Work Text:
— Наш свидетель — высший вампир? — изумилась Тина, не веря собственным глазам.
— Да, — спокойно подтвердил Грейвс.
Но Тина не могла оставаться такой же невозмутимой. Высшие вампиры, в отличие от своих более слабых сородичей, не были в должной мере описаны ни в одном учебном пособии для будущих авроров, которые она штудировала с маниакальным упорством. И встретить одного из них казалось ей почти невероятным.
— Лестат де Лионкур, — представился вампир и протянул Грейвсу руку с заостренными, похожими на стекло ногтями.
Грейвс смотрел на вампира холодно, но на рукопожатие ответил.
— Меня зовут Персиваль Грейвс, а это Порпентина Голдштейн. Мы авроры из департамента защиты магического правопорядка. Благодарю, что согласились встретиться с нами.
Вампир выслушал его, перевел взгляд глубоких светлых глаз на Тину и поприветствовал ее учтивым кивком. Тина кивнула в ответ. Вампир был красив даже несмотря на то, что выглядел болезненным и потрепанным. Сквозь тонкую белую кожу проступали синие вены, заостренное лицо обрамляли густые, но совсем тусклые волосы, а роскошный бархатный камзол был ему явно велик.
— Рад встрече.
— Информатор сообщил, что вы видели нечто, способное помочь нашему расследованию, и готовы рассказать об этом, — сразу перешел к делу Грейвс.
— Да, я припоминаю одного колдуна, творящего занятные вещи с теми, кого вы называете немагами. Я был удивлен, увидев его. Таких, как вы, встретишь нечасто, — сказал вампир чарующим голосом с ярко-выраженным французским акцентом.
— Таких, как вы, еще реже, — заметил Грейвс.
Бескровные губы Лестата растянулись в улыбке, обнажая острые клыки.
— Расскажите, что вы видели, — присоединилась к разговору Тина.
— Рассказа, увы, не выйдет.
— Тогда зачем вы согласились встретиться? — возмутился Грейвс и предостерегающе сжал волшебную палочку.
— Думаете напасть на меня и получить воспоминание силой? — казалось, вампира веселит подобная перспектива. — Насколько мне известно, вы не сумеете получить мои воспоминания привычным для вас способом, даже если вам удастся одолеть меня, — он плавным движением руки указал на волшебные палочки в руках авроров. — Поверьте, такие, как вы, однажды пытались сделать это, но безуспешно. Видите ли, я мертв уже больше века. Ваша магия, рассчитанная на живых, — бессильна. Но вы не зря пришли, смею вас уверить. Есть один способ показать вам события той ночи весьма детально. И я готов сотрудничать, если готовы вы.
— Что вы хотите получить за свои воспоминания? — спросил Грейвс напрямую.
Тина заметила, как вампир тяжело сглотнул, и вены на его шее вздулись. На краткий миг он показался ей совсем другим. Красивые черты исказились, словно он только носил маску миловидного юноши.
— Вы хотите крови? — невозмутимо предположил Грейвс, также отметив перемены в их собеседнике.
— Всегда, — с улыбкой ответил Лестат. — И вы не представляете, как вкусна кровь волшебника. Увы, это редкий деликатес.
Тина почувствовала холодок, пробежавший вдоль позвоночника. Скольких волшебников ему удалось поймать за время своей нежизни? А сколько немагов стали его жертвами?
— Что ж, давайте совершим обмен, — уверенно предложил Грейвс. — У вас есть необходимое нам воспоминание, а у нас — то, что вы готовы принять взамен.
— Вас когда-нибудь кусал вампир, мистер Грейвс? — вкрадчиво поинтересовался Лестат.
— Нет.
— А вас, Тина? — его голос звучал прекрасной манящей музыкой, и Тину потянуло сделать шаг навстречу.
Грейвс бросил взгляд в ее сторону и строго предупредил:
— Тина, он может попытаться зачаровать тебя. Сосредоточься.
Она тут же пришла в себя и сурово посмотрела на Лестата.
— Не кусал.
— Тогда вам, думаю, неизвестно, что во время питания мысли и чувства высшего вампира и его жертвы становятся едины. Такая близость смывает все границы. И при желании я могу показать вам то, что видел сам. Это лучше любого рассказа.
— Это именно то, что нужно, — нетерпеливо кивнул Грейвс. — Приступайте.
— Я хочу поделиться воспоминанием с ней, — вампир алчно посмотрел на взволнованную Тину.
— Нет, — возразил Грейвс, загораживая собой подчиненную. — Это исключено. Воспоминание вы передадите мне.
Вампир разочарованно вздохнул, но спорить не стал.
— Как жаль. Ее сердце бьется так отчаянно, а ваше совсем спокойно. Ее кровь кипит в жилах, а ваша словно застыла. Но и в вашем хладнокровии есть своя притягательность.
— Не будем тянуть, — Грейвс быстро расстегнул верхние пуговицы на рубашке, отодвинул ворот и склонил голову, открывая доступ к шее.
— Мистер Грейвс, — с тревогой прошептала Тина, — вы уверены?
— Все в порядке. Просто будь наготове, если наш новый друг увлечется.
— Да, сэр.
— Не беспокойтесь, я не нарушу условия нашей сделки. Я возьму крови ровно столько, чтобы поделиться воспоминанием. Не в моих интересах навлечь на себя гнев всего магического сообщества Северной Америки, — мягко проговорил вампир, приближаясь к Грейвсу и опуская ладони на его плечи. Он склонился к открытой беззащитной шее и прошептал: — Не волнуйтесь, мистер Грейвс. Это даже приятно.
Тина беспомощно наблюдала, как клыки вампира вонзились в шею начальника, и ее сердце зашлось бешеным стуком. Она боялась, что Лестат обманет их, и она не сумеет победить его в одиночку. Не сумеет спасти мистера Грейвса, добровольно отдавшего себя в руки хищника.
Лестат пил жадно и быстро, прикрыв в блаженстве глаза. Тина терпеливо ждала, но когда из-под губ вампира потекли ручейки ярко-алой крови, пачкая белоснежный ворот рубашки Грейвса, не выдержала и резко направила на вампира палочку.
— Достаточно! — крикнула она.
Лестат замер, медленно отстранился и посмотрел ей в глаза. На миг Тина решила, что он набросится на нее, но этого не случилось. Он отпустил ослабленного Грейвса, и тот пошатнулся, зажимая рану рукой. Он выглядел измученным. Тина подбежала к нему и осторожно взяла за предплечье.
— Я показал вам все, что видел, — вампир достал из нагрудного кармана шелковый платок и аккуратно промокнул окровавленные губы.
Теперь он был по-настоящему прекрасен. Блестящие кудри волнами обрамляли лицо, болезненная заостренность сменилась живым и пышущим видом, даже щеки порозовели. Глаза блестели, а чувственные полные губы наполнились цветом, будто спелые ягоды. И камзол сидел на нем как влитой. Взгляд Лестата притягивал, гипнотизировал. Тину влекло к нему.
И при этом она до дрожи боялась, особенно теперь, когда это существо насытилось кровью волшебника. Она не стала испытывать судьбу и аппарировала, утягивая за собой Грейвса.