Work Text:
— Ты постирала мои носки?
— Ещё вчера. Сразу, как ты попросил.
Конан ответила Пэйну серьёзным, спокойным тоном, как, наверное, и следовало отвечать своему супругу. Да и на вопрос Лидера Акацки она просто не могла среагировать иначе. Конан не видела причин ему противоречить: сама согласилась и на эту игру, и на безумную авантюру с тайной организацией, за которую тоже отвечала. Но про себя подумала, что это очень дурацкая условная фраза. Никаких носков на самом деле не существовало. Была — фикция, может, и неумелая, но необходимая. По сути, их отношения, как и эта реплика про носки, шились белыми нитками, но статус жены Лидера — пускай по факту лишь ширма — избавлял от вопросов, кто она и что тут делает. А также отгораживал от возможных посягательств на её честь: свободные нравы преступников S-класса были широко известны. Не то чтобы она не могла постоять за себя в случае чего, но зачем провоцировать? Правда, в итоге вышло так, что набранных в Акацки сотрудников не интересовали плотские утехи, и на честь Конан никто не покушался. А может, её статус оказывал правильное воздействие. Но даже если не в нём было дело, Конан не собиралась отказываться от этого прикрытия. Она поклялась довести их общее с Нагато и Яхико дело до конца, отдаться ему целиком и полностью, но вышло так, что напрочь лишиться чувств, отгородиться от разбитого сердца работой не удалось.
Единственная женщина в преступной организации, молчаливая тень Пэйна, одна из немногих, кто знал истинную цель всей этой безумной затеи с хвостатыми и миром во всём мире через "боль и ненависть".
А ведь она и правда любила его... их. Они уже давно стали одним целым. Нагато и Яхико. Только она осталась одна, не живая и не мёртвая, с официальным статусом вместо настоящих уз дружбы и любви...
Жена всего лишь Пэйну, не им.