Work Text:
Вырастившая шестерых детей, Кейтилин Старк пребывала в стойкой уверенности, что уж её-то удивить практически невозможно. Повидать за годы материнства довелось всякого: каждый из шестерых был по-своему изобретателен и сюрпризы преподносил соответствующие. Робб, например, категорически не умел сидеть на месте и вечно лез куда-нибудь: то на крышу, то в драку, то к девочкам. На Сансу жаловались в основном за ее легкомыслие и беспечность. Арья с незавидной частотой повергала в шок своими экспериментами с внешностью: то пирсингом, то жуткими линзами, то цветными прядями в волосах. Бран мог сутками сидеть, уткнувшись в игровую приставку, и кого угодно этим довести до белого каления. Джона же мотало из стороны в сторону: то он рвался на флот, служить по контракту, то собирался колесить по стране автостопом с какой-то едва знакомой девицей; а то и вовсе огорошил всех новостью, что любит своего лучшего друга, Ренли Баратеона, и теперь будет жить вместе с ним. Словом, пройдя через всё это, Кейтилин нарадоваться не могла на Рикона — тихого, вдумчивого, рассудительного мальчика, которого упрекнуть можно было разве что в излишней рассеянности. Впрочем, Старки обычно обходились тем, что просили сына быть внимательнее и вручали ему новую коробку для завтраков взамен потерянной.
И потому, когда Рикон, спокойный и миролюбивый Рикон вдруг вернулся из школы с синяком под глазом, Кейтилин сперва застыла как вкопанная, буквально лишившись дара речи. Лишь через мгновение опомнилась и, всплеснув руками, бросилась к сыну:
— О боги, Рикон, что случилось?
На обеспокоенный возглас матери не замедлили среагировать и остальные дети. Из кухни выглянул Робб, а с лестницы свесились Санса и Арья — присмотрелись, ахнули в унисон и тоже опрометью сбежали вниз. Только Бран не счел нужным отвлечься от обожаемой приставки.
Рикон обвел семью мрачным взглядом исподлобья.
— Я подрался, — угрюмо возвестил он.
— Принесите кто-нибудь лед, — распорядилась Кейтилин. Санса метнулась исполнять поручение, а она присела на корточки рядом с сыном и мягко взяла его лицо в ладони. Вблизи синяк выглядел еще хуже, и уже наливался отек.
— С кем ты подрался?
Рикон жалобно шмыгнул носом.
— С Большим Уолдером Фреем.
— Опять этот недоносок?! — взвилась Арья, гневно сверкнув глазами. — Ему мало было от меня получить, теперь к тебе лезет? Ну, я ему устрою!
— Еще чего! Даже думать забудь! — прикрикнула на нее мать, ощущая, как в висках начинает стучать набатом — первые признаки подступающей мигрени. — Ты не будешь в это вмешиваться! Ты поняла?
С компресса, поданного Сансой, капала вода: пришлось отжимать его еще раз, прежде чем отдавать Рикону. Выглядывающий из-за ткани, скрывшей половину его лица, тот выглядел настолько несчастным, что у Кейтилин сжалось сердце.
— И все-таки что произошло? — осведомилась Санса, в то время как Робб вкрадчивым тоном уточнил:
— Это случайно не из-за женщины?
Преисполненная праведного негодования, Кейтилин обернулась к нему, готовясь одарить укоризненным взглядом — разве сейчас подходящий момент для шуток? — однако ответ Рикона заставил забыть обо всем остальном:
— Ну… В общем-то, да.
— Что?
Кейтилин в изумлении распахнула глаза. Впрочем, не меньшим сюрпризом это стало и для старших детей: Робб, по всей видимости, и сам не ожидал попасть в яблочко, так что смог лишь многозначительно присвистнуть; Санса зажала рот ладонью, сдерживая смех, а Арья хлопнула себя по коленке так яростно, что Серый Ветер, растянувшийся на ковре у камина, дернулся и навострил уши.
Мать семейства отмахнулась от всех троих, призывая успокоиться, и вновь повернулась к Рикону.
— Фрей обидел какую-то девочку? — мягко поинтересовалась она. — А ты защищал ее, да?
— Ну… ну да, — сын переминался с ноги на ногу, явно сомневаясь, стоит ли озвучивать детали, и Кейтилин с ободряющей улыбкой пригладила ему волосы.
— Ты можешь нам все рассказать, ты ведь знаешь.
Из груди Рикона вырвался не по-детски горестный вздох.
— Он сказал, что ты старая ведьма!
В воцарившейся тишине можно было различить, как этажом выше Бран стреляет по монстрам. На какую-то долю секунды отголоски этих звуков вызвали в Кейтилин желание броситься наверх, выхватить у сына треклятый геймпад и швырнуть его об пол, но она живо напомнила себе, что причина ее ярости — вовсе не Бран, а маленький засранец по имени Уолдер Фрей. Хотя, скорее всего, и он сам не особенно понимал, что говорит, а просто повторял за кем-то из родителей… И все же — какого черта? Какое право они вообще имеют что-то говорить о ней, которую едва знают, и уж тем более — в подобном ключе? «Старая ведьма»?..
Гнев распирал ее изнутри. Конечно, умом Кейтилин понимала, что сказано это отнюдь не от большого ума, но упоминание возраста не могло не задеть ее — как, впрочем, и любую женщину на ее месте. Она категорически не ощущала себя на пятый десяток, да и выглядела заметно моложе — что признавал не только Нед, но и совершенно посторонние люди. На улицах ей вслед все еще оборачивались мужчины и куда как чаще принимали ее за старшую сестру Сансы, нежели за мать. Да что там: она до сих пор влезала в платье, в котором гуляла с Недом еще до свадьбы! Какая, к черту, старая ведьма?
— Ну, вот я и треснул его, — пояснил Рикон, едва не плача. — А он треснул меня в ответ... И потом еще раз.
Опомнившись, Кейтилин поспешила заключить его в объятия. Внутри все по-прежнему клокотало от злости, но первостепенной задачей сейчас было успокоить сына, и без того натерпевшегося за сегодняшний день. Старшие дети застыли возле них полукругом, все как один с непривычно серьезными лицами. Такие разные по характеру, они всецело сходились в главном — стремлении защитить младшего брата любыми средствами, что, несомненно, могло стать ощутимой угрозой для его обидчика. Кейтилин и сама бы с удовольствием отвесила ему смачного пинка, но положение матери семейства обязывало искать более зрелые пути решения проблем.
— Рикон, милый, — она глубоко вдохнула, собираясь с мыслями, — мне очень приятно, что ты так отважно меня защищал, и спасибо тебе за это огромное… Но все же не стоило поддаваться на провокации. Ты же понимаешь: Уолдер это сказал нарочно, чтобы тебя вывести. Он же, наверное, даже ни разу меня не видел…
— Вообще-то, видел, — возразил Рикон. — Когда вы с папой на спектакль в школу приходили.
— Да он просто мерзкий гаденыш с поганым языком, только и всего, — тут же затараторила Арья. — Их семейка вообще ни о ком хорошо не говорит. Даже друг о друге.
— Может, стоит позвонить его матери? — Санса нервным движением заправила за ухо прядь волос.
— Нет! — Плечи Рикона под пальцами Кейтилин мигом напряглись. — Только не это!
Санса скептично вздернула бровь.
— А если он снова тебя побьет?
Рикон хмуро взглянул на нее исподлобья.
— Лучше это, чем прослыть ябедой, — пробормотал он.
Кейтилин не была с ним согласна, однако Робб и Арья, переглянувшись, закивали в едином порыве:
— Да, это точно.
— Так еще хуже будет.
Кейтилин в задумчивости закусила губу, сомневаясь, как поступить. Разумеется, оставлять происшествие без внимания было нельзя, но меньше всего на свете она хотела бы из-за собственной оскорбленной гордости усугубить ситуацию для своего ребенка. Что ж, может быть, Нед сможет что-то придумать…
К тому времени, как с работы вернулся глава семьи, Рикон уже успокоился и повеселел, а остальные разбрелись по спальням: Арья даже успела позвонить Джону и ввести их с Ренли в курс дела. Кейтилин же в деталях живописала всё мужу, привычно ощущая, как тяжесть в груди уменьшается, разделенная надвое.
— Рикон, мама мне все рассказала, — объявил Нед, присаживаясь за стол рядом с сыном, пока супруга, приободренная его искренним негодованием и умиротворяющими объятиями, раскладывала по тарелкам горячую лазанью. — Ну как ты?
— Лучше. Арья обещала научить меня боевым искусствам, — воодушевленно сообщил тот и сделал выпад зажатой в кулаке вилкой, будто бы в попытке проткнуть невидимого противника.
— Арья! — Резкая складка пролегла у Неда между бровями. — Если ты действительно хочешь ему помочь, ты не должна учить его драться!
— Он уже и без меня знает, что это такое, — ехидно заметила дочь, — ты видел его лицо?
— Но ведь конфликты можно решать мирно! — возразил отец семейства. — Ваш дедушка Рикард всегда говорил, что кулаками пользоваться — последнее дело!
— Тот, кто все время разговаривал с телевизором? — с детской непосредственностью уточнил Рикон, отчего Арья сложилась пополам, а Робб выразительно кашлянул в кулак.
— Он был мудрым человеком! — запротестовал Нед, но поняв, что старшим детям доказывать что-либо бесполезно, вновь повернулся к самому младшему. — В общем, я хочу сказать: если завтра Большой Уолдер снова начнет тебя задирать, постарайся просто не слушать его и отойти в сторону. Не связывайся с ним и всё. Хорошо?
— Хорошо, — согласился Рикон, однако по лицу его было заметно, что он не слишком уверен в действенности этого плана.
И ссадина на лбу, с которой он вернулся из школы на следующий день, однозначно говорила в пользу его интуиции.
— О боги, дорогой, неужели опять?.. — ахнула Кейтилин, перехватывая его, попытавшегося незаметно прошмыгнуть наверх, у самого подножия лестницы.
— Привет, мам, — Рикон с несчастным видом отнял ладони от лица, демонстрируя новое боевое ранение. — Да, Большой Уолдер опять меня побил.
Шаги вскочившей с кресла Арьи гулко простучали по паркету.
— Пап? Пап! Иди сюда! Иди, посмотри, во что вылился твой пацифизм! А я говорила: на силу нужно отвечать силой!
Появившийся Нед помрачнел на глазах, признавая справедливость ее упрека.
— Я пытался отойти в сторону, как ты и говорил, — пояснил отцу Рикон, пожав плечами, — но он налетел сзади и приложил меня об стену. А что он говорил!
— Опять обо мне? — Руки у Кейтилин дрожали, и пробка на пузырьке с антисептиком никак не поддавалась.
— Нет, о папе.
— И что же он сказал? — Голос Неда звучал спокойно, но спокойствие это было обманчивым и никак не вязалось с его напряженным ртом.
— Э-э, — Рикон запнулся и прикрыл глаза, прежде чем на одном дыхании выпалить: — Что надо быть идиотом, чтоб жениться на такой женщине, как наша мама!
Громкий треск заставил всех вздрогнуть: то Кейтилин в сердцах разорвала упаковку пластырей, никак не желавшую поддаваться.
— И это считается, что он оставил меня в покое? — возмущенно вопросила она. — Ну хватит. Мне жаль, Рикон, но, боюсь, мне все же придется позвонить маме Уолдера.
— Нет, дорогая, — Нед покачал головой. — Оставь это мне. Я лучше с отцом его поговорю.
В этом был весь он — доказывающий все поступками, а не словами, именно тогда, когда подобное требовалось сильнее всего. И сейчас Кейтилин особенно остро нуждалась в том, чтобы почувствовать себя как за каменной стеной — даже если совсем не собиралась там оставаться.
Вооружившись телефоном и записной книжкой, в которой миссис Старк, как всякий ответственный представитель школьного родительского комитета, хранила номера остальных родителей, Нед удалился в кабинет и плотно прикрыл за собой дверь, не оставляя ни малейших сомнений, что настроен весьма и весьма серьезно.
До Старков, в молчаливом нетерпении изнывающих в гостиной, доносились лишь отзвуки его голоса: разобрать удавалось лишь раздраженные интонации и отдельные слова вроде «нападение», «оскорблять» и «недопустимо», хотя Кейтилин дорого отдала бы за то, чтобы услышать весь диалог целиком. Даже она — а уж дети и подавно: Санса и Арья оглядывались на дверь каждые несколько секунд, Робб нервно барабанил пальцами по подлокотнику кресла, а Рикон ерзал на диване так, будто поставил перед собой цель протереть в нем дырку.
Глава семьи появился в дверях бесшумно, в одной руке все еще сжимая телефон, а другой неловко потирая шею. Выражение же лица его Кейтилин не смогла распознать и вовсе — пожалуй, впервые за двадцать шесть лет брака; и от осознания этого сделалось совсем не по себе.
— Что он сказал?
— В общем… — Нед замялся, что уже не могло быть хорошим знаком. — Мистер Фрей, он… Кажется, он идет сюда.
— ЧТО? — в один голос ахнули дочери. Робб издал странный полузадушенный звук — нечто среднее между смешком и всхлипом, а Рикон, оторопело моргнув, уточнил:
— Зачем?
Не уверенная, что хочет знать ответ на этот вопрос, Кейтилин поспешила перебить его собственным:
— Как так вышло? — постаравшись звучать как можно мягче, потому что Нед явно и без того чувствовал себя хуже некуда.
— Я не знаю! Я… просто пытался объяснить, что поведение Уолдера неприемлемо, но он… он ничего не захотел слушать!
— Как и Уолдер, — откликнулся Рикон с понимающим вздохом.
— Видимо, да, — согласился Нед. — А потом я сказал, что рассчитываю на конструктивный диалог, а он заявил, что сейчас придет к нам и… мне его покажет.
Санса в ужасе прижала к губам ладони и бросила быстрый взгляд в сторону окна, словно опасалась, что мистер Фрей вот-вот впрыгнет в него с разбегу, как какой-нибудь гангстер в сцене из голливудского боевика.
— Откуда он знает, где мы живем? — осведомился Робб.
— Ради всего святого! — Кейтилин раздраженно сверкнула глазами. — Тебя правда это сейчас волнует?
— Может, вызвать полицию? — предположила Санса. Тонкие пальцы судорожно стиснули серебристый корпус айфона.
— Ерунды не говори! — неожиданно резко одернул ее отец. — Ему нужен скандал, только и всего. Есть такие люди, которым лишь бы с кем-нибудь поскандалить. Я разберусь — а вы идите к себе, вы все.
— Па, мне двадцать пять и я работаю в рекламе, — усмехнулся Робб. — Ты серьезно думаешь, он может сказать что-то такое, чего я еще не слышал?
— Нисколько в тебе не сомневаюсь. Но мне не нужно, чтобы вы хоть как-то вмешивались — это понятно?
Несмотря на яростные протесты детей, общими усилиями супругам удалось отодвинуть их линию фронта по крайней мере до второго этажа. Кейтилин сделала вид, что не заметила многоголовой и многорукой тени, замершей у выхода на площадку — да и самой, по правде говоря, было чуть спокойнее от знания того, что Робб все-таки поблизости.
Требовательный звонок в дверь раздался меньше чем через четверть часа. Как минимум одно положительное качество у Джеммоса Фрея все же имелось: он не заставлял себя долго ждать. Кейтилин распахнула дверь, и он вихрем ворвался в гостиную: низкорослый, взъерошенный, в мешковатой кожаной куртке — на ум вдруг почему-то пришла ассоциация с Тасманским Дьяволом из мультфильма, который в свое время обожал Рикон.
— Добрый вечер, мистер Фрей, — вежливо поздоровался Нед, однако гость был не настроен размениваться на церемонии:
— Ага, вот это и есть, значит, ваш конструктивный диалог? — выплюнул он с презрением и, подбоченившись, скрестил руки на груди. — Будем ходить вокруг да около и в ноги друг другу кланяться? — Близко посаженные глаза злобно смотрели на хозяина дома снизу вверх. С точки зрения Фрея это, наверное, должно было выглядеть угрожающе, но по факту выходило скорее комично.
— Я лишь имел в виду, что ни к чему горячиться, — уже на тон тверже заметил Нед. — Мы взрослые люди, хотелось бы разобраться как-то разумно, урегулировать…
— Мне все ясно, — оборвал его Джеммос, одергивая на себе куртку. — Ты из тех типов, что храбрятся по телефону, а потом идут на попятный. Мне даже не стоило самому приходить. Можно было прислать Уолдера.
Нед медленно выдохнул: Кейтилин видела, что он сдерживается из последних сил.
— Если вы не можете быть выше этого…
— Ты что-то сказал про мой рост? — взревел Фрей, подаваясь вперед. — Чтоб ты знал, я бил парней и повыше тебя!
— Послушайте, — Кейтилин успела вклиниться между мужчинами прежде, чем ситуация окончательно вышла из-под контроля, — мы просто хотим, чтобы ваш сын перестал цепляться к нашему, только и всего!
Фрей шумно вытер нос ребром ладони.
— Уолдер сказал, что ваш сын первым его ударил.
— Это потому что ваш сын сказал, что я старая и безобразная!
— Безобразная?.. — Оценивающий взгляд гостя прошелся по Кейтилин от макушки до пяток, чуть дольше положенного задержавшись на уровне груди. — Хм, надо бы сводить его к окулисту…
Лица мужа Кейтилин в этот момент видеть не могла, но спиной ощутила исходящую от него ледяную ярость и успела выставить руку, удерживая его на месте. Тем не менее, для наблюдавших сверху детей это стало сигналом к действию: зазвучали торопливые шаги, и с перил лестницы с нарочито беспечным видом свесилась Санса.
— Мам, пап, нам пора собираться… Ох, здравствуйте!
Разочарованный вздох, донесшийся с площадки, возвестил о том, что Арья не оценила импровизацию сестры. Не убедил спектакль и мистера Фрея:
— Что, красотка, — он раздраженно цокнул языком, — пришла вытащить папочку из драки?
— В драке мне дочь не советчик, — отчеканил Нед ненормально спокойным голосом.
— Ага, — вальяжно хмыкнул Фрей. — Ты и без ее помощи сбежишь.
— Нет, уйдете сейчас вы. — Серые глаза Неда метали молнии. — Я сыт вами по горло, — процедил он и, тяжелым шагом прошествовав к двери, распахнул ее настежь. — Выметайтесь.
Рука, стискивающая ручку, мелко дрожала от гнева, и даже с расстояния было заметно, как пульсирует жилка на виске. Кейтилин давно не приходилось видеть супруга в таком состоянии, и теперь ей сделалось по-настоящему страшно.
Фрей, однако, угрозы никакой не почувствовал.
— Ох, ну надо же! — рассмеялся он с вызовом. — Думаешь, напугал меня, ты, интеллигент?
— Пошел вон! — рявкнул Нед, делая шаг ему навстречу.
— А ты заставь меня, — прорычал Фрей, надвигаясь на него в ответ.
Краем глаза Кейтилин заметила, как на лестницу выскочили-таки Робб и Арья, но вмешаться никто, включая саму миссис Старк, не успел. С коротким глухим «С радостью!» глава семейства решительно подцепил мистера Фрея за шиворот и мощным пинком выкинул в распахнутую дверь.
Изумленное «ах!» Сансы потонуло в оглушительном грохоте: мистер Фрей при приземлении неудачно столкнулся с мусорными баками, и снаружи понеслась нецензурная брань.
Нед задвинул щеколду и медленно повернулся к домашним. Самообладание возвращалось к нему постепенно, и выражение лица по мере осознания произошедшего становилось все более растерянным.
— Отлично выпроводил, пап, — разрушая повисшую тишину, констатировал Робб, и они с Арьей звонко ударили по рукам.
***
— Дорогой, тебе отрезать пирога?
Нед сидел за столом с обреченным видом, подперев голову рукой, и бездумно размазывал по тарелке остатки соуса.
— Никакого сладкого для нашего Бум-Бума! — торжественно объявила Арья и с энтузиазмом задвигала кулаками в воздухе на манер рукопашного боя. — Ему нужно тренироваться!
Ее сестра и братья затряслись от беззвучного смеха, однако сам герой дня, напротив, сник еще больше. Из груди его вырвался сокрушенный вздох.
— Хватит, пожалуйста, — взмолился он, поморщившись, как от зубной боли. — Я не тренируюсь. Я поступил очень дурно. Мне очень стыдно.
Кейтилин, в свою очередь, не то чтобы совсем не разделяла его терзаний: произошедшее могло иметь последствия, в худшем случае даже судебный иск — но стоило лишь припомнить, как летел мистер Фрей над их газоном, как уместно смотрелся он на мусорных баках, и на губы вновь и вновь поневоле просилась улыбка. Да что там: такого зрелища за всю жизнь не забыть!
— Дорогой, не переживай так. — Она обошла стол и, остановившись позади мужа, с нежностью огладила его ссутуленные плечи. — Ты защищал свою семью. В этом нет ничего дурного.
— Этот тип получил по заслугам, — подтвердил Робб. — Если бы ты его не вышвырнул, это сделал бы я. Только сначала еще расквасил бы его мерзкую рожу!
— Но я хотел доказать Рикону, что можно обойтись и без драки! — жалобно возразил Нед.
На несколько мгновений повисла пауза. Робб закусил губу, сделал медленный вдох, а затем вытянул руку и с сочувствующим видом похлопал отца по плечу.
— Ну, что сказать… ты преподал ему отличный урок!
***
Ночью чета Старков практически не сомкнула глаз: Нед ворочался, маялся, вздыхал, несколько раз уходил проветриться на балкон, и Кейтилин неизменно шла за ним. Никакие ее уговоры, однако, так и не подействовали, и в конце концов не осталось ничего, кроме как заверить мужа, что главное для нее — его спокойствие, а она поддержит любую его инициативу. Так что, как бы ни хотелось перевернуть страницу, вместо этого Кейтилин была вынуждена с затаенной тревогой ожидать продолжения нашумевшей во всех смыслах истории.
Дети же, наоборот, за ночь поостыли в своих восторгах: весь вечер упоенно делились ими с друзьями — несмотря на то, что Нед строго запретил рассказывать о случившемся хоть кому-то, — зато с утра занялись каждый своими делами. Бран снова засел за приставку, Рикон вернулся к рисованию, а старшие успели съездить в центр, вернуться и теперь возились с грилем на заднем дворе. На ужин обещали заглянуть Джон и Ренли, и это мог бы быть обычный субботний день в сугубо семейном кругу, один из тех, которые Кейтилин любила больше всего на свете; если бы Нед не вышел на крыльцо и не объявил:
— Сейчас придет мистер Фрей.
— Нет, пап, — хихикнула Арья, отвлекаясь от банки с горчицей, с которой воевала уже несколько минут, — это было вчера.
Ее сестра и брат восприняли новость на порядок серьезнее: сначала вопросительно воззрились на мать, а прочитав в ее глазах подтверждение, тут же вскочили на ноги.
— Что ему надо? — резко поинтересовался Робб, сжимая кулаки. — Мне позвонить кому-то из юристов?
— Спокойно! — Нед предупредительно выставил перед собой руки. — Все в порядке. Это я пригласил его.
Громкое «чвак!» разнеслось над лужайкой: Арья от удивления наконец-то открыла банку, попутно отправив многострадальную крышку куда-то в кусты, и вслед за остальными вытаращилась на Кейтилин с видом, который точнее всего можно было охарактеризовать как «папа сошел с ума, вызывай неотложку».
— Ты что, хочешь защитить титул чемпиона?
— Я хочу уладить все как подобает! — Нед повысил голос. — И буду очень признателен, если вы перестанете напоминать о вчерашнем… недоразумении. Мне это неприятно. Я ясно выразился?
— Да, — хором откликнулись дети.
— Отлично. Где Рикон? Мне нужно, чтоб он при этом был.
— Он что, будет петь национальный гимн? — не удержалась Арья, за что немедленно получила от сестры локтем в бок. — Ай!
— Он у себя в комнате, — Санса ободряюще улыбнулась отцу.
— Мы тоже останемся, — объявил Робб.
Нед задумался на мгновение, прежде чем ответить.
— Нет. Можете послушать из кухни — всяко лучше, чем с лестницы, но выходить всем не стоит. Нечего глазеть на мистера Фрея, как на обезьяну в зоопарке.
— Твое сравнение, не мое, — проворчала Арья себе под нос.
Так же, как и вчера, Джеммос Фрей явился без промедления: очевидно, домашних дел у него было совсем немного. Кожаную куртку он сменил на свитер, но в остальном никаких внешних перемен не наблюдалось — ни гипса, ни повязок, ни синяков, и Кейтилин мысленно возблагодарила за это всех известных ей богов: по крайней мере, удастся обойтись без судебной тяжбы.
— Ну, Старк, я вернулся! — Если бы взгляд мог испепелять, Нед ссыпался бы на пол горсткой серой золы, но с учетом нынешних обстоятельств уже одно то, что гость не полез в драку прямо с порога, определенно стоило считать за хороший знак.
— Да, здравствуйте, мистер Фрей, — смущенно пробормотал Нед, закладывая руки за спину. — Проходите. Присаживайтесь.
— Уверены? — ядовито осведомился тот.
— Да, конечно… Послушайте, насчет вчерашнего… Я искренне сожалею. Мы с вами оба повели себя непозволительно, хотя на самом деле должны были показать нашим детям пример того, как избежать конфликта!
— Здравствуйте! — Рикон, замерший чуть поодаль, помахал рукой, донельзя гордый тем, что единственный из младшего поколения остался в самом центре событий.
Фрей, опустившийся в кресло, цепко сощурил глаза.
— Так это ты посадил Уолдеру фингал под глазом?
— Именно об этом я и хотел с вами поговорить! — продолжил Нед, усаживаясь напротив гостя. — Я хочу, чтобы наши дети прекратили драться. Хочу доказать сыну, что такие ситуации можно решить и мирным способом!
— Зачем? — отрывисто гаркнул Фрей.
По лицу Неда пробежала тень, и Кейтилин сочла необходимым вмешаться, пока обстановка не накалилась вновь:
— Мистер Фрей, хотите чаю?
— Не, — он помотал головой. — Если только пивка.
«Это все ради Неда, — мысленно напомнила себе Кейтилин, направляясь к бару. — Чтобы он успокоил свою совесть. Это того стоит».
— Идет как пава, — ухмыльнулся Джеммос ей вслед и, в упор не замечая желваков на скулах хозяина дома, продолжил как ни в чем не бывало: — Мальчишки должны драться, это хорошая тренировка. Там, где я рос, все дрались. Драки сделали меня тем, кто я есть. — Знал бы только, каких усилий стоило Кейтилин поставить пивную банку на столик перед ним, а не сплющить с размаху об его плешивую макушку.
— А кем вы работаете? — пользуясь моментом, полюбопытствовала она.
— По металлолому, — последовал ответ, и тотчас из кухни донесся сдавленный всхлип: девочки захихикали в один голос. Кейтилин и сама не удержалась от улыбки, припоминая оглушительный лязг баков, принявших специалиста точно по адресу; и как назло не успела спрятать ее, прежде чем мистер Фрей повернул голову.
— Ах, смешно? — со злобой прошипел он, вскакивая на ноги, и отшвырнул только что открытую банку, как ядовитую змею; пиво из нее выплеснулось на диван. — Что, не формат для интеллигентных недоумков вроде вас?
— Эй! — возмутился Рикон, и Кейтилин, похолодев, метнулась к нему: обхватила за плечи и, закрывая собой, подтолкнула в сторону кухни, где в дверном проеме уже маячили Санса, Арья, Бран и Робб. Последний с угрожающим видом шагнул вперед, но Нед жестом велел ему оставаться на месте.
— Успокойтесь, — бросил он детям, поднимаясь с кресла вслед за гостем и вновь обозначая их внушительную разницу в росте. — Это просто слова.
— Успокойтесь, это просто слова, — гнусавым голосом передразнил его Фрей.
Нед молча обогнул его и распахнул дверь.
— Было ошибкой с моей стороны рассчитывать, что мы сможем поговорить, как взрослые и разумные люди, — громыхнул он. — Надеюсь, в этот раз вы не заставите меня повторять дважды?..
— Ну конечно, вы теперь знаете, кто я, и я недостоин находиться в вашем доме!
Багровый от гнева, Джеммос двинулся в указанном направлении. Кейтилин, мысленно выдохнув, уже приготовилась попрощаться с чувством дежавю, однако Фрей остановился прямо напротив ее супруга.
— Что, сегодня уже не такой смелый, а? Испугался? Или спину надорвал, ты… Тряпка! — выплюнул он и ткнул Неда пальцем в грудь.
Кейтилин и сама не понимала, какая невидимая сила сорвала ее с места, однако в следующее мгновение она уже молнией преодолела расстояние до порога и, подлетев к мерзавцу со спины, ухватила его за свитер, чтобы секундой позже вытолкнуть прочь из дома.
— А ну катись отсюда!
Знакомый лязг металлических крышек возвестил о том, что мусорные баки встретили старого знакомого с неизменным гостеприимством.
— Класс, мам! — завопила Арья во все горло. — Страйк!
— Кет! — одновременно с дочерью воскликнул Нед, и невозможно было разобрать, чего в его голосе больше — восхищения или ужаса.
Кейтилин медленно переводила дыхание: колени у нее дрожали, в горле пересохло. Робб прошагал мимо родителей к двери, захлопнул ее и, повернувшись, с видом конферансье, объявляющего начало представления, провозгласил:
— Ну, теперь у нас и мама — Бум-Бум!
— Но, помни, Рикон, — звонкое сопрано Сансы было едва различимо сквозь всеобщий истерический смех, — несмотря на то, что здесь произошло за эти два дня, драться все равно очень плохо!
***
Переливчатая трель дверного звонка заставила Кейтилин подскочить на месте и вздрогнуть всем телом, как от удара электрического тока. Увы, интуиция подсказывала, что избавиться от такой реакции получится нескоро — даже притом, что Санса по мере возможности обезопасила их перед законом, засняв второй визит мистера Фрея на камеру от и до. Возвращение гостя в сопровождении полиции все равно мерещилось наяву, рисовалось в воображении ожившим ночным кошмаром, и, пока Робб шел открывать дверь, сердце стучало будто бы через раз. Но щелкнул замок, зазвучали знакомые голоса, и облегчение прокатилось по телу умиротворяющей волной. Кейтилин выключила духовку и с воодушевлением еще большим, чем обычно, поспешила в гостиную встречать сына и его парня.
— А баки у вас что, со вчерашнего дня валяются? — с подозрением уточнил Ренли, оглядываясь на улицу. — На память так оставили, или надо подобрать?
— О, дорогой, — вздохнула Кейтилин, прежде чем запечатлеть на его щеке приветственный поцелуй, — ты даже не представляешь…
— Это ненадолго, — Робб чуть ли не приплясывал: так не терпелось ему озвучить все подробности. — Сейчас все расскажем! Вы такое пропустили!
— Робб!
— И покажем! — подхватила сияющая Санса. — У меня все записано!
— Я даже боюсь представить, — вполголоса пробормотал Джон, переглядываясь с не менее заинтригованным Ренли.
— Правильно делаешь! — Робб закинул руку брату на шею. — И смотри не забудь потом похвалить ее пирог, — добавил он совсем уже шепотом, — а то тоже улетишь на помойку!