Work Text:
Идею флага, как всегда, подсказал Бард. Впрочем, Тесей уже некоторое время поглядывал на разномастные гербы и знамёна соседей-реконов со смутным чувством, что и их город нуждается в чём-то подобном. Конечно, реконы взяли за основу своей государственности совсем другой исторический период, но Бард рассказал, что До Падения Неба флаги были у всех стран, и даже нарисовал несколько по памяти, поясняя их значение. Больше всего Тесею понравился тот, что был с широким, древесным листом, вызывающим смутные воспоминания о прошлой жизни: лёгкая грусть, предчувствие перемен, белоснежная надпись «Добро пожаловать!» на тёмно-зелёном фоне и чистый запах новой бумаги.
Однако, задача с флагом оказалась сложнее, чем они оба думали. Реконы широко использовали архаичную, как говорил Бард, символику, украшая флаги стилизованными (и, видимо, вымершими) животными, но по мнению Тесея это совершенно не годилось для их современного, стремящегося к науке и техническому прогрессу города. Кресты, которые Бард называл разными мужскими именами, тоже отпадали — Полис был далёк от религий прошлого. Тем более Тесей был уверен, что флаг в Полисе должен быть один.
Увлёкшийся не меньше Тесея, Бард провёл, как он выразился, социологическое исследование, и был крайне впечатлён результатами.
— Удивительно, насколько изменилось восприятие цветов. Прежние ассоциации почти полностью уничтожены, даже коннотации базовой тройки, практически идентичной во всех культурах, несколько сместились… Становление новой цивилизации! — глаза Барда сияли, на бледных щеках играл румянец. К симпатии, которую испытывал Тесей, примешалась доля зависти и странное ощущение себя маленьким, неопытным, которое он, без сомнения, испытывал только в раннем детстве. Он опустил взгляд на стол, где полный энтузиазма Бард раскладывал свои разноцветные карточки со статистическими пояснениями. Неужели только он, Бард, теперь помнил их прежние значения, мог увидеть их иначе, чем весь Полис, чем сам Тесей? И только для него красный, столь популярный на флагах старого мира, может быть чем-то ещё, кроме вспышек в Небе, после которых оно упало, погребя их в светло-сером, почти белом тумане, столь же непроглядном, как чёрная ночная тьма? Что значили для людей прошлого жёлтый и зелёный?
Объявление конкурса на эскиз флага удивительным образом совпало с настоящим чудом: именно в этот день густые клубы белого тумана ненадолго разошлись, явив Тесею и всему Полису их самый любимый цвет.
По результатам голосования два варианта сильно оторвались от других, и в конце концов один из них всё же получил небольшой перевес.
***
— А сейчас возьмите цветные карандаши и раскрасьте флаг Полиса! — с улыбкой сказала учительница. Икар, с трудом удерживаясь от спешки, принялся аккуратно заштриховывать голубым карандашом сегменты круга.
— Голубой круг в середине белого полотна — наш город Полис, окружённый пустыней, — продолжила учительница.
— А радиальная диаграмма на нём — Купол! — радостно воскликнул Икар. Учительница удивлённо приподняла брови, но не разозлилась.
— Купол защищает наш город, — кивнула она, и Икар радостно улыбнулся. Кроме раскраски у него был ещё один листок бумаги, и он точно знал, что нарисует на нём.
— Это вам! — сказал Икар, после урока протягивая учительнице рисунок.
— Это Полис, — он указал на сколь возможно аккуратный голубой кружок, накрытый символической сетью Купола. — А это — все другие города, в которых я обязательно побываю, когда вырасту!
Листок был сплошь усеян разноцветными кругами.
***
Упросив Бродягу помочь ей со стремянкой и с огромной банкой краски, Муза взялась за дело. Вот папа обрадуется, когда увидит, какая у них теперь стена! Поворчав для порядка, Бродяга раздобыл где-то ещё несколько кистей и крикнул своих Волчат.
— Ты одна неделю провозишься, — важно сказал он ей. — А дело-то нужное.
— Но надо ещё обязательно белую краску, — серьёзно заметила Муза, и Бродяга — удивительный он всё-таки человек! — смог раздобыть и её.
— Подними меня, пожалуйста! Я нарисую звезду, — попросила Муза, и Бродяга подсадил её, чтобы ярко-голубую стену украсила белоснежная звезда — точь-в-точь как на флаге, установленном на крыше дома. Муза задумчиво склонила голову на бок.
— Нужна ещё одна, — сказала она. — Нет, не одна, много! Очень много, Бродяга!
— Зачем? — удивлённо спросил он. — Бард же тебе говорил — звёзды — это люди. Людское поселение. Звёзды — это мы.
— Вот я и хочу, чтобы мы были не одни, — серьёзно сказала Муза. — Пусть будет много, много людей — и много звёзд! Как на небе!
Вернувшись с рыбалки, Бард изумлённо вздохнул. Глухая стена их дома была не очень умело, но щедро выкрашена голубой краской, которую сплошь покрывали звёзды.
— Папа, это мы! — крикнула Муза, указав на одну из звёздочек. — А это — все те другие люди, с которыми мы обязательно встретимся!