю.
— Я не совсем про это. Не про то, как кто выглядит, а скорее про то, как человек думал. Что он пережил.
Сесилия тем временем поднялась с места, а следом — ее подруги. Артур подумал, что, должно быть, без такого интереса к людям Имсу сложно было бы выполнять свою работу. Или, по крайней мере, он выполнял бы ее куда хуже.
— Мне повезло, — если это можно назвать везением, — что я могу найти что-то интересное практически в любом человеке, — продолжил Имс, как будто читая его мысли. — И все же это совсем не то, когда кто-то интересен мне сам по себе.
— Ну, да? — ответил Артур. — Так обычно это и работает, разве нет? Никто не ждет, что тебе действительно будут интересны… — он не сказал «Сесилия» — все эти люди так же, как твои друзья.
Они закончили есть и вышли на улицу — и только когда прошли метров триста, Артур запоздало подумал о том, мог ли Имс иметь в виду его.
***
Спустя час, в течение которого они наблюдали за колесом обозрения со скамьи неподалеку, Сесилия так и не появилась.
— Должно быть, у нее поменялись планы, — сказал Артур.
Такое уже случалось на прошлой неделе, и в итоге они весь вечер гуляли вдвоем по набережной: Артур рассказывал о своей учебе в университете, а Имс — о различных дурацких случаях, которые происходили с ним в путешествиях.
— Должно быть. — Имс кивнул и поднялся на ноги. — Забавно, но я даже немного переживаю за нее. В смысле, просто переживаю, а не потому что это может повлиять на работу.
— Я тоже, — ответил Артур. — Так что предлагаю надеяться, что она просто решила, что сегодня неудачный вечер для колеса обозрения. Хотя, по-моему, вечер отличный. Может быть, прокатимся, раз уж мы здесь?
Когда кабинка преодолела уже половину высоты, Артур спросил:
— Ты же все время мог позвать Кристину или Елену, ведь так? И это выглядело бы гораздо более уместно — и куда менее подозрительно.
— У Кристины все время такое выражение лица, как будто она маньяк, выискивающий жертву. А Елена все время занята.
Артур посмотрел вниз: на город постепенно опускался вечер, и то там, то тут начинали загораться огни.
— Ты же знаешь, что ты мог просто предложить мне сходить куда-то? — спросил он. — Потом, когда работа закончится. Только не в парк аттракционов.
— Нет, — ответил Имс, — я имею в виду, конечно, я об этом не знаю. Все говорят о тебе как о человеке, который практически не поддерживает общения вне работы — не говоря уже об остальном.
Артур чуть не сказал, что у него есть друзья среди коллег — но вовремя спохватился и произнес:
— Но ты же сам говорил про то, что не все люди действительно тебе интересны. Почему ты считаешь, что если я не общаюсь с кем-то, я не захочу общаться и с тобой тоже?
— Я, конечно, не был настолько пессимистичен. Но я решил, что лучше подготовить почву заранее. Провести, скажем так, тестовый показ. Конечно, интересы Сесилии внесли некоторые коррективы — но никто не идеален, так ведь? И, между прочим, капибары оценили тебя гораздо выше. Я им совершенно не понравился.
— Ну, значит, они ничего не понимают в людях, — сказал Артур. — Потому что ты мне очень нравишься.
Имс поцеловал его — кажется, примерно в этот момент они оказались на самой верхней точки колеса обозрения, но Артуру было совершенно не до вида.
— Вообще я ожидал, что ты боишься высоты, — заметил Имс. — Потому что тебе не нравятся аттракционы. Уже планировал, как буду тебя отвлекать.
— Я ничего не имею против высоты, пока на меня не выпрыгивают из темноты скелеты, — пояснил Артур и тут же добавил: — Но если под отвлечением ты имел в виду что-то подобное, то я могу притвориться, что мне немного страшно.