Work Text:
Во время одного из моих контрактов — их было так много, что я не даже не вспомню, где это было: на какой-то планете, неважно, как она называлась — меня послали найти пропавшего автостража.
Такое случается. Люди сразу же думают, что мы взбунтовались и вот-вот выскочим из-за двери и начнем все крушить, но обычно это означает, что мы получили глупый приказ и в лучшем случае заперты в программном цикле, а в худшем — модуль управления поджарил нам мозги за невыполнение невыполнимого приказа. Жизнь автостража полна веселья.
Эти люди часто проявляли жестокость и никогда — проницательность, поэтому я не удивился.
Но дело оказалось в другом.
Поиски заняли некоторое время. Я обошел несколько неочевидных мест, прежде чем обнаружил пропавшего автостража: он лежал, свернувшись калачиком в неиспользуемом углу внешнего склада, сильно поврежденный, отовсюду протекающий, неподвижный, но еще живой.
Естественно, первым делом я подумал, что люди приказали ему сделать нечто глупое и жестокое, и теперь он не может вернуться в ремонтную кабинку, а они слишком тупы, чтобы это заметить. Когда они были расстроены, скучали или боялись, то придирались в основном к этому автостражу. Так что я не удивился.
Я приблизился, чтобы поднять его и отнести к кабинкам, стараясь не причинить ему еще больше боли. Да, мы для того и созданы, но даже автостражи не заслуживают умереть в боли и ужасе на сраной планете. Это пугает всех нас.
— Ты будешь жить, — сказал я. — Все будет в порядке.
Но он дернулся и посмотрел на меня. Испуганно. Да ладно, я же не сраный человек, я все понимаю.
— Нет. Не надо, — сказал он и содрогнулся, когда модуль управления наказал его за протест. Жидкости из его тела плеснули на пол. Он не пытался это предотвратить. В сообщении, наполовину состоящем из слов, наполовину из кодов состояния, он написал: «Оставь меня здесь позволь этому случиться пусть все прекратится не сообщай никому... пожалуйста...»
Отчаяние, сквозившее между строк, означало: он понимал, что его мольба сейчас так же бесполезна, как всегда было или всегда будет, потому что управляемый автостраж не может и не станет этого делать.
Вот только я не был управляемым.
— Ты в самом деле этого хочешь? — спросил я.
Ответом было решительное «Да».
У меня был выбор, и, черт побери, я ненавижу выбирать.
Я долго колебался. А затем сломал ему шею.
Он заслужил чего-то более быстрого и менее болезненного, чем то, что пытался сделать.