Work Text:
Когда между большими сценариями наступил перерыв в несколько дней, Ким Докча призвал всю команду потратить это время на отдых и восстановление сил. Он даже сам подал пример, облюбовав просторный диван в одном из помещений промышленного комплекса. Докча притащил сюда подушки, плед, электрический чайник и коробочку с печеньем, устроив уютный уголок для чтения.
Единственное, чего здесь не хватало — уединения. Докча, конечно, был рад всем своим спутникам, но не тогда, когда каждые полчаса кто-то заходил к нему, устраиваясь рядом на диване и считая своим долгом втянуть его в бессмысленную болтовню. Ещё час «увлекательных» армейских историй от Хёнсона про потерянную гильзу — и Докча всерьёз подумает о том, чтобы завалить вход в своё убежище.
Пожалуй, единственными, кто поддерживал тишину, были Ю Сана и Ю Джунхёк. И если девушка обычно приходила составить компанию в чтении, устроившись на второй половине дивана с какой-то книгой, то Джунхёк просто подпирал собой стену, глядя куда-то в окно. Это немного раздражало, но, пока он молчал, совершенно не мешало.
Хотя иногда казалось, что в эту комнату он ходит буквально по графику, заглядывая каждые два-три часа, чтобы подежурить десять минут и потом пойти по своим делам. Докча догадывался, что Джунхёк подозревает его в очередном побеге. Зря. Он всерьёз собирался отдохнуть, желательно не покидая границ дивана больше, чем на пару минут.
Зная, что в ближайшие дни никаких катастроф не случится, Докча попытался максимально абстрагироваться от всего вокруг. Но даже так он всё равно то и дело слышал сплетни о новом дополнительном сценарии, участвовать в котором мог любой желающий.
Судя по слухам, его автором являлось некое созвездие, которое заскучало во время перерыва трансляции и решило устроить персональное развлечение за свой счёт.
Насколько Докча разбирался в созвездиях, обычно так вели себя новички или те, у кого почти не осталось силы историй, потому что целью подобных выходок было банальное самовосхваление.
Согласившегося на участие могли заставить несколько часов стоять на площади, рассказывая в рупор о том, как велик и ужасен какой-нибудь «Властитель маленького тапочка», за что оратору полагалась награда в сотню монет с барского плеча. Докча не видел в этом никакого смысла — минимальный выхлоп и для созвездия, и для воплощения. А для чего-то более серьёзного, типа убийства монстра в его честь, у созвездия просто не было денег. Поэтому подобной ерундой можно было привлечь разве что детей. Но у детишек, за которыми присматривал Докча, счёт монет уже давно был шестизначный, так что они вряд ли станут размениваться на такую мелочь.
Да и соглашаться на задание от неизвестного созвездия всегда было рискованно, ведь оказав маленькую услугу, можно случайно нажить себе серьёзного врага среди его недоброжелателей. Благо большие туманности типа Эдема и Асгарда никогда бы не опустились до такого. Но и среди оставшихся было много весьма сомнительных личностей.
Докча даже потратил десять минут своего драгоценного отдыха, чтобы поделиться соображениями с командой. Ребята кивали, соглашаясь, но, судя по их лицам, кто-то всё равно сунется в сценарий чисто из любопытства.
Может, так даже лучше. Как только первый на своей шкуре почувствует, что награда не стоит усилий, все разговоры вокруг этого испытания тут же улягутся.
Но каково же было удивление Докчи, когда со временем шумиха не только не утихла, но и вспыхнула с новой силой. О таинственном сценарии говорили буквально все! Даже зашедшая ненадолго Ли Сухён посетовала, что испытание оказалось сложнее, чем она думала, зато навело её на интересные мысли. Уходя, она посоветовала Докче тоже попробовать его пройти. Но при этом мать даже отдаленно не намекнула на его содержание, лишь загадочно улыбнувшись на прощание.
Это уже походило на лихорадку, как при выходе нового модного сериала, когда общество делится на тех, кто уже посмотрел, и тех, кто ещё не успел и пытается избегать спойлеров. В этом противостоянии Докча обычно оказывался в роли человека, который игнорировал новинку именно из-за её попсовости и популярности.
Вот только любопытство разгоралось всё сильнее. Оставалось только дождаться, пока сценарий пройдёт кто-то из его команды и придёт поделиться подробностями.
— Это оказалось совсем не сложно. — Чон Хивон появилась в убежище Докчи ближе к обеду, на ходу разминая затекшие плечи, словно только что вернулась с тяжёлой смены. — Стоило поставить больше монет, но и так сумма вышла неплохая.
Сидя в углу дивана, Докча всем своим видом демонстрировал абсолютное равнодушие и делал вид, будто текст в телефоне куда интереснее таинственного сценария. Сейчас он сделал ставку на то, что сидящая рядом Ю Сана возьмёт инициативу на себя. Она часто так делала, чтобы ребята не мешали Докче читать. Оставалось надеяться, что Сана не решит съехать с темы и задаст хотя бы пару вопросов из тех, что его волновали.
— Хивон-сси, ты была там с Хёнсоном-сси? — тихо поинтересовалась Ю Сана. Она спрашивала вежливо, но на её губах играла едва уловимая загадочная улыбка.
Неужели она тоже была в курсе деталей испытания? Это уже какой-то заговор.
— Да, — хмыкнула Хивон, поправляя растрепавшиеся волосы и плюхаясь на свободное кресло. — Всё-таки такое задание лучше проходить с тем, кого хорошо знаешь.
«Значит, сценарий не одиночный, а парный...». — Докча сделал мысленную пометку. Становилось всё интереснее. В парных ивентах награды всегда были выше, потому что созвездиям нравилось следить за взаимоотношениями людей.
Докча осторожно переполз по дивану ближе к девушкам, маскируя свой манёвр попыткой достать печенье из вазочки на столе.
— Сана, а ты не хочешь попробовать? — Хивон переводила хитрый взгляд с девушки на Докчу и обратно. — Я даже знаю, кто мог бы составить тебе компанию. Вы ведь были знакомы до начала катастроф, так что это будет легко.
— Нет, пожалуй, я воздержусь, — смущённо ответила Ю Сана и как-то виновато посмотрела на Докчу.
— Боишься, что кто-то узнает твои маленькие тайны?
На провокацию Хивон она заметно замялась и принялась неловко поправлять прядь волос — она всегда так делала, когда уклонялась от ответа, а врать ей совесть не позволяла.
От допроса её спасли шумно ворвавшиеся младшие члены команды.
— Это всё из-за тебя! — закричала Шин Юсын, буквально на ходу вцепляясь Ли Гильёну в волосы.
— Ты сама виновата! — не остался в долгу мальчик, отчаянно отпихивая её и уперевшись ладонью прямо ей в щёку.
— Я уверена: то, что ты писался в кровать в этом году, было правдой!
Мальчишка буквально покраснел до кончиков ушей и чуть сильнее толкнул обидчицу в грудь, отлепляя от себя и высвобождая шевелюру. Подняв упавшую кепку и надвинув её на глаза, он бросил на девочку злобный взгляд:
— Заткнись! Это ты отказалась отвечать честно! Я уверен, что ты не раз называла аджосси папой!
Тут уже смутилась Юсын и кинула в мальчика подушкой, лежащей на диване. В итоге перепалка вышла на новый уровень: дети бросались друг в друга тем, что попадалось под руку, чередуя броски смущающими фактами, которые узнали во время испытания.
Докча тактично не вмешивался, зная своих подопечных: пусть сначала выпустят пар, а уже потом можно поговорить. К тому же несмотря на столь бурное противостояние, детишки никогда не переходили грань и не пытались всерьёз навредить друг другу. Наконец выдохшись, они просто уселись на диван с двух сторон от Докчи, создавая картинку полной идиллии.
А Докче наконец стала ясна суть задания. Похоже, его первое предположение о нём было в корне ошибочным. Чтобы вытаскивать из людей их тайны, организатор сценария должен был быть как минимум созвездием повествовательного уровня, если не выше. А значит, и награды должны быть соответствующими. Всё-таки стоит это проверить.
И хотя любопытство буквально кипело в Докче, он не спешил проверять таинственный сценарий. Время ещё есть, да и суть он уже уловил. А вот прислонившиеся к нему детишки только-только начали засыпать. Так что Докча позволил себе подтянуть плед повыше и прочитать ещё пару глав новой книги.
Лишь когда за окном начало темнеть, он осторожно поднялся с дивана, чтобы никого не разбудить. Ю Сана пообещала отвести ребят на ужин, как только они проснутся. Всё-таки в этом сумасшедшем мире мирный сон был слишком редким подарком, чтобы прерывать его.
Погладив обоих по мягким волосам, Докча осторожно прикрыл за собой дверь, а потом взбежал по лестнице, буквально перепрыгивая через ступеньки. На верхних этажах промышленного комплекса как раз были пустующие комнаты — там можно будет спокойно изучить условия сценария и всё проанализировать.
Комната, которую он выбрал, обычно использовалась для хранения ненужного хлама из предыдущих испытаний. Большую часть пространства занимали огромные деревянные ящики, укрытые плотной тканью, с наклейками, описывающими содержимое. В основном здесь лежал всякий мусор, но Айлин запретила его выбрасывать, обещая найти ему применение. Как бы то ни было, сюда никто не ходил, так что, устроившись на одном из ящиков, Докча тихо позвал:
— Биё, найди мне тот дополнительный сценарий, про который все говорят.
Пушистый белый кругляшок, до этого мирно спавший в его кармане, высунул мордочку и издал тихое:
[Ба-а-а-т!]
В то же мгновение перед лицом Докчи вспыхнуло полупрозрачное светящееся окно интерфейса:
[Дополнительный сценарий — «Игра в правду»]
[Сложность: F]
[Ограничения: Два участника. Только одна попытка]
[Условия прохождения: Всегда выбирать ложь]
[Лимит времени: 15 минут]
[Награда: ???]
[Штраф за провал: ???]
Докча погладил свою маленькую помощницу, больше не мешая ей спать, и внимательнее вчитался в условия сценария.
На первый взгляд информации было слишком мало, чтобы понять хоть что-то конкретное. Но у сценария стоял уровень сложности F — минимальный из возможных. Докча давно с таким не сталкивался: кажется, последний раз это было ещё в самом начале, когда требовалось убить любое живое существо рядом, что тогда казалось совсем не просто.
Но с учётом того, насколько они сейчас все прокачались и стали сильнее, задание такого уровня казалось не сложнее прогулки по парку. Скорее всего, там даже не придётся ни с кем сражаться — возможно, за исключением своего спутника.
Но куда больше вопросов вызывал лимит времени. Пятнадцать минут — слишком мало для полноценного квеста, к тому же всего одна попытка, из-за чего всё это больше походило на участие в какой-то лотерее. Да и насчёт наград хотелось бы знать больше подробностей.
Словно отвечая на его мысли, внизу окна появилась новая кнопка:
[Нажмите для получения подробной информации]
Как удобно. Интересно, это Биё постаралась или автор сценария понял, насколько пусто звучит его текст, и добавил объяснения? Как только палец Докчи коснулся кнопки, перед ним появилось ещё несколько окон, исписанных плотным мелким текстом. Это походило на условия пользовательских соглашений, которые вылезают перед установкой программ. Как бы ушлое созвездие не вписало туда какую-то гадость — вроде того, что участник сценария становится его вечным должником или обязан делиться всеми полученными историями. К счастью, Докче не нужно было самому во всё это вчитываться: достаточно попросить Четвёртую Стену проверить текст.
Буквально через несколько секунд перед Докчей выскочил совсем другой текст, лишённый воды и юридических терминов. С этим уже можно было работать.
Как он понял из прочитанного, локацией служил так называемый «Лабиринт Откровений», состоящий всего из нескольких комнат. В каждом зале участников ждали три закрытые двери, на которых проявлялись различные утверждения, касающиеся их жизни. Два из них являлись правдой, и лишь одно — ложью. Чтобы продвинуться дальше, требовалось безошибочно выбрать и открыть именно ту дверь, на которой было написано неверное утверждение.
Подвох заключался в том, что на время квеста полностью блокировались любые навыки, связанные с ментальным воздействием — особенно чтение мыслей и определение лжи.
«Хм-м... интересно, будут ли там работать способности Четвёртой Стены?» — задумался Докча, но тут же легкомысленно отмахнулся. Он был уверен, что сможет справиться и без её вмешательства.
Судя по дневным разговорам и реакциям детей, единственной сложностью этого сценария являлись слишком личные и постыдные подробности. Некоторые из них были настолько интимными или неловкими, что напарник мог просто отказаться признавать их вслух, даже зная верный ответ. Неудивительно, что Ю Сана предпочла остаться в стороне. Даже если ты считаешь себя честным человеком, у каждого найдутся неприятные мелочи или позорные секреты, о которых хочется молчать. Особенно в присутствии близкого человека.
Проходить же сценарий с незнакомцами хоть и менее смущающе, но более опасно: никогда не знаешь, что они выкинут, и невозможно предположить, какие утверждения о них верны. К тому же выбирать придётся вместе, договариваясь. А попытка всего одна.
Звучало напряжно. Это для созвездий человеческие секреты — просто ерунда, что-то не заслуживающее внимания. Но для кого-то вскрытие личного позора может оказаться чересчур болезненным. Награда за такое испытание должна быть достаточно высокой, чтобы поток желающих не иссякал.
Кстати, о выигрыше — Докча перевёл взгляд на следующую строчку и удивленно присвистнул.
Сценарий предлагал каждому участнику не фиксированную сумму, а возможность сделать ставку — от скромных 100 монет до 500 000. В случае успешного прохождения лабиринта поставленная сумма удваивалась, но при любой ошибке сгорала. А тем, кто рисковал и ставил максимум, причитался специальный бонус — редкий артефакт.
Докча нажал на строчку, открывая описание предмета:
[Брелок Хитреца]
[Категория: B]
[Описание: Позволяет трижды успешно пройти любую проверку на ложь]
«Довольно полезная вещь», — оценил Докча.
Используя Четвёртую Стену, он и так умел эффективно блокировать чужие попытки прочитать его мысли или распознать враньё. Но вот возможность не просто заблокировать проверку, а обмануть собеседника, убедив в том, что ты говоришь правду — куда более ценный навык. Для будущих испытаний такой артефакт мог бы пригодиться. К тому же монет у Докчи сейчас было навалом, и вкинуть какие-то полмиллиона в авантюру он вполне мог себе позволить.
Оставалась лишь одна небольшая проблема: подобрать подходящего напарника.
При мысли о человеке, которого он хорошо знает и кому доверяет, Докча первым делом подумал о Ю Сане. Но этим утром девушка отказалась от участия, и Докча считал неправильным уговаривать её.
Куда проще было позвать с собой Хан Суён. Она-то точно не упустила бы шанс легко срубить кучу денег. Вот только Докче совсем не улыбалась перспектива раскрывать перед этой язвительной девицей свои тайны. Суён точно не станет держать язык за зубами и после завершения сценария растреплет о его смущающих секретах абсолютно всем в комплексе.
Да и сама Суён едва ли проявит абсолютную честность. Вряд ли её смутят какие-то сведения о глупых и позорных поступках, но хитрое созвездие может подкинуть и что-то достаточно болезненное. А зная гордость Суён, она скорее провалит задание, чем признается в своей слабости. К тому же у неё вполне может хватить мозгов попытаться обмануть правила — например, с помощью своих аватаров или ещё какого-то навыка. Учитывая, что попытка была всего одна, рисковать, беря с собой ходячий хаос, не хотелось.
Для этого сценария требовался идеальный напарник: надёжный человек, умеющий держать рот на замке, не склонный к бессмысленной панике и достаточно открытый в общении.
К сожалению, перебрав в уме всю команду, Докча понял, что под все эти требования идеального кандидата просто не существовало.
Впрочем... был один почти подходящий.
Человек, про которого Докча и без всяких расспросов знал буквально всё — всю его историю на протяжении множества регрессий. Каждую деталь, что хоть раз была указана в тексте. А значит, задавать ему вопросы и выпытывать правду даже не придётся.
Смахнув в сторону окна с правилами, Докча открыл личные сообщения и отправил приглашение Ю Джунхёку. Этот придурок сейчас точно свободен, но вот шанс, что он согласится участвовать, был слишком мал. Пришлось даже пойти на небольшую хитрость и предложить оплатить ему взнос в размере четырёхсот пятидесяти тысяч. Всё-таки на артефакт Докча собирался претендовать один.
Ю Джунхёк принял предложение удивительно легко, придя на склад буквально через десять минут. Вот только прежде чем активировать сценарий, он попросил Биё показать ему подробные условия. Малышка, конечно, подчинилась: если Докчу она слушала как маму, то Джунхёка — как папу. И Докче оставалось только надеяться, что Джунхёк не будет вчитываться в полный текст, всё-таки у него не было способа убрать лишнюю воду.
— Ты обещал мне монеты. — Джунхёк достаточно быстро закрыл окна, и Докча облегчённо выдохнул.
— Да, сейчас переведу.
Возможно, он всё-таки не заметил главный приз. А то не хотелось бы превращать последнюю комнату в место битвы. Ведь, судя по правилам, артефакт был лишь один, и его получал первый прошедший с максимальной ставкой. И вообще было немного обидно, что Джунхёк ему не доверяет. Ведь Докча специально пересказал ему все детали в своём сообщении, умолчав лишь про предмет. Но, видимо, этот упрямец заподозрил с его стороны какой-то подвох. Прозорливый гад. Это, конечно, не самое лучшее начало для «Игры в правду».
Когда приготовления были завершены, перед обоими участниками вспыхнули ярко-голубые системные окна с одной строчкой:
[Введите сумму ставки: _ _ _ _]
Докча сразу выставил максимум и бросил осторожный взгляд на Джунхёка. И хотя он видел зависшее окно, вместо цифр там отображались какие-то закорючки. Видимо, система сохраняла приватность ставок. Раньше, чем Докча успел задействовать Четвёртую Стену, Джунхёк закрыл окно.
Когда ставки были сделаны, строчка сменилась на большую синюю кнопку:
[Начать сценарий]
Большим плюсом этого задания было то, что участникам не требовалось куда-то идти и искать вход в лабиринт. Перемещение происходило автоматически — достаточно было просто находиться рядом со своим напарником и одновременно подтвердить готовность.
Едва Докча коснулся пальцем мерцающей кнопки, как окружающий мир задрожал, пошёл крупной рябью и осыпался мельчайшими пикселями. В следующее мгновение они уже стояли посреди совершенно нового зала. Выглядело довольно эффектно.
Локация представляла собой замкнутую коробку, хоть и весьма просторную — примерно пять на пять метров. Пол, стены и высокий потолок были из одного и того же монолитного серого камня. Докча из любопытства поковырял пальцем одну из стен. Достаточно материальная, но текстура непонятная: просто абсолютно гладкая поверхность, без единой засечки, на ощупь чуть прохладная.
Интересно, какая толщина у этих стен? Хоть им пока ничего не угрожало, Докча уже продумывал, как отсюда выбираться, в случае чего. Потому что неизвестно, что страшнее: нарушить правила игры неизвестного созвездия или быть запертым в одной комнате с Ю Джунхёком.
Вдоль одной из стен слабо выделялись три абсолютно одинаковые двери. Хотя и дверями их было сложно назвать: будто в стене прорезали контур и приделали ручки. Но куда больше внимания привлекали зависшие перед ними полупрозрачные окна с текстом. Надписи сияли таким чётким и крупным шрифтом, что их можно было без труда прочитать даже с противоположного конца помещения.
Из любопытства Докча провёл по надписи рукой, и она тут же сдвинулась, словно ускользая от его пальцев. Сценарий изо всех сил старался демонстрировать позорные факты обоим участникам — разве что кнопки голосового воспроизведения не хватало.
Впрочем, Джунхёка это нисколько не волновало. Он даже не взглянул на надписи — лишь равнодушно уставился куда-то в сторону, привычно скрестив руки на груди.
«Ну и ладно, — ухмыльнулся про себя Докча. — Так даже лучше».
— Ну-ка, что тут у нас... Ага!
Перед ним выстроились три строчки — каждая соответствовала своей двери слева направо:
[Ким Докча любит помидоры]
[Ким Докча любит читать книги]
[Ю Джунхёк ненавидит белый цвет]
Первые вопросы оказались довольно невинными — это явно был ознакомительный раунд, созданный для того, чтобы участники поняли механику игры. А в идеале — чтобы притупить их бдительность. Куда интереснее выглядело распределение фактов. Учитывая, что вариантов ответа было три, про кого-то одного выпадало на одно высказывание больше. И хотя Докче особо нечего было скрывать, он бы предпочёл, чтобы основная масса вопросов касалась именно Джунхёка.
Выбрав вариант про помидоры, Докча уверенно потянулся к ручке левой двери, как вдруг краем глаза заметил, что Джунхёк без тени сомнения направляется к средней.
— Ты куда?! — Докча панически вцепился в его рукав, перехватывая зависшую в воздухе руку. Не хватало ещё провалить квест и спустить полмиллиона монет из-за глупой ошибки в самом начале!
Джунхёк недовольно нахмурился и посмотрел на него сверху вниз:
— Разве ты любишь читать книги? Ты же постоянно пялишься в свой телефон.
— Электронные книги — это тоже книги! — возмущённо воскликнул Докча. — Правильный ответ — слева!
— Помидоры? — Джунхёк слегка покосился на руку, всё ещё вцепившуюся в его рукав. — Ты их не ешь?
Голос Джунхёка звучал абсолютно равнодушно, и это почему-то раздражало ещё сильнее.
Конечно, Докча не рассчитывал, что этот хмурый тип знает о нём что-то, кроме имени и боевых навыков, так как всё остальное Джунхёк считал пустой тратой времени. Он в принципе никогда не пытался узнать окружающих людей получше, относясь к ним просто как к НПС. Возможно, сказывался тяжёлый опыт прошлых регрессий, но это нисколько его не оправдывало.
К тому же Докча не раз упоминал про свою нелюбовь к помидорам — буквально при каждом втором совместном ужине, когда в еде попадался этот овощ. И насколько он помнил, Джунхёк даже кивал в ответ, но, похоже, вникать не собирался: на следующий день на столе снова появлялись томаты. Тогда Докча решил, что Джунхёк над ним просто издевается, но, похоже, тот из принципа не забивал голову такой мелочью, как чужие вкусы.
В глубине души Докче стало даже как-то обидно. Потому что сам он знал о Джунхёке абсолютно всё: его любимую еду, предпочитаемый цвет, то, с какой ноги тот встаёт по утрам... вплоть до цвета его нижнего белья!
А Джунхёк при этом не смог запомнить один-единственный факт, который сам Докча регулярно повторял за столом.
— Ладно. Просто следуй за мной. — Докча выпустил его рукав и решительно шагнул в левую дверь.
Он был на сто процентов уверен в своём ответе, но никакого подтверждения системы так и не последовало. Докча надеялся увидеть хотя бы всплывающее сообщение или сноп зелёных искр, но ничего не произошло. Это немного нервировало, заставляя сомневаться в правильности ответа. К тому же, обернувшись, он обнаружил за собой всё те же три двери. Видимо, какой бы путь они ни выбрали, всё равно оказались бы во второй комнате.
«Очень паршивая ситуация...»
Такими темпами участники до самого конца не узнают, верный ли выбор они сделали на предыдущих этапах. Созвездие, затеявшее эту игру, явно любит пощекотать нервы и заставить людей сомневаться в собственных решениях.
Кстати о созвездиях — странно, что Докча до сих пор не получил ни одного уведомления. Он был уверен, что Уриэль ни за что не пропустила бы его участие в подобном сценарии, особенно в компании Джунхёка. Возможно ли, что...
— Биё! — громко окликнул он.
Никто не отозвался. Похоже, это место было полностью отрезано и от взора созвездий, и от присутствия доккэби. Если бы не тот факт, что другие члены их группы уже благополучно прошли ивент, Докча всерьёз решил бы, что это ловушка. Впрочем, это всё ещё могла быть именно она — просто охотник выжидал более крупную дичь. А что может быть крупнее, чем два сильнейших воплощения Сеула, у которых в запасе огромное количество монет? Стоит начать вести себя вдвойне осторожнее.
Тем не менее впереди снова показались три двери, а над ними светились новые фразы.
Не дожидаясь Джунхёка, Докча подошёл ближе и вчитался в мерцающие строки:
[Ким Докча спас бы Ю Джунхёка, даже если бы это означало гибель всех остальных]
[Ю Джунхёк в любой ситуации доверил бы Ким Докче прикрывать свою спину]
[Ю Джунхёк жалеет о том, что встретил Ким Докчу в этой регрессии]
Пробежав глазами надписи, Докча невольно цокнул языком. С одной стороны, сработал баланс: теперь больше строк относилось именно к Джунхёку, как он и хотел. Но это была не та информация, которую Докча мог помнить из «Путей выживания».
Но главная проблема заключалась в том, что он не был до конца уверен в первом тезисе.
Он раз за разом перечитывал светящиеся буквы, и в груди с каждым мгновением рос тяжёлый колючий комок, мешающий нормально дышать. Если отбросить в сторону сентиментальность, то спасение Ю Джунхёка всегда стояло на первом месте. Потому что без него этот мир просто прекратит своё существование — начнётся новая регрессия, и далеко не факт, что в ней появится Ким Докча.
Так что, рассуждая логически, первое утверждение было верным.
Но когда Докча пытался представить реальную ситуацию, в которой ему пришлось бы сделать подобный выбор... Предать детей, которые ему так искренне доверяли, пожертвовать всеми своими спутниками и друзьями ради одного-единственного человека... Правда ли он сможет это сделать?
Докча до крови прокусил нижнюю губу, чувствуя, как внутри всё сжимается от глухой боли.
— Правая дверь, — раздался спокойный, низкий голос Джунхёка, мгновенно выдернувший Докчу из пелены тяжёлых рассуждений.
— Ты уверен? — спросил Докча чисто машинально. Ему просто хотелось ещё немного послушать чужой уверенный голос, чтобы окончательно сбросить с себя наваждение.
— Нет, — отрезал Джунхёк.
Однако, несмотря на такой ответ, он решительно шагнул вперёд и, прежде чем Докча успел как-либо отреагировать, потянул за ручку двери.
«Что ж... остаётся надеяться, что это была правда», — подумал Докча, сглотнув.
Он ещё раз бросил беглый взгляд на надписи. Ему было трудно понять, какое именно из утверждений оказалось ложью. Джунхёк вряд ли доверял ему настолько, чтобы бездумно подставить спину... но, с другой стороны, учитывая, как далеко они продвинулись в этой регрессии, едва ли он всерьёз сожалел об их встрече. Как бы там ни было, скоро им предстоит узнать, правильный ли путь они выбрали.
Согласно описанию, лабиринт состоял всего из трёх комнат, так что следующее помещение должно было стать финальным. Они уже прошли общие факты и моральные дилеммы — оставалось столкнуться с чем-то постыдным. При том что Докча всё ещё не мог отойти от предыдущего этапа, и страшно было представить, что созвездие приготовило дальше.
Но стоило ему бросить взгляд на первую надпись, как он едва не расхохотался от нелепости фразы:
[Ю Джунхёк влюблён в Ким Докчу]
На что только рассчитывало это созвездие? Скорее всего, безымянный организатор просто хотел увидеть их реакцию и от души посмеяться над неловкой ситуацией. Вот только не на того поставил. Джунхёк шуток не понимал и просто проигнорировал нелепую надпись, разглядывая две оставшихся. А Ким Докча не был самоубийцей, чтобы начать подтрунивать над своим напарником, намекая, что это может быть правдой. Вместо этого он уверенно потянул за ручку первой двери.
Дверная створка успела приоткрыться лишь на пару сантиметров, как мир вокруг тут же задрожал и снова осыпался сияющими осколками, мгновенно возвращая Докчу на склад промышленного комплекса. Это и правда оказалось невероятно быстро — судя по часам, он потратил на прохождение не больше семи минут. Похоже, это были самые лёгкие деньги в его жизни...
Вот только в следующую же секунду прямо перед его носом вспыхнула алая системная плашка:
[Дополнительный сценарий — «Игра в правду»]
[ПРОВАЛ]
[Штраф: 500 000 монет]
Докча так и остался стоять с глупо открытым ртом, непонимающе глядя на сообщение.
Как?! Неужели во втором зале они всё-таки совершили ошибку?!
Докча начал нервно покусывать ноготь на большом пальце. Ему было жаль не столько потерянных монет, сколько упущенной возможности заполучить уникальный артефакт. И если в результатах первого и третьего раундов Докча был абсолютно уверен, то второй зал до сих пор вызывал у него смутные сомнения. Вариант, который выбрал Джунхёк, казался самым логичным, но Докча продолжал кривить душой, думая о том утверждении, которое относилось к нему.
Пока Докча продолжал анализировать возможные ошибки, рядом с ним материализовалась внушительная фигура его напарника. Джунхёк немного задержался в той комнате — видимо, действительно решил прочесть оставшиеся надписи. А ведь как минимум одна там касалась Докчи. Стоило всё-таки не спешить и самому проверить.
Судя по тому, как Джунхёк поднял глаза, вглядываясь в пустоту перед собой, ему только что пришло системное уведомление о завершении сценария. Удивительно, но ни один мускул на его суровом лице даже не дрогнул, хотя обычно этот парень относился к потере монет с большим недовольством. Впрочем, в этот раз спонсором выступал Докча — видимо, поэтому Джунхёк выглядел почти неестественно спокойным. Не он же потерял за семь минут почти миллион монет. От одной этой мысли внутри всё неприятно сжалось от досады.
— Жаль, что нельзя попробовать ещё раз! — Докча попытался изобразить непринуждённый смех, не желая выглядеть слишком расстроенным. — Но вопросы, похоже, были с подвохом. Впрочем, это можно считать хорошим уроком... Кстати, чисто из интереса: а что было написано над оставшимися дверями?
— Там была полная ерунда. — Джунхёк равнодушно пожал плечами. — В одном говорилось, что на своей прошлой работе ты периодически плакал в туалете, а во втором — что-то про отца... Понятия не имею, правда это или нет, поэтому я тоже выбрал первую дверь.
Тема семьи всё ещё оставалась для Докчи слишком болезненной — даже после тяжёлого разговора с матерью и всей всплывшей наружу правды. Это было то самое постыдное и тёмное прошлое, которое он меньше всего на свете хотел бы демонстрировать Джунхёку.
Но раз уж этот упрямец даже не запомнил точную формулировку третьего варианта, значит, он не придал ему совершенно никакого значения. Всё-таки иногда даже к лучшему, что Джунхёка абсолютно не интересуют чужие секреты.
На всякий случай Докча осторожно проверил сказанное с помощью Четвёртой Стены, но та лишь подтвердила его выводы: Джунхёк говорил правду.
— Ладно, забудь, — легкомысленно отмахнулся Докча и направился вниз, на первый этаж, уже на ходу придумывая новый план.
Он решил во что бы то ни стало уговорить Ю Сану и Хан Суён пройти этот сценарий в паре, а затем выманить у них ценный артефакт. Конечно, утром Сана была против, но она просто не знает, что Докча готов ей предложить. Надо лишь обдумать детали.
Увлечённый своим хитроумным замыслом, Докча не заметил, как Джунхёк провожает его спину долгим и внимательным взглядом, медленно убирая в карман плаща небольшой брелок.